Все сначала

      В знак того, что я закончила университет мне захотелось посетить Англию и обо всём рассказать родным. Роуз с Азалией я предупредила заранее, хотя связаться с Лили мне не удалось. Она не оставила мне своих координат. Северус хотел отправиться со мной, но я его оставила во Франции, присматривать за нашими детьми и Ирэн. Коукворт меня встретил тишиной, пылью и заросшими садом. Хорошо хоть дом всё ещё остаётся в хорошем состоянии, как и машина отца.       Пока я прибиралась в доме неожиданно во дворе послышался хлопок аппарации. Первое время Северус тоже перемещался с таким шумом, но его переучили в университете. Перелёты самолётом слишком долгие, поэтому на этот раз я собиралась снять координаты нашего участка, а после использовать порталы для перемещения. Посмотрев в окно, я увидела Поттера, который, осмотревшись по сторонам, скрылся где-то в кустах. Похоже, он оставил здесь следилки. Поэтому пришлось дальше работать собственными руками. Через некоторое время послышался второй хлопок, чуть потише, видимо, кто-то перенёсся с помощью портала. В это время я как раз собиралась выйти к сараю, чтобы достать газонокосилку. На пороге я увидела свою младшую сестру с огромным животом.       Лили похвасталась мне тем, что она вышла за Поттера замуж. Хотя, подозреваю, что они просто расписались и никакого ритуала не проводили. Мои аккуратные расспросы это подтвердили. Правда, моя младшая сестра была и этому безумно рада и даже похвасталась тем, что у неё родится мальчик. Лили нужно было вытаскивать из этого безумного круга, поэтому, я обещала самой себе что-нибудь придумать. Всё же не зря я стала магистром. К моему удивлению, посреди нашего разговора, мне позвонила Роуз и сообщила, что приедет лишь в начале августа. Лили же решила остаться со мной в доме потому что мы давно не виделись.       За своей сестрой я наблюдала целых две недели. Мне даже удалось провести три раза ритуал очищения, но Лили всё равно продолжала воспевать Дамблдора каждый день. Я даже взяла её кровь с волосами на проверку зелий, но там ничего кроме витаминных, которых приносил Поттер, не было. Так что, напоследок, я решила просканировать её сознание, которое было ничем не защищено, и в нём было полно внушений со стёртыми пятнами, хорошо хоть без закладок. Стёртые воспоминания я, на всякий случай, скопировала и поместила в пробирки, чтобы позже посмотреть в думосбросе, во Франции. Думосброс на самом деле был очень дорогим и тётушке чудом удалось отхватить небольшую чашу, в которой воспоминания мог посмотреть только один человек.       Половину из внушений мне удалось убрать, особенно такие как: "доверяй кому попало". Вместо этого, я поставила ей закладку, чтобы тридцать первого октября, ни при каких условиях, её не было в Годриковой впадине. После этого я установила в её сознании зеркальную защиту, чтобы внушения на неё не действовали, а оставшиеся рассеивались постепенно. В универе основам окклюменции с легилименцией обучали всех студентов. Хотя, это, в основном, дисциплина менталистов, как защищать свой разум должен был знать каждый.       Тридцать первого июля неожиданно раздался звонок. Звонила та самая Мардж, сестра Вернона, о котором мама нам рассказывала. Она сообщила, что в доме тётушки случился взрыв бытового газа и Роуз с Азалией сгорели в пожаре. От этой ужасной новости у Лили начались схватки. Джеймс тут же примчался, как-будто ждал этого момента, и, воспользовавшись порталом, переместил мою младшую сестру. Я же, от шока, не знала что делать и минуту просто тупо смотрела на свои руки. Немного собравшись я осмотрела участок на возможное слежение и, воспользовавшись чарами сокрытия, по памяти переместилась к дому Азалии. Мне приходилось у неё гостить в детстве.       К моему ужасу, слова Мардж были правдивы, и возле дома уже стояли пожарные, полицейские и скорая помощь. Кажется, кому-то из соседей стало плохо. Вот только это был не взрыв газа, а заклинание бомбарда. Своим аурным зрением я видела следы заклинания. Взрыв случился относительно недавно, поэтому я осмотрелась в поисках волшебника. Нужного человека я нашла сразу же. На другой стороне стоял Люпин, который чему-то усмехался и смотрел на дом тёти сытыми глазами.       Говорят, сознание оборотня защищает его зверь. На самом же деле, это больше похоже на раздвоение личности. У волка своё сознание, у человека своё и они связаны тонкой преградой. Возможно, Воландеморт сломал эту преграду у Сивого, и тот смог наполовину превращаться и без луны. Волков сколько бы не приручали они всё равно смотрят в лес. Так и оборотни: сколько бы не доказывали, что они обычные люди и лишь немного прокляты, но одна часть их сознания всё равно хочет крови, и лучше если человеческой. Они такие же магические существа, как и вампиры, но, возможно, даже опаснее, когда полнолуние. Во всяком случае, я выбрала того, кто умрёт вместо Лили, у ног Воландеморта.       Кажется, оборотень заметил моё внимание и даже принюхался, но я, приметив это, сразу же убрала свой запах. К тому же на каникулах я стараюсь и вовсе не пользоваться духами. Пока Люпин вынюхивал что-то в воздухе я поставила на него метку кровного врага. Если его за это прибьют Авроры — я буду не против. Конечно мои выводы могли оказаться ошибочными, если бы не совпадение магического слепка и удовлетворено сытые мысли Люпина. Было жутко понять, что он растерзал тела Роуз с Азалией, перед тем как их сжечь. Этого урода я из-под земли достану, а пока пусть побегает от служб правопорядка.       Вернувшись к себе, я вытащила бутылку вина, из запасов в кладовке. Но, немного подумав, поставила его на место, и стала собираться в посёлок где жила Азалия. Нужно было что-то решить с их похоронами прежде чем я уеду во Францию. На машине до посёлка было часов семь, хотя на поезде можно было добраться и за три часа. Вот только ехать в купе с незнакомыми людьми мне не хотелось. Собрав свои вещи, и написав короткую записку для Лили, я отправилась в дорогу. Весь путь я представляла, как буду мучить Люпина и что его ожидает в женском теле, перед его убийством. Нельзя злить магистра, у которого не только фантазия богатая, но и магия на уровне верховного чародея.       С Дамблдором мне тоже удалось свидеться, но только уже в посёлке, где жила тётушка. К моему прибытию там рыскали авроры и что-то искали. — Что здесь происходит? — вышла я из машины, хмуро осмотрев людей в алых мантиях. — Здесь произошла утечка газа, — произнёс, как-то выучено, один из мужчин, достав волшебную палочку. — Я знаю кто вы такие, — внимательно осмотрела я аврора, который пытался стереть мне память, — моя сестра училась в Хогвартсе. Я спрашиваю, что вы забыли в доме моей тёти? — К нам поступил сигнал о применении здесь волшебства, — произнёс аврор, убрав палочку. — Не хочу ничего слышать, — хмуро посмотрела я на Дамблдора. Он прислушивался к нашему разговору со стороны, и, видимо, специально не стал ставить отталкивающие чары, чтобы я его увидела во всей красе, — убирайтесь отсюда. Даже вам не воскресить мёртвых. Я сюда ехала семь часов, за это время вы могли здесь всё не только осмотреть, но и облизать. — Туни, это ты деточка? — произнесла полноватая дама с собачкой на поводке. Похоже, это была та самая Мардж, которая со мной и связалась. — Полагаю, это вы мне звонили, — кивнула я, заметив, как авроры всё же убрались, — вы не знаете куда увезли тела? — Они сейчас в морге, возле кладбища, — Мардж подозрительно посмотрела на Дамблдора, но продолжила, — местная полиция просила вас с ними связаться. — Как мне их найти? — нахмурилась я, осмотрев улицу, вспоминая ориентиры. — Это вперёд и налево, их здание вы не спутаете с другими, — объяснила собачница, — если будет нужна помощь с похоронами — обращайтесь, меня тут все знают.       Дамблдор, от дома тётушки, убрался лишь после того, как я отъехала, как подозреваю, он убирал следы оборотня. После его отбытия мне как-то даже стало спокойнее. Скрывать свои способности от других волшебников у меня получалось неплохо. Но я всё равно чувствовала себя неуютно рядом с человеком, который строит такие грандиозные планы на твою семью.       В полиции я пробыла недолго, мне лишь сообщили, что это был взрыв газового баллона. После, я побывала в морге и оплатила похороны Азалии на местном кладбище. Мать я собиралась похоронить рядом с отцом, для неё там уже давно было готово место. Тело матери, в Коукворт, мне пришлось отвозить на машине и уже там оплатить её похороны. Правда, мои дела на этом не закончились. Нужно было осмотреть то, что осталось от дома и установить там защиту, а по возможности — продать. Уже после я встретились с нотариусом, у которого выяснилось, что дом тётушка оставила для Лили, а деньги, на этот раз, оставили мне. Я распорядилась, чтобы сбережения, в размере пяти тысяч, перевели на мой счёт. По поводу участка я договорилась с риэлторским агентством. После его продажи деньги должны были перевести уже на счёт Лили, который та ещё не успела закрыть.       Никаких новостей от сестры не было целую неделю, а я, за это время, собственными руками успела привести участок в Коукворте в порядок. Лишь после этого Лили мне прислала письмо совой о том, что у неё родился мальчик — Гарольд, и я могу не беспокоится о них. Так что, десятого августа, я собрала вещи и уехала во Францию. Меня там ожидала моя собственная семья. Малышам уже скоро три года, и они уже вовсю осваивают детскую метлу, летая по дому. Кроме того, Северус мне уже звонил в Коукворт и обещал какой-то сюрприз. О том, что в Англии такие неприятности, я им не стала говорить. Разве что сообщила, что Лили родила сына Гарольда, которого назвала в честь отца. По прибытии в особняк я провела ритуал очищения и отправилась искать своего мужа с детьми. Все они обнаружились в детской, перемазанные в магической краске.