Холод

Тини стиснув челюсти продолжала с трудом пробираться через обильные слои снега. От холода её уже чуть ли не колотило. Ферро плелся за ней, хрипя и держась рукой за окровавленный бок. — Н-не, малая… — с усмешкой тяжело выдохнул мужчина и, дрожа, опустился на колени, уже сам не выдерживая вес собственного тела. — Боюсь крокодил* у тебя копыта откинет… –…Ф-ферро, у крокодилов нет коп-ыт. — кое-как выговорила та, остановившись и обернувшись на приятеля. — Д-давай, встав-вай, совсем немного д-до укрыт-ия. Мужчина промолчал. — Ф-ерро. — Я-я устал… Опустив голову, тот с хрипом выдохнул и завалился на бок. — Э-эй! Тини, запнувшись, все же смогла шустро пробраться к нему через снег. — Т-ты чего это? Та опустилась к другу. Ферро продолжал с трудом дышать, держась за рану. — Угадай. — прохрипел он, хмуро потупив взгляд, не то от боли, не то от сожаления. — Я-я могу дать ещё обезболивающего, но оно м-может привести к-к… — Будешь ты зря ещё тратиться. — протянул тот недовольно вполголоса. — По-ч-чему зря-то? –… Вновь на секунду лицо мужчины перекосило от боли, после тот опустил голову на снег. Руки его ослабли. — Эй-эй-эй-эй! Ты ч-ч-чего удумал, а? — заикнулась девочка, приподняв майку мужчины, дабы взглянуть на ранение. — Ферро, х-хорош! Мужчина глянул на приятельницу, дрожащими руками стянул со своих плеч кардиган и накинул на спину малой. Та замерла, испуганно уставившись на лежащего. –…Т-ты чего это?.. — раздалось дрожащим голосом. — Ты только в некромантию не отдавайся. — улыбнулся тот, даже в какой-то степени ласково. — Я ж тебя знаю, г-гадюка**. – Я тебя… Девочка сжала кулаки со слезами на глазах. Сама не зная почему, но она искренне верила что рассердилась на него, хотя возможно где-то глубоко в себе прекрасно понимала… Нет, знала, что произойдет в следующие минуты. — Н-а том свете найду… И в-в райский асфальт зак-катаю… — Надеюсь тебя придется ждать. — выдохнул тот, снова вздрогнув от резкого болезненного импульса. Тини быстрым движением протерла глаза и вскочила на ноги. — Молчи! Я-я тебя в ручную до огня дотащу, хочешь ты того ил-ли нет! Она хотела было ухватиться за его руку, но тот отдернул её. — Ферро, мать твою! — в истерике вскрикнула та, — Только твоей гибели мне и не хватало! Это было чистой воды рыдание. Когда страх все-таки оказывается реальностью — это всегда невыносимо больно. И боль эта, как правило, пронзает тебя именно тогда, когда ты и думать про неё уже забыл. И тебе так тяжело на душе становится от безысходности, а мысли текут будто ровным потоком, и ты невольно иной раз задумываешься: «А может Я сплю? Может у меня есть время что-то изменить? Может… Я мог что-то изменить?» И именно так выглядят последние вздохи надежды. А потом, через пару месяцев, где-то лёжа на кровати посреди ночи, ты думаешь о том, что все могло быть по-другому. И ты, невольно уходя в своего рода транс, начинаешь жить эту мысль. И к тебе приходит облегчение, ровно до того момента, пока тебе не приходится очнуться. Девочка понурила голову, сдерживая за зубами рыдания. Она упала на колени, а после улеглась мужчине на грудь. Её будто пронзило насквозь всей этой безнадегой, что она чувствовала. Ферро сонно подтянул девочку к себе и сжал в объятиях. Пусть он и испускал последние вздохи — но какую-то пользу принесет обязательно. — Не смей, н-нет, не так-… Она сжала в руках его майку. — А как же… Т-ты говорил про домик н-на краю страны. Я-я-я найду тебе такой. Н-найду, ты будешь там с-сидеть по вечерам, чит-тать мои п-п-письма. Я-я буду тебе часто писать… — Чшшшш… Мужчина постарался «укутать» приятельницу теплом своего тела. — Ты ж замерзнешь… — устало и протянул тот, погладив девочку по голове, а затем вновь усмехнулся, — Змеи — существа хл-аднокровные… Та молчала, лишь вздрагивала в конвульсиях. Она знала, что его голос она, скорее всего, слышит в последний раз. Было бы глупо не сохранить его в памяти. Тем временем мужчина постепенно закрывал глаза, а его дыхание становилось тише и медленнее. — Ты... Не переживай. А то я тебя знаю, гадюка… Тини лишь сильнее зарылась в него носом, а слезы не переставали течь. — Тихо… Тихо, малая. Ресницы замерзнут… Девочка невольно сжалась всем телом, как только перестала чувствовать поглаживания.