Te amo..

Шлатт тяжело вздохнул, наблюдая за более низким брюнетом. Тот стоял рядом со своими двумя мужьями. Было видно, что он счастлив. Квакити. Привлекательный мальчик родом из Мексики. У него был акцент, когда он говорил на английском, который Джон так полюбил. В первое время Алексис разговаривал лишь на испанском, и с ним мог общаться только Дрим. Вообще, Шлатт и сам владел этим языком, но он просто не решился подойти к тому и поговорить. Постепенно Квак стал привыкать к английскому, начиная разговаривать лишь на нем. Нет, он не перестал разговаривать на испанском совсем. Иногда ругательства на родном языке вырывались из уст Алекса, когда тот был зол или напуган. Один раз ДжШлатт спокойно попивал кофе, опираясь об тумбочку. На кухню зашел младший брюнет, сонно протирая глаза и бормоча что-то под нос. Американец улыбнулся тому и поставил чашку на тумбу, желая протянуть руку мексиканцу в виде приветствия. Как раз вовремя. Квакити споткнулся и полетел вниз, собираясь уже упасть на пол лицом, прежде чем его подхватил Шлатт. Сон как рукой сняло. Квак слабо покраснел и пробормотал тихое «gracias». Джон умилился этому, прежде чем понял в какой ситуации находится. Одна его рука на талии, а другая на плече Алексиса. Джонатан поднял мальчика и почесав затылок, ответил «de nada». Парень удивленно посмотрел на него, после чего кивнул и стал наливать себе кофе. Шлатт помнил, как переживал об Алексе. Парня мучила то ли бессонница, то ли еще что. В общем, волноваться за него были все причины. Во всяком случае, так думал ДжШлатт. Он пытался заботиться о Квакити незаметно, чтобы к нему не появлялось никаких вопросов. Ну, просто не мог он устоять перед милым мальчиком, который сидел за столом напротив всех других актеров, и зевал. Так мило зевал, а потом извинялся за это. Джон пытался не думать о Кваке постоянно, но ключевое слово: пытался. Все его мысли были забиты брюнетом, который был одет в строгий костюм. Так еще и костюм был слегка большим Алексису, зараза. Будто издевается. Зевая, тот прикрывал рот длинным рукавом рубашки. Так и хотелось притянуть его за галстук-бабочку и примкнуть к его губам. В один день Бог, кажись, услышал его молитвы. Американец зашел в комнату, в которой был огромный круглый стол и куча стульев. За огромным столом сидели все актеры сериала, обсуждая дальнейшие действия и сценарий. Также, в комнате присутствовала белая доска, на которой, чтобы что-то написать, нужно было использовать маркер. Впрочем, ей редко пользовались. Шлатт улыбнулся присутствующим и сел за свое место. Он сидел между Вилбуром и Квакити.       — Окей, Шлатт, — начал Тейкен, — Ты теперь Президент. — На лице блондина появилась ухмылка.       — Что? Я думал, Вилбур-       — Ты — Президент, а Квакити — твой вице-президент.       — Как?       — Там свои тонкости, — отмахнулся Клэй. Сапнап, который сидел рядом с Тейкеном, тихо захихикал. — Как вы понимаете, вы должны работать вместе. Джон, ты спокойно можешь выбрать себе помощников. Шлатт кивнул и перевел взгляд на Квака. Он выглядел… Как бы это описать? Он выглядел так, как будто был готов сделать все, что угодно. В его глазах горел огонь. Джонатан был рад, что у него есть такой вице-президент. Работа Президента выматывала, хоть он всего лишь играл роль правителя. Квакити оказался настырным и слегка вспыльчивым человеком. Он стоял на своем до последнего, явно не желая отступать от задуманного. Странно. Он был настойчивым, но в тоже время покорным. Алексис хорошо играл роль помощника Президента. В каком-то роде он был заботливым. Когда камера начинала снимать других, Шлатт устало откидывался на спинку стула, а мексиканец приносил очередную чашку чая. Он улыбался так, как не улыбался никому, грея сердце старшего. После каждой такой улыбки Джон был готов хоть свернуть горы, насколько она была яркой и подбадривающей. Джонатан догадывался. Он влюбился в парня, который играл гибрида человека и утки. Человека, который играл роль его вице-президента и… Мужа? Все произошло слишком быстро. Клэй с ехидной улыбкой на лице сказал, что два парня должны быть женаты. Естественно, отказы не принимались. Но Шлатт был не против. Наоборот, он с радостью смотрел на кольцо, которое блестело на его пальце. Джону было обидно. Все, опять же, произошло слишком быстро. Он опомнится не успел, как стал врагом всех. Все его возненавидели, включая его мужа. Нет, самого Джона никто не ненавидел, но его персонажа — да. Томми грозил убить Джонатана на месте, тыча в его шею незеритовый меч. Алкоголь. Ненависть. Одиночество. Смерть. Эти слова стали знакомы персонажу американца. Шлатт и сам не понял, как стал алкоголиком и умер от этого. Душераздирающее, обнадеживающее чувство одиночества. Джон понял какого это. К счастью, парня не выгнали из сериала, а дали ему роль призрака. Теперь он не Шлатт, а Глатт. Некая игра слов. Брюнет с грустью смотрел на «друзей» Квакити. Два мужа — Карл и Сапнап. Эти трое любят друг друга, и это прекрасно. Персонаж американца не давал Кваку то, что давали те двое. Любовь, понимание и уют. Джонатан не хотел быть таким, но у него не спрашивали. Ему приходилось играть по сценарию. Да и в реальной жизни американец и мексиканец перестали общаться. Квакити проводил много времени с Карлом и Сапнапом. Это огорчало Шлатта. Он хотел, чтобы все было, как раньше. Он хотел быть с Квакити.

***

Джон постучал в дверь комнаты Алексиса. Алекс открыл и к своему удивлению, увидел не двух друзей, а Джонатана.       — Слушай, Алекс, мне нужно с тобой поговорить, — выдохнул старший, заходя вглубь комнаты, — Я… Ты мне нравишься. Щеки младшего залились румянцем. Мексиканец потупил взгляд, после чего выдал: «Te amo».