Стук Каблуков

Северус Снейп любил свой кабинет. Мрачный, холодный, такой непохожий на остальные кабинеты замка, он полностью устраивал его. Тут он всегда мог расслабиться после утомительно-долгого дня, в течение которого ему приходилось терпеть сотни бездарностей. Так считал он. Наверное, так считал и его кабинет. И вот после всех тех трудностей, что ему довелось пережить, когда Воландеморт был повержен, а Дамблдор с Поттером добились полного очищения его имени, он просто хотел отдохнуть. Но нет, судьба решила иначе. Северус Снейп, мягко говоря, не питал теплых чувств к студентам. Говоря не мягко, он считал их чуть ли не безмозглыми идиотами, среди навыков которых первое место занимало просиживание штанов. Но, с горем пополам, это можно было терпеть, ведь, рано или поздно, они бы выпустились из Хогвартса. А вот то, что некоторые из таких индивидуумов умудрялись возвращаться в школу в качестве учителей, никак не способствовало стабильному психическому состоянию профессора Зельеварения.

***

Даже такой потрясающий день, как пятница, мог принести некоторые неудачи. Сегодня, на последних двух парах, один из третьекурсников Хаффлпаффа взорвал свой котел под конец урока. Снейп понятия не имел, как можно было напортачить с таким элементарным зельем. Взрыв был достаточно мощным, чтобы опрокинуть несколько соседних котлов и разлить все их содержимое на каменный пол, отчего он тут же покрылся мягким мхом. Сняв пару десятков баллов и назначив несчастному отработку, мужчина выгнал всех прочь, стараясь угомонить клокочущую в нем ярость. Но даже на этом его несчастья не закончились. Злой, уставший и раздраженный, Северус пулей влетел в свой кабинет. Кто вообще додумался устроить совещание в вечер пятницы? Макгонагалл, видимо, совсем заскучала на посту директора, раз почти каждую неделю устраивает эти бессмысленные вечера. Ей Богу, почему Дамблдор решил уйти из школы? Он уже начинал скучать по этому ненормальному. Подойдя к комоду, Северус достал бутылку огневиски, недавно изъятую у его же факультета. Уже сев за стол и налив себе стаканчик, он, наконец, собирался расслабиться, как вдруг услышал самый отвратительный звук на свете. В тишине подземелий эхом раздался стук каблуков. Отражаясь от каменных стен, это цоканье долетало до самых укромных уголков замка, умудряясь быть везде и всегда, всем своим существом раздражая Северуса Снейпа. Цок-цок-цок-цок Все громче, ближе, отчетливее… Цок-цок-цок-цок И вот прямо перед дверью в его кабинет оно прекратилось. Казалось, обладательница этих каблуков на секунду замерла в нерешительности, прежде чем громко постучать и, не дожидаясь ответа, ворваться в помещение. Но лишь на секунду. — Профессор Снейп! — Возмущенный голос заставил мужчину вымученно закатить глаза и глубоко вздохнуть. Гермиона Грейнджер. Она начала преподавать в школе в этом учебном году, заняв пост профессора Трансфигурации вместо Минервы и получив должность Декана Гриффиндора. С тех пор почти каждый педсовет был посвящен обострившемуся разногласию между Гриффиндором и Слизерином. Хотя, как можно было решить вопрос между студентами, если сами деканы грызлись каждый день, как кошка с собакой? И вот сейчас, пропустившая сегодняшнее собрание Гермиона, спешила высказать ему все свои накопившиеся за день претензии в самой любезной форме, на которую была способна в таком рассвирепелом состоянии. Она что-то возмущенно говорила, то и дело хватая ртом воздух и активно жестикулируя. Северус устало поднял глаза, отставив стакан с таким манящим напитком в сторону. Что ж, придется потерпеть чужое общество еще какое-то время. — И в конечном итоге мне пришлось целый час собирать разбежавшихся лягушек по всему замку! — Подытожила она свою громкую тираду, которую Снейп не слушал даже в пол-уха. Даже не пытаясь скрыть своего раздражения, зельевар спросил: — Что вы от меня хотите, Грейнджер? — Профессор Грейнджер, — как можно громче выделила она первое слово. Мужчина закатил глаза, — Я хочу, чтобы вы втолковали своим оболтусам элементарнейшие нормы поведения! Я не намерена терпеть такое самодурство на моих уроках! Северус нахмурился. Вот ведь приставучая девчонка, чего ей не сидится в её башне? — А вы что же, не справляетесь со своими обязанностями? Не можете удержать в классе дисциплину? Так сообщите Макгонагалл, она мигом найдет вам замену. И не надо делать такое лицо, Грейнджер, — о да, он специально выделил её имя, — Едва ли кто-то из студентов будет горевать по вам. Девушка задохнулась от возмущения. Вздернув очаровательный носик, она сделала угрожающий шаг к его столу. — У меня нет проблем с дисциплиной на других уроках, потому что остальные дети умеют себя вести. А вот такого поведения, которое демонстрирует ваш факультет, достойны только детсадовские второгодки! — Она глубоко дышала, пытаясь совладать с собой, но, видит Мерлин, у неё это очень плохо получалось, — И я профессор Грейнджер! Перестаньте обращаться со мной, как с глупой ученицей! — Вы даете достаточно повода для такого обращения! — Ах так?! — Она сделала еще два шага вперед, вплотную подойдя к его столу и с грохотом уперев в него руки, — Тогда вы… Вы…! — Кто же я, Грейнджер? — Мужчина тоже встал с места, угрожающе смотря на Гермиону сверху вниз. — Старый вонючий башмак, вот вы кто! — Она выкрикнула это прямо ему в лицо, и Снейп впервые задумался о том, слышит ли их перебранку кто-нибудь еще. И вот теперь они стояли по разные стороны стола, прямо напротив друг друга. Северус оставался угрожающе спокойным, лишь хмуря брови, тогда как Гермиона, раскрасневшаяся и тяжело дышащая, медленно убивала его глазами. Такими красивыми, каштановыми глазами. Снейп выругался про себя. Только не сейчас. Это случилось пару месяцев назад, когда он начал подмечать про себя, что сегодня её прическа выглядит иначе, чем вчера. Или же, что ей очень нравится банановый пирог, потому что она ест один кусочек каждое утро. Он начал замечать, что она слегка вздрагивает, когда слышит гром. Наконец он понял, что начал смотреть на неё, как мужчина на женщину. Её фигура уже давно не была угловатой, она была воздушной и нежной. А её взрывной и вездесущий характер, пусть и ужасно раздражал, но одновременно и заставлял восхищаться. Иногда ему хотелось заткнуть её поцелуем, а потом, разложив на кровати, ласкать до тех пор, пока она не начнет умолять его овладеть ею. И вот сейчас Гермиона Грейнджер стояла прямо перед ним. Она все еще тяжело дышала, а её слегка влажные, персиковые губы были приоткрыты. Снейп подавил вздох. Что же она умеет делать этим чудесным ротиком? Мужчина позволил себе пробежаться глазами по её внешнему виду. Бежевая блузка мягко струилась по её телу, а из-за того, что девушка была слегка наклонена вперед, опираясь руками на стол, взгляду зельевара открывался довольно не целомудренный вид на её грудь. Взяв себя в руки, мужчина опустил глаза чуть ниже, что не сделало его положение более завидным, потому что узкая юбка-карандаш полностью облегала её стройные бедра. Интересно, какой же вид был сзади? Мотнув головой, Северус уже хотел попросить девушку удалиться из его кабинета, потому что, во-первых, ему изначально не хотелось вести этот разговор, во-вторых, он выслушал далеко не лестный комментарий в свой адрес, и, наконец, в-третьих, его организм очень своеобразно начал реагировать на такой потрясающий вид. Но, уже было открыв рот, он внезапно для себя осознал, что Гермиона беззастенчиво рассматривает его шею. Точно, мужчина уже и забыл, что успел снять мантию и расстегнуть первую пуговицу черной рубашки еще до того, как вездесущая чертовка ворвалась в его кабинет. Гермиона так увлеклась его шеей, что и не заметила взгляда Снейпа в свою сторону. Вот это новости, неужели она.? В голове мужчины заискрилась смутная догадка. Он вдруг подумал: неужели та по-настоящему пустяковая проблема, с которой она пришла к нему сегодня, была так важна в вечер пятницы? Это же правда чепуха, такие ситуации встречаются сплошь и рядом. И потом, насколько помнил Северус, Грейнджер никогда не одевалась так… Открыто. Нет, её наряд был приемлемым, особенно для молодой преподавательницы, но обычно её гардероб состоял из удобных кардиганов, брючных костюмов или, в крайних случаях, мантии, но юбка, а тем более такая облегающая, была в новинку. О да, Снейп еще за завтраком заметил эту юбку, когда девчонка села рядом с ним за столом и закинула ногу на ногу. Ткань немного задралась и открыла чуть большую часть бедра. К слову, за завтраком мужчина так ничего и не съел. А еще её взгляды, вечная возмущенная (часто на пустом месте) болтовня и многое другое. Правда, ну что она вообще делает в его кабинете вечером пятницы в ТАКОМ виде? Как раз в этот момент Гермиона, будто услышав его мысли, наконец оторвалась от его шеи и подняла глаза. Губы зельевара тронула легкая усмешка, а взгляд не предвещал ничего хорошего. — Что же, Грейнджер, вам наконец надоело меня рассматривать? На щеках девушки вспыхнул румянец. Она забегала глазами по поверхности стола, судорожно придумывая хоть какой-то ответ, способный вывести её из такого неприятного положения, но на ум совершенно ничего не приходило. В конце концов она ляпнула только: — Профессор Грейнджер. — Ну хорошо, профессор Грейнджер, скажите мне, почему вы сейчас стоите здесь? Из-за того, что вы не соизволили явиться на совещание, в данный момент вы забираете свое и мое свободное время. Мы могли бы обсудить все вопросы завтра утром, встретившись за завтраком, но нет, вы решили прийти именно сейчас, так еще и в таком виде. — В каком это «таком» виде? — Кажется, его последняя реплика заставила её смутиться еще больше. Неужели Северус все-таки угадал? — Вы, что же, правда не догадываетесь? — Мужчина, выпрямившись, медленно обошел собственный стол, все ближе приближаясь к девушке, — Такие наряды не носят даже студентки, — он вплотную подошел к ней, заставив Гермиону буквально вжаться в стол, и, поставив руки по обе стороны от неё, заключил девушку в своеобразную ловушку. Она, кажется, покраснела еще больше, если такое вообще было возможно. Сглотнув, она подняла затуманенный взгляд на Северуса и облизнула губы. Зельевар тяжело вздохнул, прикрывая глаза. Чертовка. Но теперь сомнений не оставалось: профессор Грейнджер явно была возбуждена так же сильно, как и он сам. Наклонившись к её уху, он горячо прошептал: - Если вы наклонитесь, я легко смогу увидеть ваши трусики. Или, может, их вообще нет на вас? И ответом ему послужило её прерывистое дыхание. — А вы проверьте. И тут её губы накрыли его в нежном поцелуе. Будто боясь сделать что-то не так, Гермиона действовала крайне осторожно, и именно это стало последней каплей для Снейпа. Сжав её в объятьях, он грубо ворвался в её рот языком, за что заслужил тихий полустон, срывающий остатки самоконтроля. Она запустила пальцы в его волосы, легко массируя кожу затылка, со всей страстью отвечая на его поцелуи. Его рука медленно опустилась к краю её юбки и, нырнув под неё, он невесомо коснулся уже совершенно мокрой ткани. — Кто же мог подумать, что наша мисс Грейнджер такая извращенка? — Разорвав поцелуй, промурлыкал Северус. Он опустил губы на её шею, выцеловывая каждый миллиметр и всасывая кожу. — Я не… Я не… — только и смогла вымолвить Гермиона, перед тем как выгнуться и протяжно застонать. Снейп сладко улыбнулся и снова на ощупь потер клитор через белье. Девушка вцепилась в его плечи, удерживая равновесие, как вдруг Северус подхватил её под бедра и усадил на стол. Грейнджер сразу скрестила ноги у него за спиной, прижимаясь ближе и потираясь об его эрекцию. У мужчины потемнело в глазах, он глухо рыкнул и укусил её за шею, наслаждаясь тихим девичьим стоном. Собрав все оставшиеся силы, Гермиона легко толкнула зельевара в плечи, заставляя оторваться от её кожи и вопросительно поднять глаза. — Подожди, — прошептала она, дрожащими руками потянувшись к пуговицам его рубашки, — Я хочу расстегнуть её. Но её руки были резко перехвачены и зафиксированы одной мужской ладонью. Заставляя её полностью опрокинуться на стол, Снейп навис над девушкой, держа её запястья над головой. Опустившись к её уху, он прошептал: — Ну уж нет, Грейнджер, сегодня я правлю бал. — Он лизнул её ушную раковину, слегка толкнувшись бедрами вперед, — Ты чувствуешь это? Это все из-за тебя, грязная девчонка. — Гермиона сладко застонала, резко двинув тазом, снова потираясь о выпуклость на снейповских штанах. Мужчина зашипел. — Так может быть вы назначите мне отработку? — С вызовом, насколько ей позволяло её положение, спросила Гермиона. Она снова начала елозить, стараясь получить как можно больше удовольствия, как вдруг Северус резко выпрямился, отстраняясь. Легкое шевеление губ, и запястья девушки стянули невидимые путы. Взяв со стола палочку, мужчина взмахнул ею, растворяя блузку и юбку. Его голодный взгляд зацепился за оголившуюся грудь, с аккуратными бусинками-сосками. Он рыкнул: — Значит, вы все-таки решили обойтись без одной важной составляющей нижнего белья? Как интересно. — Прошу меня простить, профессор, — протянула девушка, прикусывая губу, — Я так спешила, что совсем об этом позабыла. Снейп ухмыльнулся, наклоняясь к её шее и тихо шепча: — Не самая ужасная потеря. Его слова потонули в томном стоне, который стал громче, стоило ему только прикусить её чувствительное место на шее. Большая мужская ладонь накрыла девичью грудь, грубо зажав между пальцев твердый сосок. Гермиона выгнулась дугой, навстречу ласкам, в то время, как Снейп начал влажными поцелуями спускаться к ключицам и ниже. Кончиками пальцев второй руки он нежно выводил круги на её животе, вызывая дрожь и мурашки, а порою и тихие стоны, когда легкие прикосновения переходили в более настойчивые поглаживания у края её трусиков. Пару раз Грейнджер пыталась шевельнуть бедрами ему навстречу, лишь бы только его рука наконец опустилась немного ниже, но тогда он сразу отстранялся, делая шаг назад и с ухмылкой наблюдая за её нетерпеливым ерзанием и сбившимся дыханием. Она была поистине прекрасна: кудри разметались по столу, щеки были пунцовыми, а дыхание до неприличия сбившимся. Всем своим видом она просила о большем, но чертова гриффиндорская гордость не собиралась сдавать позиции так скоро, как бы Снейпу не хотелось услышать её мольбы. Мужчина ухмыльнулся, выпуская изо рта девичий сосок: — Кто бы мог подумать, что вы так похотливы, мисс Грейнджер… И его рука опустилась на тонкую ткань. Гермиона буквально задохнулась, стоило только его пальцу начать кружить, играя с клитором. Второй рукой пробравшись ко второму полушарию груди, и вернув рот в прошлое положение, он начал прикладывать вдвое больше усилий. Язык кружил по её соску, то легко касаясь вершины, то игриво теребя. Пару раз он даже прикусил его и оттянул, наслаждаясь все более и более громкими стонами. В штанах уже было нестерпимо тесно и, вероятно, красовалось немаленькое пятно. Враз отстранившись, он отогнул в сторону насквозь промокшие трусики и с горящими глазами осмотрел девушку. Смущенная таким вниманием Грейнджер попыталась свести ноги вместе, но он с силой удержал их в раздвинутом состоянии. Облизнувшись, он медленно вошёл в нее одним пальцем и, немного согнув его, начал неспешно двигать. Гермиона буквально задыхалась от ощущений, но это ни шло ни в какое сравнение с тем, что произошло буквально через пару секунд. Девушка внезапно выгнулась дугой, насколько позволяли путы, и в комнате раздался ещё более сладкий стон, чем были раньше. А затем ещё один. И ещё. — Значит это твое чувствительное место, да? Что ж, это будет интересно… — Северус ухмыльнулся и задвигал рукой быстрее. Гермиона почти умирала от ощущений. Казалось, в этом не было ничего такого, но зельевар настолько потрясающе орудовал своими пальцами, что она всё ближе и ближе приближалась к долгожданной вершине блаженства. Она начала подмахивать бедрами, а ее голос становился все громче и громче. — О, Мерлин, да, да… Северус, кажется… Кажется я сейчас, я сейчас… И всё в миг прекратилось. Дойдя до самой грани и почувствовав, как подступающий оргазм быстро затихает, Гермиона разочарованно застонала и начала дергать руками, пытаясь освободиться от веревок. Сверху послышался тихий, глубокий мужской смех. — Что такое, профессор Грейнджер? — Снейп издевательски приблизился к ее лицу и провел носом за ее ухом, прежде чем поцеловать это чувствительное местечко. Гермиона выдохнула сквозь зубы, собираясь с мыслями, чтобы высказать о мужчине все, что она думает. — Ты просто ужасен, это детское поведение никак не сочетается с твоим приевшимся образом дотошного профессора. — Не самые выгодные слова в вашем положении, профессор Грейнджер, — выделил он, медленно целуя ее в шею. Девушка снова прикрыла глаза, с наслаждением прогибаясь в спине и сладко выдыхая. — Северус, я… Почему ты не.? — Как вы назвали меня, профессор Грейнджер? Я попрошу вас соблюдать субординацию, — и его пальцы снова вернулись к ее клитору, массируя его круговыми движениями. Медленными, слишком медленными движениями. Гермиона снова задергала руками и задвигала бедрами, стараясь усилить ощущения, но Снейп снова отстранился. — Вы чего-то хотите? — Как искусно он издевался над ней. Как ему хотелось наконец взять ее прямо на этом столе, но нет, он подождёт ещё немного. Осталось совсем немного. — Да, черт бы вас побрал, я… — но ее возмущения потонули в собственном стоне, когда мужчина чуть сильнее надавил на клитор. Он вопросительно изогнул бровь, кривя губы в ухмылке и ожидая от нее ответа. — Просите, — сказал он, всматриваясь в ее лицо. Гермиона открыла глаза, стараясь рассмотреть зельевара за пеленой собственной похоти. Она была прекрасна: горящие румянцем щеки, искусанные, припухшие губы, шея, красная от многочисленных засосов. Девушка рвано выдохнула и тихо проговорила: — Пожалуйста… — «Пожалуйста» что? — Пожалуйста, Сев… Профессор Снейп, пожалуйста, дайте мне кончить… Я так хочу, пожалуйста… — прошептала она, томно смотря на него сквозь ресницы. Звякнула пряжка ремня на его брюках и, тихо рыкнув, мужчина приставил головку к ее входу и рывком вошёл. Возбуждение стало уже болезненным, поэтому ему пришлось сдержаться, чтобы не кончить в первые же секунды. Начав двигаться, он постарался поймать тот угол входа, чтобы попадать именно по чувствительной точке Гермионы. Девушка выгибалась, стараясь сильнее насадиться на его член, пока он все наращивал темп. Руками он сжимал ее бедра с такой силой, что наутро у нее точно будут синяки, но он попросит за это прощения позже. Сейчас они оба с немыслимой скоростью приближались к долгожданному оргазму, и, почувствовав, что вот-вот кончит, Снейп положил руку на клитор девушки и начал быстро массировать его. Гермиона закричала буквально через несколько секунд, феерический оргазм накрыл ее с головой. То, как она сжалась вокруг члена зельевара, наконец подтолкнуло его за грань наслаждения. С грудным стоном он излился прямо в нее, опадая вниз. Взмахом руки он снял заклинание невидимых пут, садясь на пол и увлекая Гермиону за собой. Положив голову ему на грудь, она безуспешно пыталась отдышаться, зажмурив глаза от смущения. — Северус, то, что сейчас было… Я не знаю, как это объяснить, извините… — Да помолчи ты уже, — резко оборвал ее мужчина, зарываясь носом в ее кудри, — Я предлагаю отложить вопрос по поводу отвратительного поведения моего факультета на завтра. А сегодня, думаю, будет не лишним предложить тебе переночевать в моих покоях. И он вовлек ее в трепетный поцелуй.