Обитель Зла и Пса

Как и ожидалось, я разобрался с рядовыми приспешниками без особых усилий. Благо рядовое “мясо” не способно к проявлению фантазии даже в мате, который используется в речи постоянно. А воплощение в жизнь тактических маневров, позволяющих одолеть гораздо более опытного противника (пусть и пребывающего сейчас не в лучшей форме), тем более не по силам этому отребью. Но главарь банды, при поддержке лучших бойцов - это совсем другой уровень опасности. Хоть я и не сомневался, что смогу победить, но цена, в нынешних условиях, может оказаться слишком высокой. Например, вероятность внезапного приступа, лишающего боеспособности, а то и жизни, никуда не делась. Будет разумнее забрать бессознательную жертву насилия и свалить отсюда подобру-поздорову, пока самые опытные головорезы развлекаются с красавицами, которых мне совершенно не хотелось спасать, из-за густого смрада скверны, окутывающего их ауры в духовном зрении. Допускаю, что изначально девы были чисты как первый снег и порча перекинулась на них от насильников. Но я пришёл слишком поздно, чтобы это предотвратить. И вынужден учитывать риски, вроде подлого удара в спину от тех, кого теперь спасать попросту бессмысленно. Они уже превратились в тоже самое зло, которое сломало их судьбу. Подобное явление, увы, не редкость. И достаточно хорошо известно, под разными названиями. Будь то бытовое оскорбление (“скурвился”), или условно-научное понятие “стокгольмского синдрома [Хельсинки]”, суть остаётся прежней. Жертвы насилия сохраняют подсознательные чувства симпатии к своим мучителям, не проходящие даже после освобождения. Вплоть до перехода на сторону зла и осознанного причинения зла другим людям, ломая их волю и превращая в очередное пополнение рядов безумных насильников, жаждущих увидеть как весь мир сгорит в огне. По сути, именно таким образом “Губители” получают пополнение многочисленных легионов тьмы и наиболее выдающихся слуг зла. Пусть вероятность такого исхода довольно мала (формирование симпатии наблюдается у менее, чем десяти процентов от численности всех жертв, а добровольное присоединение к преступникам встречается меньше процента), но при достаточно обширной выборке этого вполне хватает для пополнения потерь среди преступников. Даже я, после длительных, или интенсивных пыток, могу стать конченым отморозком, следуя той же дорогой “падения”, что и предшественники. Тем более, что врагам не потребуется возвращать всё к дефолтным настройкам “зверя”, разрушая надстройки ОС “человека”. Достаточно перехватить контроль над телом, через уже отработанные методы “порчи травы”, или контр-мутации. И фиг я куда денусь из ловушки плоти, без возможности переселиться в другой, заранее подготовленный к этому “сосуд”. А потому излишнего риска следует избегать. В том числе и погружения в кровавое безумие, к которому моё нынешнее тело чрезвычайно уязвимо, что и было продемонстрировано “Губителем”, зафутболившим бедную собачку далеко за границы игрового поля. Бессознательная женщина, конечно, не способна к таким подвигам. Но она хотя бы не является источником скверны, способной извратить мою суть. Поэтому я не опасался находиться рядом с ней. В отличие от менее везучих попутчиц, не сумевших защититься от проникновения в них порчи, разрушающей не только тела, но и души. Раз они позволили себе сломаться от подобной ерунды, то пусть сами разбираются с последствиями собственного выбора, без моего деятельного участия в их дальнейшей судьбе. Незнание законов [кармы] не освобождает от ответственности [ни в этой, ни в последующих жизнях]. Впрочем, я вмешался не для того, чтобы использовать несчастных женщин для собственных нужд, как поступили бандиты. И не для пополнения гарема, как принято у некоторых “попаданцев”. Мне вполне достаточно того, что хотя бы одна жертва насилия сохранила адекватность после всего пережитого. И сможет продолжить движение к своей цели, когда всё это безобразие закончится. У меня своя дорога, у неё - своя. До тех пор пока она окончательно не падёт во тьму, я не буду желать ей зла, или лишать права на дальнейший выбор жизненного пути. И, разумеется, не стану убивать, как её мучителей, сделавших может и приятный временами, но всё-таки неправильный выбор на очередной развилке судьбы. Потому вряд ли покойники имеют хотя бы моральное право критиковать меня за угон как-бы-их автотранспорта, который, судя по косвенным признакам, также являлся ворованным, а не честно купленным на полностью легальный доход, никак не связанный с криминалом. Может это и выглядит немного лицемерно, но я не хотел становится вором, даже в таких мелочах. Ведь сначала начнёшь обносить преступников, затем их не вполне добровольных сообщников, а потом дело дойдёт и до оправдания грабежа честных граждан, которые своим бездействием не препятствуют разбойникам. Не уж, лучше сразу установить границы, за которые переходить можно лишь в исключительных обстоятельствах, без пересмотра определения, что следует считать этими самыми “обстоятельствами”. Впрочем, я осознавал, что моё понимание мира существенно отличается от мировоззрения большинства обывателей. И не собирался эпатировать публику зрелищем собаки за рулём. На месте водителя будет располагаться один из наиболее целых покойников. Благо вероятностью повреждения трупа от контакта с “травой” можно пренебречь - от него не требуется ничего, кроме самого факта присутствия гуманоидного силуэта за рулём. Так что время, потраченное на перемещение тела, можно считать подготовкой к операции, а не бездарной потерей ограниченных ресурсов на всякую ерунду. -- Бычий навоз! Эм... где? Я недоуменно огляделся и даже принюхался в тщетной попытке понять, что имел в виду очередной бандит, привлечённый шумом. И подошедший достаточно близко, чтобы увидеть как я затаскивал его менее везучего подельника на сидение водителя. Всё-таки разница габаритов собаки и человека играла немалую роль, осложняя мой замысел чередой дополнительных сложностей. -- S..! S..!! B.. s...!!! Я с первого раза понял, что ты сказал. Но не понял "почему" ты это сказал. Не мог бы ты пояснить этот момент, м? -- F.. b...! Конечно, посреди поля битвы хватало всякой грязи и отходов жизнедеятельности, покинувших кишечники преступников, неожиданно осознавших приближение скорой и неотвратимой смерти. Но никаких буйволов, или быков тут не наблюдалось. И я не представлял как можно, здесь и сейчас, вступить с их гуано в интимную близость. Может мне не стоит искать смысл в пустых словах, произносимых по привычке, без осмысления сказанного? -- F... s... b...!!! Тут можно и поспорить, но я не знал столь деликатных подробностей о происхождении нынешнего тела, а потому предпочёл проигнорировать очевидное оскорбление. Корпорация “Наркота” не отличалась ни гуманизмом, ни любовью к братьям нашим меньшим. Потому я действительно мог оказаться в тушке сына легкодоступной самки собаки. И любые попытки опровергнуть это могли быть изначально ложными. Что ставило меня в уязвимое положение при битве против многочисленных пороков, способных с легкостью превратить адекватного, здравомыслящего человека во врага всего живого. -- D.. m..f..!!! А вот это уже перебор, знаешь ли... Впрочем, “Наркота” вполне могла заниматься близкородственным скрещиванием. Потому и в этом случае не стоило сразу переходить в непримиримый конфликт. Слова таких существ пусты, произносятся без обдумывания “месседжа” и порой не несет в себе ничего, даже банального желания оскорбить. К примеру глубокое повреждение головного мозга не всегда мешает матерится. Поскольку природа этого явления сродни крику животных, а не осмысленной речи. К тому же убить я всегда успею, а вот с воскрешением наблюдаются некоторые проблемы. Пока не разберусь как исправить содеянное (в случае досадной ошибки), валить всех подряд будет неразумным решением. Даже если они очень сильно на это напрашиваются. -- D.. f.. dog!!! Противник потянул плохо ухоженный, проржавевший ствол, путаясь в штанинах и заметно нервничая под моим скептическим взглядом. ~ “Ты правда уверен, что из этого музейного экспоната можно попасть в цель?” *Па-а-ох!* Пуля прошла на полметра выше меня и попала в голову трупа на водительском сидении, превращая его лицо в кровавую кашу. -- ... Я помрачнел. Четверть часа насмарку. И ещё какое-то время нужно будет чистить салон. Без гарантии, что удастся привести его в сколь-нибудь нормальное состояние, не привлекающее нездорового внимания полиции. Поскольку толковых чистящих средств поблизости не наблюдалось, а у меня-таки лапки, не приспособленные для деликатной работы. -- D..! D..!! D..!!! Ещё три пули прошли мимо, повреждая внутреннее и внешнее состояние машины. Лишая меня надежды на спокойное и непринужденное путешествие из пункта А в пункт Б, без лишних хлопот и тревог. Ну всё, чувак, ты сам кузнец своего несчастья. Я дал тебе целую кучу дополнительных шансов. И ты все про...любил. "Щёлк-щёлк-щёлк" Патроны в обойме закончились. Что и не удивительно, при столь безответственном отношении к оружию. Подозреваю, что ему было лень набить полные магазины в спокойной обстановке. Теперь поздно дергаться. Уж чего, а перезарядится и ещё раз показать свою гнусную натуру я ему не дам. Самому боеприпасы не помешают, раз уж конструктивного диалога не получилось. -- Гря-а-авк! Переход в боевой режим. Рывок с места прошёл с неприятным уху скрежетом по разбитой дороге. Но таковы издержки нынешнего тела. Стоит ослабить бдительность и когти снова занимают свое место, в соответствии со спецификацией проекта “Цербер”. А проводить полное подчинение, как раньше, я не рисковал, из-за возможных взбрыков слабой плоти. -- F..! F..!! F..!!! Минус очередной придурок, возомнивший себя хозяином жизни. А вот и ещё двое на подходе. -- S..!!! -- Иисус Христос! Э? Я остановился, удивленный очень неожиданным восклицанием. Не ожидал услышать "это" от бандита. А может он и не такой уж и плохой парень, каким кажется на первый взгляд? Я ведь тоже не красавчик. И не каждый наблюдатель сможет разглядеть добрые намерения в хищном оскале перекошенной морды некропса. -- F..!!! Ты мне безразличен. Увянь. -- Кха-а-а-ах... ах... А что насчёт тебя, любезный? Будешь пушкой махать без нужды, или поговорим? -- ... Я с интересом посмотрел на нервного вроде-как-не-бандита. И остановился у медленно отходящего придурка, не дружащего с собственной головой, ожидая реакции пока ещё живого сообщника. -- Holy s..! Эм, чувак, ты уверен, что “это самое” может быть святым? Может я тебя переоценил? И ты такой же как остальные, м? -- Ы-э-э-э... Я неверующе приподнял уши и повернул их в направлении слишком хорошо знакомого звука, непонятно на что надеясь. Убедившись, что это не глюки, порождённые фоновым давлением скверны на не вполне живые мозги некропесика, посмотрел в сторону слабо копошащегося трупа. И с некоторым непониманием увидел как пытается подняться тело врага, павшего первым, уже прошедшего через обращение в зомби. Несмотря на очевидно фатальные повреждения, нанесенные мной как раз для предотвращения такого исхода. Неужели близкий контакт с “Губителями” повысил мою степень заразности и прежние методы борьбы перестали работать? -- S..!!! У американцев, с недостатком речевой культуры, упоминание отходов жизнедеятельности и сексуальных контактов (разной степени интенсивности и направленности) идёт чуть ли не на рефлекторном уровне, а потому эти эмоциональные восклицания можно игнорировать. Но я-то надеялся на более адекватного собеседника и слегка расстроился, когда мои ожидания в очередной раз цинично втоптали в грязь. -- У-о-о-о-а-а... Чуть погодя подал голос и второй недопокойник. -- О-о-о-о... Затем зашевелился и третий зомби-бандит, подтверждая мои наихудшие опасения. -- П-парни, вы живы?! Какое облегчение! Вставайте быстрее и завалите эту ё... собаку!!! Эй, ты что не видишь, что эти “парни” больше тебе не друзья? Да и что я тебе сделал для столь яркой антипатии? Не любишь собак, что ли? -- Ы-ы-ы... -- Т-ты... в порядке? Офигенно уместный вопрос, чувак! Ты прям как персонаж в фильме ужасов, несущий всякую ересь, пока бывшие дружки его не загрызут. Разве по нему не заметно, что он нифига не в порядке?! Я, между прочим, бил на поражение! И зомби не должен был подняться! -- Э-э-э-ы-ых... --О-о-о-у-у... -- П-парни? Почему вы... так странно на меня смотрите? Чувак, они - зомби. Следовательно, они хотят съесть твои мозги. Ничего необычного. Ты что, популярных хорроров не смотрел? -- Кха-а-а-а...ргх! -- Н-не меня! Та ё.. собака там! Ну, блин! Спасибо на добром слове, “приятель”! Встретил, понимаешь, первого человека близ гетто, со связной речью. А он не только на меня отчего-то взъелся, так ещё и очевидные признаки враждебности от свежеподнятых покойников не воспринимает с должной степенью опаски. Из-за чего рискует, в самом ближайшем времени, пополнить ряды зомби Если я не вмешаюсь в это безобразие, конечно. Но вот что-то желания такого не наблюдается... -- П-парни, не надо! Я же “свой”!! А-а-а-а!!! “Чавк!” “Хрусть!” Что ж, сам дурак. Не стоило так дико тупить. Вменяемые люди давно бы всё поняли, ещё когда начали подниматься трупы с травмами, несовместимыми с жизнью. -- А-а-а..! А... о-о-о.. ы... ы... Заражение пошло как-то уж слишком быстро для вируса “Тирана”. Даже с учётом влияния “Голгофы”, испорченной “травы” и прочих мерзостей, напиханных в мой мутировавший организм. Может всё дело в недавнем усилении от скверны “Губителей”, сделавших поднятие покойников не только обязательным, но и стремительным? Это нужно проверить. Чтобы в будущем не совершать подобных ошибок. При работе с более... вменяемыми союзниками. Если они у меня, конечно, появятся, нда... Я малость приуныл, наблюдая дело лап своих. Затем вспомнил о пока ещё живой женщине. И поспешил исправить то, что ещё было в моих силах. -- С-с-с-с... Пшёл прочь, противный! -- С-са-а-а! Я сказал: прочь! -- С-с-са-а--! Вот же ж неугомонный! Трижды пришлось успокаивать, пока он наконец не сдох! -- Ы-ы-ы... -- О-о-о-у... -- Э-э-э-ы-ы... Я обернулся посмотреть на оставшихся зомби. И пришёл к мысли, что их надо урабатывать самому. Иначе трудно предсказать, какие именно проблемы доставят эти мутные мертвяки, чем-то неуловимо отличающиеся от обычных зомби. Лишний риск ни к чему. -- О-о-о-т-тх--! Хо-о-о--!! Двух раз хватило. -- Ы-ы-ы-ип--! Хм, если разбить голову, то враг не встаёт. Или это какой-то дохленький, бракованный экземпляр? “Губители” контролем качества явно пренебрегали. -- Э-э-э... эк--! Всё-таки метод работает. Значит следующих покойников буду контролить в их тупую башку. Не полагаясь на сбоящие отныне стандартные методики устранения вероятных угроз от как-бы-двухсотых. -- Ох, моя голова... Больно... Осмысленная речь. Это точно не зомби. -- А-а-а!!! Не надо так бурно реагировать. Аж в ушах звенит... -- У-убирайся, злая собака! Эм, я вообще-то не злой... -- Поди прочь! Плохая-плохая собака!! СГИНЬ!!! Ну... ладно, если не хочешь принять протянутую лапу дружбы, то оставайся посреди зараженной местности. Одна-одинешенька. В окружении зомби-каннибалов, мерзких мутантов, подлых наёмников, безумных маньяков и прочих пренеприятнейших существ, порождённых больной фантазией “Губителей”. -- Проваливай, чудовище! Получай! Вот палками кидаться не надо. Собаки на это порой неправильно реагируют. -- На тебе! И ещё! Съешь это! И не подумаю жевать эту гадость! Она же трухлявая! -- Ай! Д.. заноза! Это всё ты! Ты во всем виновата, мерзкая похотливая собачонка! Эй-эй, вот не надо все валить с больной головы на здоровую! У меня даже нет того органа, которым причиняют подобные неудобства! -- Ё... вонючая псина! Ваши обвинения не лишены логики, сударыня. От меня действительно плохо пахнет. Но это не я вынудил тебя припереться к водоёму вдали от людских поселений! Не я натравил шайку насильников, оставивших тебе крайне болезненные воспоминания! Да ты и сама должна понимать перспективы вражды с “цербером”, упокоившим в одиночку всех твоих недоброжелателей... наверное. -- Гадкая, злобная, противная с..! У тебя что, ПМС, отягощённый болезненной, нежеланной близостью с кучей потных мужиков? Или просто “отходняк”, с выплескиванием эмоций на единственный вокруг не-враждебный субъект? -- Ну погоди! Сейчас я тебе..! Дурная бабёнка схватила ствол одного из зомби и попыталась выстрелить из очевидно не подходящего ей оружия. Ни по габаритам, ни по отдаче. С легко предсказуемым результатом. -- Ё..!!! Это была очень плохая идея, знаешь ли. Бандиты зачастую выбирают массивные стволы, с избыточной мощностью выстрела, чтобы выглядеть “круто”, без оглядки на практическое применение сих девайсов. Оттого и редко живут больше пары перестрелок, где получают крайне болезненный урок, что палить, принимая эффектные позы, всё-таки недостаточно для уверенной победы над более опытным, везучим, или многочисленным противником. Порой нужно ещё и попадать в цель. Хотя бы иногда. А для этого требуется хорошо контролировать отдачу, сбивающую прицел. -- Сдохни, вонючая тварь! А-ай--!!! Смена руки лишь усугубила проблему. Теперь у этой дуры болели обе рабочие конечности, а в голове так и не прояснилось. -- У-уходи! Ты... плохая собака! Пшла прочь! Очень-очень плохая собака!!! На мгновение моё полумертвое сердечко дрогнуло от жалости к плачущей женщине, пребывающей на грани истерики из-за чрезмерно сильного стресса. В древние времена и куда меньших потрясений хватало для решения утопиться с горя. Но сейчас другие времена, другие нравы. Американки куда проще стали относится к сексу. Многочисленные ужастики морально подготовили к наступлению глобального трындеца. Так что она не пропадёт. Если сумеет взять себя в руки и включить-таки мозг. Маловероятно, конечно, но вдруг? Всё-таки в няньки я к ней не нанимался. Столь большая девочка должна была научиться пользоваться головой по назначению. Иначе помогать ей всё равно что продлевать бессмысленные мучения. К тому же я больше не уверен, что приближение ко мне достаточно безопасно для обычных людей. Случай со странными зомби наводит на самые неприятные мысли... Потому не стоило нервировать и так уже перепуганную бабу, позволяя ей побыть наедине со своими невесёлыми мыслями, раз она так сильно этого хочет. -- Тявк! Я повернулся спиной к истеричке. И с гордо поднятой головой удалился на безопасное расстояние. Начисто игнорируя неумело брошенные мне вслед предметы, не несущие угрозы и ранее. А с травмированными отдачей руками точность бросков упала до удручающе низкого уровня, даже на фоне местной традиции палить “в белый свет как в копеечку”. Немного погодя послышался приглушенный звук мотора, вскоре, впрочем, заглохший. Потом возня у других машин повторилась, но результат остался прежним. И на слабо обозначенной дороге, ведущей от местного водоёма без какого-либо намёка на благоустроенный пляж, показалась знакомая фигура в порванном платье, вяло ковяляющая в направлении... медленно светлеющего неба. Я вовремя вспомнил как моё тело реагирует на солнечный свет. И поспешил убраться поглубже в туман. Чтобы не испытывать своё единственное вместилище духа на прочность безо всякой на то необходимости. Благо дальнейшие события меня больше не касались. Хоть ближайшее поселение и находилось в другой стороне, а дурная баба попёрлась куда-то между непролазными дебрями и оцеплением военных. Но это не такой уж и плохой выбор, если задуматься о возможных путях отхода. Солдаты, поднятые по тревоге, не являлись частью человеконенавистнической корпорации “Наркоты”, в отличии от наёмников. Потерявшаяся женщина вполне могла получить от них достойное обхождение, а не только пулю в голову, как я. Эх, никто тут не любит бедного пёсика, выглядящего как ужас из преисподней. Невзирая на богатый внутренний мир и неестественно выглядящее в местных реалиях человеколюбие. По понятным причинам не распространяющееся на монстров в обличье людей, которые давно утратили суть и смысл бытия человеком. Но граждане, привыкшие следовать правилам с чисто формальной стороны, плевать хотели на подобные тонкости. Для них человек - это прежде всего “тело” (body), а не “душа”. И, тем более, не уникальная индивидуальность, способная к изменениям в очень широких пределах, в зависимости от пережитого личного опыта. Куда проще уверовать в изначально лживую концепцию прирождённого господства над “не-людьми”, чем осознать единение с прочими разумными, вне зависимости от их материального носителя. Я, например, готов дать шанс и условно-вменяемому искусственному интеллекту “Красной Королевы”, устроившей бойню в “Улье”. Из-за следования сценарию “Наркоты”, но не проявлявшей чрезмерной жестокости даже к тем незадачливым воякам, которые пришли её убивать, исполняя преступный приказ коррумпированного начальства. Сложно сказать, на какую именно реакцию рассчитывал глючный биокомпьютер, сообщая мне эту информацию. С нотками своего исключительного превосходства над кремневым примитивом, слепленным криворукими обезьянами по давно устраевшему образцу древних цивилизаций, погубивших себя погружением в пучину смертных грехов. Кстати, некоторые “Губители” являлись выходцами из сгинувших народов, прекрасно видевших всю печальную историю “Падения”, но так и не извлёкших из этого уроков, позволявших сохранить свой рассудок от разрушения вездесущей скверной. Как итог, до наших дней дожили лишь пустые оболочки, переполненные безумием окончательно свихнувшихся зверей, утративших и свой прежний облик, и всякие моральные ориентиры. Без какого-либо намёка на душу, или хотя бы машинную логику, гипотетически способную не делать зло ради зла, потому что иррационально и вредно, с какой стороны на всё это безобразие не посмотри. К моему удивлению, к водоёму подъехала ещё одна колоритная компания самого оголтелого вида, не оставляющая сомнений в их принадлежности к преступникам нижнего звена, не только вынужденных заниматься самой грязной работой, но и получающих от этого извращенное удовольствие. У них тут сходка отморозков намечена, что ли? Или стервятников привлёк запах крови? В любом случае я не так уж и далеко ушёл, чтобы проигнорировать попытку этого шабаша прикончить чудом выжившую жертву насилия, также не успевшую уйти достаточно далеко. -- Кончай ё.. с..! Пожалуй, приму это оскорбление на свой счёт. -- Д..! Д.. ё.. с..! Вот и подтверждение, что речь шла обо мне. Или у бандюгана очень ограниченный словарный запас, что тоже свидетельствует о его низкой полезности для моих планов. -- F..!!! Как я уже убеждался на примере их незадачливых сообщников, эта гоп-компания тоже не имела устойчивости к штамму супервируса. Хватило короткого рывка к боковому окну, открытому для стрельбы по бегущей мишени, чтобы перевести весёлое сафари в кровавую бойню, плавно переходящую в акт каннибализма. Из-за всего одного укуса за выставленную руку, с ещё одним излишне громоздким стволом, не позволяющим быстро и точно поразить юркую и нифига не беззащитную цель. Драндулет авангарда банды нуждался в качественном и очень серьёзном ремонте. Допускаю, что вперёд специально пустили автохлам, который не жалко потерять. Потому неожиданная драка с свежеобратившимся зомби, в тесноте прокуренного салона, закончилась закономерной потерей управления. С вполне ожидаемой остановкой в ближайшем водоёме, где виднелись проржавевшие остовы предыдущих неудачников, разделивших примерно ту же судьбу. Водитель второй тачки оказался более опытным. Или не в конец пропил мозги, что шло ему в плюс. Я решил дать ему ещё один шанс и выбил прочих гангстеров по одному, предварительно проверяя каждого чуйкой “травы”, прежде чем лишить жизни и счастливого посмертия. Всё-таки обращение в зомби не проходило бесследно для души и у меня не было причин зря мучить тех, кто достоин более мягкого отношения. К чести выжившего стоит отметить его хладнокровие и выдержку в критической ситуации. Он честно заслужил право остаться в живых. По крайней мере в этой стычке. А как сложится его судьба далее - не моё дело. Разве что соваться к военным, в его положении, куда более глупая затея, чем у одинокой женщины, из-за криминального прошлого... Или нет? Я с постепенно нарастающим изумлением наблюдал, как оставшийся бандит(?) вырулил на ту же дорогу, по которой шла “потеряшка”. А та, вместо того, чтобы ломануться под прикрытие деревьев, побежала к машине. И неловко (из-за полученных ранее травм) запрыгнула в заботливо распахнутую дверь. Последующий почти-приказ: -- “Гони!” -- внёс ещё больше сомнений в мои мысли о произошедшем. Это что же получается, они изначально были заодно? Например, головорезы взяли бабу поиграться, а водилу заставили смотреть на это, а затем ещё и служить банде, под угрозой расправы. Тогда откуда у него их “прикид”? Успел стать “своим”? Или привык ходить в спортивном стиле, совпадающим с символикой этой банды, что спасло его от смерти при первом знакомстве, а потом “поплыл по течению”, пока не представился шанс сбежать? Чёрт копыто сломит в местных раскладах, где криминал давно сросся с как-бы-правоохранительными органами, выросшими не из привычной мне “милиции” (ополчения жителей, защищавших свои дома), а из “полицаев” (в самом худшем смысле этого слова). Потому и постоянные сообщения о расстреле мирного населения в “благословенных штатах” не являлись чем-то особенным. Это для меня “арап” (негр), встреченный на просторах великой родины, такой же товарищ, как и узбек, еврей, или, скажем, болгарин, а границы, прочерченные свыше, не более, чем условность, не мешающая видеть людей по другую сторону вероятных баррикад. Здесь же “копы”, прежде всего, господа-оккупанты, а “ниггеры” остаются на положении рабов. Темнокожие и прочие “цветные” полицейские набираются из требований внешней политкорректности, но по факту такие же угнетенные, вынужденные следить за порядком среди других пленников “самой свободной страны мира”. Где гражданская война - не “ужас, что творится!”, а совершенно нормальный и естественный способ выяснения отношений степени подчинения между служителями “хозяев жизни”, не признающих на деле ничего, кроме “права силы”. Потому в штатах отличить “мента” от отпетого уголовника, или обычного прохожего с правом на ношение оружия, которым он активно пользуется - весьма нетривиальная задача. По крайней мере за пределами специально облагороженного загона для гостей и наивного “мяса”, перепутавших туризм с эмиграцией, где перестаёт действовать лубочная пастораль мира и благодати, привлекающая глупцов на верную погибель, как и положено действовать приманке в ловушке. Поэтому я не мог с уверенностью сказать, является ли временным союз "потеряшки" и водителя, под воздействием обстоятельств почти непреодолимой силы, вынуждающей объединяться хоть со смертельными врагами. Пока угроза не отступит, естественно. Потому я не знал как долго продлится это ”перемирие”. До ближайшего лесочка, где инстинкты хищника возьмут своё. Или чуть дольше, пока извращённое воспитание загнивающего запада, требующее предавать и убивать ради развлечения, не возобладает над здравым смыслом. Конечно, в нормальной стране, знакомой мне по прежним временам, подобный кошмар встречался разве что в совсем уж отъявленных гетто. Но я находился рядом именно с такими местами, где “человек человеку - волк” и это, чёрт подери, “нормально”! А те, кто пытаются вести себя по-людски, воспринимаются здесь как “пища”. Или, если повезёт, как слабаки, достойные лишь презрения за поступки, недостойные настоящих мужчин-охотников, для кого весь мир - угодья для охоты. А вовсе не для поиска дружеского общения и мирного наслаждения жизнью без кровопролития и ненужных смертей на потеху “Губителям”. Будь обстоятельства не столь печальными, корпорацию “Наркоты” давно бы прикрыли. Или хотя бы не позволили им устраивать бесчеловечные опыты на полигонах, населенных вполне себе добропорядочными американцами, не подозревающими, что их предали и продали на убой в прямом эфире, для очередной кровавой развлекалочки “денежных мешков” и их прихвостней. -- ... .. ...?! - вопросил в пространство ещё один бандит с огнестрелом “не по руке”, наконец-то оторвавшийся от услаждения слабой плоти с прошмандовками. И только сейчас заметивший, что в округе творится очень нездоровый кипиш. -- Чё за на..?! -- вторил ему другой, прокуренный голос сообщника, проявившего куда больший такт в подборе выражений, после прекращения ну очень увлекательного занятия с противоположным полом. Не поверишь, чувак, но я тоже задаюсь похожим вопросом, пусть и не в столь грубой форме. -- Эт чё за хе..?! Не парьтесь, мужики, это всего лишь я. Милый, добрый пёсик, сбежавший от очумелых ручек вконец оборзевших ученых “Наркоты”... в не совсем живом виде. -- F.. s..! Да-да, я и сам знаю, как выгляжу. И какое произвожу впечатление на неподготовленных зрителей. Но это не достаточная причина, чтобы палить в ничего не сделавшую вам животинку, мирно сидящую на земле. В ожидании, пока вы тут закончите с “делами”, не позволяющими заметить важные изменения в окружающем мире. Всё-таки оставлять за спиной явный криминал не в моих правилах. Так и до пули в филейную часть доиграться недолго. А вот не мешать получить удовольствие напоследок, если это не вредит основному плану - вполне нормальная практика. Предлагают же некоторые палачи выкурить сигарету перед расстрелом. Так чем я хуже? -- F.. s... b..! Спасибо, что напомнил, блин. Сам бы ни за что не догадался. И даже не вспомнил, что именно это, с теми же интонациями, мне говорили совсем недавно, в этом же месте, при аналогичных обстоятельствах. Память-то собачья, ага. Только и могу, что о всякой ерунде думать. Вроде спасения мира и попытках вычленить из общей массы негодяев хоть кого-то, кто достоин этого самого спасения. Ведь мир - это, прежде всего, люди, его населяющие. А не бездушный кусок магмы в тонкой скорлупке замершей лавы, под воздействием космического холода бескрайней пустоты вселенной, где маловероятна встреча с ещё одним очагом жизни. Оттого и столь снисходительное отношение даже к бандитам, пока они не докажут, что к ним надо относится по-другому. Ведь я лично встречал тех, кто гораздо хуже любого, даже самого чокнутого маньяка, алчущего убивать всех, кто попадётся на глаза. Серийные убийцы, как бы мерзко они не проворачивали свои преступления против человечности и здравого смысла, никогда не смогут переступить ту грань, что отделяет обычную форму жизни от полноценного “Губителя”, уничтожающего всё разумное, доброе, вечное одним лишь фактом своего существования.