Чужая душа - потёмки

— С вас двести пятьдесят рублей и пятьдесят копеек. Спасибо за покупку, приходите ещё! — монотонно с наигранной улыбкой протараторила кассирша. «Татьяна» — приветливо гласила надпись на бейджике, ниже которой маленькими буковками была указана её должность «старший продавец». — Подождите… Должно выйти сто тридцать три рубля десять копеек. Я считал. — Нет, — кассирша качнула головой, не снимая с лица улыбку. И как у неё ещё щёки не треснули? — Акция на этот продукт закончилась два дня назад. С вас двести пятьдесят рублей… — И пятьдесят копеек, — закончил за неё Альфред. — Возьмите, пожалуйста, — возмущённо пропыхтел он, складывая покупки в бумажный пакетик. Джонс не привык к пластику, да и не любил он тянущие руки пластиковые пакеты. Бумага — наше всё. И угораздило же Альфреда застрять в чужой стране в самый разгар эпидемии. «Застрял» — это ещё ничего, всякое бывает, и ладно бы одному, так нет же, с этим бровастым недоразумением. В связи с коронавирусом многие страны закрыли границы, тысячи людей по всему миру не могли вернуться домой, ещё и цены на антибактериальные средства взлетели до небес. Просто ужас какой-то! Теперь без маски на улицу не выйдешь, а если и выйдешь, то строго до магазина и назад. Заметив на углу дома цепляющий взгляд яркий плакат, Америка остановился, развернулся и решил узнать, что там такое. «Соблюдайте дистанцию полтора метра! Мойте руки, надевайте маски и бла-бла-бла». Америка возмущённо запыхтел, у него появилось неудержимое желание сорвать бесполезную бумажку (кто этим рекомендациям вообще следует?), но, увидев вблизи полицейских, он быстро одёрнул руку и пошёл дальше. Услышав знакомый писк, Альфред сбавил шаг и достал из кармана телефон. — Алло?... Сосалки купить?.. Какие ещё сосалки?!.. Ну блин! Я уже к дому подхожу… Ладно! Вернусь и куплю тебе сосалки для горла! — Америка бросил трубку и забежал в ближайшую аптеку. Когда Альфред отдал за какие-то леденцы от кашля триста рублей, ему только сильней захотелось вернуться домой и засунуть их Англии в задницу вместе с коробкой. Возможно, тогда он научился бы самостоятельно ходить по магазинам и аптекам, а не дёргал его. Чай ему купи, сахара купи, чего-нибудь сладенького к чаю купи и леденцы от кашля тоже купи. Совсем уже обнаглел. Ступая по тихой улице, жмуря глаза от яркого солнца, Америка остановился. Вокруг него больше не было небоскрёбов, лишь маленькие аккуратные домики, выкрашенные во все цвета радуги. Асфальт стал пыльной дорогой, а городской пейзаж сменился подсолнуховым полем, посреди которого стоял Россия с венком на голове, сплетённым из маленьких декоративных подсолнушков. — С возвращением, Альфред. — Я вообще-то здесь впервые, — растерянно пролепетал Америка, не веря собственным глазам. Что это за волшебное место? Такое солнечное, яркое, прекрасное… А запах? Америка закрыл глаза и стянул маску на подбородок, чтобы насладиться целой симфонией сладких ароматов. Мёд, клевер, игривые цветочные нотки, щекочущий запах антоновских яблок, смешанный с мандаринами и пастилой. Неужели страны после смерти попадают в рай? Подождите… он что, умер? — Сними её, — точно девица, прошелестел Иван, поддев пальцем резинку, с помощью которой маска цеплялась на уши. — Хэй, руки убрал! — Альфред ударил наглеца по руке, с отвращением смотря на его счастливую физиономию с улыбкой до ушей. — Ты чего это?.. Без маски. Брагинский захихикал в ладонь и схватил Джонса за нос. Его руки пахли солнцем. Конечно, Альфред не знал аромата солнца, но если бы его спросили, он бы описал его как чарующий тёплый сладковатый аромат с холодными весенними нотками. — Здесь нечего бояться. Воздух чист и свеж, вода кристально чистая, и зверушки такие дружелюбные, — Иван снова захихикал в ладошку, как красна девица. Освободив свой нос от вражеского захвата, Альфред потёр его и снял маску. — Волшебное место, — выдохнул Джонс шепелявым голосом. — Да, — Иван кивнул. — Ну и год выдался, эпидемия, закрытие границ, кризис. Только метеорита не хватает. — Это легко исправить, — улыбка спала с лица Ивана, вместе с которой природа потеряла свои краски, став блеклой и серой. Россия ткнул пальцем в небо, призывая Америку посмотреть вверх. Устремив взгляд к небу, Альфред увидел огромной огненный шар, летящий прямо на них с бешеной скоростью. От такой картины ноги Джонса подкосились, а тело стало тяжёлым и неповоротливым. Америка упал на землю, каждой клеточкой тела чувствуя жар метеорита, погубившего динозавров и спустя столько лет вернувшегося за реваншем. Надо же, в конце-то концов, добить выживших. Проснувшись в холодном поту, Америка огляделся. Он заснул в самолёте. Да, он наконец-то летел домой после открытия границ, чему никак не мог нарадоваться, но… Он будет скучать по Ленинграду. Точнее Петербургу или всё же Ленинграду? Если верить гугл-картам, то Петербург, а Россия всё лопочет: «Ленинград, да Ленинград!», как ненормальный. Если выбирать из двух зол, то родному Гуглу Америка доверял всё же больше. Значит, Петербург, красивый город, и люди там приветливее, чем в Москве. На соседнем сидение расположился Англия, деловито клацая в планшете, видимо, просматривал новости по коронавирусу, довольно причмокивая леденцом от кашля. У какого-то коронавирус, а у кого-то горло воспалилось от холодной газировки. Зевнув, Альфред положил голову на плечо Артура и закрыл глаза. Ему осталось лететь два часа, и он будет дома. В родной Америке. А Англия, стоит заметить, домой не спешил. Полгода у России гостил, теперь у Альфреда поживёт какое-то время. Америка же только рад этому, будет с кем в карты поиграть на карантине.