misplaced miracle

В этом году тайный Санта проходил отлично, пока не произошло это. «Это» означало тот момент, когда Минхо заглянул в подарочный пакет, зажатый в его руках, с надписью на внешней бирке «С любовью, Чан», и не нашёл там ничего, кроме длинного неоново-розового фаллоимитатора, который блестел под радужными фонариками, развешенными вокруг рождественской ёлки. Кто-то совершил ужасную ошибку. Чан купил этот предмет накануне в местном секс-шопе вместе с пачкой презервативов для себя и своего очень ванильного бойфренда. Но проблема была в том, что неоново-розовый фаллоимитатор не предназначался ни ему самому, ни его очень ванильному бойфренду. Он предназначался для его лучшего друга Чанбина. Это должно было быть шуткой. Это должно было всех рассмешить. И вместо этого они сидят здесь – группа из восьми друзей – каждый из них молчал, наблюдая, как уши Минхо расцветают малиновым цветом. – О, – прошептал он, медленно поднимая глаза, чтобы встретиться взглядом со своим столь же взволнованным бойфрендом. – Спасибо, хён. – Я... – пробормотал Чан. Что же ему теперь делать? Сказать им всю правду? Смириться с тем, что произошло? Прежде чем его расшатанные мозговые клетки смогли прийти к единому мнению, группа разразилась приступами смеха – и не такого смеха, который он хотел, просматривая тот секс-шоп. – Срань господня, – хихикнул Хёнджин, практически падая на колени Чонина. – Чёрт, хён, я и не знал, что в тебе это есть! – Кто бы мог подумать? – Посмотрите, как мило Минхо взволнован! Чан постарался сохранить на лице как можно более нейтральное выражение. Конечно, его щёки пылали вне всяких сомнений, но никто в группе, казалось, даже не подозревал, что этот подарок был неуместен. Он не знал, стало ли ему от этого лучше или хуже. – Пс, хён, – прошептал Феликс рядом с Чаном, в то время как остальные продолжали свистеть и тыкать в розовые щёки Минхо. Он наклонился ближе. – Это было не для Минхо, да? Голова Чана дёрнулась. Феликс телепат? Или он был настолько очевиден? – Я получил подарок Минхо, – добавил младший. О. Верно. Если Минхо по ошибке получил подарок, предназначенный для Чанбина, то это означало, что подарок, предназначенный для Минхо, естественно, отправился к Чанбину. – ...Да, – прошептал в ответ Чан. – Это было для Чанбина. Я хочу умереть. Феликс тихонько хихикнул, весело ткнув Чана локтем. – По крайней мере, он, кажется, не в бешенстве? Чан посмотрел через круг на своего парня, щёки которого всё ещё горели. Он сдержал улыбку, наблюдая, как Минхо огрызается на других, которые дразнили его, но быстро напрягся, когда их глаза внезапно встретились. Нечитаемый блеск пробежал по радужкам Минхо. Он должно быть знал. Конечно, он знал. Чан изо всех сил старался смотреть в ответ своими самыми отчаянными, извиняющимися глазами, молча крича, что это не его вина, но затем Минхо снова отвернулся, чтобы подползти и толкнуть Джисона, который не переставал хихикать с тех пор, как тот открыл подарочный пакет, на землю. Блять. Чан был в полной заднице. – Ты в полной заднице, – прошептал рядом с ним Сынмин. Глаза Чана расширились. Сынмин читает мысли? – Что? Что ты имеешь в виду? – Я подслушал вас с Феликсом. Чан глубоко вздохнул. По крайней мере, Сынмин не мог слышать сотни мыслей, которые проносились в его голове при виде его взволнованного парня. – И ещё, – продолжил Сынмин, – ни за что на свете у тебя не хватило бы духу купить фаллоимитатор для тебя и Минхо. Чан нахмурился. – Ты этого не знаешь! – ответил он высоким и хриплым голосом. В ответ Сынмин только приподнял бровь. Ладно, возможно, он был прав. Чан и Минхо занимались сексом в довольно нормальном количестве. Они встречались уже несколько месяцев, а до этого дружили годами. Пара любила друг друга безоговорочно, до и после того, как они сошлись. В их отношениях никогда не было ничего неудобного или неопределённого. Однако они не стеснялись, когда дело касалось чего-то сексуального. Самой дикой вещью, которую они делали, был случайный секс в душе, который, кстати, каждый раз сводил Чана с ума. Но их это устраивало, они были довольны. Их секс был хорош, и их отношения были здоровыми, так зачем им было что-то менять? Их друзьям, с другой стороны, было что сказать по этому поводу. Они всегда подшучивали над ними, утверждая, что они гораздо извращённее, чем думают. Чанбин как-то сказал что-то вроде «если вы не будете честны друг с другом, то я это сделаю за вас». Честны друг с другом? Они были честны. Больше не о чем было говорить. Они не нуждались ни в чём большем, чем имели. Минхо, как и Чан, не имел ни малейшего желания выходить за их застенчивые границы. Верно? – Ты же знаешь, что это не преступление – хотеть использовать фаллоимитатор на своём парне, да? Чан напрягся. – Чт-конечно, я знаю, – пробормотал он, и его уши, должно быть, уже приобрели тревожный оттенок красного. – Это не... какое это вообще имеет дело? – Это связано с тем, что ты выглядишь так, будто вот-вот упадёшь в обморок, в то время как Минхо краснеет, как девочка из аниме. Чан прищурился, глядя на друга, не зная, что ответить, затем с горечью повернулся лицом к Феликсу. Сынмин только усмехнулся в ответ. Как только смех утих, группа продолжила беседу о своих тайных Сантах, как ни в чём не бывало. Чанбин получил золотое ожерелье, предназначенное для Минхо, и оно прекрасно смотрелось бы на мягкой коже Ли, его гладко вырезанной ключице, впадинке на шее, но дело было не в этом. Главное, что ожерелье не попало в руки Минхо. Вместо этого появился неоново-розовый фаллоимитатор. Чан боролся с желанием убежать в свою комнату и спрятаться, как только они закончат открывать подарки. В этом не было никакого смысла; все остальные, казалось, в любом случае отошли от инцидента. Но ему удалось избежать любой конфронтации со своим бойфрендом до конца вечеринки. Прошло несколько долгих часов, прежде чем все начали уползать из квартиры, и Чан не знал, был ли он благодарен за это или нет. С одной стороны, это продлевало ожидание мучительно неловкого взаимодействия, которое должно было произойти между ним и Минхо в тот момент, когда они останутся одни. Но, с другой стороны, это заставляло его нервничать, практически вибрируя от нервов, когда проходили часы, и он продолжал украдкой поглядывать на Минхо, который краснел каждый раз, когда их глаза встречались, и замолкал в любом разговоре, который вёл. К тому времени, когда последний из их гостей был готов уйти, Чана трясло. Чанбин ласково похлопал его по плечу и, наклонившись, прошептал: – Повеселитесь. Часть его хотела оттащить Чанбина в сторону и свалить всю ситуацию на него – объяснить, что этот дилдо должен был выйти с ним за дверь и никогда не возвращаться, не оставаться уютно под рождественской ёлкой Чана и Минхо – но его друг уже переступил порог и, хихикая, направился по коридору. А потом раздался тихий щелчок двери, за которым последовала ужасающая тишина. Чан сглотнул. Минхо стоял у ёлки, вертя в руках одно из украшений. В течение нескольких минут Чан боролся со своим мозгом, пытаясь придумать слова. Что он должен сказать? Знал ли Минхо, что это не его вина? Что он предназначался для Чанбина? Был ли он раздражён тем, что Чан молчал во время разворачивания подарка? Был ли он зол? Прежде чем мозг Чана смог помочь ему, Минхо наконец повернулся и встретился с ним взглядом, застенчивая улыбка тронула уголки его рта. – Привет. Губы Чана приоткрылись от удивления. Ладно, по крайней мере, Минхо не казался сердитым. Но это не стёрло ужасную неловкость, которая должна была возникнуть, пока Чан объяснит ситуацию, и уж точно не сотрёт беспорядочное сердцебиение в его груди, когда Минхо начал шаркающей походкой пересекать комнату. – Привет, – наконец ответил он, зрачки расширились, когда Минхо остановился перед ним и обнял за шею для неожиданного объятия. Чан замер, затем вздохнул, крепко обхватив руками торс Минхо и уткнувшись лицом в толстовку младшего. Пока ничего необычного. – Я скучал по тебе, – пробормотал Минхо ему в шею. Чан отстранился со смущённым смешком. – Что? Минхо поднял брови. – Ну знаешь, ведь ты всю нашу вечеринку избегал меня. Глаза Чана расширились. Значит, Минхо зол? Блять, блять, блять- – Я просто шучу, Чанни, не смотри так испуганно, – Минхо наклонился и чмокнул его в губы. – Я... я просто- Минхо хихикнул и снова поцеловал его в губы. Чан глубоко вздохнул, и его сердце наконец начало биться. Это было прекрасно. Минхо не злился и, наконец, успокоился настолько, чтобы объяснить случившееся. – Итак, – начал Минхо прежде, чем Чан успел это сделать, крепче обняв его за шею и поцеловав в щеку. У Чана закружилась голова от всех этих внезапных чувств, но он не мог позволить ни одному из них отвлечь его. Он должен был покончить с этим. – Итак, – он откашлялся и смущённо рассмеялся. – Мне очень жаль. Я не знаю, кто испортил подарки, но это был не я. Он должен был отправиться к Чанбину, и… – он замолчал, нахмурив брови, когда на лице Минхо появилось выражение ужаса. – ...Ох. – Что? – Чан сжал талию своего парня, запаниковав, когда руки Минхо оторвались от его шеи. – Что случилось? Минхо был ярко-красным. Его глаза встретились с землёй, и он слегка покачнулся на ногах, закусив губу. Чан был поражён этим зрелищем больше, чем на открытии подарка. – Минхо, в чём дело? – он отпустил талию Минхо и наклонился к его лицу, заставляя их глаза встретиться. – Почему сейчас ты выглядишь таким же смущённым, как и я? – Потому что это неловко, – пробормотал Минхо. – Что именно? – Чан нервно рассмеялся. – Малыш, это же я тот, кто случайно дал тебе- – Я думал, что это было не случайно. Чан замер. О. – О, – выдохнул он. Внезапно поцелуи, которые Минхо оставил раньше, заставили его губы гореть. Минхо… Минхо думал… – Да. – То есть... – Чан с трудом сглотнул. Правильно ли он это понял? Показалось ли ему или… неужели Минхо почти расстроился из-за того, что Чан всерьёз не собирался дарить его ему? – Ты... – у него закружилась голова. – Ты хотел, чтобы это было не случайно? Глаза Минхо быстро метнулись к нему, потом снова опустились на землю, прежде чем Чан успел их прочитать. – Минхо? – ...Да, хотел. Ох. Ох. Минхо… Минхо хотел… – Блять, – выругался Чан, и это заставило Минхо снова встретиться с ним взглядом – он не имел склонности много ругаться, если только они с Минхо не были, ну, в определённых позах. – Блять? – тихо повторил Минхо. – Да, блять, – прошептал он. Его большие пальцы погладили Минхо по щекам, пытаясь избавить младшего от некоторого смущения. – Я просто... не понял. Я не знал, что ты хочешь чего-то подобного. Минхо пожал плечами. – Это неважно. Чан нахмурился. Это было не неважно. Он провёл целую вечность под впечатлением, что у Минхо не было никакого желания пробовать что-либо за пределами их обычной сексуальной рутины. Если бы он знал, что его бойфренд интересуется фаллоимитатором- Блять. Он, наверное, купил бы его давным-давно, но только не для Чанбина. Он сделал глубокий вдох. – Хочешь сходить за ним? – пробормотал он, наклоняясь вперёд и целуя Минхо в лоб. Глаза его парня расширились в замешательстве. – А? Чан улыбнулся, и он знал, что его уши покраснели, но сейчас его это не волновало. – Хочешь сходить за фаллоимитатором? Минхо на мгновение захлебнулся слюной, его руки бессознательно потянулись вперёд, чтобы вцепиться в рубашку Чана. – Ты... ты хочешь сказать? – Хочешь попробовать, Минхо? – уточнил Чан, и глаза его весело прищурились. Боже, его парень был таким чертовски милым, и он, вероятно, был бы таким же милым, корчась на их белых простынях с этой проклятой неоново-розовой штукой внутри него… блять. Может быть, Чан в конце концов обрадуется, что подарки перепутались. – Ну... – Минхо явно сдерживал улыбку. – А ты хочешь? Или ты просто так говоришь? При этих словах Чан прищурился. – Почему просто так? – он подошёл чуть ближе, чтобы поцеловать Минхо, мягко и медленно, желая смыть всю неуверенность с лица своего парня. – Ты же меня знаешь. Я бы упал в обморок, сказав что-нибудь подобное, если бы не имел этого в виду. Минхо хихикнул ему в губы. – Я хочу, – сказал Чан для пущей убедительности. – Хочу попробовать это. Если ты не против. Щёки Минхо вспыхнули. – Я… гм, да? ДА. Чан отстранился с мягкой улыбкой и сжал тёплые щёки своего парня. Затем, с нахлынувшей на него волной уверенности, он схватил Минхо за талию и оторвал его от земли, заставив младшего взвизгнуть, когда их губы столкнулись. Минхо удивлённо охнул и обхватил ногами торс Чана, запустив пальцы в его волосы. Чан улыбнулся, застенчиво наклонив голову, чтобы углубить поцелуй, прежде чем неохотно разомкнул их губы и опустил Минхо обратно на землю. – Иди за подарком, я найду смазку. Минхо ошеломлённо кивнул и побрёл к рождественской ёлке, а Чан постарался не рассмеяться над тем, как очаровательно тот выглядел. С бешено колотящимся сердцем он бросился в их комнату и порылся в ящиках тумбочки, пока не нашёл полупустую бутылку смазки. Клубничную. Он вспомнил, как Минхо впервые спросил, можно ли купить ароматизированную смазку вместо стандартной – всего месяц назад. Он также помнил, как чуть не потерял сознание от ощущения языка Минхо на себе той ночью. Теперь настала его очередь заставить Минхо потерять сознание. Он резко обернулся, как только услышал, что Минхо снова вошёл в комнату, и бросился к нему, внезапно отчаянно желая снова схватить своего парня. Минхо пискнул ему в рот, уронив подарочный пакет на пол и притянув Чана ближе, легко позволив старшему поднять его и положить на кровать. Затем Чан отодвинулся, чтобы поднять пакет с пола, осторожно вытащил фаллоимитатор и положил его на кровать рядом с Минхо. Он наблюдал, как глаза его парня следят за игрушкой, затем заметил, что его руки, лежащие на коленях, слегка дрожат. – Ты дрожишь, – пробормотал он, беря руки Минхо в свои. Он наклонился, чтобы мягко поцеловать младшего, стоя между его раздвинутыми ногами. – Ты уверен? Минхо вытянул шею, чтобы поймать его губы, и вместо того, чтобы ответить сразу, крепче сжал одну из рук Чана и медленно опустил её вниз, пока она не оказалась прижатой прямо к его промежности, и... Минхо был твёрд. Чан ещё даже не прикоснулся к нему, а Минхо был твёрд. Он так сильно этого хотел? – Пожалуйста, – прошептал Минхо ему в губы тихим и робким голосом, и Чан чуть не застонал от этого единственного слова. Он поцеловал Минхо крепче, подтягивая рубашку своего парня к груди. – Раздевайся и ложись на спину, малыш. Минхо удивлённо моргнул, услышав команду, но поспешил к изголовью, сбросил рубашку с кровати и застенчиво стянул с бёдер спортивные штаны и боксеры. Чан пополз за ним с бутылочкой смазки в руке, улыбаясь при виде твёрдого члена Минхо, прижавшегося к животу. – Не смейся надо мной, Чанни, – надулся Минхо. Его шея покраснела. – Я не смеюсь, – возразил Чан, устраиваясь между бёдер Минхо и прижимаясь поцелуем к головке его члена, чтобы вытянуть вздох. – Ты такой возбуждённый, и это очень горячо. – Ш-ш-ш, – заскулил Минхо, явно не ожидая этих слов. Чан только снова улыбнулся и раздвинул бёдра Минхо, перекинув одно из них через плечо, чтобы поцелуями покрыть внутреннюю часть. Он любил бёдра Минхо. Чёрт, он мог бы провести всё грёбаное Рождество, проводя по ним руками и губами, если бы у них было время. Но сейчас у них не было на это времени. У Чана были другие планы. Планы, появившиеся в последнюю секунду, но тем не менее планы. – Почему бы тебе не подложить под бёдра подушку? – предложил он, и его дыхание пощекотало кожу Минхо. Ли кивнул, сглотнул и вслепую потянулся за подушкой. Чан помог ему подняться с кровати и подсунуть её под себя, полностью очарованный неуклюжими движениями Минхо и его трясущимися руками. – Всё нормально? – Да, – прошептал Минхо. Чан поцеловал его в бедро, затем встал на колени и сосредоточил своё внимание на бутылке смазки. – Можно я растяну тебя пальцами? – спросил он, встретившись взглядом с Минхо, прежде чем начать покрывать смазкой пальцы. – Прошу. Несколько секунд было тихо, если не считать того, как Чан возился с бутылкой и размазывал жидкость по пальцам, но затем Минхо громко задохнулся, когда Чан ещё больше раздвинул бёдра и обвёл двумя влажными пальцами вход. – Чан, – выдохнул он. – Тише-тише, – пробормотал Чан. Он крепко держался за одно из бёдер Минхо, чтобы не упасть, и осторожно вставил палец. Это было легко – они занимались сексом достаточно регулярно, несмотря на то, во что их друзья верили – и Минхо сразу же заскулил, а бёдра затряслись. – Давай два. Чан тихо рассмеялся. – Ещё нет, ангел. Минхо встретил его свирепым взглядом, но его глаза быстро расширились, когда Чан отпрянул назад и опустился на матрас, уткнувшись лицом между бёдер Минхо. – Чанни. Тело Минхо дёрнулось, когда язык Чана скользнул по дырочке Минхо, прямо возле его пальца. Он тихо вскрикнул, его бёдра задрожали, когда Чан продолжил лизать, используя свободную руку, чтобы раздвинуть Минхо ещё больше и протолкнуть свой язык вместе с одним пальцем. – Чан… Блять. Чан оторвался, чтобы подарить своему парню сладкую улыбку, а затем начал проталкивать второй палец. И снова это было легко, но растяжка была более заметной, чем предыдущая, потому что спина Минхо выгнулась дугой над кроватью, из горла вырвался сдавленный звук. – Всё хорошо, малыш, – поддразнил Чан, любуясь тем, как ошеломлён Минхо, вцепившись руками в собственные волосы. Преимущества их обычной сексуальной жизни: любое прикосновение заставляло Минхо разваливаться на куски. – Ещё. – Пока нет. Минхо фыркнул, но вскрикнул, когда Чан начал двигать пальцами, а затем опустился и снова облизал край Минхо. – П-пожалуйста. Чан не знал, о чём умоляет Минхо, но тем не менее застонал, двигая рукой. Он чертовски хорошо понимал, что, вероятно, упадёт в обморок при виде Минхо, с этим дилдо внутри, поэтому он планировал отложить этот образ как можно дольше и тем временем довести Минхо до безумия. Прошло уже достаточно времени с тех пор, как они проводили так много времени за прелюдиями, и теперь не мог вспомнить, почему. Это было увлекательно. Минхо был увлекательным. Он снова убрал пальцы, не обращая внимания на недовольное хныканье Минхо, и, используя обе руки, чтобы раздвинуть ноги парня, полностью ввёл свой язык. Минхо задохнулся от удивления, тело извивалось под хваткой Чана, руки спешили зарыться в его волосы. Чан застонал, уткнувшись в его край, и от ощущения, что его дёргают за волосы, и от сладкого вкуса клубники. Звуки Минхо были ещё слаще – высокие, воздушные, и раздавались гораздо чаще, когда Чан начал тщательно трахать его языком. – Пожалуйста, Чан, пожалуйста, – закричал Минхо, дёргаясь и дрожа бёдрами. Чан продолжал игнорировать его, впиваясь ногтями в бёдра Минхо и посасывая его ободок, продолжая двигать языком. – Чанни. В конце концов, Бан смягчился и отстранился, вытирая мокрый рот тыльной стороной ладони и чуть не упав при виде Минхо с раскрасневшимся лицом и остекленевшими от удовольствия глазами, с волосами, образующими беспорядочный ореол вокруг головы. – Какой хорошенький малыш, – задумчиво произнёс он, и Минхо тихонько заскулил от похвалы. Чан оторвал взгляд от этого зрелища и потянулся, чтобы снова смазать пальцы смазкой, так как большая часть её осталась на бедре Минхо, и сел, чтобы вставить в него сразу три пальца. Минхо судорожно застонал, открыв рот. – Не слишком много? – Чан успокаивающе потёр бедро и чуть согнул пальцы, усмехнувшись, когда Минхо громко ахнул и приподнял бёдра. Минхо покачал головой на подушке и снова застонал, когда Чан начал настойчиво трахать его пальцами. Его член скользил по животу, и Чан подсознательно потянулся вперёд и обхватил его рукой, чтобы сделать пару движений вверх-вниз по нему. – Чан! – закричал Минхо, снова дёргая бёдрами. Он безжалостно извивался. – Нет-нет, я кончу, – его глаза распахнулись и встретились с глазами Чана, губы надулись. – Пожалуйста, я готов, пожалуйста. Чан прерывисто вздохнул, широко раскрыв глаза; Минхо иногда казался нереальным. Он отпустил член Минхо и трахнул его пальцами ещё несколько раз, прежде чем медленно вытащить их и повернуться, чтобы схватить фаллоимитатор. Он сжал его в руке, и у него перехватило дыхание при мысли, что он, наконец, использует его на Минхо. Но потом он на мгновение отбросил его и забрался на своего парня. – Ты тут, милый? – он поцеловал мокрый лоб Минхо и обхватил его лицо обеими руками, хихикая, когда лицо младшего исказилось от ощущения пальцев Чана, покрытых смазкой, прижатых к его щеке. – Мхм, – Минхо вытянул губы для поцелуя, который Чан с готовностью подарил ему. Он провёл пальцами (чистыми) по мягким волосам Минхо и медленно лизнул его рот, застонав, когда Минхо каким-то образом просунул руку между ними и погладил его член сквозь спортивные штаны. Но сейчас не его время. Он должен заставить Минхо развалиться на этом фаллоимитаторе. – Ты можешь встать на четвереньки ради меня, малыш? – тихо спросил он. Он решил, что так будет лучше всего; во-первых, он сможет видеть, что делает, а во-вторых, ему не придётся беспокоиться о том, что он упадёт в обморок при виде блаженного лица Минхо, пока будет трахать его. Минхо резко вдохнул, но кивнул в ответ. Он неуверенно приподнялся на локтях и начал переворачиваться, и Чан чуть не умер, в последний раз увидев раскрасневшееся лицо своего парня, прежде чем тот полностью отвернулся. – Хороший мальчик, – прошептал он, покраснев, как только слова слетели с его губ, затем улыбнулся, когда они заставили его парня вздрогнуть. Он на мгновение сжал задницу Минхо, восхищаясь открывшимся перед ним зрелищем, но зная, что Минхо будет взволнован, если он проведёт слишком много времени просто глядя, поэтому он глубоко вдохнул, готовясь, и схватил фаллоимитатор. – Я умру, – услышал он тихое бормотание Минхо во время приступа молчания, пока тщательно смазывал игрушку, и испуганно рассмеялся, наклонившись вперёд, чтобы поцеловать младшего. – Я позабочусь о том, чтобы это была хорошая смерть, малыш, – ответил он. – Отправлю тебя прямиком на небеса. – Боже, – выдохнул Минхо. – Ты такой пош-ах! Тело Минхо напряглось в предвкушении, когда силиконовая игрушка прижалась к его дырочке, но вскоре расслабилось, когда Чан потёр и сжал его бедро свободной рукой. – Окей? – проверил в последний раз Чан. – Прошу, хён. Чан вздрогнул от отчаяния, прозвучавшего в его голосе. Минхо тоже вздрогнул, и самый нежный, самый красивый крик эхом отозвался в ушах Чана, когда он медленно ввёл фаллоимитатор внутрь. – О боже, – прошептал Чан. Его широко раскрытые глаза были сосредоточены исключительно на том, как задница Минхо растягивалась вокруг неоново-розового. – Блять. Блять. – Блять, – повторил Минхо. Его тело сотрясала дрожь; он выглядел так, словно в любой момент мог рухнуть на простыни, а Чан ещё даже не начал трахать его игрушкой. – Двигайся, ты можешь двигаться. – Милый, ты уверен? – Он едва ли больше твоего члена. Чан густо покраснел. – Как пожелаешь, – хихикнул он, держась за бедро Минхо, когда частично вытащил фаллоимитатор, а затем быстро засунул его обратно. От этого движения у Минхо перехватило дыхание, а пальцы вцепились в простыни. – Ещё. – Такой требовательный, – поддразнил Чан, но Минхо вовсе не нужно было его умолять – он и сам бы умолял, лишь бы увидеть этот образ перед глазами. Теперь он начал уверенно двигать рукой, всаживая фаллоимитатор в Минхо, будто делал это уже миллион раз. – Хён, – выдохнул Минхо тихим и плаксивым голосом. Его руки и ноги сильно дрожали, и Чан был готов увидеть, как он в любой момент упадёт. Если быть честным, ему хотелось увидеть, как он рухнет. Он ускорил свои движения с новоприобретённой целью, улыбаясь и чувствуя, как жар ползёт по спине, когда тихие крики Минхо становились всё громче. – Всё в порядке, малыш? – он ослабил хватку на бедре Минхо, чтобы просунуть руку под его торс и застенчиво потереть один из сосков. Минхо заскулил в ответ, и звук направился прямо к члену Чана. Всё тело младшего затряслось, колени едва не подогнулись. Чан улыбнулся при виде этого зрелища и обхватил рукой торс Минхо, чтобы поддержать его. – Постарайся не шевелиться, малыш, – пробормотал он. Он почти чувствовал себя садистом из-за того, как ему нравилось смотреть, как Минхо дрожит, пытаясь удержаться на ногах, но ничего не мог с собой поделать. Минхо был очарователен. Чан... Чан хотел уничтожить его. Честно говоря, несмотря на здоровое либидо, у него обычно не было таких мыслей. Но, боже, что-то в том, что Минхо был в полном отчаянии, когда фаллоимитатор заполнял его – было таким зрелищем, учитывая, что у него никогда не было такого вида, когда Чан трахал его – подталкивало его к переломному моменту. – М-м-м, – пробормотал Минхо, казалось, ничего не понимая из-за того, как Чан быстро трахал его игрушкой и из его горла вырывались сдавленные всхлипы. – Чанни. – Ш-ш-ш, – Чан сдержал улыбку; тихий, жалобный голос Минхо делал с ним невыразимые вещи. – Ты так хорошо справляешься, дорогой. – Ах, – промычал Минхо, то ли от неожиданной похвалы, то ли от того, как Чан слегка согнул запястье. – Быстрее, пожалуйста? Чан застонал от этой мягкой просьбы. Он хотел сдаться, очень-очень хотел. ...Но он также очень-очень хотел увидеть, как Минхо разваливается на части. – Нет, пока нет, – он издал тихий смешок, когда Минхо громко закричал в знак протеста. – Потерпи ради меня, ладно? – Хорошо, – вздохнул Минхо, и Чан не мог не ускорить толчки совсем чуть-чуть, слишком очарованный тем, насколько послушным был Минхо. Он не пожалел о своём решении; голова Минхо внезапно опустилась, уткнувшись лицом в его собственную руку, пытаясь подавить вздох. – Мило, – прошептал Чан себе под нос. Он пристально следил за его движениями, затем широко раскрытыми глазами наблюдал, как фаллоимитатор исчезает в Минхо. Его рука скользнула к бедру младшего, сжимая его, в то время как он поднял игрушку и вонзил её глубже, чем раньше. – Чан, – почти всхлипнул Минхо. Его колени подкосились прежде, чем Чан успел подхватить его, заставив упасть на кровать. Чан с благоговейным трепетом смотрел на это зрелище, позволяя Минхо зарыться лицом в простыни и несколько секунд лежать на матрасе. – Посмотри на себя, – выдохнул он. Он перестал двигать фаллоимитатором, отвлёкшись на то, как Минхо извивается под ним, потираясь членом о простыни, и, вероятно, даже не осознавая этого. – Возвращайся, малыш, – он снова обхватил рукой торс Минхо и попытался поднять его, но тот не сдвинулся с места. Он хихикнул. – Минхо, милый. Минхо просто застонал в простыню, вцепившись пальцами в ткань. Чан начал медленно вытаскивать фаллоимитатор, что заставило того протестующе взвизгнуть. – Ш-ш-ш, – прошипел Чан, снова таща его вверх. – Ну же, малыш, я знаю, что ты справишься. Через мгновение Минхо оттолкнулся, потом слегка пошевелил задницей, молча прося Чана продолжить. – Вот так, хороший мальчик, – Чан улыбнулся и нежно поцеловал его в копчик. – Люблю тебя. – Я люблю тебя больше, – выдохнул Минхо, и Чан увидел, как его уши покраснели от внезапного проявления любви. – Пожалуйста, хён. Чан что-то промурлыкал и раздвинул Минхо одной рукой, чтобы он мог легко вставить фаллоимитатор обратно. Он немедленно начал толчки, почти задыхаясь от совершенно ангельских звуков, слетающих с губ Минхо. – Быстрее? – Окей, малыш, – сдался Чан, стиснув зубы, и начал вколачивать розовый фаллоимитатор в Минхо. Он знал, что позже почувствует боль в руке, но это того стоило. А пока, сосредоточенно прикусив губу, отрегулировал угол наклона фаллоимитатора и, ох. Он нашёл его. – Хён, – всхлипнул Минхо, тело дёрнулось в тот момент, когда фаллоимитатор коснулся простаты. – Блять, хён. – Тебе хорошо, малыш? – Да. Голос Минхо был близок к слезам. Чан застонал себе под нос, затем снова убрал фаллоимитатор, чуть не кончая в штаны при звуке сдавленного стона Минхо. – Позволь мне положить тебя на спину, ангел, – прошептал он, слишком отчаянно желая увидеть, как лицо Минхо исказилось от удовольствия. Минхо издал слабое гудение, но охотно подчинился, наконец рухнув на матрас и позволив рукам Чана мягко перевернуть его. Губы Чана приоткрылись от удивления. Минхо… Минхо был чертовски великолепен. – О, малыш, – выдохнул он, чуть не плача при виде Минхо, раскрасневшегося и красивого, с красивыми тёмно-розовыми губами, вероятно, от укусов, чтобы заглушить шум. Глаза его остекленели от слёз и затуманились от удовольствия, волосы были взъерошены и красиво падали на лицо. Чан не мог удержаться, бросившись вниз, чтобы зацеловать его до смерти. Минхо захныкал ему в рот, с радостью принимая язык Чана. Его дрожащие руки поднялись и обхватили лицо старшего, слегка впившись ногтями. Чан улыбнулся в поцелуй, зная, как ошеломлён его парень. Через минуту он сжал руки Минхо и осторожно убрал их с его лица, чтобы снова сесть и посмотреть на него сверху вниз. Он мог бы утонуть в этом зрелище навсегда. Но тут Минхо издал слабый жалобный стон, быстро возвращая его к реальности, поэтому он наклонился и ещё раз поцеловал Минхо в губы, прежде чем взять фаллоимитатор. – Раздвинь свои бёдра для меня, любимый, – прошептал он, не в силах оторвать взгляд от образа Минхо, распростёртого под ним, с розовой дырочкой, блестящей от смазки. Он бессознательно потянулся вниз свободной рукой и провёл указательным пальцем по ободку Минхо, почти теряя сознание от прерывистого стона, слетевшего с его губ. – Перестань меня дразнить, – пробормотал он, прижимаясь бёдрами к пальцу Чана. Бан прикусил губу, изо всех сил стараясь скрыть ласковую улыбку, тронувшую его губы. – Чанни. – Ладно, ладно, – Чан осторожно взял Минхо за бедро и согнул его так, чтобы оно оказалось под углом к его груди. Минхо подавил тихий вздох, застигнутый врасплох неожиданной позицией, а затем хрипло вскрикнул, когда Чан с лёгкостью вдавил фаллоимитатор до упора. – Ох, – Глаза Минхо крепко зажмурились, лицо очаровательно сморщилось, когда Чан снова начал двигать игрушкой. – Чан... – Мой прелестный малыш, – проворковал Чан, ускоряя свою руку, чтобы соответствовать темпу, в котором он был раньше. Минхо громко застонал, стиснув зубы, чтобы заглушить звук. Чан мог поклясться, что видел, как слёзы собрались в уголках его глаз, и по какой-то неизвестной причине эта мысль заставила всё внутри него вспыхнуть. Он попытался ободряюще сжать бедро Минхо. – Ты в порядке, малыш? – он снова замедлил свои толчки, просто на тот случай, если Минхо слишком увлёкся ощущениями. – Не останавливайся! – воскликнул Минхо. Его глаза распахнулись, и несколько слёз непроизвольно потекли, заставив желудок Чана перевернуться. Ему не нужно было повторять дважды. Он мгновенно вонзил фаллоимитатор в Минхо, вздрогнув, когда тот застонал, и попытался выгнуть спину. – Ты такая прелесть, – прошептал Чан, словно наблюдая, как Минхо спит, свернувшись калачиком, а не умирает от наслаждения с игрушкой в заднице. – Малыш, посмотри на меня, – он смягчил голос, несколько смущённый тем, как требовательно вёл себя сегодня. – Ты можешь смотреть на меня? Минхо всхлипнул, но не сводил остекленевших глаз с Чана, смущённо посасывая нижнюю губу. Его щёки были самого красивого оттенка розового, почти дополняя оттенок фаллоимитатора, и Чан внезапно почувствовал желание прижаться поцелуями к его коже, пока она не загорится. Он замедлил свои толчки, и наклонился, чтобы коснуться губами каждой из влажных щёк Минхо, быстро следуя к его губам. Минхо, не колеблясь, снова запустил пальцы в волосы Чана и потянул их, пока старший облизывал его в рот. – Ты идеален, – прошептал Чан ему в губы, нежно посасывая язык младшего. Минхо застонал, его пальцы крепче сжали его волосы. – Быстрее, Чанни, – робко прошептал он. – Пожалуйста, пожалуйста, я сделаю всё, что угодно. У Чана снова скрутило живот. – Ох, да? – промурлыкал он, отстраняясь, чтобы ухмыльнуться. Чан хотел видеть Минхо разбитым так же сильно, как Минхо хотел быть разбитым, если не больше. Он отстранился, снова сел на колени и начал быстро двигать рукой, не видя ничего, кроме розового пятна, когда он практически вонзил игрушку в Минхо. Похотливые звуки его движений вкупе с громкими стонами Минхо... Боже. Чан начинал думать, что его спортивные штаны разорвутся от того, как сильно член натягивал боксеры. Его запястье действительно начало болеть, но он не беспокоился об этом. Минхо извивался на кровати, отрывистые всхлипы вырывались из его горла, глаза сами собой закрывались. – Чан! – закричал он. – Чан, Чан! Бан застонал и снова нырнул вниз, чтобы беспорядочно поцеловать потную шею Минхо, более твёрдо подтянув его бедро к груди. Минхо снова застонал, пронзительный звук проник прямо в ухо Чана и спустился к его члену. – Чанни. Чан посасывал его сладкую кожу, тихо успокаивая. – Хён, я- – Ш-ш-ш, хороший мальчик, – пробормотал Чан, садясь обратно, чтобы сосредоточиться на том, чтобы лучше трахнуть Минхо игрушкой. – Ты так хорошо справляешься, дорогой. – Нет, я... – бёдра Минхо дёрнулись, – близко, близко. Чан улыбнулся ему сверху вниз, втирая успокаивающие круги в бедро Минхо большим пальцем. – Я знаю, малыш. – Чан. Бан не мог удержаться, чтобы снова не поцеловать младшего, слишком ошеломлённый прекрасным зрелищем внизу. Он боялся, что если будет смотреть слишком долго, то потеряет сознание и забудет всё. Он не мог этого допустить. – Я рядом, малыш, – повторил он, чмокая Минхо в губы. – Позволь мне позаботиться о тебе. – Пожалуйста, пожалуйста. – Ш-ш-ш, почти, – Чан осыпал поцелуями щёки Минхо, затем отстранился и отпустил бедро младшего, чтобы вместо этого обхватить рукой его член. Минхо практически взвизгнул от соприкосновения; его бёдра дрожали и от фаллоимитатора, и от руки Чана. – Чувствительный малыш, – прошептал Чан, несколько раз поглаживая истекающий член Минхо. Тем не менее, часть его не хотела заставлять своего парня кончать прямо сейчас, поэтому он вскоре убрал руку и переместил её, чтобы прижать одно из бёдер Минхо к кровати. Теперь он действительно сосредоточил свои усилия на розовом фаллоимитаторе, поворачивая его как можно лучше, используя своё знание тела Минхо, и, похоже, ему это удалось, если судить по тому, как у Минхо отвисла челюсть и закатились глаза. Он продолжал толкаться, чтобы попасть в то место снова и снова, с трудом дыша, просто наблюдая, как Минхо разваливается. – Ах! – Минхо попытался вывернуться из его хватки, но силы в данный момент были на стороне Чана. – Чанни, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Чан подавил желание поворковать. – Кончаешь, малыш Минхо неуклюже кивнул, голова его билась о подушку. Чан вздрогнул. У них с Минхо никогда не было ролей в сексуальной жизни. Они занимались сексом по очереди, у них был хороший секс. Вот и всё, что от него требовалось. Но Чан не мог отрицать, что вид Минхо, доведённого до такого состояния, сводил его с ума. Это заставляло его хотеть полностью разорвать своего парня, уничтожить его так, как он никогда даже не думал до сегодняшнего дня. Он очень, очень не хотел, чтобы это закончилось. Поэтому он решил попытать счастье. Он замедлил движение руки, ослабив хватку на бедре Минхо, чтобы потереть его живот. – Ты сможешь подождать меня ещё немного, ангел? Минхо мгновенно открыл глаза. Он прижался бёдрами к фаллоимитатору, отчаянно смущённый крик слетел с его губ. – Что? Чан глубоко вздохнул, его щёки покраснели. Он быстро заговорил: – Позволь мне ещё немного поиграть с тобой, малыш. При этих словах Минхо громко застонал, его бёдра затряслись. – Чан, – прерывисто прошептал он. – Блять, пожалуйста, мне нужно кончить. – Ш-ш-ш, я знаю, – теперь он делал свои толчки медленно, втайне любя, как нуждался в этом Минхо, который извивался и скулил, слёзы снова собирались в его глазах. При виде этого Чан резко вдохнул. – Посмотри на себя... Ты заплачешь, малыш? Минхо с рыданием откинул голову назад, бёдра неумолимо двигались вниз, и Чан отпустил его, решив, что ему очень нравится это зрелище. Он, наконец, сдался и скользнул рукой вниз к своему члену, мгновенно застонав. Ему не потребуется много времени, чтобы кончить, просто смотря на такого Минхо – и, блять, ему даже не было стыдно. – Подожди, – выдавил Минхо, надув губы и протягивая руки к Чану. – Нет. – Нет? – Чан неохотно убрал руку от промежности, останавливая свои толчки и фаллоимитатор, чтобы услышать, что Минхо хотел сказать. – Помоги мне встать, – пробормотал Минхо. Чан несколько раз в шоке моргнул, не понимая, откуда у Минхо такая внезапная слаженность, но осторожно убрал фаллоимитатор и позволил Минхо обернуться вокруг себя, когда он посадил младшего к себе на колени. – Что я могу для тебя сделать, малыш? – он поцеловал Минхо за ухом, улыбаясь тому, как тот дрожал в его объятиях. Он на мгновение проигнорировал то, как одно из бёдер Минхо прижималось прямо к его выпуклости. Ли не ответил словами; вместо этого он толкнул Чана на спину, заставив старшего взвизгнуть от шока. – Мин... – простонал он, слова мгновенно оборвались, когда рука Минхо стянула его спортивные штаны и боксеры вниз ровно настолько, чтобы его член выскочил наружу, и внезапно его окутал холодный воздух. – Малыш, – рассмеялся он, где-то между шоком и всепоглощающим возбуждением. Он тихо заскулил, когда Минхо начал дрочить его член. Чан пошарил вокруг и потянулся к фаллоимитатору, держа его с приподнятой бровью. – Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя вот так? – пробормотал он, наконец поняв, чего хочет Минхо. Минхо застенчиво кивнул. – Пожалуйста, хён. – Хорошо, любовь моя, – рука Минхо, двигавшаяся по нему, мешала ему сосредоточиться, но ему каким-то образом удалось заставить своего парня раздвинуть бёдра, чтобы он мог снова вставить в него фаллоимитатор. Если он думал, что видел красивое зрелище раньше... Это было беспрецедентно. Ему показалось, что он на мгновение застыл, неподвижно прислонившись спиной к матрасу, когда смотрел на Минхо, который стоял на коленях по обе стороны от него, оседлав фаллоимитатор дрожащими бёдрами, в то время же дроча Чану дрожащей рукой, с нижней губой между зубами и трепещущими глазами. У старшего просто дух захватывало. Господи. Чан даже не мог вспомнить, какой была их сексуальная жизнь до этого момента. – Боже, Минхо, – простонал он, наблюдая, как Минхо делал большую часть работы, опускаясь на фаллоимитатор и в унисон двигая рукой по стволу Чана. – Блять… малыш. Ты такой идеальный. Он попытался восстановить равновесие, ухватившись за бедро Минхо, чтобы тот перестал подпрыгивать, затем сам вставил фаллоимитатор и повернул его так, как делал раньше. Минхо прямо-таки зарыдал, широко распахнув глаза и тут же уткнувшись в колени Чана. Бан с трудом сглотнул; между громкими криками Минхо и его маленькой рукой, потирающей головку члена Чана, он не собирался долго держаться. Но на этот раз он не побеспокоился остановиться. Минхо был таким красивым, таким хорошим, и Чан был более чем готов увидеть, как он разваливается на куски. – Хороший мальчик, – выдавил он, задыхаясь от собственного удовольствия. Он с силой вдавил фаллоимитатор в Минхо и с благоговением наблюдал, как лицо его парня сморщилось, а голова склонилась набок. Боже, он был само совершенство. – Давай, малыш, – успокаивающе сказал он. – Я знаю, что ты уже близко. Мой прелестный малыш, ты так хорош. Минхо застонал, слёзы потекли по его лицу, когда Чан двигал запястьем так быстро, как только мог, его другая рука потянулась, чтобы обхватить себя, когда рука Минхо оторвалась от его члена. Младший был слишком далеко, чтобы даже прикоснуться к нему в этот момент, и каким-то образом это только приблизило Чана к разрядке. – Чанни, – заскулил Минхо, слабо прижимаясь бёдрами к игрушке. Его голова откинулась назад, сладчайшие стоны эхом разнеслись по комнате. – Чанни, пожалуйста. – Можешь кончить, дорогой, я тебя держу, – прохрипел Чан, стараясь не вцепиться в собственную руку. Он быстро и жёстко трахнул Минхо дилдо, тяжело дыша в предвкушении. – Кончи для меня, малыш, давай. Минхо громко всхлипнул, падая вперед на грудь Чана и кусая его за плечо, когда он сильно ударился о его торс, бёдра всё ещё дрожали. Чан застонал, осторожно вытаскивая фаллоимитатор и кончая сразу после этого. Оба они создали полный беспорядок на его животе. Никогда в жизни он не чувствовал себя лучше. Его руки мгновенно взлетели, чтобы обхватить дрожащее тело Минхо. Младший по-прежнему уткнулся лицом в его шею, тихие всхлипы срывались с его губ, пока он медленно приходил в себя. – Вот так, – прошептал Чан, внезапно измученный, но такой, такой блаженный. Он никуда не хотел двигаться с этого места, больше всего на свете желая остаться обёрнутым вокруг Минхо, даже с грязным месивом, растекающимся по его торсу и делающим их кожу ещё более липкой, чем она была от пота. В обычное время он бы уже вскочил и помчался убирать, но сейчас… Он хотел остаться здесь навсегда. Он хотел чувствовать такую близость с Минхо каждую секунду до конца своей жизни. – Я люблю тебя, – наконец выдавил Минхо, откидывая назад своё заплаканное лицо, чтобы ошеломлённо улыбнуться Чану и поцеловать его. Чан улыбнулся в поцелуй, крепче сжимая талию Минхо и не собираясь отпускать. – Я люблю тебя, – ответил он между короткими поцелуями. – Хочешь сейчас прибраться? – Не-а, – просто ответил Минхо, свернувшись калачиком прямо на этом месиве и уткнувшись носом в шею Чана. – Согласен, – вздохнул Чан, прикрыв глаза. Через несколько секунд Минхо снова заговорил: – Знаешь, кого ещё я люблю? Чан снова открыл глаза и, прищурившись, посмотрел на своего парня. – М? Кого? Минхо вскинул голову со злобной ухмылкой. – Чанбина. Чан со смехом откинул голову назад. Последнее, о чём он хотел думать во время их с Минхо нежных послесексуальных объятий, был Чанбин, но он не мог отрицать, что Минхо был прав. Они оба хихикали в унисон, измученные тела переплетались так красиво, как никогда прежде. Слава богу за ужасающе неуместные подарки, которые привели их сюда. Может быть, вселенная хотела, чтобы этот богом забытый неоново-розовый фаллоимитатор оказался в руках Минхо с самого начала. Может быть, это было скрытое чудо, знак свыше. А может, и нет.

***

Позже вечером, когда Минхо уже спал, у Чана зазвонил телефон. Он быстро сел, чтобы ответить, не желая будить своего парня. Со Чанбин. – Что случилось? – сонно пробормотал он, решив, что Чанбин забыл наушники на вечеринке или что-то в этом роде. – Как всё прошло? Чан ещё больше сел. – А? – Фаллоимитатор, – уточнил Чанбин, и для Чана его голос звучал слишком весёлым. – Как всё прошло? – Что... – уши Чана начали гореть, несмотря на то, что Чанбин не мог его видеть. – Я не стану раскрывать тебе подробности моей сексуальной жизни, Чанбин. Какого хрена? Он услышал, как Чанбин хихикнул. – Значит, это сработало? – Что сработало? Чанбин засмеялся ещё громче. – Не за что. – Что? – Чан провёл рукой по усталому лицу. Затем он замер, быстро моргая, когда услышал сигнал, означающий конец вызова. – Эй, стой.