Избранные мечты

Стук в дверь прекращает отчаянные попытки Бена убаюкать маленькую Эмилию. Его пятимесячная дочь — любовь всей его жизни, но он сильно недооценил сложность воспитания ребенка в статусе отца-одиночки. Обычно она ведет себя как ангел, но сейчас уже почти 23:00 и, несмотря на все его усилия, сна у нее нет ни в одном глазу. Открывая дверь, мысленно он готовится увидеть на пороге соседа, который пришел пожаловаться на громкий плач, — а видит ее. Рей Ниима из квартиры сорок три, возможно, самая прекрасная девушка, которую он когда-либо видел. Когда она переехала сюда несколько месяцев назад, он выставил себя настоящим дураком — запнулся, когда встретил взгляд ее ярких ореховых глаз и увидел белоснежную улыбку. Но вот она стоит у него на пороге в вечер четверга, в пижаме и без макияжа, как всегда, очаровательная. — Привет, Бен, — тихо говорит она и улыбается. — Привет, Рей. Слушай, прости, что мы шумим, я пытался ее… — Нет, не беспокойся. Я здесь не для жалоб, а чтобы помочь. Если тебе нужна помощь, конечно. Он замирает, удивленно моргая. — У тебя есть дети? Вопрос звучит глупо, и судя по тому, как она хохочет, она думает так же. — Ох, нет, определенно нет. Просто в доме, где я росла, было много маленьких детей. Я всегда была самой старшей, поэтому многому научилась, еще будучи ребенком. — Что ж, сейчас я был бы благодарен за любое из твоих умений, — усмехается он, приглашая ее войти. Рей переступает порог, и он ведет ее в комнату Эмилии, залитую тусклым светом темных звезд и ночи. Его маленький вопящий демон с кудрявыми черными волосами и пухлыми щеками издает неприятные звуки, которые он при всем желании не может заглушить. Она всхлипывает, и Рей, наклонившись к кроватке, берет ее на руки, укладывает на локоть и начинает мягкий разговор. — Привет, милая. Мы не знакомы, но меня зовут Рей. Я живу рядом с твоим папой, я услышала, что тебе грустно, поэтому решила прийти и помочь. Бен наблюдает за ними, стоя в дверях; его сердце тает, и мысленно он перемещается в альтернативную вселенную, где он, Рей и Эмилия живут, как одна счастливая семья. Об этом надо немедленно забыть: он понятия не имеет, в отношениях ли она сейчас и хочет ли вообще детей — или жить с ним, если уж на то пошло. — Я знаю… ты очень устала, а? — мягко продолжает она, укачивая притихшую Эмилию. Он удивляется, заметив, что его дочь и правда успокоилась и вместо криков слышны лишь сопение и тихий лепет. — Хотела бы я узнать, что тебе сегодня приснится, когда ты уснешь. Обещай, что когда-нибудь расскажешь мне, хорошо? Подняв свободную руку, Рей нежно проводит мизинцем по носу Эмилии, наблюдая, как ее глаза закрываются. Подняв брови, Рей посылает Бену довольный взгляд, аккуратно и бесшумно возвращает Эмилию обратно в кроватку, после чего на цыпочках выходит из комнаты следом за ним. Едва они оказываются в гостиной на безопасном расстоянии от детской, Бен судорожно выдыхает и пробегает пальцами по волосам. — Ты просто волшебница. Пожалуйста, скажи, как я могу отблагодарить тебя. Ее глаза на мгновение загораются, но она качает головой. — В этом нет необходимости. Она такая милашка, я с радостью приду в любое время. Прежде чем он успевает что-то сказать или сделать, ее телефон начинает вибрировать, и она лезет в карман пижамных штанов. Бен не хочет подглядывать, но замечает имя Арми и фото контакта — Рей на спине смазливого рыжеволосого парня, — и его сердце замирает. Конечно, у такой красивой и доброй девушки, как Рей, есть парень. Она проводит большим пальцем по экрану, чтобы ответить. — Привет… да, я все еще у Бена… Боже мой, перестань… Да, я вернусь через несколько минут… Ладно, пока. — Прости, что задержал тебя… — бормочет он, засовывая руки в карманы и глядя себе под ноги. — Нет, нет, все нормально. Арми — он такой. Погоди… — она идет на кухню, берет маркер, висящий рядом с доской на холодильнике, и что-то пишет. — Мой номер. Пиши в любое время, когда я буду нужна тебе — я имею в виду, чтобы помочь с Эмилией. Обернувшись, она широко улыбается, машет ему на прощание и возвращается по коридору обратно к себе. Он не может оторвать взгляд от ее милого почерка и определенно не думает о том, почему после своего имени она нарисовала сердечко. Это было бы просто жалко.

*

Его большой палец дрожит над экраном телефона; сообщение для Рей составлено и готово к отправке. Последние несколько недель он искал повод поговорить с ней, и всегда об Эмилии, чтобы не выглядеть отчаянным (как будто это было возможно). «Эй, как думаешь, она уже должна переворачиваться на животик?» «Хочешь увидеть фото, где у нее все лицо в пюре из морковки с картошкой?» «Мне кажется, она уже достаточно высокая, чтобы кататься на горках в Диснейленде». Позвать ее, потому что Эмилия плохо ест — настолько жалкое оправдание, как ему кажется? Возможно. Но это правда, она не берет бутылочку, как всегда делала раньше, и он обеспокоен. Бен решает послать все к черту и отправляет сообщение, а затем отталкивает телефон, словно, проскользив по столу, тот самоуничтожится, едва завершит отправку. Не проходит и пары минут, как Рей отвечает, что освободится через десять минут, добавив множество милых маленьких смайликов, которые кажутся такими типичными для нее. Он проводит это время, хаотично наводя порядок в квартире и взъерошивая волосы, глядя на свое отражение в микроволновой печи, и подпрыгивает, когда слышит стук в дверь. — Привет, Бен! Едва он открывает, видит ее сияющую улыбку. Он с трудом загоняет воздух обратно в легкие при виде струящейся белой майки и джинсовых шорт, идеально облегающих ее миниатюрную фигуру; ее короткие волосы свободно падают на плечи. — Проблемы с моей любимой крошкой? — Ага… — он усмехается, приглашая ее в квартиру. — Не могу заставить ее взять бутылочку. — Что ж, давай посмотрим, что мы можем сделать, чтобы исправить это, принцесса! — нежно воркует Рей, изображая, что вот-вот схватит сидящую в своем кресле Эмилию. Его дочь радостно лепечет, едва Рей берет ее на руки и сажает на бедро, мягко подталкивая вверх. — Так, это будет немного необычно, но… — начинает она, касаясь свободной рукой края майки. Бен не успевает среагировать. — Рей, что ты… В следующую секунду он видит, как Рей опускает вырез майки, обнажая часть тонкого бюстгальтера; эта картина навсегда останется в его памяти. Очевидно, она не замечает охватившее его смущение, тянется за бутылочкой и держит ее прямо над грудью, как если бы это был ее сосок. — Видишь ли, Эмилия… — начинает Рей нежным детским голоском, — твой маленький детский мозг запрограммирован на то, чтобы пить молоко из груди, что вполне понятно. Проблема в том, что папина грудь не дает молока, поэтому сейчас я разыгрываю тебя и заставляю поверить, что ты пьешь из моей груди. Надеюсь, ты простишь мне этот маленький обман. Эмилия кажется абсолютно спокойной и счастливо сосет из бутылочки, глядя на Рей широко раскрытыми глазами. Убедившись, что ее трюк удался, Рей смотрит на Бена и хихикает, заметив ошеломленное выражение его лица. Его кадык подпрыгивает, когда он глотает. — Ты… — Сумасшедшая? Спятила? С катушек съехала? — со смехом отвечает Рей. —… необыкновенная, — выдыхает он, не сводя с нее глаз. Она пытается казаться спокойной, но он видит, что Рей поражена его ответом. Ее глаза внезапно расширяются, однако лицо остается бесстрастным. Между ними воцаряется тишина, а затем она приходит в себя и издает нервный смешок. — Я ничего обо всем этом не знаю. Но спасибо. — Ее щеки слегка покраснели, и она снова смотрит на ребенка у себя на руках, не в силах встретиться с ним взглядом. Бен шагает ближе, медленно заправляя прядь волос ей за ухо. Их глаза снова встречаются всего в нескольких дюймах друг от друга, но все меняется, когда Эмилия начинает всхлипывать в руках Рей, а бутылочка оказывается пуста. Бен молча берет дочь на руки, качая и рисуя успокаивающие круги на спине, чтобы та отрыгнула. — Рей… — Бен… Оба смеются, когда понимают, что говорят одновременно. Какое-то время они пытаются договориться, и Рей настаивает, чтобы Бен говорил первым. Он проводит рукой по волосам, вздыхая и пытаясь успокоиться, прежде чем задать потенциально опасный вопрос. — Я… Не хочешь прийти завтра на ужин? — он запинается, заметив, что она округляет глаза. Очевидно, здесь могло возникнуть недопонимание, поэтому он быстро уточняет: — Прости. Я не хочу навязываться и заставлять твоего парня волноваться… Она недоуменно хмурится, и Бен отмечает, что выглядит это просто очаровательно. — Парня? Что ты… ох-х-х-х-х… — Она смеется, а Бен не понимает, что тут может быть смешного. У них что, свободные отношения? — Бен… Арми не мой парень. Мы вместе снимаем квартиру. Мой сосед всецело поглощен отношениями с нашим другом По. — О! — восклицает Бен, и в этот самый момент Эмилия срыгивает. Посмеявшись вместе с Рей над этим маленьким вмешательством, Бен осторожно сажает дочь на игровой коврик в центре гостиной. — Значит, парня нет? Она с усмешкой закусывает губу и качает головой. — Не-а. — Что ж… хорошо… да… то есть, если ты не против… завтра на ужин… Бен заикается, чувствуя себя ужасным дураком, который совершенно забыл, как вести себя в подобных ситуациях. Он надеется, что его перебьют и избавят от страданий, и, к счастью, Рей это делает. — Бен, я буду рада, — отвечает она с улыбкой. Он замечает, как мягко она кладет руку ему на грудь, и почти уверен, что она чувствует, как быстро в его груди бьется сердце. — Отлично! То есть… хорошо. Отлично. В шесть часов? — Чудесно. Это свидание, — ухмыляется она. Его мозг перестает работать, поэтому все, что он может — по-идиотски улыбаться и смотреть, как она уходит, бросив на него последний понимающий взгляд и закрывая дверь квартиры. Падая на диван, он вздыхает и оглядывается на свою дочь, которая что-то лепечет, сунув в рот игрушку для прорезывания зубов. — Что, черт возьми, мне делать, Эм?

*

— Божечки, ты можешь поверить, что у нашего маленького Бенджи свидание?! — восклицает Кайдел, играя с Эмилией, стоящей у нее на коленях. Бен, который готовится поставить овощи в духовку, стонет и пытается не обращать на нее внимания. — Кей, оставь его в покое. Ты не видишь, он весь на нервах! — смеется Роуз, роясь в винном шкафу Бена в поисках идеальной бутылки. — От вас никакого толку, — вздыхает Бен, проверяя время по часам на духовке. Рей будет здесь с минуты на минуту, ей нужно пройти всего несколько футов по коридору. Он хочет, чтобы все было абсолютно идеально, поэтому попросил двух своих лучших друзей забрать Эмилию на этот вечер и избавить его от хлопот. Конечно, он любит ее всем сердцем, но желание побыть наедине с Рей и узнать ее по-настоящему слишком велико. В дверь стучат три раза — так, как всегда стучит Рей, — и Кайдел взвизгивает, усадив Эмилию на бедро и вылетая в коридор. Он хотел сам встретить ее и предупредить о засаде, но Кайдел оказывается быстрее и, распахивая дверь, ярко улыбается. — Привет! Ты, должно быть, Рей! Заходи! — радостно говорит Кайдел, пока Рей разглядывает ее с удивленной улыбкой. — Вау, Бенджи, я помню, ты упоминал, что Рей симпатичная, но ты не сказал, что она безумно прекрасна! — О, ты такая милая, спасибо, — застенчиво хихикает Рей, и на ее щеках расцветает румянец. — Рей, это Кайдел и ее девушка Роуз. Они две мои самые близкие подруги и крестные матери Эмилии, — поясняет Бен, и Рей идет пожать им руки. — Кайдел вдобавок согласилась быть суррогатной матерью Эмилии. — Искусственное оплодотворение… не беспокойся, — шепчет Кайдел с понимающей улыбкой. Рей краснеет, выдавливая смешок. — Ух ты! Это потрясающе! — отмечает она, приоткрыв рот. — Да, я всегда хотела узнать, каково это — быть беременной, но не думала, что готова быть матерью. А вот крестной? Это мое настоящее призвание. Я прихожу побаловать свою маленькую драгоценную малютку и возвращаю ее папаше, стоит ей обкакаться, — хихикает Кайдел и щекочет животик Эмилии, пока ребенок не визжит от смеха. — Мы возьмем ее на пару часов… — Или на всю ночь! — усмехается Кайдел, быстро подмигивая Бену. — … просто чтобы вы могли побыть наедине, — улыбается Роуз, толкая Бена в бок. Скорее всего, Рей замечает, как у него покраснели кончики ушей, но ничего не говорит. Осыпав щеки Эмилии поцелуями, Бен быстро и любезно выгоняет Кайдел и Роуз из квартиры. Едва за ними закрывается дверь, Бен поворачивается к Рей и вздыхает, улыбаясь. — Идем? — говорит он, указывая на кухонный стол.

*

В тот вечер Бен узнает много нового о Рей. 1. Она работает инженером-программистом в какой-то социальной сети. 2. Она самопровозглашенный «утилизатор» и готова есть любую еду. Это здорово, потому что сейчас он занимается лишь тем, что проверяет, какие рецепты подходят или нет для пятимесячного ребенка. 3. Причина, по которой у нее так много младших братьев и сестер, заключается в том, что она жила в приемной семье. Он не сильно любопытствует, но Рей говорит об этом абсолютно спокойно. Ее приемная мама Маз удочерила ее, когда ей было пятнадцать, так что у этой истории счастливый конец. 4. В нее, может быть, немного влюблен Бен Соло. Он рассказывает о своей жизни: о том, как стал автором серии детективных романов об убийствах и романтике, о том, что коллекционирует вино, хотя абсолютно ничего о нем не знает, о том, почему решил стать отцом-одиночкой. — Меня мутило при мысли, что я застрял на одном месте. Я не чувствовал, что должен идти по традиционному пути — жениться, а затем заводить детей. Я всегда хотел быть отцом и, очевидно, не становлюсь моложе, поэтому просто послал все к чертям и пошел в обход. Она кивает, делая еще один глоток вина. — Это отлично, Бен. Я всегда чувствовала то же самое — что традиционные пути не для меня. Чтобы я захотела провести с человеком остаток жизни, он действительно должен быть особенным, понимаешь? Он улыбается, наклоняясь к ней чуть ближе. — Да, я хорошо знаю это чувство. В конце концов, они перемещаются на диван и включают какой-то документальный фильм о природе, продолжая разговор на фоне шума. Он не может поверить, как легко общаться с ней, с какой страстью она говорит обо всем, активно жестикулируя. Она устроилась на диване, поджав под себя ноги и повернувшись к нему лицом, а он сидит всего в нескольких дюймах, перекинув ногу на ногу. Он погружается в фантазии, пока смотрит на ее шевелящиеся губы и гадает, каково это — почувствовать их на его собственных. — Бен? — мягко говорит она, выводя его из задумчивости. В ее взгляде любопытство, и она прикусывает нижнюю губу. — Прости. На секунду отвлекся. — Могу я узнать, что тебя отвлекло? — шутит она и ухмыляется, приподняв бровь. — Я могу объяснить… или показать, — шепчет он, наклоняясь еще ближе, пока не чувствует уголком рта ее дыхание. Замечая едва уловимый кивок, он сокращает расстояние между ними. Ее губы, касающиеся его, кажутся безумно мягкими, и у нее вырывается мягкий вздох облегчения. Одной рукой он касается ее лица, нежно поглаживая большим пальцем щеку. Они углубляют поцелуй, и Рей подползает ближе и забирается на его бедро. Ее пальцы запутываются в его волосах. — М-м-м-м-м, Бен… — бормочет она ему в губы, когда он обнимает ее и сильнее прижимает к груди. — Рей… — шепчет он, прерывая поцелуй и прижимаясь лбом к ее лбу. — Ты мне очень нравишься. Но я должен сказать честно, я не делал этого… всего этого… очень давно. Мне может потребоваться время, чтобы подготовиться. Я не хочу, чтобы ты неправильно поняла меня или что я хочу… — Эй, эй… — тихо вздыхает она, обхватив его лицо маленькими ладонями. — Ты мне тоже очень нравишься, Бен. Мы не обязаны делать то, к чему ты не готов. Меня вполне устраивает все, что есть сейчас — у нас с тобой. Все, что он может сделать в ответ, это снова поцеловать ее и продолжить сеанс поцелуев, больше подходящий для пары ненасытных подростков. Они продолжают изучать друг друга на диване в течение неизвестного количества времени, но затем слышат звон ключей в замке входной двери. Рей пытается вырваться, но Бен со смехом сжимает ее крепче. Дверь распахивается, и появляются Кайдел, Роуз и Эмилия, которая уже крепко спит в своей коляске. Кайдел издает восхищенный свист, заставляя Рей покраснеть. Роуз хлопает свою девушку по плечу, и вместе они спешат уложить Эмилию в кроватку. Бен и Рей предпринимают попытку оторваться друг от друга и встают, разглаживая одежду. — Мне было очень весело… спасибо, — улыбается Рей, обнимая его за талию и глядя снизу вверх. Он целует ее в кончик носа, прежде чем снова поймать губы, и они оба улыбаются в поцелуй. В конце концов, она добирается до входной двери, но прежде еще раз целует Бена в щеку. — Уверена, что не хочешь, чтобы я провожал тебя до дома? — со смехом шутит он. — Думаю, я смогу пройти двадцать футов, спасибо, — саркастически хихикает она. — Вопрос в том, сможешь ли ты. — Честно? Не думаю. Я уже скучаю по тебе. — Что ж, по крайней мере, ты знаешь, что можешь звонить мне не только в экстренных случаях, связанных с Эмилией. — Я уже знаю около тридцати экстренных случаев, связанных с Беном, чтобы позвонить тебе, — шепчет он ей на ухо. Ее смех заразителен, и он рассчитывает слушать его нежный звук каждый день до конца своей жизни. — Спокойной ночи, Бен, — шепчет она, медленно уходя прочь, хотя их пальцы все еще переплетены. В итоге она отстраняется, но продолжает смотреть на него, идя по коридору. — Спокойной ночи, Рей, — шепчет он в ответ, прислонившись к дверному проему и не сводя с нее глаз. Только когда она улыбается ему еще раз, прежде чем закрыть дверь своей квартиры, Бен закрывает свою и прислоняется к ней с довольным вздохом.