Литания и лазган

Сжимаю лазган. Он лучший друг. Кому ты можешь доверять в мире вечной войны? Только своему оружию. Немного машинному духу оружия. Но у лазгана машинный дух очень слабый. Обычно очень слабый, но не в руках фанатичного служителя Бога-Императора. - Мой лазган. Таких лазганов много, но этот мой. Мой лазган мой лучший друг. Он моя жизнь. Лазган без меня лишь брошенный инструмент. Я без своего лазгана лишь пепел в вихре войны. Вместе мы возмездие. Я стреляю точнее чем враг, что пытается меня убить. Я стреляю в него первым. Клянусь перед Богом-Императором. Я и мой лазган, мы защитники Империума. Мы не боимся врагов. Мы спасители Человечества. Литания прочтена. Отредактированное воспоминание прошлой жизни прижилось в полку, ибо даёт хороший, правильный настрой. Вдали грохочут аватары бога войны. Даже не важно, Химеры, Сотрясатели. Какая разница. Скоро будет атака. Поворот к взводу молодняка, который нужно повести в атаку по сигналу офицера. - Жизнь свою отдаю Императору. Молюсь, дабы Он принял ее. Силу свою отдаю Императору. Молюсь, дабы ее не лишил меня Он. Кровь свою отдаю Императору. Молюсь, дабы утолила она жажду Его. Тело свое кладу на алтарь битвы, Молюсь, дабы Он даровал мне благородную смерть. Молю Его о защите, всё отдавая взамен. Стандартная молитва перед атакой. Примыкаем штыки к лазганам. Я краем глаза держу в поле зрения офицера и комиссара. Последний проверяет лазпистолет, пиломеч, и массивный болт-карабин. Странный кадавр помпового дробовика и пехотного болтера. Не понятно за какие заслуги полковой техножрец такое слепил, но эта штука спасала нас несколько раз. А сегодня он особо востребован. Среди повстанцев видели отродья хаоса и предателя-космодесантника. Рука сама по себе судорожно ощупывает целую вереницу ручных гранат разных паттернов, а взгляд цепляется за два рассчёта ручных гранатомётов. Не помешает их прикрыть, для прикрытия штурма они очень полезны. Тем более их возможность стрельбы навесом. Ещё чуть в стороне огнемётчик из инженеров, придан для усиления атаки, так как идём на укрепления. Звучит первый свисток, идёт первая волна. Мы вторая, должны идти почти дыша в спину. - Император, одари меня Твоим праведным гневом и Твоей яростной силой. Да стану я бурей, что сметет врагов, оскорбляющих Твой взор. Громогласно прозвучала литания. И сразу же за ней второй свисток, теперь двигаемся мы. Чёткий марш-бросок вдоль линии окопов, и орава людей в шинелях и противогазах несётся на укрепления. Наша артиллерия всё ещё грохочет, но всё реже и реже, вспышки взрывов отчётливо раздвигаются, давая нам коридор для атаки. Хлёстко плюются лазганы Крига. Возможно даже собирают урожай еретиков. Неподалёку глухо хлопочет тяжёлый стаббер. Не стандартный для Крига Люций, а Бульдог, реквизированный у обескровленных арбитров. Им он уже не понадобится, а у нас выбило несколько рассчётов, включая сами пулемёты, но некоторым повезло, массивный Люций защитил рассчёт, пав в неравном бою с пулями еретиков. Приходится перепрыгивать трупы первой волны, которая прощупывала укрепления. Моя же задача довести молодняк. Комиссар неподалёку, идёт с нами, командует тяжёлым вооружением. Пулемёт работает экономно, очередями по 10-12. Не зажимает. Рассчёт опытный. Гулко хлопают гранатомёты, вычёсывая укрепления. Судя по вспышке накрыли несколько ящиков с боеприпасами. Фуш-Фуш. Даю короткий сдвоенный выстрел, и еретик падает с дырами в теле. Нужно экономить. Одна батарейка даёт лишь двадцать пять выстрелов. Двенадцать парных и один про запас. Не отпуская лазган, беру гранату, и выдернув шнур, швыряю вперёд, благо ручка позволяет швырнуть далеко. Чуть притормаживаю, и даю знак остальным притормозить. Грохот и пыль. Из дыры вылезает контуженный еретик. Фуш. Выстрел милосердия в голову. Он этого не заслужил. Но времени нет, нужно наступать. Ещё одиннадцать парных осталось. Рядом хлопают ещё несколько гранат, а где-то уже даже ревёт огнемёт. Приятный звук. Но не до того сейчас. В прочем, то что инженер дошёл не поймав лазерных лучей, от которых, в отличие от пуль вполне даже возгорится. - Могущественный Император. Ниспошли свой чудодейственный свет. И да выведет меня он из тьмы. Короткая молитва одними губами, и за угол летит граната, дабы вычистить коридор. Хлопок. Даю отмашку, и отряд несётся вдоль коридора. Неподалёку глухо бухают взрывы ручных гранатомётов. Комиссар продолжает поддерживать нас, сковывая еретиков на верхних этажах, и по возможности вычищая их. Наверняка припряг кадет-комиссаров таскать ящики с боеприпасами. Бедняжки. Замучились таскать ящики ещё до атаки. Брат с сестрой, будущие комиссары, прекрасный дуэт, если выживут. Защити Император этих деток. Хотя какие детки, обоим по 17, давно взрослые уже люди. А зачистка идёт методично. Удар по двери. Граната за дверь. Хлопок. Контроль. Привычно. Фуш-фуш. Фуш-фуш. Батарея садится, и уже последние выстрелы на счету. Слышу шорох. Машинальный разворот и последний ворох лучей гнева Императора врезается в сплетение щупалец. Тут уже не до мерных парных выстрелов, просто бегло разрядить что осталось. - В укрытие! - короткая команда, и молодняк рассасывается по уже зачищенным комнатам. Не скуплюсь, и кидаю всю сбрую с гранатами в варпового уродца, укрываясь за стеной. Громыхнуло знатно, да ещё и обдало осколками стены, которая частично обрушилась. В ушах звон. - Имя свое изреки, разносчик смерти. Ты даруешь мне жизнь и смерть врагу. Произношу на рефлексах. Меняю батарею в лазгане, в ушах всё ещё позвякивает. Вдоль коридора несётся струя огнемёта. Кажется не зря остался в комнате. Жар ощущается сквозь шинель, и противогаз. Хороший прометий. Надеюсь хорошо прожарит отродье хаоса. Кажется начало отпускать. Слышу характерное шипение болт-карабина комиссара. Совсем рядом шмаляет. Вдруг загрохотало. Это запасённые в окопах тяжёлые Люции, их всего ничего, да и патронов к ним, зато вскрывают даже лёгкую технику, людей не замечают вообще. Обычный Люций конечно мощный, но не настолько. У этого в дуло влезает палец в перчатке, а патроном можно орудовать как небольшим ножом. На днях рассчёт заколол патроном от этого Люция какого-то еретика. У того кончились патроны, а стаббер заклинило. Теперь патроны у которых произошла осечка разбирают на талисманы. - Возлюби Императора, Ибо Он есть избавление Человечества. Повинуйся словам Его, Ибо ведет Он тебя к светлому будущему. Внемли мудрости Его, Ибо хранит Он тебя от зла. Пусть шепот твоих молитв напоен будет любовью, Ибо спасут они твою душу. Почитай слуг Его, Ибо от Его имени говорят они. Дрожи пред его величием, Ибо все мы ходим в тени Его Слышен голос комиссара. Кажется, он разобрался. Больше нет шипения болтера. Правда на каждый такт молебна слышны хлопки гранатомётов. Кажется, были пара шипящих хлопков реактивных противотанковых. Нужно выбраться и узнать что там. Свой сектор укреплений мы зачистили. Где-то ещё хлопают взрывы и явно слышны очереди стабберов. Иду по опалённым коридорам, кто-то выносит раненых. Вот вижу НД-22.09.469.8876. Ему повезло, всего-то пырнули штыком в руку. Заматывается здоровой рукой. Жить будет. Но он не доволен, рвётся отдать жизнь за Императора. Рядом прижимая лазган к груди здоровой рукой идёт ГТ-28.03.946.4820. Судя по культе поймал удар штыком в ладонь, и остатки кисти раздробило выстрелом пойманного стаббера. Культя залита какой-то пеной чтобы не потерять много крови. Не уверен даже что это медицинская пена. - Чёртовы еретики. - рыкнул НД, затягивая повязку. - Император, не даруй мне победу, но силы для победы. Не даруй мне величие, но стойкости. Не даруй мне оружие, но волю к служению. Короткий молебен сквозь противогаз слышится от НД, и он кивает мне, в знак того, что всё нормально. Квартирмейстер для него не нужен. Радует, мы с ним уже давно служим. Мой молодняк кучкуется, и пристраивается за мной в колонну. Как оказывается, "на улице" произошло достаточно серьёзное сражение, отчего пришлось создавать огневой мешок, перекрёсно стреляя из стабберов в укрытиях перед укреплениями и из самих укреплений. Несколько отродий хаоса были просто аннигилированы, и даже пара космодесантников-предателей пали под шквальным огнём. Не важно насколько ты крут. Не важно сколько на тебе брони. Не важно сколь сильно твоё оружие. И мы только что это доказали. Несколько болтов от комиссара, гранаты, тяжёлые стабберы и противотанковые ракеты. А нет, второго просто расплавили массированным огнём лазганов, и лазпушки. Так вот почему кадеты комиссара были такие загнанные. Они готовили лазпушку. И предатели не успели понять что по ним из неё будут стрелять. Неторопливо катятся Кентавры, на одном стоит лазпушка, но она пока молчит, а вот на другом скорострельная лазерная пушка, и она вот даёт короткие очереди, поддерживая соседние фланги. Комиссар говорит что наш участок успешнее других, потому мы станем клином, что вобьют в ряды еретиков. Не удивительно, мы почти не потеряли людей. Какие-то пара сотен трупов. Для моей прошлой жизни такие потери привели бы к резкому понижению боеспособности, если не к временной потере оной. Но тут воины Крига. Для них потери это пример братьев которые искупают грехи предков своей кровью. Слышу характерный топот. Кавалерия. Догадываюсь о тактическом ходе комиссара, который почти постоянно на связи с офицерским составом. Уточняю. Да, будет прорыв техникой, но в решающий момент кавалерийский удар прорежет строй и зайдёт в тыл, лишая снабжения и подкреплений. А потом танками и пехотой мы просто окружим, и задавим. Моя душа радуется. Чёткий план, явно проработаннее простого марш-броска. Но воспитание Крига требует просто пойти ломать лица предателям и умирать за Императора. Кем бы я ни был когда-то тогда. Где-то там... Сейчас я солдат Крига. Гвардеец. Моё призвание убивать и умереть. Не важно когда. Не важно где. Не важно зачем. Убей и умри. Чувствую свои кости: они сильны. Чувствую свои мышцы: они сильны. Чувствую свою душу: она сильна. Чувствую Императора, что милостив ко мне, и волей Его: я силен.