в мире так много тупых людей

я открещивался от тебя всю жизнь, и за это время кто-нибудь более находчивый сумел бы сколотить состояние; кто-нибудь более старательный успел бы заработать грыжу; кто-нибудь более легкомысленный не сдержался и кончил бы в пьяную одноклассницу, да завёл семью, пусть маргинальную, обречённую на бедственное существование, но семью. я открещивался от тебя всю жизнь, и за это время я испортил тысячу фотографий, снимки спасая ножницами — кадры куда милее без блядской унылой рожи твоей; я придумал множество обзывательств под стать твоему облику, залипательному, но уродливому; да я, блядь, придумал мир, искажающий всю твою суть. make воображляндия great again, или какие там лозунги скандирует республиканская партия. и всё ради того, чтобы открещиваться от тебя и дальше. всё ради того, чтобы попросту не свихнуться. всё ради того, чтобы... легонько давишь на грудь, открещиваясь от очередной драки. ожог третьей степени расползается под рубашкой, красивый и тонкий. вторит твоей ладони. сминая ткань пальцами, будто пытаешься всковырнуть рану, задеть за живое, добраться до сути. думаю о тебе сказуемыми, не эпитетами и не метафорами, бездействуя, ты действуешь мне на нервы, кайл. понтуешься. киношным героям под стать. продолжая безвкусную, беспонтовую рифму глагольную, я хотел бы на веру тебя принять. в одной из вселенных я успокоюсь, читая тору. а в этой вселенной тянусь тебя поцеловать.