Кровавый рассвет

После извлечения Однохвостого почти все члены Акацуки были на Базе. Только Зецу где-то пропадал, разведуя обстановку. Но его и так почти никогда не было, так что никто этого даже не замечал. Переживания последних дней подействовали на Наруто и он проспал до самого обеда, чего никогда до этого не было. Отступники не стали его будить, занимаясь каждый своими делами. Поэтому ел Наруто в одиночестве, когда проснулся, только Тоби пришел на кухню поздороваться, а остальные ходили где-то снаружи или сидели в своих комнатах. Все складывалось слишком хорошо: Гаара остался жив, отношения с Итачи улучшились, а Саске чувствует себя униженным. Даже как-то не верится. Тарелки мяса, которое готовил несколько дней назад Кисаме, не хватает его растущему организму и он лезет в погреб, забирая несколько яблок. "Надо будет отпроситься в деревню и похавать рамена" — думает Наруто, шагая обратно в свою комнату. Но вдруг, рядом с ним, прямо из стены вылазит Зецу. Он перемещался всегда бесшумно и лучше всех скрывал чакру. В общем, прирожденный шпион. Но Узумаки даже не дёргается, ведь у него не только чуйка на чакру есть, но и что-то типо чувства опасности. Сначала он не понимал что у него в затылке свербит, но Курама объяснил. — Тебя у себя Лидер ждёт, — своим противным голоском протянул куст и скрылся в той же стене из которой пришел. "Странно, зачем это я ему уже понадобился?" Наруто, как и все остальные участники, никогда не видел тела Лидера. Кроме Конан. Где находился сам Нагато никто тоже не знал. Обычно Пейн использовал только свое главное тело, а все остальные пять брал только на миссии или когда нужно было быть в разных местах одновременно. В кабинете Лидер оказался один и разбирал очередные бумаги. — Вызывали? — Наруто запихнул яблоки в свой карман, который на самом деле являлся печатью. — Да, — мужчина отложил документы и посмотрел на джинчуурики, — Я не стал говорить тебе об этом раньше, потому что не видел в этом смысла. Но теперь, думаю смысла все равно скрывать нет. Наруто, Кушина была моей двоюродной сестрой. — Что? — Наруто знал что они родственники, но не настолько же близкие! — Да. Ее забрали из Водоворота в Коноху, чтобы сделать джинчуурики Девятихвостого, а я со своими родителями бежал в Амекагуре. Твои бабушка и дедушка погибли во время уничтожения Узошио. Когда я вырос, то узнал, что в Конохе есть джинчуурики Девятихвостого. А потом все деревни узнали о нападении Курамы на Скрытый Лист. Тогда я понял, что Кушина умерла. А потом, когда увидел в списках джинчуурики тебя, то сначала не придал значения. Но когда Итачи и Кисаме рассказали больше о тебе после попытки захвата, то по твоему "Даттебае" сразу все понял. — Вау... Это круто, — Наруто широко улыбнулся, — Тогда я могу обращаться к тебе на ты? — Хм, ладно. Можешь. — Классно, даттебае! Но ты же позвал меня сюда не для этого, так? — Да. На патруле Зецу увидел, как шиноби Конохи забирают из Храма масок нашего клана эти самые маски. Не уверен, знаешь ли ты, но этот храм как раз недалеко от Конохи. — Но раз они так близко, разве это не значит, что они теперь принадлежат Конохе? — Нет. С помощью этих масок можно вызывать духов и даже богов. Самых разных, например, Шинигами. Твой отец использовал его, чтобы запечатать Кураму. После того, что Коноха сделала Узошио... Они не имеют права использовать их. Только клан Узумаки может. А нас осталось трое. И так как мы с тобой в Акацуки, то наше решение — решение большинства. Ты сам хочешь отомстить деревне? Вопрос был достаточно сложным. Конечно он хотел отомстить всем тем кто насмехался над ним в детстве, избивал и унижал. Он был всего лишь маленьким одиноким мальчиком, но деревне было плевать. Но напав на Коноху он подвергнет опасности тех, кто не виноват. Тех, кто ему дорог. А Ичираку... Разрушить ее рука не поднимается! Живот Наруто заурчал, вспомнив вкус лучшей лапши во всех пяти странах. Но в голове уже стал вырисовываться план проникновения на территорию Конохи. — Я пойду с тобой. Но только мне надо сделать кое-что до этого, — блондин положил руку на живот, — Я собираюсь забрать у жаб ключ и открыть клетку Курамы. — Ты уверен? — Нагато скептически относился к резко подобревшему Девятихвостому, — Это может быть опасно. А если жабы не захотят отдать его? — Я заставлю. Я верю Кураме и не хочу отставлять своего друга сидеть в клетке. — Хорошо... Только тебе нужно сделать это побыстрее. Неизвестно для чего Коноха забрала маски. Они могут использовать их в военных целях. А если пойдут на нас... Может и отобьемся, но сейчас нам этих проблем не надо. — Сколько у меня времени? — Я даю тебе... Два дня на объединение с Кьюби. И я так понимаю ты что-то уже придумал? — Да. Я предоставлю полный план позже. — Хорошо. Ты свободен, — Пейн махнул рукой, но вдруг вспомнил кое-что, — Кстати, Наруто. Каков шанс, что Пятая Хокаге приказала украсть эти маски для нападения на нас или другие страны? Наруто застыл. Ему не приходило этого в голову , но если подумать об этом... Лидер действительно не был уверен в своих мыслях и решил посоветоваться с ним, как с ближайшим человеком к Пятой, из всех здесь находившихся людей. Бабуля бы не сделала этого. Это точно. Даже если бы Совет принял решение своими же руками уничтожить уже занозу в заднице всех стран, а точнее Акацуки, то бабуля отправила бы шиноби, но уж точно не стала бы использовать такие методы. — Нет, она бы не стала этого делать... Погодите-ка, — что-то щёлкнуло в голове, — Совет... Если не бабуля Цунаде, то Данзо. Или те двое стариков. Но почему они могут отдавать такие приказы? Бабка им бы сразу пиздюлей вставила! — Хм, думаешь с ней что-то случилось и деревней теперь управляет Совет? — Наверно, — настроение сразу ухудшилось, ведь Цунаде тоже была дорогим человеком для него, — Но если это так, то эти крысы наконец-то высунутся. Пойдем в деревню и я их убью. — Тогда готовься к тому, что мы можем ошибаться. Мало ли что в Конохе произошло? — Да, я понял. Это все? Мужчина кивнул и Наруто наконец-то вышел из кабинета, но не успела закрыться дверь, как он заглянул обратно. — А можно сгонять до ближайшего магазина и рамена купить? — большие голубые глаза умоляюще смотрели на рыжего. — Да, иди. Только сильно не выделяйся. — Спасибо! — и убежал, что теперь и не догонишь. А пару минут назад говорил что убьет Совет Конохи... *** Вернулся Наруто только под вечер, уже представляя как заварит себе поесть. Из кухни доносились голоса и блондин решил сначала поужинать с Организацией, а позже и рамен можно. Он зашёл на кухню, где были все участники. Кроме Итачи. Наруто махнул рукой вместо приветствия и плюхнулся на свое место. Конан поставила перед ним тарелку с едой. — Спасибо, Конан-сан. А где Итачи-сан? — Сказал что хуёво себя чувствует. Но не ссы, пиздюк, не помрёт твой ненаглядный, — в своей грубой манере ответил Хидан. — Ну мой ненаглядный не бессмертный. В отличии от твоего, — Наруто непринужденно перевел подкол обратно на Хидана, а преступники только посмеялись. — Так, я что-то не понял, — Какузу мрачно переводил взгляд с джинчуурики на жреца и обратно, — Это что сейчас за намеки были? — Ничего, Какузу-сан. Вы только сердце Хидану не разбивайте. Хотя... Он все равно бессмертный, — другие члены организации тихо посмеивались, но отводили взгляды пытаясь не пересекаться взглядами с казначеем. А то убьет ещё. Над Какузу будто тучи нависли, а Хидан все краснел и краснел. Но от злости или от смущения — понять было сложно. А Наруто будто и не замечал напряжённую атмосферу, продолжая жевать свой ужин. — Зато ты не бессмертный, — прошипел Мацураси, поднимаясь со своего места, но Какузу надавил ему на плечо, возвращая на место, — Ты чё творишь, штопанный?! — заорал и злобно посмотрел на напарника. Тот наклонился ближе к нему и что-то прошептал ему на ухо. Лицо младшего покраснело ещё больше и Хидан впервые заткнулся до конца ужина. Какузу как ни в чем не бывало, вернулся к своей еде. Над столом повисла тишина, а Акацуки переглядывались между собой. — Спасибо потом скажешь, — не стесняясь сказал Наруто и оставил тарелку в раковине, — Спасибо за ужин, Конан-сан! — и ушел с кухни, получая веселые взгляды в спину. На самом деле он уже давно заметил взгляды Хидана на самого старшего участника Акацуки. Но Наруто не стал бы рассказывать об его чувствах если бы не был уверен в том, что Какузу чувствует к нему тоже самое. А он уверен. Тут и к гадалке не ходи, проведи с ними хоть неделю на совместной миссии и все поймёшь. Ведь Хидан был единственным, к кому Какузу испытывал что-то кроме безразличия. Да и к тому же, не стоит ему постоянно пялиться на открытую в плаще грудь джашиниста. С ними все так просто. Вот бы кто-то так же помог ему с Итачи-саном... К которому он, кстати, сейчас и пошел. — Итачи-сан, — Наруто постучался к нему, — К вам можно? Никто не ответил и Наруто хотел уже идти к себе, как дверь открылась. Итачи выглядел уставшим. — Что такое, Наруто-кун? — Как вы себя чувствуете? — Уже лучше. Давно вернулся? — Учиха отошёл, впуская парня в свою комнату. — Нет, минут десять назад, — Наруто сел на стул, а Итачи перед ним на кровать. — Наши вроде там ужинают. Ты чего не пошел? — Я уже поел. И сразу к вам. Вам тоже не помешает поесть, Итачи-сан, — Узумаки наклонил голову и зачесал волосы назад, — А я рамен себе заварю еще. — Хорошо. Только позже. Когда кухня освободится. Хочу в тишине поесть, — Итачи тихо фыркнул. — Да, сегодня там было не так уж и громко... — Что ты уже натворил? — Эй, это грубо! Почему сразу я? — надулся блондин. — А хочешь сказать что это был не ты? — хитро сощурился Учиха и смотрел на краснеющего Наруто. — Ну я, и что? — стал защищаться джинчуурики, — Зато Хидану и Какузу помог! — И что ты сделал? — Теперь они вместе будут, — он гордо скрестил руки, — Наверно. — Какузу и Хидан? — Итачи выглядел удивленным, — Теперь встречаются? — Ну я всего лишь сказал о чувствах Хидана, вот и все. Но Какузу точно его хочет. — Хочет? — Ага. Трахнуть, — хмыкнул Наруто. Обычно он не матерился при Итачи, ведь тому это не нравилось. — А я? — Что вы? — Может угадаешь кого я хочу трахнуть? — они пристально смотрели друг на друга с ухмылками. — Итачи-сан, вы меня извините, — без какого-либо раскаяния сказал Наруто, — Но вы явно не выглядите как тот, кто может кого-то трахнуть. Наруто был прав. Даже если сравнивать с ним, то по комплекции Учиха уступал. Хоть он и был на пять лет старше, но Наруто был с ним уже одного роста. Итачи не был сильно накачен, но у него было подтянутое тело. Худые, но сильные руки и ноги, до сих пор сохранившие аристократический вид, несмотря на карьеру шиноби. Их разговор перешел в очевидный флирт и оба это прекрасно понимали. Сейчас они просто сидели на своих местах и жарко пялились друг на друга. В воздухе висело сильное сексуальное напряжение, но Наруто не был так сильно уверен в чувствах Итачи к нему и решил перевести ситуацию в другое русло. — Думаю, кухня уже освободилась. Вам надо поесть, — он поднялся со своего места и пошел к двери, намекая, что у старшего не получится отвертеться. Хоть Итачи и был удивлен тому, что Наруто так резко поменял тему, но виду не подал. Он так же встал с кровати и пошел на кухню вслед за блондином. На кухне действительно никого не было и Наруто поставил кипятиться чайник, пока искал в недрах своего кармана-печати пачку лапши. К тому моменту как рамен заварился, Итачи уже сидел за столом и ел свой ужин. Как всегда радостно, Узумаки разломил палочки и начал с нетерпением поглощать лапшу. Наруто был из тех людей, которые могли есть так, что другие тоже начинали хотеть. — Вкусно? — Итачи подпер голову рукой. Наруто положительно промычал и взял немного лапши палочками. — Будете? — поднял над ладонью и потянулся к лицу Учиха. Сначала он хотел отказаться, ведь не ел обычно такую еду. Но голубые глаза горели восторгом и отказаться было бы преступлением против него. Итачи заправил волосы за ухо и пододвинулся ближе. Наруто кормил его с рук, а старший пристально смотрел ему в глаза. Узумаки быстро стал серьезным и пялился на рот Итачи. Это, конечно, было странно, но сочетание Итачи Учиха и рамен резко стало его любимым. Смутившись от своей реакции, Наруто опустил глаза на стол и стал быстрее есть, забывая даже пережёвывать. — Жуй тщательней, а то потом живот болеть будет. На эти слова он чуть не подавился, но Итачи не остался без обиженного взгляда в свою сторону. После ужина они разошлись по комнатам, но мысли обоих возвращались к их разговору в комнате Учиха. Пока они не были точно уверены в себе и чувствах которые испытывали. *** — Курама, попытайся не высовываться пока я буду с ними разговаривать. Наруто решил не затягивать и как можно быстрее забрать ключ от клетки. — Я ненавижу этих противных жаб, — рыкнул Лис. — Да, я знаю. Но тебе придется потерпеть. Они находились недалеко от Базы, чтобы если что к Наруто могли прийти на помощь. Он прокусил палец до крови и сложил нужные печати, опуская руку на землю. Появилось белое облако и из него выпрыгнул Гамакичи. — Наруто? Давно ты меня не призывал. Что-то случилось? — Да. Я хочу забрать ключ от своей печати. — Что? С чего это вдруг? — Я подружился с Девятихвостым и хочу освободить его. Гамакичи молчал, оглядываясь вокруг. — А где мы вообще? — Это не важно. Так как мне забрать ключ? — Эх, нужно переместиться на гору Мьебоку. — Ну так идём. — Сейчас? Ну тогда забирайся на меня и развей призыв. Наруто так и сделал и через несколько минут они оказались в незнакомом ему месте. — Добро пожаловать ко мне домой. — Вау... Тут круто! Неизвестные растения, другие жабы. Все так ярко и красиво. — Эй, Гамакичи! Я почувствовал чужую чакру, ты что сюда чужака привел? — раздался откуда-то голос, но Наруто не мог понять откуда он доносился. А потом он посмотрел на землю и увидел маленькую жабу. Он скакал к ним. — Это кто вообще? — Наруто, прояви уважение! Это Фукасаку-сама, Глава и наследник Великой Жабы-Мудреца! — Тот Мудрец к которому мне надо идти? — жаба кивнула, — Ну тогда ладно. — Гамакичи, кто это? — Это... — начал, но был перебит самим Наруто. — Меня зовут Узумаки Наруто. Я ученик Джирайи и я пришел сюда чтобы забрать ключ от своей печати, — перед отправкой сюда он снял с себя повязку, плащ и все что может намекнуть на то, что он отступник. — Ты ученик Джирайи-чана? — старая жаба удивлено на него смотрела, — Эх, помню он совсем молодым был, а теперь у него свои ученики... Постой, какой печати? Наруто поднял свою кофту и показал Печать Восьми Триграмм на своем животе. Фукасаку непроизвольно отодвинулся подальше от подростка. — Я джинчуурики Девятихвостого, но я предпочитаю называть его по имени. Мой отец — Четвертый Хокаге и это он запечатал его во мне. — Но как ты узнал что ключ у нас? — Недавно когда я пытался открыть клетку Девятихвостого в мое сознание пришел мой отец. Он оставил часть своей чакры в печати и когда я сказал что хочу снять оковы, то он согласился и отправил меня к вам. — Но с чего ты решил освободить этого Демона? Ты вообще понимаешь как это опасно, мальчишка? — Я подружился с Девятихвостым и хочу освободить своего друга. К тому же я хочу использовать эту силу для защиты своей деревни! — в последнем он конечно наврал, но ради получения желаемого приходится действовать именно так. Пока Глава молчал и что-то обдумывал к ним прискакала другая жаба. Она была средних размеров и Наруто не боялся что раздавит ее, как старика. — Фукасаку-сама! Жаба-Мудрец сказал что с вами какое-то дитя и он просит привести его к нему! Он кивнул и двинулся за ним. Гамакичи указал в том направлении и подтолкнул Наруто. Узумаки пошел за ними, осматривая окружающую его красоту. Мудрец выглядел ещё старее чем его наследник и был достаточно большим. Даже больше Гамакичи. Он смотрел на блондина своими узкими глазами и Наруто понимал, что тот видит все про него. — Когда-то у меня было предсказание для твоего учителя, — начал Мудрец, — Я видел что у него будет ученик, который либо спасёт, либо уничтожит наш мир. И я вижу что Дитя пророчества это ты, Узумаки Наруто. Мы не имеем права удерживать ключ у себя, так что ты можешь забрать его. Около его кресла появилось белое облако и за ним оказалась слишком странная по виду жаба. У нее туловище — это свиток! Который она начала разворачивать. На бумаге оказался контракт — на нём уже стояла печать его отца и Наруто пробежался по всем символам и увидев пустующие окошки подошёл ближе. Глава кивнул ему и Узумаки приложил ладонь, оставляя печать. — А теперь широко открой рот, Узумаки Наруто. *** — Кхе, кх, это самая худшая вещь о которой я даже представить не мог, — сипел Наруто, пытаясь справиться с рвотными позывами, — Они изверги! Заставили меня проглотить такую хрень! — А я говорил тебе что эти жабы ненормальные, — Курама наслаждался хрипами своего сосуда. Всё-таки он чувствовал себя так же отвратно как и сам Лис. — Ты не предупреждал что они заставят меня сожрать огромную жабу! — Хм, интересно почему? Может потому что я не знал об этом? Эти двое так бы дальше и переругивались, но они почувствовали чакру приближающегося к ним Лидера. Наруто помахал ему. — Ты уже вернулся? — Ага. Только что. — Как все прошло? — Лучше не спрашивай подробности, но не переживай, ключ у меня, — Наруто похлопал себя по животу. — Ты собираешься открыть клетку сейчас? — Да. Папа сказал что я смогу встретить свою маму если сделаю это. — Мне остаться здесь на всякий случай? — Нет. Я доверяю Кураме. — Хорошо. Надолго не задерживайся и если что, я не собираюсь рассказывать остальным о нашей миссии, — Нагато хлопнул племянника по плечу и пошел обратно в прибежище, — Не задерживайся надолго здесь. И да, передавай привет Кушине. Наруто кивнул и нервно вздохнул. Он боялся этой встречи. Он никогда не видел свою маму и не мог в полной мере представить какая она. Обито говорил что характером Наруто пошел в маму. — Эй, не волнуйся ты так. Хоть как сосуд Кушина была ужасной, но как мать и человек наверное хорошей. Я в людях не разбираюсь. — Ну раз даже ты говоришь что все будет хорошо, то давай начнем, — Наруто поднялся к печати так же как и несколько месяцев назад. Он снял печать и пропустил через пальцы чакру, прокручивая ей по спирали своей печати на животе. Замок открывался и Наруто мысленно готовился к встречи с мамой. — Эй, Наруто. Если Кушина не появится сразу, то думаю мне придется перетянуть твою чакру на себя. Потому что Минато мог сделать так, что твоя мама появится только при опасности твоей жизни. — Я понял. Наруто открыл печать до конца и Курама на пробу толкнул ворота лапой. Узумаки улыбнулся на это, но прислушался к себе. Пока ничего. — Так ладно. Раз ничего не происходит, то действуем по второму плану. Наруто кивнул и Девятихвостый просто дернул чужую чакру на себя и этого хватило чтобы тело джинчуурики покрылось красным пологом разрушительной энергии. — Только скажи ей сразу чтобы не трогала меня, — фыркнул Лис, когда почувствовал внутри подсознания Наруто Кушину. Мешать такой важной для его сосуда встречи он не собирался. Когда Наруто открыл глаза, то оказался в каком-то непонятном месте. Вокруг было очень светло. Но ему было плевать. Перед ним стояла его мама. Она была точно такой как ее описывал Обито. Кушина смотрела на него с безграничной любовью. И Наруто чувствовал себя виноватым за то, что не оправдал ее надежд. Но уйти в самокопание не дали ему слова Курамы. — Мам, пожалуйста, не делай ничего Кураме, даттебае! — выкрикнул он первое что пришло ему в голову. — Кто такой Курама? — девушка была удивлена. — Это имя Девятихвостого. Не делай ему ничего. Мы сделали это чтобы я мог встретиться с тобой, — Наруто уже говорил тихо. — Значит ты планировал эту встречу? И подружился с этим противным Лисом? — Да. Я так давно мечтал встретиться с тобой, мам, — он подошел к ней ближе и крепко обнял. Наруто не сдержался и заплакал. Это и в правду была его мама. Та, которая отдала свою жизнь ради него и ради деревни. А что сейчас... Сейчас он преступник, который собирается на эту самую деревню напасть. — Не переживай, Наруто. Минато мне все рассказал. Не вини себя, сынок, — она потрепала блондина по волосам, — Лучше расскажи как ты все это время жил. Они садятся на землю и Наруто вкратце пересказывает свою жизнь. Жизнь в деревне, то, как Какаши-сенсей почти заменил ему отца и жизнь в Акацуки. — Кстати, мам. У меня есть для тебя новость. Если встретишься с папой, то расскажи ему тоже. Но не вините себя ладно? — Что такое? — Обито жив. Кушина удивленно смотрит на него и в ее глазах появляются слезы. — Он жив? Где он? С ним все хорошо? — Да, он мой напарник в Акацуки. Мы с ним подружились. А еще... Его телом воспользовался Мадара Учиха и это он напал на Коноху тогда. — Значит это был Обито... Кушина что-то обдумывает, а после улыбается Наруто. — Все в порядке. Передай Обито, что он все так же мой любимчик. Они разговаривают еще долго. Наруто слушает историю любви своих родителей и про то, что происходило в тот самый день нападения Девятихвостого. — Кстати, Минато рассказал мне что ты влюбился.. — Что?! Нет, это не так! — Да не волнуйся ты так, — женщина смеется, — Итачи всегда был хорошим мальчиком. — Мам, — он ловит взгляд матери, — Лидер Акацуки — это Нагато Узумаки. — Нагато? Неужели... — Да. Твой брат. — Вау, — она выглядит потрясенной, — Столько радостных новостей ты мне рассказал. Позаботься о нем, а то он вечно встревал в разные передряги когда был маленьким. — За кем из нас следить еще надо... Кушина смеется над смущающимся сыном, но вдруг она чувствует как техника заканчивается. — Наруто, у нас осталось совсем мало времени. Мне очень жаль что я не смогла быть с тобой все эти годы. Возможно все было бы по-другому если бы всего этого не случилось. — Не вини себя, мам. Я рад тому, как живу сейчас. И счастлив, что смог встретиться с вами хоть так. Кушина прижимает к себе своего ребенка, на прощание целуя его в лоб. — Ты очень сильный мальчик, Наруто. Стань сильнее и исполни все свои мечты, — и она исчезает, оставляя после себя только немного чакры. — Обязательно, мам, — шепчет Наруто в пустоту. *** Встреча с Кушиной оставила на душе лёгкий осадок. Пока Наруто шел обратно на Базу, то все время молчал. С Курамой так и не заговорил даже. В таком трансе он дошел до кухни и сел за стол. В комнате никого не было. — Наруто, — сзади появился Тоби, — Где ты был? Узумаки вздрогнул от неожиданности и обернулся на напарника. — А? Я... Я снимал печать с клетки Курамы. — Серьезно? И как всё прошло? — мужчина сел на стул рядом. — Ну если не вспоминать про то что мне пришлось проглотить огромную и противную жабу ради того чтобы получить ключ от клетки, то всё прошло идеально, — Наруто сделал паузу, — А ещё я встретился с мамой. Тоби сразу напрягся. Он считал себя виновным в том, что случилось и это чувство вины не давало ему жить многие годы, пока не появился Наруто. — И она сказала что ты до сих пор ее любимчик. Мужчина вздрогнул. Даже через маску джинчуурики чувствовал отчаянный взгляд шарингана на себе. Он просто молча кивнул ему в знак поддержки и поднялся со своего места. Наруто справился со всеми своими делами быстро и теперь они с Нагато могут перенести нападение на день вперёд. Нужно готовиться. *** — Ну что, ты готов? Наруто и Шесть путей Пейна стояли в лесу неподалеку от ворот Конохи. Они с лёгкостью справились с охраной границы и теперь проверяли состояние оружия. Наруто поправлял печати и сумки с ними. Повязка крепко держала волосы, чтобы в бою не мешались. Да, он просто волновался. Не каждый день нападаешь на свою собственную деревню. В последний раз он по этому маршруту ходил в тот день, когда он отсюда уходил навсегда. — Да. Теперь он был готов отомстить за все страдания которые принесла ему деревня. Курама тоже был в нетерпении: давно он не выходил наружу. И как не странно, но опять в Конохе. — Тогда идём. Отомстим и за тебя и за Узумаки. — Только Какаши-сенсея и Шикамару не трогаем. Ну или хотя бы не убиваем. — Да, я помню. Родственники смотрели на ворота деревни и понимали. Час расплаты настал.