За стеклом

Стекло. Тонкое, но прочное как сталь. Лишь оно отделяет Питера от заветной мечты – обнять, прижаться и сказать, что всё хорошо. Они победили, Танос мёртв, всё в порядке. Но всё ничерта не в порядке! Именно поэтому Тони сейчас лежит там – слабый, нашпигованный под завязку лекарствами и другой химией, с обрубком вместо одной руки и кучей приборов вокруг. Почти мёртвый, даже не способный самостоятельно дышать, но живой. И поэтому Питер не пытается туда войти. Пропуск всё равно есть только у врачей, так что не стоит даже пытаться. А над Тони стоит смерть. В буквальном смысле стоит, тихо поглаживая по волосам. Но это не правильно! Он так много сделал для этого мира, а ему даже не дают возможности тут остаться! И поэтому Питер кричит. Кричит так громко, что, скорее всего, сюда скоро прибегут санитары, чтобы его увести. Но это не важно. Главное – она его услышала. И теперь смотрит хитро , сощурив глаза в щёлки. И Питер кричит сильнее, сшибает кисти в кровь, в попытках разбить стекло и добраться туда. Падает на колени и умоляет, прижавшись лбом к стеклу. Он сделает всё. Всё, что только потребуется, только пусть не трогает Тони. Он почти воет от боли и рыдает, даже не замечая этого. А она... Ей интересно. Этот глупый мальчишка считает, что может что-то для него сделать. Он в отчаянии. А отчаяние толкает на безумные поступки. Поэтому она подает ему руку. Именно поэтому Питер сейчас стоит рядом с кроватью, и самим Тони и тихо шелестит губами, понимая что тот его не слышит. Он уже не плачет. Нечем. ‐Простите, мистер Старк. Простите, пожалуйста. Вы говорили, что я должен стать лучше вас, но я не смог. Я согласился на самую ужасную сделку во вселенной. Он наклоняется и тихо мажет губами по бледному лбу. ‐Сделку со смертью. Где то за стеклом всё ещё лежит бездушное тело Питера Паркера. А Тони Старк впервые за три года открывает глаза. Питер – это свет, это жизнь. А жизнь всегда идёт об руку со смертью. Это меньшее, что он может сделать. Это как минимум правильно.