I love you with all my heart...

      Пико просидел в таком состоянии часа два. Кашель также появлялся каждые 10 минут. За это время успел пойти дождь, хотя нет, даже ливень. Насквозь пропитанный кровью и дождем парень поднялся с бетона, и, пока кашель не охватил его снова, решился пойти домой. Спустившись с крыши, Пико почуял аромат земли и свежести. Он хотел вдохнуть его полной грудью, но увы и ах, ему мешали бабочки и розы. И всё же, пока не было поздно, рыжик шел домой, заворачивая в самые разные уголки и темные переулки, дабы его не увидел кто то из знакомых. Не то чтобы у него их много. Дарнелл, Нене, Линн и… Кейт… Виновник сего торжества… Смирившись с судьбой, парень был уже у своего дома. Обычное общежитие, серое и гнусное, с голубым низом в сантиметров 50, если не меньше. Даже в нем Пико видел Кейта… «Интересно, а его волосы такие же мягкие, как на вид.?» — вопрос, на который Пико не узнает ответа… Войдя в серую железную дверь, парень встретил ещё одну преграду — лестницу. Рыжик начал отсчитывать каждую ступеньку, как всегда. «Раз, два, три, четыре, пять,» — ах да, Пико жил на первом этаже, поэтому что бы попасть внутрь своей квартиры, приходилось просто пройти пять ступенек. Сделав ещё два шага перед рыжеволосым была дверь. Такая чёрная, и утягивающая… — Ахах, Кейт вообще не похож на эту дверь, — прохрипев проговорил Пико, и натянул еле заметную ухмылку. Он начал рыскать по карманам, и не найдя в них ключей, знатно так обиделся на жизнь и Бога, если тот существует вообще. Парень пнул свою дверь со всей силы, от чего та открылась, он явно этого не планировал, но видимо Боже сжалился над ним. Не успел рыжик ввалиться в квартиру, как тем снова овладел кашель. Цветы, бабочки, кровь… Всё снова началось… Круг за кругом. Это было хуже, чем пытки в аду или казнь в средневековье.

***

      Кейт лежал у себя в комнате на диванчике под зелёным пушистым пледом. Явно уставший парень, после свидания с девушкой, уснул перед ноутбуком, на котором шёл какой-то романтический фильм. Месяца четыре назад Пико посоветовал Кейту посмотреть его, но голубоволосый только сейчас вспомнил о нём. О фильме. С улицы доносились звуки сирены, которые отпечатались в памяти младшего сквозь сон.       Ему снилось, как он идёт счастливейший на свете, со своей девушкой и их детьми, которым было до пяти лет, не больше. Но вскоре, сладкий сон сменился на кошмар. Тот самый звук сирены с улицы проник в сон — как машина скорой помощи, забирающая его девушку и детей с дорожно-транспортного-проишествия (ДТП). Их сбил автобус, каким-то образом оторвав конечности. Девушке — ноги, первому ребёнку — голову, а от второго ничего не осталось, кроме месиво из мяса и органов. Кровь была всюду. Парень резко вскочил с дивана, уронив ноутбук на пол. Тот с хрустом грохнулся прямо на экран, явно разбившись. Телефон за спиной жжужал от звонка. Звонок от абонента: «My baby». Утерев слёзы парень взял телефон и ответил. Голос Линн резко раздался с той стороны, и, казалось, чуть не оглушил Кейта. Она говорила очень невнятно, сквозь слёзы и дрожь, иногда всхлипывая в трубку. Она волновалась за их друга. Очень волновалась. Единственное, что разобрал голубоволосый это: скорая; Пико; смерть. Этого было достаточно, что бы понять, что хотела сказать Линн. Теперь Кейт понимал, откуда сирена и скорая в его кошмаре…       На улице продолжал лить ливень, но Кейта это не заботило. Выбежав из квартиры в пижаме, предварительно не закрыв дверь, парень бежал со всех ног в больницу. Восемь остановок. Голубоволосого и то не заботило, он бежал, ведь его друг был на краю жизни и смерти. Душевная боль так и не прошла с тех пор, как умер его лучший друг — кот Гизмо (отсылочка), а вторую смерть он точно не сможет перенести без депрессии второй степени.       Добежав весь запыхавшийся, парень отправился на третий этаж больницы. Откуда Кейт знает, что Пико именно там? Голубоволосый часто попадал в больницу из-за его слабого иммунитета и давно уже выучил, что-где, да как. Парень начал врываться в палату, хотя врачи и медсёстры не пускали его. Пройдя сквозь препятствия, парень присел рядом с другом, над которым порхали голубые бабочки, или просто сидели на нём. Те, что нравились Кейту. И алые лепестки роз в ведре, куда выплёвывал их Пико, ибо так сказали врачи. Кровь была разбрызгана по всей кушетке и одежде парня. — Боже, Пико, сколько ты мучался вот этим.? — промямлил Кейт, встав на колени, рядом с кушеткой рыжика. Взяв его за руку, парень старался морально поддержать того, хотя ему самому сейчас нужна поддержка…

***

      Прошло два дня. Пико так и не просыпался, а Кейт не отходил от парня, несмотря на запреты врачей. Кейт знал, что это была его вина, и очень чувствовал себя виноватым… — Кейт…? — хриплый и еле слышный голос донёсся от парня. Кейт расплакался, он был счастлив, что Пико жив, живой, ещё не умер. — Пико.! Прости меня, пожалуйста.! Прости, что ты тут, страдаешь, находишься в предсмертном состоянии, и всё из-за меня.! — Голубоволосый начал реветь ещё сильнее… Сильнее, чем персонаж видеоигры, в которую парни любили позалипать после всех дел — это было перед появлением Линн в жизни Кейта. — Кейт, ты прости меня… Ахах, если бы меня не было, ты бы сейчас не сидел здесь и не ревел… — Пико чуть улыбнулся, его рука начала дрожать. Дрожать сильнее, чем должна. На ней появлялись цветы. Бутоны роз рвали кожу по всему телу, начинали появляться струйки крови. Из щелей, где росли розы, выкарабкивались бабочки. Это жутко больно… Пико продолжил говорить, игнорируя жгучую боль по всему телу: — Кейт, я люблю тебя всей душой и сердцем, даже несмотря на то, что ты отверг меня, выкинул цветы, что я тут лежу… — в этот момент Пико погладил младшего по волосам — Прощай, и не смей чудить что-то с собой…       Рука совсем ослабла и отпустила руку Кейта. Оттуда, где стоял кардиомонитор, начался длительный, пищащий, режущий слух, звук, а Пико упал обратно на кушетку, с бездушным уже звуком. Кейт замер, не двигался, осознавал… Врачи же совсем быстро увели рыжика в реанимационную, пока еще была возможность привести того в чувство…

***

      Спустя полтора часа, врач вышел к Кейту, сидящем у входа и ждавший результаты. — Сожалею, мистер, но увы, эта болезнь неизлечима, и держание его на этом свете, будет только хуже для парня. А так же мы сделали всё возможное, прошу прощения… — Спасибо… — сказал совсем бесчувственный Кейт и, взяв свою кепку, пошёл на выход. Совсем обессиленный парень был не в силах дойти до дома, поэтому он позвонил своей девушке и попросил, что бы её мать забрала его и довезла до дома…

***

      прошло три года, с того момента, как умер Пико. Бойфренд каждый день ходил на могилу своего лучшего друга и оставлял там два белых тюльпана. Тюльпаны — были любимыми цветами рыжика. Но на могиле были ещё цветы… Те самые розы. Они продолжали расти из трупа и вырывались наружу. Так же часто на могиле можно было видеть бабочек, сидящих на памятнике или цветах.       Кейт помнил, как они с Пико, когда были ещё школьниками, переписывались каждый день, но, с появлением Линн, сообщения стали приходить раз в неделю… И те были просто «Привет, как дела?» без продолжения. Единственное сообщение, которое Кейт заучил наизусть было то, которое он заметил только дома, после отсыпления.       Хей, Кейт, привет! Возможно это прозвучит довольно странно, но я бы хотел напомнить тебе те счастливые моменты, которые провели мы вместе. Помнишь, как мы играли в Айзека? Помнишь, как я каждый день приносил тебе печенье, которое сам пёк, потому что тебе оно нравилось, даже тогда, когда я его спалил? Помнишь, как мы насыпали дрожжи в унитазы, а потом там был ремонт? Помнишь, как я пришёл в тот день, 26 апреля, с букетом алых роз, потому что знал, что ты их любишь? Помнишь, я признался тебе в любви, а ты сказал, что не видишь меня, как своего парня, и сказал, что подумаешь над моими словами? Ахах, а ведь потом, на следующей неделе, ты встретил Линн и начал с ней встречаться… Сказать честно, я ревновал и завидовал твоей подружке, ведь она могла обнимать тебя, когда она захочет. Ладно, ахах, я бы хотел повторить всё что было до того, как я тебе признался, но к сожалению уже не смогу. Ох, кстати, позже поймешь, но белые тюльпаны: р Пока, удачи, надеюсь, что я смогу увидеть тебя перед… Ахах, потом поймешь, как я уже сказал ранее.