Лютик

       Жизнь в Лондоне шла своим неторопливым шагом. Все так же ходили в гости, пили чай, получали знания, делились сплетнями и соревновались за приз «лучшая лужайка улицы». Этот темп не менялся не на секунду и никакие факторы не в состоянии были изменить еженедельное расписание миссис Смит из восьмой квартиры или маленькой Лейлы из квартиры над булочной, которая и в дождь и в жаркий день тащит свою огромную виоланчель в музыкальную школу. Все было стабильно, кроме жизни на Гриммо двенадцать. Эти полгода изменили мою жизнь и перевернули все с ног на голову. Если одним вечером заглянуть в окошко, то можно заметить, как светловолосая девушка вместе со сморщенным старым эльфом печет кексы или фирменный пирог с почками по рецепту одного из Блэков. В другой вечер можно заметить, как эта же девушка ведет беседу со статной женщиной о моде, манерах и нравах, которые должны быть у каждой леди безукоризнены. Через время девушка уже начнет дефилировать по гостиной, а статная леди поправлять ее окриками и едкими замечаниями. Так и проходили мои дни. После учебы я бежала со всех ног в кондитерскую или булочную за свежими вкусняшками, которые съедались уже на подходе к дому, выполняла все занятия, заучивала свод законов и отправлялась на Гриммо двенадцать. Там начиналась игра: кто лучше уберет комнату (я всегда проигрывала), у кого вкуснее получатся пироги и самая главная — поспорь со старушкой и останься в победителях. Миссис Блэк сначала перешла с «грязнокровки» на «сквибку», затем я удостоилась звания «деточка», теперь меня встречают со словами «Саманта, вы леди, а не портовая девица, не скачите по лестнице, как горная козочка «. Все это казалось мне невероятной игрой и я не осознавала всю серьезность окружавшего меня волшебства. Ведь где есть добрые маги, там есть и злодеи. Я перебирала старые газеты со смешными картинками, где черно-белые человечки смущенно прятались или грозили мне кулачком, когда я их щекотала. Одна газета была полна портретов людей, закованных в цепи и с номерными табличками. Как в средневековых тюрьмах, они были в кандалах и босые. В странных мешковатых робах. Портреты были в основном мужчин, но одна женщина притягивала взгляд: копна густых волос, гордая осанка и тяжелый взгляд, сумашедший. Такой может быть или у садистки или же у глубоко несчастной женщины. — — Кричер, кто это? — я указала на портрет и эльф, шуршащий неподалеку плиткой шоколада, слеповато прищурился. — Бедная, бедная мисс Белла. Моя хорошая хозяйка так любит мисс Беллу, которая не разбивала ей сердце как ее негодник сын. Пришлось идти за разъяснениями к миссис Вэлл. Выслушав историю противостояния двух сторон и победой «светлых», до меня начало доходить, что все это не игрушки и стоит держаться подальше от всего этого дерьма. Но что-то не давало мне покоя, какая-то мысль крутилась в голове, не давая сосредоточиться. — Что такое, Саманта, вы снова что-то увидели, почувствовали? — Я не знаю… Все так. Пес, почему-то в голове крутится черный пес и мышь, нет, крыса. Без пальца. Это важно, но я не знаю как это связано. — голова ужасно разболелась и внимательный Кричер принес мне чашку пахучего чая. Миссис Вэлл задумчиво уставилась в камин, не реагируя на тихий оклик эльфа. Не дождавшись реакции от хозяйки, старик начал ворчать что-то об анимагах и безголовых наследниках. — Кричер, ты чудо! — о, отмерла, старушка, даже румянец появился, — Сириус был расположен к анимагии. Когда мы проверяли предполагаемого зверя, у Регулуса был высокий процент лемура, а у Сириуса — собаки. Возможно, он обучился этому со своими дружками. Нужно срочно узнать все и я не буду Блэк, если не вытащу моего сына из тюрьмы и не вытрясу у него всю правду! Я впечатлилась, допила чай и уже была на полпути к выходу, когда меня догнали слова «, а вас, Саманта, я отправлю на обучение к знакомому рунологу. У вас явный дар, не стоит губить такой талант. Да, определенно не стоит». Кричер в углу мерзко хихикал и жрал мой шоколад, предатель. Ну что мне стоило свалить от этой чокнутой семейки пораньше?