Принципы Питера Паркера

— Черт, что мы делаем?! — задыхаясь, выпаливает Питер. Раскрасневшийся, обнаженный, обнимающий ногами Уэйда. Уэйд даже не останавливается, долбясь в его растянутую дырку. — Мы трахаемся, Питти! — Боже… — Питер впивается ногтями в его спину и скулит. — Если бы я знал, что это так хорошо, я бы отдался тебе в первую же нашу встречу. Уэйд усмехается, наваливается на него и толкается глубже. Красный и Желтый скандируют в голове: «Давай! Отжарь его!» Белый молчит. Белый всегда был против идеи секса с Питером. — А ты, оказывается, та еще блядь, Питти, — шепчет Уэйд ему в губы. Питер кусается, и это больно-горячо-восхитительно. Питер стонет ему в рот, дрочит себе и постоянно дергает бедрами в попытке насадиться посильнее. Тугой и жаркий, он вызывает только желание затрахать. Обычно Уэйд готов дифирамбы петь о том, какой Питер замечательный, но сейчас Питер — подстилка. И Уэйд ее использует. — Мистер Старк дома, — провозглашает холодный женский голос. — Нет-нет-нет-нет! — выдыхает Питер. — Пятница, задержи его! Мне нужно кончить! — Ты кончишь, малыш, — обещает Уэйд, двигаясь чуть быстрее и чуть грубее. «Да поставь его раком!» — советует Красный. Уэйд обхватывает рукой член Питера и принимается ласкать его. Питер закусывает губу, закатывает глаза и бормочет: — Уэйд. — Мистер Старк поднимается. Питер вскрикивает, разбрызгивая сперму на их животы, и времени больше нет. Уэйд выходит из него, хватает одежду, натягивает как попало. Питер, уставший и расслабленный растерянно наблюдает за его действиями и только затем спохватывается, подскакивает, вытирается и начинает одеваться. Уэйд не ждет, чем кончится эта драма — Уэйд вылезает в окно. Больно надо попадать под прицел разъяренного Железного Человека. Член болезненно ноет, требуя разрядки. Уэйд ненавидит себя за то, что не успел. Возможно, это первый и последний раз, когда он попал в кроватку Питера. Здесь чертовски высоко. Уэйд стоит на узеньком выступе. Внизу — оживленная улица. Упадет — превратится в лепешку из кишок, привлечет к себе внимание и хана Питеру. Тони уж точно все поймет правильно. Из комнаты раздается стук. Уэйд очень близко к стеклу, а нью-йоркский ветер мало что заглушает. — Ты что, опять взломал Пятницу? — произносит Тони. — Я? — Питер говорит ужасно нервно и сбивчиво. — Не понимаю, о чем ты. — Понимаешь. Она несла какую-то чушь. Снова парней водишь? — Каких парней? — Не знаю… — голос Тони становится ближе, и Уэйд уже почти прыгает, но рядом с ним внезапно опускается веб-шутер. — Ты не умеешь врать, пацан. Слезай с подоконника. — Хочу и сижу, — упрямится Питер. Уэйд незаметно пододвигает ногой шутер к себе. — Твой ухажер за окном, ведь так? Уэйд хватает шутер, крепит к запястью и выпускает паутину на соседнее здание. Он тысячу раз летал, держась за Питера, а самому не доводилось. И ощущения потрясные. Ветер в лицо, кажется, еще чуть-чуть, и рухнешь на землю. Уэйд взбирается на крышу, где теперь его уже никто не достанет. Черт бы побрал Тони Старка! Он обломал самый долгожданный секс в жизни Уэйда. И судя по словам Тони, судя по тому, что Питер часто «водит парней», в следующий раз Уэйду просто найдут замену. Питер милый, симпатичный, сексуальный — все от него без ума. Уэйд надевает толстовку, окидывает себя взглядом: м-да. И так не вышел рожей, теперь и на одежде пятна, о происхождении которых очень несложно догадаться. Возбуждение потихоньку начинает отступать. Господи, он только что был в такой прекрасной попке! Чувствуя себя самым последним неудачником, Уэйд отправляется домой.

~

Несмотря на все свои суицидальные наклонности, Уэйд опасается подходить к башне Старка. Уэйд и не пишет Питеру, Уэйд просто хочет его увидеть, поэтому караулит его возле колледжа. У Питера нет привычки ребенка из богатенькой семьи: он не ездит на крутой машине, его не ждут у выхода водитель с охранником, обычно он просто идет гулять или патрулировать город, не брезгуя метро и другими ужасами жизни людей из среднего класса. Уэйд боится, что Питер посмотрит на него, как на мусор, использованный однажды и ненужный теперь. Питер не надменный, не избалованный: просто он правда очень часто закатывает глаза в присутствии Уэйда, потому что Уэйд порет чушь. Даже Уэйд это понимает. Когда Питер выходит из дверей здания в толпе таких же студентов, Уэйд неловко переминается с ноги на ногу. Зря: как только взгляд Питера обращается в его сторону, в нем не отражается ничего презрительного. Питер широко улыбается и идет прямо на Уэйда. — Что ты здесь делаешь? — Да вот, хотел вернуть, — Уэйд достает из кармана веб-шутер и протягивает его Питеру. Питер быстро его перехватывает, воровато оглядываясь. — Спасибо. В этот момент Уэйд понимает, что нужно что-то сказать. У него никогда не было проблем с болтовней: проблема была в том, что обычно он этот речевой поток не контролирует. «Да пригласи его на свидание, дурень», — советует Красный. «Да нахуй мы ему сдались?» — встревает Желтый. — «Мы просто были интересным экспериментом. Не каждый раз удается потрахаться с тем, у кого весь член в шрамах, как у монстров из порно-мультиков!» Уэйд с Желтым согласен, но после того, что произошло, сдаваться просто так — тупо. Уэйд упорно решил, что отжарит Питера хотя бы еще разок. И на этот раз Уэйд кончит! — Ты сейчас занят? Может, посидим тут в закусочной за углом? Я ужасно голоден, — первое, что приходит в голову. — Прости, не могу, — выдыхает Питер и выглядит таким искренне виноватым. Ну, ему хотя бы жалко отшивать Уэйда. — У меня выступление на научной конференции, надо подготовить материал, мистер Джеймсон требует, чтобы я заснял кого-нибудь, кроме Человека-паука, а папа так зол, что я вечно где-то пропадаю, что мне нужно еще успеть позависать в гостиной и поизображать из себя примерного сына. Я… — Ладно-ладно, я понял, — вскидывает ладони Уэйд. — Можешь не оправдываться. Я не маленький, Питти, я все понимаю. Питер кивает, выдавливает из себя кривую улыбку и произносит: — Ну… пока? — Да, пока, Питти, — Уэйд заставляет себя усмехнуться, Питер неуверенно отходит, все еще выглядя до ужаса растерянным, а потом повергает Уэйда в шок. Питер резко наступает на него, целует в губы (так страстно, смазанно и быстро), отстраняется и уходит, поправляя на плече огромный рюкзак. «Нас что, не отшили?» — уточняет Красный. «Может, он просто любит играться с чужими чувствами...» — предполагает Желтый. — Да не, это же Питти, — выдыхает Уэйд, все еще ошарашенно глядя ему вслед. — Он же ходячая сахарная вата. Он никогда никого не обидит намеренно. «И он все еще слишком хорош для тебя, Уилсон», — напоминает Белый. — Да, но на перепихон-другой шанс у меня теперь точно есть. «И не вздумай его проебать, мудила!» — в один голос предостерегают его Красный и Желтый. Уэйд ловит пару странных взглядов прохожих: им явно не нравится шрамированный мужик, говорящий сам с собой. На себя посмотрите, уроды. Что, все вокруг такие красавцы адекватные? Итак, дано: у нас есть Питер, которому явно понравился секс с Уэйдом и который ужасно занят. Как соблазнить его, при этом не навязываясь? «Не навязываясь?» — с сомнением бросает Белый. Решение: заткнуть Белого, закидать Питера тупыми мемами и невзначай поинтересоваться, когда он свободен и может ли Уэйд рассчитывать на секс. «Ты охренел?» — уточняет Белый. Уэйд его игнорирует и принимается сочинять любовное послание.

~

«Хэй, детка, не хочешь поебаться?» — это верх романтичности, который выдавливает из себя Уэйд пару дней спустя. Питер отвечает ему молниеносно. «Хочу, но мы уезжаем на выходные в Ниццу». Уэйд шумно вздыхает. «Правда хочешь? Если не хочешь, можешь так и сказать». «Уэйд, я человек принципиальный. И если кто-то оказывается в моей кровати, то он должен кончить. Ты не кончил — за мной должок». Уэйд растерянно перечитывает его сообщение. Вот что это значит? Ему точно перепадет секс. Но для Питера Уэйд просто пункт в списке побед? Как только он доведет Уэйда до оргазма, интерес к нему исчезнет? Уэйд не задает эту кучу вопросов. Он просто пишет: «Хорошо, тогда сообщи, как будешь свободен». Питер не сообщает. Питер попадается ему на крыше через несколько дней во время патрулирования города. Сегодня преступники не слишком буянят, поэтому Питер просто сидит на краю здания и копается в телефоне. — Привет, Питти! Питер оборачивается. Его выражения лица не видно сквозь маску, но он хлопает рукой возле себя, приглашая присесть. — Ита-а-ак… — протягивает Питер, как только Уэйд садится. — Ты сейчас не занят? — А ты? Они переглядываются, и уже через десять минут они в маленьком безлюдном переулке, Уэйд прижимается спиной к каменной холодной стене, а Питер — перед ним на коленях. Он с такой охотой, с таким остервенением сосет, лижет, заглатывает, что Уэйд готов за секунду кончить. Господи, на что только ни способен этот мальчик! И скольких мужиков Старк выгнал из его спальни прежде чем Питер такому научился? Питер гладит себя сквозь костюм, и от мысли о том, что Питера заводит его член во рту, становится жарче. Уэйд придерживает его голову, помогая: влажный, похотливый, стоящий коленями на грязном асфальте — Питер восхитителен. И Уэйд чувствует себя счастливым, даже если это просто дурацкий принцип «мои любовники всегда кончают». Только вот Уэйд не кончает. Где-то поблизости раздается громкий, сотрясающий все взрыв. Уэйд оглядывается, Питер выпускает его член изо рта: небо заволакивает дым. — Черт, — выдыхает Питер, встает, вытирает рот и натягивает на себя маску. Уэйд даже эйкнуть не думает. Питера сейчас ничто не остановит. Питер герой до мозга костей. «Мог бы попытаться», — буркает Красный. — Прости, — бросает Питер и уносится геройствовать. Уэйд тяжело дышит, разочарованный и нуждающийся в разрядке. Но сейчас и правда не время. Уэйд пытается прийти в себя. Передернуть, что ли, по-быстрому? Только вот дурацкий взрыв убивает весь настрой. Уэйд застегивает штаны и отправляется вслед за Питером то ли спасать мир, то ли мешаться.

~

На третий раз Питер забирается к нему в окно. Уэйд даже не спрашивает, что стряслось, он просто хватает его с подоконника и целует. Уже когда Питер, прижатый к стене, вскрикивающий от каждого толчка и совершенно обнаженный, изливается в ладонь Уэйда, Желтый начинает орать: «Вытаскивай, блять! Если кончишь, он тебе больше не даст». И, черт побери, это правда, но Уэйд так сильно не хочет отрываться от Питера, загоняя в него член глубже, жестче. Питер устало улыбается ему, целует в шею и шепчет: — Давай, пометь меня. Уэйд очень хочет. Уэйд чертовски хочет! Но Питер больше никогда не окажется в его объятиях, и эта мысль сильнее. Уэйд останавливается. — Все в порядке? — обеспокоенно переспрашивает Питер. — Да, я просто кое-что вспомнил. — Вспомнил? — Я… — Уэйд выходит из Питера. — Один ублюдок взял моего другана в заложники, сказал ждать до двух часов, а ты так горяч, что я забылся, Питти. Это срочно. Уэйд натягивает штаны, чувствуя, что еще чуть-чуть и перепачкает их. — Я могу помочь? — Нет-нет, я должен идти один. — Уэйд, господи, дай я тебе хоть додрочу, куда ты так пойдешь? — Потом, — Уэйд чуть не вываливается из окна. — У меня нет времени! Додрачивает себе Уэйд сам, лежа на крыше соседнего дома. Куда катится его жизнь? Зато у него все еще есть доступ к Паучку, с которым нельзя кончить. С этих пор Уэйд изощряется как может. Стоит Питеру намекнуть на секс, Уэйд охотно ублажает его руками или ртом. Как только Питер пытается коснуться Уэйда, тот сбегает, ссылается на всяческие дела или просто несет бред. Из-за этого приходится отказаться от попки Питера: если Уэйд окажется там еще раз, он не сдержится. Он и так постоянно возбужден и дрочит чаще обычного. «Чувак, в чем смысл секса, если ты не кончаешь?» — вздыхает Красный. «Дебил, смысл в том, чтобы Питти кончил. Нам нравится делать ему хорошо», — объясняет Желтый. Уэйд был бы очень не против, если бы Питти тоже делал ему хорошо, но не все мечты сбываются. «Рано или поздно ты кончишь», — предупреждает Белый. Зато сейчас Уэйд наслаждается обществом Питера, пусть это и похоже на мазохизм. Единственное, что рушит все планы Уэйда, это его беспомощное потакание желаниям Питера. Они снова в доме Старка, что чревато смертью от железного папаши, и Питер усаживается к Уэйду на колени с таким невинным лицом, но с такой пошлой просьбой: — Пожалуйста, трахни меня. Уэйд сдается, Уэйд роняет Питера на кровать, стаскивает с него одежду, покрывая поцелуями каждый дюймик его кожи. Уэйд влюблен, и Уэйд сделает ради него что угодно. А когда он обнаруживает, что Питер уже широкий и растянутый, это сводит с ума. — Ты ждал меня? — Господи, ну что за дурацкий вопрос? Я же сам тебя сюда позвал — конечно, ждал. Питер переворачивается и встает на четвереньки. — Ну, ты мог звать не только трахаться. — Да? — Питер бросает на него удивленный взгляд через плечо. — В последнее время мы только трахаемся. А потом ты постоянно сбегаешь. — Прости, так много дел, — шепчет Уэйд. Ему самому не нравится, что их совместное времяпровождение свелось только к сексу. Раньше они могли сидеть на какой-нибудь крыше и болтать часами. Питер, впрочем, вертит задницей, и Уэйд не хочет больше терпеть. Он раздевается, изучая взглядом обнаженного Питера — возможно, видит это в последний раз. Питер вытаскивает бутылочку смазки из-под подушки, бросает Уэйду, и тот ее ловит. — Что ж, — Уэйд выдавливает на пальцы леденящую субстанцию, растирает и наносит на член, уже твердый, как его уверенность в том, что сегодня он кончит. — Поехали, детка? Питер улыбается, Уэйд проводит членом между его ягодиц и только после этого толкается внутрь. Питер шумно выдыхает, сжимается вокруг него, и Уэйд не понимает, как держался все это время. — Малыш, расслабься, — просит Уэйд. — Сейчас-сейчас, — обещает Питер. — Просто ты большой, ужасно… восхитительно большой… Питер расслабляет мышцы, и Уэйд продвигается дальше. Питер такой худенький, но накачанный, такой свой, и Уэйд вбивается в его обманчиво хрупкое тельце, благодаря судьбу за то, что ему вообще посчастливилось к нему прикоснуться. «А вот и сопли», — презрительно бросает Красный. Уэйд толкается сильнее, с губ срывается стон. Питер старается насадиться, повторяя: — Уэйд, боже, Уэйд… Уэйд выебет его напоследок так, что Питер никогда этого не забудет. Уэйд скользит ладонью по шее Питера и легонько сжимает, шепча: — Сегодня ты только мой, малыш. — Конечно твой, — усмехается Питер. Уэйд сжимает сильнее и засаживает в Питера жестче. — Повтори. — Я твой. И как бы Уэйд хотел, чтобы Питер всегда был его. Уэйд тянет Питера на себя, подмахивая бедрами и прислушиваясь к его обрывистому дыханию. Питер жмется к нему спиной, скулит, извивается — Уэйд нашел правильную точку. Уэйд принимается вбиваться в Питера резче. Питер держится совсем недолго, он кончает, обмякает, тяжело дышит. Господи, Уэйд его настолько возбуждает? Уэйда самого Питер возбуждает до предела, и он продолжает двигать бедрами, пока дурная мысль снова не является. Нет, Уэйд не хочет, чтобы это было в последний раз, но у него кончились отговорки. Он выходит из Питера, и Питер тут же оборачивается, растерянно хлопая ресницами. — Уэйд, с тобой все в порядке? — Да, я просто… Я… — Я настолько ужасен? — выдыхает Питер, и теперь уже Уэйд смотрит на него в замешательстве. — Что я делаю не так? Я тебя не возбуждаю? — Питти, ты что, не видишь мой стояк? — усмехается Уэйд и легонько трясет бедрами. — Но ты не можешь кончить. Уэйд, скажи, что мне делать. — Проблема не в тебе, малыш. — У тебя что-то со здоровьем? — Нет, черт, иди сюда. И Уэйд сдается. Уэйд хватает Питера за руку и тянет ее к своему члену. — Давай, малыш. Ты же хочешь сделать мне приятно? — Очень хочу, — шепчет Питер, прижимаясь лбом к его лбу. Он аккуратно скользит по стволу, сначала мягко, затем смелее. Уэйд так давно хотел этого, что даже не верится. «О боже!» — кричит Красный. «О да!» — орет Желтый. «О, блять, мы что, кончаем?!» Уэйда пробирает дрожь, Питер целует его так нежно, так целомудренно, будто его рука сейчас не измазана в сперме. Хочется ляпнуть какую-нибудь дурость вроде «Я люблю тебя». Это не нужно им обоим, так что Уэйд просто теряется в теплых карих глазах, излучающих искрящееся удовольствие. — Значит, ты любишь дрочку? — уточняет Питер. — Я все люблю! И ты восхитителен, во всем, Питти, я… — Уэйд впервые за долгое время теряет дар речи. — Ладно, — пожимает плечами Питер. — Раз уж ты не собираешься от меня сегодня сбегать, то давай посмотрим фильм? Как в старые добрые. Уэйд улыбается и кивает. Даже если секс ему больше не перепадет, у него все еще есть Питер. Не как парень, но как друг. Очень близкий друг, ради которого Уэйд готов расшибиться в лепешку. Они долго спорят, выбирая фильм, а потом ужасно глупо комментируют «Конга». В какой-то момент Уэйд решает попытать счастье и все же разведать границы. Он целует Питера, а Питер отвечает так легко и просто, что происходящее в фильме тут же улетучивается. Они льнут друг к другу, и Питер запускает руки под футболку Уэйда, гладя его пресс. — Хочешь еще? — тихонько спрашивает Питер. Нет-нет-нет, зачем все снова скатывать к сексу? Вопреки всем душевным терзаниям, Уэйд произносит: — Очень хочу. И они снова предаются страсти.

~

— Странный ты, — хихикает Питер, отдышавшись после очередного оргазма. — То не кончаешь, то кончаешь сразу два раза подряд. В чем дело? Уэйд с сомнением поджимает губы, не решаясь признаться. Чем он рискует? — Ты говорил, что для тебя дело принципа, чтобы партнер тоже кончил, — выдыхает Уэйд. — Ну да, — Питер улыбается и целует его в плечо. Это ужасно сбивает с мысли. Ну не похож Питер на парня, который спит с кем попало, что бы там ни говорил его отец. — Я объясню, только ответь на вопрос: что теперь будет? — А что-то должно быть? — теряется Питер. — В смысле между нами. Что будет между нами? Питер все еще не выглядит хоть что-нибудь понимающим. — Не знаю. А что должно быть? — Просто теперь твоя миссия выполнена: я кончил. И тебе больше незачем заниматься со мной сексом. — Уэйд, ты идиот? — удивленно спрашивает Питер и уже утвердительно выдыхает: — Конечно, ты идиот. И мы точно не с того начали. Уэйд, я часто очень стесняюсь говорить некоторые вещи. Мне проще было залезть к тебе в штаны или ляпнуть какую-то пошлость. Но мне казалось, что это очевидно. Мне казалось, что ты понял, когда я поцеловал тебя у крыльца колледжа. Ты мне нравишься, Уэйд. Как ты не додумался до этого, но додумался до странной схемы с оргазмами? — Эй, это твой косяк, это ты не умеешь открывать свои чувства! — Ты тоже. — Все я прекрасно умею, — обижается Уэйд. — А если не переворачивать все в дебильную шутку? — Тогда не умею, — сдается Уэйд. — Значит, секс мне еще перепадет, да? — Да-да, Уэйд, господи, конечно, перепадет. — Почему же тогда твой папаша говорил, что ты сюда всяких парней водишь? Питер закатывает глаза. — Он как-то застукал меня с одноклассником пару лет назад, до сих пор припоминает. — Одноклассник-то хоть жив? — Физически — да, а вот насчет целости его психики я не уверен. — Ну, это мне не грозит. Я и так уже чокнутый. — Не бойся, с тобой точно разберутся не криками, а кулаками, — обещает Питер. — Но ты же защитишь меня? — мурлычет Уэйд. В дверь раздается стук. — Черт, папа перепрограммировал Пятницу! — в ужасе выдыхает Питер, но они не успевают ничего сделать, кроме как накинуть на себя одеяло. В дверном проеме появляется голова Стива. Он удивленно поднимает брови и выдает: — Чем это вы тут занимаетесь? — А что, не видно? — уточняет Уэйд и получает от Питера локтем в бок. — Пожалуйста, не говори папе! — умоляюще произносит Питер. — А кто меня сдал, когда я сломал Дубину? — напоминает Стив. Ух и жук этот Капитан Америка! А Уэйд всегда представлял его самой добродетелью. Хороша добродетель — шантажирует детей. — Я случайно! — выпаливает Питер. — Ты же знаешь, мне сложно хранить секреты. — Питер, — Стив улыбается, — я шучу. Твой выбор, как минимум, меня удивляет, но тебе девятнадцать, и это ваше дело. — Скажи это папе! — фыркает Питер и спохватывается. — То есть нет! Не говори, ничего не говори! Стив качает головой и усмехается. — Я, вообще-то, хотел найти Тони, но он не дома, верно? — Он в Массачусетсе на научной конференции. Стив вздыхает и закатывает глаза. — А я, как обычно, не в курсе. С этими словами Стив уходит. Уэйд настороженно смотрит на дверь. Неужели пронесло? — Я думал, они у тебя оба агрессивные… — бормочет Уэйд. — Тони агрессивен за двоих, — смеется Питер. — Да уж заметно! Питер быстро целует Уэйда в щеку. — Давай одеваться, а то мало ли… «Это что, у нас теперь есть парень?!» — восклицает Красный. «Не страшный и не резиновый — мистика», — соглашается Белый. «О, ты что, уже за?» — ехидничает Желтый. — «Тебе же не нравился наш Питти». «Питти просто слишком для нас хорош», — поясняет Белый. — «Я всегда думал, что он просто разобьет нам сердце. А он, оказывается, достаточно двинутый, чтобы нас полюбить...» «Полюбить!» — в один голос вопят Красный и Желтый. Уэйд тихонько смеется. Питер, натягивая на себя футболку, с подозрением на него косится. — Что? — Просто парни никак не могут поверить, что ты нам достался. Питер улыбается, тянется к Уэйду и обхватывает его щеки руками. — Парни, я весь ваш. Уэйд целует Питера настолько нежно, насколько может. Сегодня самый прекрасный день в его жизни. — Питер, мистер Старк дома. Главное, чтобы этот день не стал последним.