Тсуна учитель

Документы взял, журнал взял, чистую бумагу взял. Это нечестно, что я должен этим заниматься. Мне сейчас вовсе не до студентов. Жизнь аспиранта тяжела, к тому же — на работе не дают вдохнуть лишний раз. А еще это нечестно потому что я должен идти именно в эту группу. Там он. Я не хочу его видеть. Я не могу его видеть… По стеклам забарабанил дождь именно в тот момент, когда я занял свое место у кафедры. Студенты-второкурсники отвлеклись от своих дел и обратили на меня внимание. — Савада Тсунаеши, только не говорите, что сегодня будете вести Вы! — спросил один из студентов. Я медленно повернул голову в сторону вопрошающего, наградив его равнодушно-презрительным взглядом. — Просто каждый раз, когда Вы ведете пару — у нас контрольная… — продолжал студент. — И в этот раз не исключение. — я потер виски. До конца перерыва оставалось около трех минут, а ОН все не появлялся в аудитории. Хотя, возможно, он не слышал, что пару буду вести я, и давно ушел домой. От таких, как он, не стоит ждать 100% посещаемости занятий. Две минуты. Я вытащил из папки контрольные работы. Ненавижу вести лекции этим оболтусам, поэтому, если ставят пару — всегда готовлю несколько вариантов контрольных работ. В этот раз их 6. Справиться должны за полпары, а потом пусть идут на все 4 стороны. Сейчас будет звонок… — Добрый день, Савада Тсунаеши!.. — сказал парень. Словно в область сердца поставили огромную отметину раскаленным железом. Не реагировать, не смотреть, собрать все силы в кулак… — Добрый день, Гокудера. Я уж было решил, что ты как всегда прогуляешь. — не надо было отвечать. Моя маска равнодушия трещит по швам, когда он говорит со мной. Я взглянул на него. И зря… Эта майка как нельзя лучше демонстрировала его подтянутое великолепное тело, задорные зеленые глаза смотрели сквозь меня, светлые растрепанные волосы не прикрывали проколотых ушей. Я быстро опустил голову к своим бумажкам. Кажется, в этот раз я засмотрелся на него дольше обычного… — Да что ВЫ говорите — я всегда на ваши пары хожу! — Лучезарно улыбнувшись ответил парень. Каким-то внутренним зрением я увидел его лучезарную улыбку. Правда, мои пары он посещает всегда. И я давно уже догадался, почему… спасительный звонок отвлек мое воображение, которое уже начинало рисовать картины исполнения моих скрытых желаний. Объяснив суть задания и раздав контрольные листы, я приземлился в преподавательское кресло. Студенты старательно взялись за работу: кто уже шелестел тетрадью, пряча ее под партой, кто положив свой смартфон в пенал шарит в просторах интернета… Мне было наплевать. Я точно знал, что как минимум один человек ниоткуда не списывает. И этот человек сейчас сидит в компании первых девиц группы и смело водит ручкой по бумаге. И этот человек занял все мои мысли и уже почти два месяца мучает меня во снах… Удивительная штука — чувство! Я — не особо высокий, пусть худощавый, но симпатичный шатен, за которым студентки табунами бегают без перерыва щебеча «Савада Тсунаеши, Савада Тсунаеши», аспирант, не знающий равных в своем деле, ответственный,  положил взгляд на парня второго курса, настоящего красавца, эдакого плохиша-прогульщика… Полтора месяца я отказывался себе в этом признаваться, а когда пришлось  — старался избегать засранца, но кто бы мог подумать, что этот человек сам будет за мной бегать!.. Это грубое «Савада Тсунаеши!» и хитрый, словно с издевкой, взгляд лишили меня спокойного сна! — Кто написал, может идти? — спросил кто-то из студентов. — Да, — неожиданно резко для себя отреагировал я, выпадая из забытья. Аудитория начала пустеть. Но расслабляться рано — я точно знаю, кто последний сдаст лист с ответами и выйдет из аудитории. Время шло катастрофически медленно, я снова потер висок, пытаясь хоть немного ослабить напряжение. 7 человек…5 человек…2 человека… — Гокудера, тебя ждать? — спросил парень. конечно, он ответит «Нет». Как его однокашники еще не поняли — его с моих пар так легко не вытянешь. — Нет, я сейчас еще по делам на пару кафедр загляну — сказал Гокудера. Студент улыбнулся, полагая, что его друг в который раз пойдет решать проблемы из-за своих многочисленных прогулов, и исчез в дверях. Я посмотрел в окно. Дождь уже прекратился и повисшая тишина нарушалась только чьим-то шумным дыханием. Не моим дыханием… — Пожалуйста, Савада Тсунаеши, я все — сказал Гокудера. — Как всегда, дольше всех тебя приходится ждать, Гокудера, — не надо смотреть ему в глаза. Не надо вообще на него смотреть. — Вы сегодня отлично выглядите — О, ну не начинай, не надо, просто уходи. — подумал про себя Тсуна после слов парня. Нутром ощущаю его насмешливую улыбку. — спасибо. — сказал я, после чегособрал ответы в 6 разных стопок и сложил их в папку, разделяя стопки закладками. Получалось очень ловко, по привычке, но как же медленны казались мне мои же движения!.. — Ты выходишь? Неплохо было бы закрыть аудиторию. — я встал с места, все так же не поднимая головы. — Вы правы. — кажется, я услышал смешок и в следующее мгновение ключи от кабинета исчезли со стола. Я изумленно уставился на студента. Гокудера закрыл дверь аудитории изнутри. — О, да неужели Вы на меня посмотрели! — сказал светловолосый. Меня захлестнула волна радости и страха. Чувства предательски проступали на лице. Мозг посылал сигналы телу, но оно не реагировало. — Савада Тсунаеши, — Гокудера подошел настолько близко, что я ощущал его дыхание на лице. — Вы ведь тоже плохо спите ночами? Не надоело? — Гокудера…о чем это ты? — голос получился дрожащим, а интонация удивления донельзя фальшивой. В эту секунду я понял, что проиграл, исчез, испарился. Теперь остались только чувства… Вот чужое дыхание на губах. А вот легкое касание их. Тепло. -…не избегайте меня. Мне так тяжело видеть, как Вы заигрываете с молодой преподшей с соседней кафедры — с небольшой грустью сказал парень. Я увидел два зелёных глаза, наполненных теми же чувствами, что испытывал я, глядя на то, как на нем виснут девчонки — от первокурсниц до старших курсов, на то, как ему нет да нет строят глазки преподавательницы. — Не буду — выдавив из себя улыбку сказал я. Гокудера шумно, как всегда, выдохнул, и я почувствовал сильные руки на своей спине. Я чувствовал себя так спокойной и умиротворенно в объятиях этого студента, что единственное, что мне не давало покоя — это закрытая дверь аудитории и его дыхание на своей шее.