Мята

Этим душным майским вечером Тоби пребывал в игривом настроении — Конфетку? — тонкие пальцы тряхнули маленькую голубую баночку, в которой загремели леденцы. Дейдара с сомнением посмотрел на своего не-только-напарника. То значит мы сутками можем ничего не есть, то вдруг обнаружили в себе страсть к сладостям? Дейдара дважды перевёл взгляд с лица Тоби на зажатую в руке баночку и обратно. — Обойдусь, — только и последовало в ответ. Откуда у него вообще взялись конфеты? Если через пять минут сюда ворвётся истерящая Конан, а за ней перепуганный и злой Пейн*, то эта ситуация может слегка прояснится. Но пока вопросов здесь возникает явно больше, чем ответов. И вопросы эти Дейдара точно не собирался задавать. Зная идиотскую особенность Тоби ловко увиливать абсолютно от всего, что только могло на него свалиться, этот разговор может привести к двум исходам: в первом доведённый до белого каления Дейдара ставит пару свеженьких синяков Тоби, во втором же их незначительный спор перерастает в типичную для них битву характеров, которая всегда заканчивается поисками темного угла, отчаянным стягиванием одежды и шарящими по всему телу руками. А рабочий день ещё и близко не к концу. Тоби болтает перекинутой через подлокотник кресла ногой и мурлыкает под нос до ужаса приставучую песню. Сидящий на диване рядом Дейдара настолько привык к присутствию Тоби всегда где-то поблизости, что уже даже не обращает внимания на подозрительно бодрый источник шума и почти не раздражается. Однако лежащие сейчас перед блондином бумаги получают явно меньше внимания, чем обтянутая тканью чёрных брюк длинная нога Тоби, которой он размеренно, в такт своему бормотанию, размахивает туда-сюда. Взгляд поднимается выше, последовательно изучает расслабленную фигуру напарника. Высокомерный, приставучий, язвительный ублюдок. Очень привлекательный, притягивающий к себе, не читаемый Тоби. Бледная рука снова встряхивает злополучную коробочку с леденцами. Дейдара, стряхнув наваждение, возвращается к документам. Полчаса спустя быстрым шагом в комнату входит Пейн, но не злой и без расстроенной пропажей конфет Конан. Босс осматривает склонившегося над бумагами Дейдару, развалившегося в кресле Тоби и, не увидев ничего необычного, сразу переходит к делу. — Вижу, вы неплохо поработали, — хмыкает Пейн. Дейдара поднимает на него тяжелый, но спокойный взгляд. Тоби же вообще не двигается, делая вид, что происходящее его никоим образом не касается. — Последнее на сегодня. Срочный конференц-звонок между организациями в Токио и Киото. Важное совещание, но, — Пейн делает выдающую его с головой паузу, — но я не могу его сейчас принять. Тоби, как моей правой руке, даю тебе все полномочия совершить этот телефонный разговор. Растеряв весь свой деловой вид, с которым он вошёл в эту комнату, Пейн торопится к выходу. Конан ждать не любит. Ее благодушный настрой перемерять все кружевные и воздушные платья, заказанные лично им самим, может испариться также же быстро, как и появился. — Вы, мальчики, всех там в лицо знаете. Разберётесь. Отчёт о совещании у меня на столе завтра утром. После можете быть свободны, — напоследок Босс улыбается острой, как скальпель, улыбкой и, не рассматривая даже возможности каких-либо возражений, скрывается в тёмном коридоре. Обмотанная бинтами рука снова встряхивает леденцовую коробочку. Тоби поворачивается к Дейдаре, загадочно улыбаясь и слегка наклоняя голову. — Ну, что делать будешь? — В смысле? — слегка сощурившись, будто начиная что-то подозревать, спрашивает Дейдара. — Вставай и иди в конференц-зал, говорю, чего расселся? — Кажется, говоря о полномочиях правой руки, Босс назвал твоё идиотское имя. — Я не могу принять участие в этом совещании. — И почему же? — Потому что не хочу. Дейдара без слов смотрит на напарника. Десять секунд молчаливой борьбы, и ручка летит прямо в голову Тоби. Тоби, хохотнув от удовольствия, уклоняется, орудие напарникоубийства ударяется о его грудь и падает под стол. — Канцелярия у нас вся на счету, так что поосторожнее, — нарочито строгим голосом говорит Тоби, на самом деле и понятия не имеющий откуда в их офисе берутся все эти мелочи. Уж наверняка кто-то закупает. — Иди ты к черту, — зло ругается Дейдара. Он прекрасно понимал, что теперь вся ответственность перешла к нему. В их дуэте, несмотря на свою резкость и вспыльчивость, именно он отвечал за адекватное, взрослое отношение к происходящему в офисе. Тоби же мог в любой момент выключиться и начать забавляться чем угодно. Сегодня был как раз такой день. Ладно, чем быстрее закончится эта возня, тем быстрее он окажется дома с бутылкой какого-нибудь вина. Чудом сохраняя остатки спокойствия, Дейдара быстро выходит из комнаты. До мерзкого лучезарно улыбающийся Тоби провожает напарника взглядом, продолжая потряхивать злосчастной коробочкой с леденцами. Да чтоб ты подавился.

***

Почти все обитатели акацуки куда-то разбрелись. Духота, сопровождавшая этот майский день с самого утра, постепенно стала растворяться в прохладе вечера. Дейдара заходит в конференц-зал, направляется к шикарному кожаному креслу Босса во главе стола и усаживается. Проделав нехитрые манипуляции со стоящим справа на столе телефоном, он, предварительно три раза проклянув Тоби, устраивается поудобнее, надевая беспроводные наушники. Оттолкнувшись ногами, Дейдара разворачивается в кресле лицом к шикарным окнам во весь рост и спиной к столу и выходу из зала. Вид из их небоскреба просто шикарный. Акацуки не разменивается, а берет только самое лучшее. Этим Дейдара и собирается сейчас воспользоваться, потому что вся эта болтовня по телефону стопроцентно наведёт на него жуткую скуку. Проходит пять минут от начала конференц-звонка. После вежливых формальных приветствий, члены организации перешли к сухим и серьёзным разговорам. Первым начал свой доклад босс токийский организации. Гребаный, чтоб его, Тоби. Чертовски скучно, Дейдара явно не из тех, кто любит просиживать штаны в кресле. Он с большим удовольствием и энтузиазмом разнёс бы сейчас какую-нибудь организацию, нежели слушал о проделанной ею за месяц работе. Если бы Дейдара не устроился в кресле напротив более менее живого окна, он бы точно заснул от скуки. Если бы Дейдара не повернулся спиной ко входу в зал, то он заметил бы стоящую в дверях длинную стройную тень. Тихо, как только умеет один Тоби, он огибает стол, наблюдая за изящным профилем Дейдары. Скулы, о которые можно порезаться, прикоснувшись. Благородная линия нижней челюсти. Тонкий нос, чувственные губы. Дейдара словно бог. «Но он мой бог» — думает про себя Тоби, многообещающе ухмыляясь. Кажется, недавно Дейдара думал, что он совершенно привык к присутствию Тоби рядом? Что он может работать, не отвлекаясь на вечно раздражающего напарника? Ни разу не думая, Тоби принимает решение. Он подходит к Дейдаре, кладёт руку на его крепкое предплечье, чуть сжимает. Дейдара недоуменно и зло таращится на напарника. — И где ж тебя, ублюдок, носило? — едва слышно шипит Дейдара смотря Тоби прямо в глаза. На том конце провода два мужских голоса начинают и чем-то спорить. Тоби не отвечает. Бледная худая рука перетекает с предплечья на грудь, медленно поглаживая. Он снимает с Дейдары плащ, наклоняется и, нисколько не медля, впивается в его губы глубоким требовательным поцелуем. От неожиданности и все ещё тлеющей где-то в глубинах подсознания злости на напарника, Дейдара чуть не прикусывает ему язык. Тоби берет ситуацию под контроль и для лучшего доступа поднимает дейдаровский подбородок вверх, второй рукой шаря по груди. Бесстыдный язык изучает рот напарника. Дейдара успевает только дотянуться до телефона и нажать кнопку выключения микрофона, как тут же Тоби опускает свою ладонь ему на ширинку, требовательно надавливая. — Ты рехнулся? — все ещё тихо шипит Дейдара, несмотря на то, что он сам выключил микрофон, и люди на другом конце провода не могут услышать происходящего. Тоби с хищной улыбкой опускается на колени перед напарником. Глаза Дейдары расширяются, как только холодная тонкая рука расстегивает на нем штаны, пробираясь внутрь. Тоби заводил любой Дейдара. Везде и всюду. Одной мысли о нем было достаточно, чтобы тугой комок возбуждения начинал теплеть где-то внизу живота. Дейдара всегда хотел Тоби. Серьёзного, нарочито дурашливого, жестокого, непривычно нежного. Он был готов на любые авантюры, предложенные Тоби. Потому что его самого очень часто посещали абсолютно идентичные мысли. Приподнимаясь бёдрами он помог Тоби стянуть с себя штаны. На другом конце провода кто-то вопросительно произнёс имя Дейдары. Просто пиздец. О чем они говорили? В следующие пару секунд одновременно происходит слишком много интенсивных событий: пищит включающийся микрофон, бряцает пряжка ремня, знакомо гремит леденцовая коробочка, раздаётся тихое шипение Дейдары. Тоби плавно опускается ртом по возбужденному члену блондина. — Да, я понял вас, господин Эндо. Думаю, мы сможем решить эту проблему, договорившись со складом на юге, — Дейдара порывисто вдыхает когда Тоби начинает обводить языком головку. — Вы возьмётесь за это, Юсаку? Краем ещё живого подсознания он улавливает лишь одобрительную интонацию мужчины на том конце провода, но не сами слова. Тоби рукой обхватывает у основания член Дейдары, снова накрывая его головку губами. Пальцы другой руки нежно выводят узоры на внутренней стороне обнаженного бедра. — Тоби, что за… — стонет в выключенный микрофон Дейдара, когда до него начало доходить, насколько же сильно он влип. Леденцы, с которыми целый день игрался Тоби, были мятные. Это Дейдара сейчас почувствовал на собственной шкуре, а точнее, на собственном члене. Держа во рту леденец, Тоби самозабвенно отсасывал Дейдаре. Холодящее ощущение вперемешку с диким удовольствием от умелого рта Тоби заставляли пальцы на ногах поджиматься от экстаза. Дейдара тихо стонет, зарываясь обеими руками в волосы Тоби, когда тот полностью заглатывает член, без труда принимая его во всю длину. Он быстро двигает головой, плотнее сжимая глоткой Дейдару. Противный сейчас как никогда чужой голос в ухе отрывает Дейдару от нереальных ощущений. — Тоби, ты чертов демон, — рычит блондин, резко дёргая за провод телефона. Вилка со глухим стуком вылетает из розетки. Тоби удовлетворенно хмыкает, облизывает каждую венку, каждый сантиметр члена Дейдары, поочередно лаская его рукой. Ни с чем несравнимое холодящее ощущение от мятного леденца во рту усиливается как только Тоби выпускает член Дейдары изо рта. Однако тонкие длинные пальцы, плавно скользящие по члену, справляются почти так же хорошо, как и умелый рот парня. — Ну давай же, Дейдарочка, не упрямься — мурлычет Тоби, снова накрывая губами возбужденную плоть. Пара движений головой, и тёплая жидкость льётся прямо в глотку. Тоби поднимается с колен, хищно облизывая губы. Дейдара подаётся вперёд, обхватывает брюнета руками и припадает к его губам. Солоноватый вкус собственного возбуждения — это странно, но это так заводит. Чертов Тоби снова сбил все мысли Дейдары. Они долго целуются, оба рвано дышат, ласкают друг друга. — Я обожаю тебя, — шепчет Дейдара. — Но объясняться завтра перед Пейном будешь ты. — Завтра всё что угодно, а сейчас давай продолжим этот вечер.