И заменить тебя некем

Солнечный свет пробивался сквозь шторы. Леви пощурился, а затем открыл глаза. Он услышал, как поют птицы свою весеннюю песню, щебечут о своем, делятся секретами. Как солнце озаряет комнату. Когда комнату заливает солнце, она кажется еще чище. Поэтому он проснулся с хорошим настроением. Он повернул голову, обнаружив перед собой Эрена, укрытого одеялом. Он был абсолютно голый, поэтому Леви мог разглядеть его смуглую кожу, местами покрытую родинками. Леви взглянул на его лицо: кажется, им обоим пора побриться. Длинные отросшие волосы раскинулись по подушке и местами прикрывали лицо. Леви протянул руку, убрав волосы Эрена с его лица. Пощупал щетину. Какой он стал взрослый, очаровательно красивый, подумал он. От этого прикосновения проснулся Эрен. Он открыл глаза, затем взял руку Леви в свою ладонь, словно не понимая до конца, кто находится рядом с ним, кто его трогает. Эрен посмотрел на Леви, задержал взгляд. В свете солнца капитан выглядел еще более бледным. Эрен поднялся с кровати и подумал: надо бы одеться. Хотя нет, все равно идти в ванную. Он подошел к Леви с другой стороны кровати и поднял его на руки. Затем отнес в ванную, где посадил на стул. Налил воды в таз, положил мыло. Леви умылся, и Эрен, стоя наготове с полотенцем, вытер его лицо. — Тебе вообще полностью надо помыться, посмотри на свои грязные патлы, — сказал он приказным тоном. Леви изредка поглядывал, как Эрен моет тело, затем волосы. Он приготовил полотенце. Йегер предстал перед ним как большой мокрый пес. — Наклоняйся. Сидя на специально приготовленном для него стуле, Леви тщательно начал обтирать полотенцем его мокрое тело, затем промокнул волосы. Это заняло достаточно большое количество времени, волосы в данный момент стали настолько длинными, что их было тяжело мыть, трудно сушить. Затем они вместе побрились. Эрен уселся напротив Леви, подставив стул, взял его подбородок аккуратно и начал также аккуратно водить лезвием по местам, где успела вырасти щетина. Затем умыл его лицо снова. Леви проделал то же самое, сделав это достаточно быстро, но качественно. Приблизившись к нему, он чувствовал, как от Эрена пахнет зубным порошком и мылом. Какое прекрасное утро, подумал Леви Аккерман. Назовем его "чистый четверг". Эрен готовил вкусно и быстро, так что Леви даже не успел проголодаться, как перед ним оказалась яичница. Сидя друг напротив друга, они поели, Эрен приготовил черный чай, отрезал кусочек пирога и поставил возле Леви. Эрен смотрел на мужчину. Леви чувствовал, он читал в его глазах эту… любовь, привязанность, заботу, ласку. Йегер всегда терпеливо с ним возился, он понимал его с полуслова. Только Леви подумает о чем-то, Эрен сразу же это исполнит. Между ними установилась невидимая связь, обоюдная забота и любовь. Леви подумал, что все не так уж и плохо. Неплохой остаток дней он проживет. Эрен поднял Леви со стула, отнес в комнату, усадил на кровать и помог одеться. Леви завязал свое неизменное жабо, надел пиджак. Эрен приволок с прихожей коляску и посадил Леви на нее. Они отправились гулять по улочкам еще неизученного города. Купили карту и газету, поспрашивали прохожих о местных достопримечательностях и, выстроив небольшой маршрут, отправились в их сегодняшнее путешествие. Солнце сегодня светило благодатно и дул теплый ветер, пробирался через узкие улицы, гулял по лестницам, блуждал в длинных темных волосах Эрена, ерошил их, заигрывая. — Я проголодался, — сказал Леви, взглянув на Эрена снизу вверх. Эрен улыбнулся. Что-то было не так. В какой-то момент Леви подумал: ах, почему он сегодня молчит? Они заглянули в летнее кафе, Эрен оставил Леви за одним из столиков и отошел сделать заказ. Они плотно поели вкуснейшей еды. Леви следил за Эреном напротив: он улыбался, когда ловил на себе взгляд капитана, охотно ел, уплетая обед за обе щеки. Леви посетило множество мыслей. Целый ворох. Он впервые подумал: ах, как же я счастлив. Они немного заблудились по дороге домой, но участливые прохожие помогли им разобраться с картой. Уже ближе к ночи они пришли домой, и Эрен взял на руки любимого мужчину, так аккуратно и нежно, словно драгоценный камень и положил его на кровать, отвезя коляску обратно к двери их съемной комнаты. Леви повернул голову. Сквозь шторы пробивался свет полной луны. Луна была такая крупная, неестественно белая, что капитан подумал: а не сон ли это? Но это был не сон. Ведь Эрен рядом с ним, абсолютно живой, целый. Высокий, смуглый, длинноволосый, с изумрудными глазами, он дотрагивался до Леви своими большими горячими руками, брил его аккуратно, улыбался ему, таскал на руках. Эрен улегся рядом и начал целовать лежащего на боку Леви. Прикосновения его губ обжигали. Обжигали затылок, шею, плечи, спину Леви. Леви горел, но ему было приятно это тепло. Эрен трогал его, проводя рукой по рельефу его тела. Ах, не сон ли это? Не сон? Эрен повернулся к лицу Леви, целуя в губы, щеки, лоб. — Я люблю тебя. Я правда люблю тебя, — произнес Леви. Эрен целовал его раз за разом, и капитан утопал в этих поцелуях, в этих прикосновениях, полных любви, ласки. Почему он молчит? Почему? Леви притянул его к себе, заставляя посмотреть в глаза. Его бросило в дрожь. Капитан обнаружил его тусклые глаза и неживой «рыбий» взгляд. Он произнес хрипло: — Эрен? Леви вздрогнул, от чего-то проснувшись. В мгновение ока он понял, что проснулся от собственного крика, а затем прибежали Фалько и Габи, окружив его постель. Они забрались на кровать с испуганными озабоченными лицами и принялись его обнимать и гладить, утешая. — Все хорошо, капитан, мы здесь, мы здесь, — повторяли они раз за разом. — Все хорошо, это просто сон. Они повторяли это снова и снова, пока Леви не осознал: да, это действительно был просто сон. Не имеющий право существовать в реальности сон.