Аллегория рождения зла

      Уже несколько часов к ряду устало бредя по поросшей высокой травой лесной дороге, Чимин напрасно пытался вычислить координаты своего местонахождения. Густой туман, подобно запотевшим стёклам в очках, ловко скрывал от него пасмурное ночное небо, не давая ни малейшего шанса разглядеть что-то, хотя бы отдалённо похожее на выход из этого проклятого тернового лабиринта, построенного, похоже, самим Минотавром, в котором он оказался по воле случая. Ну или своей глупости.       Когда машина неожиданно заглохла, а мобильный наотрез отказался «ловить» сеть, Чимину зачем-то взбрело в голову не дожидаться рассвета, а не спеша двинуться предположительно в сторону деревни, которая, если верить его старой карте, располагалась примерно в восьми километрах от места его вынужденной остановки. Но чем дальше Чимин шел, тем больше ему начинало казаться, что он окончательно и бесповоротно заблудился. Что ж, это вполне себе в его репертуаре.       Память, будто подшучивая над своим нерадивым хозяином, наотрез отказалась признавать в этом странном тёмном лесу провинцию Бретань, где по идее Чимин и должен был сейчас находиться. Раздраженно тряхнув головой, Чимин, решив, что хуже уже быть все равно не может, осторожно свернул в лесную чащу, надеясь отыскать там место для небольшого отдыха. Ночная прогулка по неизвестным местам и тропам, окутанным странной серой дымкой, как-то совсем резко перестала казаться ему хорошей идеей. Всё-таки лучше дождаться утра и с первыми лучиками солнца отыскать, наконец, верное направление к деревне.       Осторожно обходя деревья и невысокие кусты, Чимин неожиданно услышал какой-то громкий скрежет под ногами. Услышал и чуть душу Богу не отдал. Вздрогнув всем телом, он максимально быстро достал из кармана джинсов телефон и трясущимися руками отыскал в нём приложение «фонарик». Посветив себе под ноги и спугнув тем самым небольшого ёжика, Чимин нервно рассмеялся и несмело огляделся по сторонам. Ни черта не видно. И куда он только забрёл? Нужно перевести дух.       Отдыхать на траве Чимину вдруг как-то резко расхотелось: мало ли, вдруг ёжик с подкреплением вернётся. Ну или белка какая проскочит. А вот идея отсидеться на невысоком дереве показалась ему вполне неплохой. Осталось только отыскать такое и, вспомнив юношеские годы, взобраться на одну из веток. Взобраться и в тот час же не рухнуть головой вниз. Освещая «фонариком» себе путь, Чимин, медленно ступая по траве, прошёл ещё несколько метров и неожиданно для самого себя набрел на небольшую поляну, густо покрытую мглой.       Сделав ещё несколько осторожных шагов, слух Чимина уловил едва слышный звон колокольчиков, который довольно быстро сменился громким скрипом. Резко остановившись, Чимин невольно застыл на месте, во все глаза наблюдая за тем, как на поляну вышел странный человек, позади которого плелась желтая тощая кобыла, запряженная в похоронную телегу. Какого?       Выглядел незнакомец довольно странно: длинные белые пряди ниспадали на худое лицо, черное одеяние явно на несколько размеров больше, чем нужно, широкополая шляпа и коса на плече, причём её лезвие визуально казалось довольно острым. Человек шел прямиком к Чимину, тряся головой из стороны в сторону. На мгновение Чимину даже показалось, будто незнакомец его впритык не видит и просто идёт на запах.       Довольно сильно испугавшись, Чимин попытался сделать шаг в сторону, но его тело словно приросло к земле. Незнакомец же, почуяв перемену в поведении своей жертвы, резко рванул вперед и, через секунду оказавшись у него за спиной, толкнул несчастного и прижал его лицом к земле, из-за чего Чимин неосознанно начал хватать ртом мокрую почву.       — Слезь с меня, идиот, — прохрипел Чимин, напрасно пытаясь, освободиться. — Это шутка такая? Аттракцион?       Незнакомец, услышав столь нелестный комментарий в свой адрес, замер сначала, а затем, наклонившись к уху своей жертвы, прошептал приятным тихим голосом:       — Ты разве меня не боишься? Почему не попытался спрятаться?       — Я не боюсь тощих псевдо-маньяков, — гордо промолвил Чимин, в душе молясь всем известным ему Богам, чтобы он ошибся, и мужчина, прижимающий его к земле, оказался простым безобидным прохожим. Ну или актёром каким. Кто этих французов разберёт?       — Маньяк? Я? — опешил незнакомец, поднимаясь с Чимина и легко перевернув того на спину, посмотрел в его испуганные глаза.       — Ну, не я же, — почувствовав относительную свободу, начал дерзить Чимин. Инстинкт самосохранения? А что это такое?       — Как зовут тебя, безумец?       — Чимин.       — Я — Анку, запомни это имя.       — С чего бы мне его запоминать?       — Ты глупый, но забавный, — серьёзным голосом, ответил Анку.       На своём веку он впервые встречал человека, который, завидев его, не бросился наутёк. Местные очень любили слагать о нём разные легенды, представляя его, то Каином, первым убийцей на земле, что был наказан вечными странствиями по свету в поисках новых жертв, то обычным человеком, умершим последним в году. Обе истории были в чем-то правдивы, но истина по-прежнему была покрыта завесой тайны.       — Сейчас ночь, но я пожалею тебя. Встретимся через два года, — словно сквозь статическое напряжение прозвучал голос незнакомца.       Признаться, Анку до конца не понимал, зачем дал безумцу столько времени. Ведь все люди, видевшие его ночью, «сгорали» меньше чем за месяц. Два года давалось лишь тем, кто повстречал его на закате дня. Удивляясь своей щедрости, Анку окончательно поднялся с притихшего Чимина и медленным шагом направился к своей телеге, на которую были сложены призрачные тела его недавних жертв.       Интересно, он сможет когда-нибудь до конца её наполнить? Ведь жертв ему всегда так ничтожно мало…       — Через два года? — зачем-то переспросил Чимин, не решаясь подняться с земли. — Надеюсь, этого не произойдёт.       — Надейся, — оскалился Анку. — Я буду за тобой наблюдать.       — Может, вместо наблюдения, скажешь, где здесь выход?       — Иди прямо. Когда дойдешь до старого дуба, поверни направо. Деревня там.       — Спасибо. Что ли.       Усмехнувшись, Анку ласково погладил рукой свою лошадь и, подмигнув Чимину, в мгновение ока «нырнул» в туман, тут же растворяясь в нём, оставляя после себя лишь дымку воспоминаний в и без того больной голове Чимина.       Неуверенно поднявшись с земли, Чимин брезгливо отряхнул свою одежду и быстрым шагом направился в указанном Анку направлении. Но, что странно, чем дальше он уходил от поляны, тем более расплывчатыми становились его воспоминания о странном незнакомце. Отыскав старый дуб, он, как и было велено, свернул направо, и уже через пару метров из-под белой вуали рассвета показались первые очертания деревни.       Добравшись, наконец, до стационарного телефона, Чимин быстро договорился об эвакуаторе и, сидя в уютном кафе, стал устало дожидаться, пока его машину оттащат в автосервис и начнут ремонтировать.       Сонно попивая ароматный кофе и с интересом наблюдая за симпатичным блондином, что несколькими минутами ранее вошел в кафе и, не говоря ни слова, сел прямо напротив него, Чимин, практически ничего уже и не помня о недавней встрече в лесу, наконец, выдохнул. А была ли та встреча на самом деле? Или же ему просто приснилось? Второе куда более вероятно.       — Ты тут проездом? — устав от тишины, спросил Чимин, внимательно рассматривая своего невольного собеседника. Красивый.       — Можно сказать и так, — знакомым голосом, ответил блондин.       — Мы не встречались раньше? Я Чимин.       — Меня зовут Юнги, может быть, и встречались, — обворожительно улыбнулся блондин.       — Твой голос мне кажется знакомым.       — Я работаю в телефонной службе. Ты, быть может, у нас что-то заказывал?       — Вероятнее всего. Я часто делаю покупки через интернет, — почему-то смутился Чимин, совершенно не чувствуя подвоха.       — Ты такой забавный, — усмехнулся Юнги, убеждаясь в том, что не зря выбрал этого безумца на роль своего спутника.       Осталось выждать два года и в последние секунды декабря забрать жизнь Чимина. Ведь только так тот сможет стать призраком и скрасить, наконец, серые будни Анку — посланника самой смерти.       А до этого момента Юнги всегда будет рядом со своим будущим суженным, щепетильно оберегая жизнь Чимина от посторонних посягательств.       Тот, кого пометила сама смерть, уже никогда не сможет от неё сбежать и, судя по довольному лицу Чимина, убегать тот и не намерен. Поистине безумец. Похоже, года поисков, наконец, подошли к концу. И Юнги этому действительно рад.