в мире так много тупых людей

я пускаю слух о твоей кончине — окликаешь конченым. лол. соси, бля, жидовский выродок, грязный червь. у таких, как ты, сердца нет в помине. и мешочек золота на грудине — главный секрет. тупоголовый утырок. ведь каждый среди рубашек хранит подноготную, облепленную с ног до головы молью, обмотанную слоем — тремя метрами пыли. и, словно цербер, в шкафу с чашкой модной ссанины том круз стережёт скелеты. знаешь, а невесомость лет опускается мне на голову вымоленной беспомощностью, взглядом дубоволистным, пустотой в нём, нимбом алым, малёванным кровью. не задавай вопросов — и не задам тоже. пусть разрывают глотки бесшумным рёвом пульсары в моей башке. звучат, но беззвучно. ты знаешь, о чём это. ну, бля, и что же? капли разбитой физиономии бурным потоком, будто причастный кагор, мчатся вниз по горлу с живописных вершин горных, и я сглатываю не в силах сопротивляться напору. блядский потрох, что ты со мной сотворил, а? слова вырываются из грудины — болтается тяжкий крест: — чтобы ты сдох, скотина. рядом с сердцем пылает покоцанная звезда давида, худшее из чудес, анальный блеск чудовища из лох-несского озера. — чтобы ты сдох, уродище. если ответ — нет.