Зависимость

      Сквозь серые шторы изредка пробиваются лучи тёплого весеннего солнца, предвещая хорошую погоду на целый день. В такую погоду хочется гулять с любимым человеком по самым живописным местам своего города и есть мороженное. Можно сегодня посвятить себя шоппингу в больших торговых центрах, можно столько всего сделать, но вот незадача — Юнги сегодня учится. Мало того что Мин встает с поганым настроем из-за будильника на телефоне, который он чуть не разбил о стену, так еще и вместо того чтобы как нормальному человеку взбодриться кофе, он обнаруживает что напитка богов-дома просто нет. Отчаянный стон срывается с его губ когда все же смирившись с ситуацией он заваривает себе чай. Конечно не так вкусно как кофе, но как-то насрать. Юнги по крайней мере точно.       Что бы дойти до универа и не опоздать младшему сыночку семьи Мин приходиться вставать на два часа раньше, ну во-первых: ему нужно привести себя в порядок, а это час минимум. Во-вторых: ему нужно обязательно позалипать в телефоне минут 30. Остается полчаса за которые Юн должен собрать портфель, написать быстро какое-нибудь домашнее задание, на которое он вчера хер положил, и надеть первое попавшееся из шкафа, в большинстве случаев это толстовка, которая больше его самого на три размера, и какие-нибудь джинсы, на ноги естественно кроссовки — это классика. А после выйти из дома и попытаться не умереть по дороге в университет. Но       Сегодня не просто обычный день в универе, сегодня мать-его-последний-учебный-день после которого Мин может отсыпаться и нихера не делать дома целую неделю. Звучит кайфово, правда? Вот и Мин думает также, надевая кроссовки и выходя из квартиры. Окей, Мин Юнги— 21 год, учится на третьем курсе музыкального факультета и мечтает стать в следующей жизни камнем. Живёт один, так как родные его в другом городе, а именно — в Тэгу. Ни для кого не секрет что Юн имеет ориентацию бисексуала. Да сам парень и не стесняется говорить о том что ему оба пола симпатизируют, главное ведь чтоб счастлив был, верно?       Его и без того херовое настроение испортить не сможет никто и ничто, главное просто тихо посиде… — Там Тэхен в танцевальном зале репетирует!       А нет, все же есть один человек который бесит Мина безумно своей ангельской квадратной улыбкой, своими мягкими пушистыми волосами, как у медвежонка, глубокими карими глазами, что раз увидишь — не забудешь. А еще бесит своими прекрасными длинными пальцами, особенно когда что-то в руки берет. Ох, эти пальцы, да в себе бы…Так, стоп, Юнги, не в ту сторону тебя понесло.       Встав с места и пытаясь быть полностью спокойным, как снаружи, так и внутри, Юнги подходит к тому злополучному залу, где младший репетирует свою хорягу. Невольно засмотревшись на то, что у Кима ниже пояса, хен и не замечает, что в него устремлены пара темно-карих глаз. И только когда до него доходит, что он, мать-вашу, все время пялится на пах Тэхена, его щеки опаляет слабый румянец, который мин пытается скрыть повернувшись к Киму спиной.       Неизвестно сколько проходит секунд, когда он чувствует руки на своей талии и неожиданно вздрагивает, поворачивая голову назад и сталкиваясь с кимовским взглядом. — Привет хен, я уж думал не увижу тебя сегодня, — и по-детски так улыбается зараза, что сердце удар болезненный пропускает. Повезёт тому, кому мелкий достанется. Сам Мин давно надежду потерял на взаимность, поэтому и старается избегать Тэ, но тот  липучка просто, куда бы Юн не пошёл, младший всегда за ним увязывается, как хвост. — Привет мелкий, пришел посмотреть как ты тут, а то уж слишком громко про тебя на весь кабинет девчонки орали. «Тэхен такой классный», «Он такой секси», «Я бы ему дала не думая».       Усмехаясь, пародирует старший некоторых девчонок из его группы, хотя сам в глубине души с ними солидарен. Вот только он Тэхена любит не за внешность, не за гибкость тела, не за что-то подобное. Он его любит за открытость его, за доброту и отзывчивость к людям. Он его просто любит. А тот словно не замечает этого: то руками обхватит талию Мина, вгоняя того в краску и сто процентов давая ему повод для мокрого сна, то голову на плечо положит во время совместного просмотра фильма. Одним словом — издевается он над парнем и его чувствами. А хён-то хочет чтобы как в детской сказке — раз влюбились и на век. Хочет сохранить это прекрасное теплое чувство внутри своего сердца, но есть одна проблема, это так называемое «сердце» — Тэхену на век принадлежит. — Давай сегодня посмотрим фильм, а, Юнги-хён?       Смотреть в эти глаза, словно тонуть в болоте и мин не собирается из этого болота выбираться, потому что затянут слишком глубоко, потому что теперь без этих глаз жить не может. Все настолько серьёзно у него, что первые месяцы своей симпатии Юн считал себя чокнутым. Ему просто необходимо чтобы мелкий был рядом, даже если Мин его и посылает, то оба знают что старший и дня без Кима не проживёт, настолько сильно он к нему привязался. — Хорошо мелкий, чур сегодня фильм выбираю я, — не ответить на улыбку мелкого Юнги не может, никогда не мог, всегда улыбался смотря на этого ребёнка. Кстати да, Ким Тэхен — 19 лет, учится в том же универе что и сам Мин, но специализируется на танцах. Имеет ориентацию гетеросексуал, ну по девочкам он. Был… — Идет, до встречи у меня дома…сахарок, — а после со спокойным видом выходит из зала, словно не он впервые назвал своего хёна таким прозвищем, от которого у второго ноги подкосились.

***

      У Тэхена уже конкретно заебы заходят по поводу старшего. Если первое время их дружбы, эдак — года три, он не смотрел на юнги в таком плане, то после пары совместных ночёвок, он пересмотрел свою жизнь. Иначе как объяснить то, что этот Юнги, вышедший из душа, с мокрыми волосами и в одежде Тэхена заставил «кима младшего» проснуться, за ноль целых пять десятых секунды? Вот именно, не иначе как — «я был натуралом до того момента, пока хён не вышел из душа в моих вещах».       Стояки по утрам, пошлые мысли на протяжении 24-х часов изо дня в день и все из-за этого маленького несносного хёна, которого хочется разложить и трахнуть на любой пригодной поверхности. Ким конкретно уже так подзаебался со своим возбуждением сам справляться, так что на этой ночевке он надеется, что все же сломит его сахарка. Потому что Мин Юнги принадлежит только Ким Тэхёну и все должны об этом знать!       Но всё летит в тартарары когда он заходит в кафе и видит, как Юнги с каким-то парнем мило разговаривают и так по-детски смеются над чем-то. Тэхен не дурак, сразу понял что к чему. Любит. Юнги того паренька любит ! НО это же несправедливо! Это Тэхён должен быть на его месте! И что же вы теперь прикажете младшему делать? Правильно, единственная мысль, которая проникает в сознание русоволосого: » Я должен отыграться» Тэхен покидает данное заведение с дьявольской ухмылкой на губах. «Начнем игру? Или же ты сразу признаешь своё поражение, сахарок?» Завтра. Завтра Ким отыграется за все те взгляды от Мина, что ловил на себе. Отыграется за бесячую, но пиздецки ахуенную привычку облизывать губы, смотря ему прямо в глаза. Но это все завтра, а сейчас Тэ снял девушку, чтобы сбросить напряжение, накопившееся в нем за последние недели. Ему нужно расслабиться хотя бы на эту ночь, хотя бы на чуть-чуть.

***

— Да ладно тебе хён, ну подумаешь всего-лишь ночёвка у твоего друга, что такого-то? — говорит ему Чимин уже битый час, но после, ловит на себе грозный взгляд и сразу исправляет, — ладно, у друга по которому ты сходишь с ума. — Я не схожу по нему с ума! Ясно? Я не схожу… — отозвался Юн, взволнованный сегодняшним предстоящим событием. Конечно, он будет ночевать у мелкого не в первый раз, но этот раз будет особенным, это Мин знает точно, потому что в его планах во всем Тэ признаться, ну и возможно, совсем чуть-чуть, соблазнить. — Конечно сходишь, ты думаешь какое белье тебе взять и какой халат для «того самого» подойдет. Это называется не сходишь? Да у тебя в галерее одни его фотки, о которых он скорее всего не знает! — Ладно, да, ты прав. Я по нему с ума схожу, но не я же так решил, а сердце. И вообще, прощаться давай, мне еще в душ надо и кое-что выбрать, для сегодняшнего случая. — Что именно? — Не твоего ума дело, катись я сказал, — Мин выталкивает улыбающегося Пака за дверь, а сам идет в ванную комнату, по пути захватывая полотенце. Сегодня он должен признаться в чувствах. Обязан.       После тёплого, разогревающего мышцы, душа Юнги лезет в тумбочку и достает оттуда маленькую коробочку, содержимое которой он тщательно от всех скрывает. Нет, там не кольцо, было бы глупо делать предложение с бухты-барахты. Там, всего-лишь, анальная пробка с черной крышечкой, сделанной в виде алмаза. Он не часто этой штукой пользуется и поэтому, сейчас, для того чтобы вставить её в себя, он растягивает свой проход двумя пальцами, для лучшего результата. Уже только потом, выполнив всё задуманное и сложив все в портфель, Юн вспоминает про один интересный комплект, который решает взять вместо халата с бельем. Он надеется на адекватную реакцию Кима. Они же друзья, в конце-то концов.       Руки трясутся, когда он стоит напротив двери своего лучшего друга и, уже, минут 10, не может в неё постучать. Пальцы покалывает от напряжения, в добавок ко всему, в заднице находится ебучая пробка, которая при каждом движении проезжается по простате, заставляя хёна прикусить язык, лишь бы никто ничего не услышал. Замечательная встреча будет Мин Юнги, правда? Да, ахеренная. Ладно, раз пришёл, надо хотя бы поздороваться.       Неуверенно постучавшись и подождав минуту другую, хен уже думает, что никого дома нету и хочет дать заднюю, но как только он собирается развернуться и уйти, дверь открывается, предоставляя Мину возможность увидеть одно из самых прекрасных явлений на свете (для Юна уж точно) — голый мать-его Ким Тэхен, который стоит в одних чёрных шортах, с мокрыми блондинистыми волосами позволяя проходящим мимо соседям, в основном девушкам, увидеть его потрясающее тело, на котором между прочим имеется хороший пресс. Непонятно когда этот мелкий волосы покрасить успел, но как-то все равно. Ему что натуральный цвет, что любой другой, идёт. Этот парень просто сводит с ума. Юнги бы хотел дотронуться до него и заодно вырвать патлы девкам, смотрящим на его Тэхена, но это успеется. Сосредоточься на главном, Мин Юнги. — Привет Юнги-хён, я ждал тебя, проходи, — спокойно говорит своим низким голосом парень, словно это не он сейчас заставил мина улететь в заоблачные дали, только из-за одного своего вида. Ну нельзя быть таким…таким! — Д-да, привет мелкий.       Разувшись и устроившись удобно на диване, стараясь не подавать виду, что, вообще-то, сейчас в его заднице ебучая анальная пробка, Мин показывает жестом Тэхену, что тому следует сесть рядом и включить фильм. Конечно, по классике жанра они смотрят выбранный Юнги ужастик, потому что " Ты никогда не сможешь посмотреть ужастик не уткнувшись мне в плечо лицом». А вот и сможет! Думал так Юнги пока не началась основная линия событий. С каждой просмотренной минутой чувство тревоги, страха росло, и честно, Юнги уже был готов проиграть этот спор, состоявшийся где-то дня три назад. Ему страшно, его трясёт, а мелкий засранец сидит себе спокойно и попивает виски из стакана, когда сам мин и губами к алкоголю, выбранному им самолично, между прочим, не притронулся.       Так не честно! Так не справедливо! Юнги будет жаловаться на Кима в… А куда он будет на него жаловаться? суд? Так это бред, его так и умалишенным посчитать могут. Тогда куда? Родителям Тэ? Тоже не вариант. Ну что он скажет? «Ваш сын сказал что я слабак и не смогу посмотреть ужастик до конца, не утыкаясь ему лицом в плечо только для того, чтобы просто коснуться его и вдохнуть его ахеренный аромат одеколона? Тогда их многолетняя дружба с Тэ помашет ручкой и скажет «пока». Нет, старшего это не устраивает. И именно поэтому, когда Тэ уходит в туалет и ставит кино на паузу, старший решает действовать. Быстро переодевшись парень садится обратно, принимаясь ждать мелкого из туалета параллельно залипая в телефоне и выбирая себе пару классных вещей. Конечно, он не надел кружевное белье и шёлковый халат, взял всего-лишь черные чулки, длинную черную футболку ниже задницы, коротенькие шортики, облегающие его ягодицы, такого же цвета и закрепил этот образ красивой тоненькой алмазной цепочкой на левой ноге.       Вернувшись из уборной Ким думал застать обычную картину: его хён, как всегда, спит лёжа на его кровати, свернувшись клубочком и подмяв под себя одеяло. Каждый раз наблюдая такую сцену, Тэхен делает для себя вывод, что это очень мило и он готов целую вечность смотреть на спящего Юнги. Но сейчас, мысленная картина резко разбивается о реальность, в которой его хен, его любимый и желанный хен, сидит в слишком сексуальном наряде, с розовыми щечками и облизывает свои карамельные губки и даже не замечает только что вошедшего в комнату Кима, что стоит как статуя у входа. Это не то, что хотел видеть Ким. Потому что, если быть честным, у него итак каждый день стояк из-за этого парня, не хватало ему еще, чтобы благодаря таким нарядам у Тэхена начался спермотоксикоз. Потому что трахать хочется, а разрешения никто не даст. В который раз Ким убеждается, что его лучший друг просто создан для того, чтобы его трахал Тоха. Потому что, эти черные, как смола, чулки, обтянутые вокруг тонких ног старшего, да еще и с тоненькой цепочкой на левой — просто ох. Эти коротенькие шортики, прикрытые длинной футболкой и немного поалевшие щеки, делают Юнги самой сладкой конфетой в мире, которую так и хочется сожрать. Всю, без остатка.       Но все же, взяв себя в руки, младший возвращается на кровать, только теперь садясь позади хёна. Тэ обхватывает его талию своими крепкими руками и тянет к себе ближе, умещая ноутбук, по которому они смотрят фильм, на колени парня перед ним. — Хён… — от этого низкого бархатного голоса Юнги уже готов кончить в сухую. — Д-да? — речь сбивается, когда мин чувствует как что-то большое и твёрдое упирается ему в ягодицы, и блять, размер у Тэхена что надо. — Ты специально такую «пижаму» решил надеть? Думаешь я не знаю для чего всё это, Юнги? А? Думаешь я не видел твои взгляды на себе, особенно в зоне паха и губ. Я не идиот хён. Пойми это. Сердце бешено стучит норовя выпрыгнуть из груди Мина и умчаться куда подальше, потому что, сейчас, есть только два варианта исхода событий: 1) Тэхён его трахнет как и хотел этого Юнги; 2) Тэхён его пошлёт нахуй и не в том смысле, в котором хотелось бы.       Выбор невелик и что-то парню подсказывает, буд-то его друг выберет второй вариант, поэтому, резким движением он вырывается из крепких объятий и пищит быстрое «прости», а после уносится в дальнюю комнату дома, лишь бы не чувствовать этот позор, и запирается на замок. Ты проебался Мин юнги. Он все знал.       Всё, заказывайте гроб, да побольше, что бы туда еще стыд старшего поместился, потому что сейчас, он сидит на кровати, в доме его лучшего друга, с закрытой дверью и сильным стояком, который больно упирается в трусы. Это самый лучший проёб в истории человечества. И неудивительно что он достался самому Мин Юнги — ходячей катастрофе, если конечно же он будет думать только о Ким Тэхёне. А он каждый день этим и занимается, между прочим. Из своих мыслей его вырвал крик друга, ладно, давайте по честному — его краша, на которого он молиться готов, потому что, Ким Тэхен — чертова эстетика. — Блять, Юнги! Открой по-хорошему! Если откроешь сейчас мне дверь, обещаю быть нежным и ускоряться только тогда, когда ты сам попросишь. Договорились? — договаривает свою фразу младший очень тихо, чтобы не спугнуть его маленького беззащитного котенка, который, как оказалось, совсем уж и не маленький и беззащитный. В ответ тишина. Хотя нет, погодите, кто-то тихо скулит… Блять! — Мин Юнги, быстро открывай это гребаную дверь или я её к херам выбью! — в ответ очередной тихий скулеж. Его мальчик сейчас по ту сторону двери, скулит и явно хочет своего папочку в себе, но почему-то не идет на уговоры и не открывает дверь, до сих пор. — Т-тэхён… — Да, малыш? Я тут, все хорошо. Открой мне эту ебучую дверь и позволь наконец прикоснуться к тебе так, как я давно мечтал, пожалуйста, — уже практически рыча проговаривает блондин, невольно сжимая руки в кулаки. Потому что возбуждение накрывает его, словно цунами, и если он сейчас не увидит его сахарочка, то вызывайте все службы города, чтобы унять гнев Ким Тэхена. Что странно, скулёж прекратился и на какое-то время снова воцарилась тишина. Однако… — А-ах! — Блять! — прорычал парень и одним ударом ноги, снёс с петель мешающую ему дверь. Перед его взором открылась картина, где его сладкий мальчик сидит на кровати в этих ебаных чулках и футболке, и блять, дрочит. Этот демоненок все то время, пока Ким стоял за дверью, нагло дрочил на голос младшего. Пиздец. — Т-тэхен, я, я могу всё объяснить. Правда, просто я… — ему не дают закончить его оправдание, потому что, в ту же секунду, притягивают за шею ближе к себе и впиваются в губы настойчивым поцелуем, оставляя на губах небольшие кровоточащие ранки от чужих зубов. — Заткнись сука, я оттрахаю тебя за все мои мучения на протяжении последних лет. Пиздец, малыш, ты такой охуенно горячий и безумно сладкий, — мычит младший в шею хёну, оставляя отметины, у которого руки трясутся, а ноги сами в стороны разъезжаться готовы, — Я безумно хочу тебя насадить на свой член, но не хочу заставлять тебя это делать насильно. Поэтому, у тебя есть шанс сказать мне «нет». — Да, — прокатывается шепотом, с тихим стоном, по ушной раковине и тормоза срывает обоим нахер. Юнги жмётся ближе, пока младший избавляется от такой ненужной сейчас одежды, и переходит с поцелуев губ, на шею, не забывая оставить сильный укус, быстро зализывая потом струйку крови. Таким образом, Тэхен показывает всем бабам и мужикам на планете Земля, что Мин Юнги — ЕГО. Только Его и никого больше! — Блять пиздец детка, ты такой ахуенный. У меня крышу рядом с тобой срывает просто напрочь, — а после Ким пробирается пальцами к колечку мышц и чувствует то, о чем мин предпочитал молчать, — пробка? Блять, малыш, ты серьёзно? Скажи ты это на пару часов раньше, ты бы уже был качественно оттрахан мною и спал у меня в объятьях. — Харэ базарить уже, доставай свой член быстрее, я зря что ли столько готовился к сегодняшнему дню? — Возмущается Мин, ну, потому что, уже реально хочется. — Потерпи малыш, мне же нужно понять, растягивать тебя или нет. Нежно тебя трахать или ты предпочитаешь грубо, так, что бы в уголках глаз появились   «он издевается» Мин отметил себе эту мысль как самую здравую и самую единственную в своей голове на данный момент. Тэхен погрузил в его нутро два пальца и, господи-боже-мой, это охеренно чувствуется внутри. Тэхен сейчас растягивает Мина теми самыми пальцами, о которых мечтает каждая девчонка в универе, ну и старший конечно же тоже.       Юнги плющит, мажет, ломит, а этот демон даже не пытается ему помочь, наоборот издевается. Видит же что его хёну нужен член, так нет, для начала, будь добр, терпи, мой сладкий, и изнывай от желания, пока я играюсь с твоей простатой. Юнги уже и не думал что до члена очередь вообще дойдёт, потому что младший только мучил и ничего больше. То соски сосать начнет, то параллельно с этим свободной рукой надрачивать мину станет, а хён-то как бы не железный, поэтому он сейчас ноги свои с потрясающей гибкостью в стороны разводит и просит Кима наконец войти. — Ну пожалуйста… пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Тэхен, я очень хочу твой член во мне, пожалуйста. Блять, пожалуйста! Умоляю! — Какая же ты сучка Мин Юнги, сегодня я навсегда присвою тебя себе. — Папочка, пожалуйста. Прошу, ну же, хочу тебя внутри, — уже натурально хнычет Мин толкаясь бедрами назад.       И кто Ким Тэхен собственно такой, чтобы отказать этому чуду? Вот именно — никто, поэтому, вынув пробку, он наблюдает, входя медленно в нутро старшего, за всем спектром эмоций, которые тот выражает: облегчение, радость, боль, любовь, привязанность, злость и вишенкой на торте становится — желание. Желание больше, сильнее, быстрее. Именно поэтому, спустя пару минут нежностей, у них начинается дикий секс-марафон продлившийся до утра, где Юнги протяжно стонет, когда член Кима задевает комочек нервов. Где они оба прижимаются друг к другу, сливаясь воедино, и где Тэхен разводит ноги Мина шире, заставляя полностью обхватить его талию для более глубокого проникновения. А что Мин? А он и не против, лишь ноги шире разводит и принимает Тэхенов член глубже в себя, оставляя на спине парня помладше памятные царапины и прижимая его ближе к себе, для долгого наполненного жаждой поцелуя.       Тэхен с Юном приходят к финалу ближе к рассвету. И подумаешь, что у Мина это наверное третий или четвёртый оргазм за ночь, а у Тэхена второй. Им сейчас так плевать на это, потому что старший изливается неожиданно, пачкая свой живот белым семенем. Ким же кончает не выходя из желанного тела, закрывая все это дело пробкой, тем самым не давая сперме вытечь из колечка мышц. А старший как-то по-мазохистки улыбается, наслаждаясь теплотой внутри. Он будет чаще носить это пробку, если Тэхен будет в него кончать так же, как и сейчас. — Я люблю тебя, сахарок — прошептал в самые губы Тэхен засыпающему парню. — Я тебя тоже, папочка— последнее что слышит уставший Ким перед тем как провалиться в сон.