Марко Ботт слишком милый, когда спит.

ночь. а точнее поздний вечер. ужин в корпусе был закончен, и сейчас новобранцы сидели по своим комнатам, занимаясь своими делами. Жан, сидящий на против кровати Марко, и Марко, смотрящий на своего парня. он был довольно милым. Черная майка, и большие домашние штаны, которые были предназначенны для сна. собственно, зачем он их и надел, ведь собирался спать. он читал какую-то книгу, Марко так и не смог рассмотреть что же за книга. - Жан.. подаёт голос Марко, вставая с кровати. - да, лучик? Жан любил называть его так, когда они наедине друг с другом. - мне..мне нужно пообниматься. можно?.. Марко вел себя сейчас как-то..подавленно? грустно? но явно не хорошо. Жан напрягся. он закрыл книгу, даже не оставив закладку, и отложил её. - что случилось? хочешь поговорить об этом? спрашивает Жан, одновременно раскрывая руки для объятий, сразу же принимая его. Марко утыкается ему в грудь, крепко обнимая за талию. - мне..мне просто стало резко грустно сейчас. я..просто хочу обниматься. с тобой. долго. говорит Марко, пока Жан гладит его по спине, аккуратно целуя в макушку, утыкаясь носом в его волосы, вдыхая приятный запах своего маленького мальчика. - я люблю тебя. шепчет Жан, сильнее обнимая его, вновь целуя в макушку. - и...и я тебя. очень сильно люблю. Жан даже через ткань майки чувствует, как щеки Марко нагреваются от смущения, явно накатившего резко от слов Жана. через какое-то время Кирштейн и не замечает, как носитель веснушек засыпает. прямо у него на руках. это..не передаваемые, теплые и приятные ощущения. - ты самый светлый лучик в моей жизни, Марко. спокойной ночи. шепчет ему на ухо Жан, аккуратно заваливась вместе с ним на свою кровать, укрывая их обоих одеялом. ночь намного приятнее, когда у тебя на руках засыпает любовь всей твоей жизни.