Всегда буду любить

      Посмотреть печальным взглядом на пирожок с сыром, а также дотронуться под столом пальцем до своего мягкого живота, Фрэнка Айеро, менеджера по продажам музыкальных инструментов и оборудования, заставил новый сотрудник.       Помимо того, что его звали, как героя кино — Джейкоб Эверетт, так он вдобавок имел белозубую улыбку и подтянутую фигуру. Рубашка не скрывала мускулов, и Фрэнк был уверен, что пресс под ней тоже шикарный.       А еще он раздражал своей общительностью, флиртом с каждой девицей и якобы случайно выпавшей vip-картой модного и дорогого фитнес-клуба. Нет, может, она и вправду выпала случайно. Именно возле рабочего места Фрэнка. Сотрудника, которого ценили, как успешного специалиста. Типа, «может, тебя и хвалят тут, но я-то явно красивее и мускулистее». Ну, или Фрэнк это додумал сам.       В районе, где проживал Фрэнк, тренажерный зал находился недалеко от его дома. Это не было элитное место с различными типами статусных карт, и занимало оно первый этаж многоэтажки. Рядом, будто бы издеваясь, находился MC’Donalds. А также парикмахерская эконом-класса. Которую, к слову, Фрэнк и посещал. Наверное, Джейкоб Эверетт захаживал в какой-нибудь пафосный салон красоты. Ибо его модная блестящая укладка, в отличие от короткой стрижки Фрэнка, явно требовала не только парикмахера, но и кучу спа-процедур.       В пятницу вечером Фрэнк, придерживая висящую на плече спортивную сумку с формой, несмело открыл дверь скромного фитнес-клуба.       Перед его глазами предстал небольшой зал. Здесь не было музыки, только какая-то ритмичная мелодия доносилась из-за закрытой двери. Наверное, там проходило занятие по аэробике или что-то типа того. Из помещения же, куда Фрэнк стремился, раздавалось жужжание велотренажеров и беговых дорожек, металлические лязги грузоблочных машин и дисков штанг.       — Здравствуйте! — девушка — администратор на ресепшене сверилась с записями. — Да, вижу. Фрэнк Айеро. Ваш первый визит. Заполните, пожалуйста, анкету, а я оформлю для вас карточку. Будьте добры, в свой каждый визит предъявляйте ее мне.       Пока Фрэнк заполнял свои данные и контакты на бумаге, девушка продолжала:       — Вам требуется тренер, вы об этом говорили по телефону. Ничего не изменилось? — Фрэнк отрицательно покачал головой. — Хорошо. Сейчас… о, Джерард Уэй. Как раз должен освободиться, прикреплю к вам. У нас есть душ, он входит в стоимость занятия. Если захотите, за дополнительную плату можно воспользоваться джакузи. Оно очень расслабляет. Скажите, детская комната вам может понадобиться?       — Детская? — удивился Фрэнк.       — Некоторым посетителям не с кем оставить детей. Они берут их собой. За малышами следят студентки — будущие учительницы. Очень ответственные девочки.       — У меня нет детей, — ответил Фрэнк, подавая заполненную анкету.       — Поняла. Итак, Фрэнк Айеро, добро пожаловать в наш клуб, — улыбнулась девушка. — Ах да, если вам понадобится, то спортивное питание с витрины напротив можно приобрести у меня. Переодеваться следует в раздевалке, это вон за той дверью. Джерард будет вас ждать здесь. Хорошей тренировки.       Джерард не выглядел как фитнес-тренер. Он был высокий, худощавый, со стянутыми в хвостик черными волосами. А его спортивная безрукавка открывала вид на не такие уж и накаченные руки. Фрэнк ожидал массивного человека с рельефами на теле где только можно, а Джерард выглядел, скорее, как посетитель спортивного клуба, который решил подкачаться для себя. Как Фрэнк.       Но возмущаться пока было не за что. Не скажешь же: «Я надеялся на крутого, накаченного и здоровенного». Джерард, так Джерард.       — Здрасте, — обтягивая белую футболку, проговорил Фрэнк.       — Привет, — улыбнулся Джерард. Он заглянул в бумаги на стойке ресепшена. — Фрэнк Айеро, двадцать шесть лет. Рост пять футов шесть дюймов, вес…       — Это я, — прервал тренера Фрэнка, потому что из зала вышел достаточно симпатичный и накаченный парень. Зачем вообще этот Джерард все читает вслух?       — Чего ты хочешь добиться, Фрэнк? Какого результата? — спросил Джерард.       — Похудеть немножко и подкачаться.       Джерард молча оглядел своего подопечного сверху вниз, что вызвало во Фрэнке смущение и стеснение самого себя, и произнес:       — Угу. Пойдем в зал.       — Итак, Фрэнк. Много худеть тебе не нужно. Но, для того, чтобы освободить мышцы, привести их в тонус и начать разрабатывать, мы начнем с кардио-нагрузок, я дам тебе советы по диете, а потом начнем силовые упражнения.       Фрэнк кивнул, соглашаясь. Потому что другого ему не оставалось, он впервые в фитнес-клубе.       Джерард был внимательным. Нацепив Фрэнку на запястье пульсометр, он действительно следил, чтобы сердце его клиента не выскочило из груди. Наблюдал за временем и не позволял Фрэнку заниматься на беговой дорожке дольше, чем положено.       — На велотренажере можешь покататься подольше, — сказал Джерард, подводя Фрэнка к агрегату. — Это не только полезно, но и увлекательно. Но переусердствовать тоже не стоит…       — Уэй! — прервал Джерарда строгий женский голос.       Тренер и Фрэнк оглянулись. Женщина лет пятидесяти, с гладким каре, в неуместной одежде для спортзала — бежевом пиджаке и юбке в тон — строго смотрела, сложив руки на груди.       — Почему мне звонят по городскому телефону по твоему поводу? — нахмурив брови, произнесла дама.       — Потому что я оставил все номера клуба на всякий случай, если буду недоступен, — произнес Джерард, и его лицо приняло виноватое выражение. — Кларисса, прости. Я мобильник, наверное, в раздевалке оставил. Что-то случилось?       — Я, по-твоему, узнавала? Иди в мой кабинет и говори сам. Но, если можно, побыстрее. Я жду звонка.       Джерард уж было побежал, но тут же спохватился:       — Фрэнк, ничего страшного, если я отлучусь на пять минут? Пожалуйста…       — Да, конечно, — кивнул Фрэнк, который подозревал, что для его тренера звонок был важен, судя по его суете.       — Покрути пока педали. Я настроил самую маленькую нагрузку, но ты все равно не торопись. Медленно. Окей?       Пусть у Фрэнка и болели ноги на утро, но он был доволен собой. Теперь он не хуже Джейкоба Эверетта. Может, волосы начнет отращивать. Вон, у его тренера довольно длинные. И заниматься спортом при этом не мешают.       Конечно, это не элитный фитнес-центр в центре Нью-Йорка, но Фрэнк всегда может сказать, что любит маленькие уютные заведения в переулках спальных районов.       Кстати, об уютных заведениях. Так как идти уставшим ногам никуда не хотелось, то Фрэнк взял в руки буклет из ближайшей пиццерии.       И уже набирая номер, вспомнил, что ему, вообще-то положена диета. А не целая пицца на завтрак. Джерард сказал, что это самое сложное, не все выдерживают. И на первых этапах это особенно важно, потому что нагрузки несильные.       Джерард вообще показался очень приветливым и заботливым по отношению к своему клиенту. Мило улыбался, не ругался, когда Фрэнк чуть не слетел с беговой дорожки, хорошенько его толкнув. Не хотелось предавать его доверие.       Фрэнк поднялся и отправился на кухню, чтобы сделать омлет.       На работу в понедельник Фрэнк пришел голодным и злым. А еще и Джейкоб приехал на новеньком BMW. Естественно, опоздав. Потом что офис находился в таком районе, который в народе называли страной пробок. Но он так улыбался начальнице, показывая свои жемчужные зубы, рассказывая про очередь из машин, как задержка образовалась из-за дамы, которая решила покрасить ногти и забыла, что вообще-то находится в автомобиле посреди Нью-Йорка, что начальница тут же его простила.       А потом и вовсе сделала невероятное: подвела лыбящегося Джейкоба к Фрэнку.       — Фрэнк, поделись с нашим новым сотрудником опытом, — сказала она. — Как правильно говорить, отвечать на вопросы, советовать более подходящие вещи.       Фрэнк еле сдержался, чтобы не закатить глаза.       Положив свой идеальный подбородок на кулак, Джейкоб стал ждать от Фрэнка каких-то потрясающих откровений хорошего продажника.       — Чтобы продавать музыкальные инструменты, нужно знать не только их внешних вид и артикулы. Нужно знать о них самих. Вот я, например, играю на гитаре. Ну, не профессионально, для себя. Поэтому могу посоветовать что-то и новичку, и профессионалу. Плюс расскажу о струнах и настройке. Даже чехол могу посоветовать. К тому же, я изучаю новый товар, будь это гитары или синтезаторы…       — А если я ни на чем не играю? — поинтересовался Джейкоб.       — Вот о чем я начал говорить, — проворчал Фрэнк, недовольный тем, что его перебили. — Я интересуюсь предметами продажи. А еще, главное, это личное участие, а не сухое перечисление фактов. Что-то интересное. Типа, «о, вы хотите Fender? Эрик Клэптон играл на Fender! Знаете, в продаже как раз есть фирменная гитара в честь этого музыканта. Шикарная черно-белая модель с грифом из клена. Представьте, как будете наигрывать, скажем, «Tears in heaven», получая, как бы сказал сам Эрик, глубокий нежный женский тон».       — Кто такой Эрик Клэптон?       Фрэнку захотелось закричать. Серьезно? Идти в отдел продажи музыкальных инструментов и не знать главных действующих лиц, которые на этих инструментах играли или играют?       — А есть какая-нибудь схема диалога? Скрипт? Типа, если клиент скажет это, значит, менеджер должен сказать то, — проговорил Джейкоб.       — Есть, но он не работает. Там общие сухие фразы, а в продажах важен индивидуальный…       — Круто. Скинь мне по электронной почте, хорошо? А я пойду за кофе. Ты хочешь?       — Нет, от него зубы желтеют, — зло сказал Фрэнк.       — Я знаю клевого стоматолога. Завтра принесу тебе визитку.       Джейкоб подмигнул Фрэнку и убежал.       Вечера среды Фрэнк ждал как избавления с помощью спорта от рабочих проблем. Да, он видел проблему в том, что к нему прикрепили этого несносного красавчика Джейкоба. Что он в ущерб своему времени, а, следовательно, выполнению плана продаж, должен возиться с этим «Кеном».       Фрэнк даже оплатил джакузи, чтобы расслабиться. И после тренировки с удовольствием опустился в шуршащие пузырьки.       — Отдыхаешь? — в комнату с большой ванной заглянул Джерард. Фрэнк был последним его клиентом на сегодняшним день, и тренер уже переоделся в джинсы и черную толстовку. На шее висели накладные наушники.       — Похоже, этот клуб становится моим любимым местом. Я все выбрасываю из головы, занимаясь, — ответил Фрэнк. — Можешь принять на свой счет.       — Спасибо, — Джерард улыбнулся.       — Присоединиться не хочешь? — спросил Фрэнк. Он подразумевал абсолютно безобидную вещь — составить компанию и отдохнуть. Но потом вдруг подумал, что Джерард мог расценить по-другому предложение парня в одних плавках.       — Хм… Мне не положено. И я спешу. До пятницы.       В пятницу Джерард выглядел каким-то дерганным. Он поглядывал в сторону ресепшена, будто бы кого-то ждал. В итоге, дождался. К нему подбежала какая-то девушка в очках и что-то прошептала на ухо. Джерард тут же извинился и вылетел пулей из зала.       Вернулся, однако, минут через пять, опять извиняясь.       — Чем ты занимаешься, Фрэнк? — спросил Джерард, корректируя руку Фрэнка с гантелей. — Осторожнее, не перенапрягай.       — Я менеджер по продажам музыкального оборудования.       — Круто. И ты все-все знаешь о нем? Об оборудовании?       — Ну, не все. Но многое.       — А о музыке?       — Тоже кое-что. Предпочитаю рок.       — А каким-нибудь известным музыкантам ты продавал инструменты?       — С известными лейблами или концертными площадками, так называемыми випами, занимается специальный отдел. Я еще не дорос профессионально, видимо, для общения с такими крупными клиентами.       Зато проклятый Джейкоб Эверетт дорос, как оказалось. В понедельник Фрэнк с удивлением узнал, что его коллегу, который тут проработал всего ничего, забирают в отдел, считающийся элитным у продажников: известные клиенты, крупные сделки. Да за что? Да как? Да почему? Он же не знает ничего ни о музыкантах, ни об инструментах!       — Я, типа, поднял трубку, а там какой-то, как оказалось, начинающий свою карьеру на известном лейбле мальчишка с миллионом подписчиков на Youtube. Ну я и посоветовал Fender твоими словами про Эрика Клэптона. Память-то у меня неплохая. И он захотел, чтобы я с ним работал и дальше.       — Спасибо хоть скажешь? — равнодушно произнес Фрэнк.       — Ну да. До встречи!       Вот так, улыбайся, хвастай мускулами, перенимай сторонний опыт и запоминай чужие слова — и повышение у тебя в кармане.       — Правда? Увел твое место? — сочувственно произнес Джерард, останавливая велотренажер, потому что Фрэнк очень рьяно начал крутить педали. — Потише, пожалуйста. Так нельзя. Смотри, пульс подскочил.       — Не то чтобы я стремился в вип-отдел, но это как-то… незаслуженно. Тем более, он воспользовался моими словами! Когда сам же от них отказался в первый же день обучения.       — Так, Фрэнк, слезай с тренажера. Пойдем-ка.       Джерард привел Фрэнка к висящей боксерской груше.       — Ты думаешь, твой коллега сделал это специально? Ведь он просто ответил на звонок и, наверное, даже растерялся.       — Но он мог сказать начальнице!       — Бей, — Джерард отошел от груши. — Как можешь и как хочешь.       И Фрэнк сильно ударил кулаком. Стало больно, он схватился за пальцы. Джерард же успел остановить грушу прежде, чем от нее прилетела ответка.       — Оно не стоит злости и плохого настроения, Фрэнк. Это случайность, а не какой-то злой план твоего коллеги.       — Стоит, — и Фрэнк замахнулся еще раз. И еще. Становилось легче.       А потом, в раздевалке, Джерард смазывал ободранные костяшки пальцев Фрэнка чем-то жгучим. Фрэнк терпел, хотя щипало ужасно.       — У тебя впервые в жизни случилась нехорошая ситуация? Раньше все было чудесно? — спросил Джерард, доставая из аптечки бинт. — Протяни руки.       — Такая обидная, наверное, да.       — Завидую, если честно, — задумчиво произнес Джерард, но тут же спохватился и добавил: — Не сочти, что обесцениваю твои проблемы, вырвалось.       Бинтик аккуратно ложился на ладони Фрэнка. Он наблюдал за процессом, и это понемногу успокаивало. А руки у Джерарда были на удивление нежными, несмотря на то, что тренер работал со снарядами и тренажерами.       — Просто продолжай работать, — сказал Джерард, сжав пальцы Фрэнка. — Какое тебе дело до кого-то там? Живи и не обращай внимания. Делай свою работу, и тебя заметят. Ты же хороший специалист, я уверен.       Их глаза встретились, и Фрэнк заметил, что лицо Джерарда выглядит уставшим. Он продолжал держать его руки, и Фрэнк, по какому-то наитию, подался вперед.       — Уэй! — раздался голос Клариссы. Оба молодых человека вздрогнули. — Тебя уже пять минут ждет клиентка!       — Ой, простите. Просто Фрэнк повредил руки.       — У вас есть претензии? — женщина с хищным взглядом повернулась ко Фрэнку.       — Нет, — тут же ответил парень. — Скорее, благодарности. Можно это где-то отметить?       Кларисса прищурилась. А потом бросила: «Можете оставить отзыв на сайте или в социальных сетях», повернулась на каблуках и вышла из раздевалки.       — Почему она тебя не любит?       — Она просто строгая и предпочитает порядок. А я… я суечусь и нарушаю из-за… неважно. Мне пора, Фрэнк. Если руки все еще не заживут, что-нибудь придумаем. Побегаешь подольше, например. Или ноги покачаешь. Окей? До следующего занятия.       Чем ближе приближались вечера среды-пятницы, тем сильнее Фрэнку хотелось сорваться с места и убежать в спортзал. Он уже забил на то, что его успехи в спорте мало кого интересуют в офисе, а про «случайно» оставленную на столе карточку фитнес-клуба никто не спрашивает. Потому что чем больше Фрэнк виделся с Джерардом, тем сильнее ему хотелось этих встреч. Ему хотелось с ним общаться, слышать похвалу от него, получать сочувствие, если что-то не получалось. Джерард был милым.       Нет, не просто милым.       Джерард был таким добрым, сочувствующим. Никогда не заставлял Фрэнка обязательно выполнять все подходы на тренажерах, если видел, что тот устал и уже не может.       Джерард рассказывал забавные истории. Например, как он со своим школьным другом хотели создать рок-группу в детстве. И даже устраивали концерты. Причем с таким гонором, разрисовывая себе лица ал-ля Kiss.       Джерард угощал его протеиновыми батончиками. Которые поначалу Фрэнку показались жутко противными на вкус. А потом он распробовал.       Джерард своими нежными руками массировал Фрэнку спину в районе лопаток, когда у того что-то там защемило. И Фрэнк в тот момент уже был готов врать, что щемит и щемит, лишь бы Джерард не прекращал. Но постеснялся своих чувств.       Джерард был… Джерард был Джерардом. Парнем, в которого, кажется, Фрэнк начинал влюбляться.

***

      У Фрэнка болели руки после штанги. Вот так сразу, а не на следующее утро. А еще лил сильный дождь, создавая целые реки, стремящиеся в канализацию. А он стоял по козырьком над входной дверью в клуб, обхватив себя за плечи, и уже минут десять ждал окончания этого природного явления.       Дверь позади отворилась.       — Подвезти тебя? — послышался голос Джерарда.       — Если не трудно, — пожал плечами Фрэнк.       — Только придется немного пробежать до вот того «Бьюика».       Они добежали до машины, смеясь.       — Иногда под дождем помокнуть приятно, — произнес Джерард, пристегивая ремень. — Особенно когда потом заваливаешься в сухое место. Мокрый, дрожишь, но чувствуешь, что уже в тепле. Приятное ощущение.       — Завались ко мне на чай, — предложил Фрэнк. — Обсохнешь немножко.       Джерард вдруг улыбнулся робко и застенчиво, опуская голову.       — Я не знаю… — тихо произнес он.       — У меня вкусный чай. С имбирем и лимоном, — выдал аргумент Фрэнк. Потому что он не мог сказать, что Джерард видится ему таким дружелюбным и участливым, что ему легко от посещения спортзала не только от спорта, но и от общения с ним. Что он хочет посидеть с ним в своей гостиной просто так, в комфорте, мило общаясь. Может быть, вернуть тот момент из раздевалки, когда он чуть не поцеловал своего тренера.       — Если недолго. У меня есть кое-какие… ммм… дела.       — И правда вкусный, не соврал, — произнес Джерард после нескольких глотков. Джерард был закутан во флисовый плед, пока его толстовка высыхала на радиаторе. — А что это за марка?       — А я не скажу, — ехидно прищурился Фрэнк. — Иначе у тебя не будет повода зайти ко мне еще.       — Фрэнк, я бы хотел сказать… или даже — обозначить…       Но Джерард не успел договорить, потому что с возгласом «Блин!» Фрэнк вскочил с кресла.       — Вот я неуклюжий! — бросил Фрэнк, пока по его футболке растекалось пятно от чая. — Я на минуту, переоденусь и застираю пятно.       И Фрэнк, оставив гостя одного, скрылся в ванной комнате. Он опустил футболку в тазик с разведенным в воде стиральным порошком, а потом выскользнул, чтобы отыскать для себя новую одежду. Послышался звонок телефона.       — Алло? — услышал он голос Джерарда. Покопавшись в ящике комода, Фрэнк отыскал чистую майку и натянул на себя.       Подходя к гостиной, он замер.       — Зайка, — говорил Джерард в трубку, — я скоро приеду.       Фрэнк вздохнул и прислонился к стене. Сплошные разочарования. Если не везет, так во всем. Ну что ж, Джерард советовал просто жить дальше. Потому что после неудач по-другому нельзя. Состроив улыбку, Фрэнк появился в гостиной.       — Фрэнк, прости, но мне надо бежать, — Джерард выглядел расстроенным. — Может, в другой раз?..       «Что в другой раз? — разочарованно подумал Фрэнк. — Просто придешь выпить чаю, ведь так? И поговорить за жизнь?»       Но вслух сказал:       — Да, в другой раз. Я постараюсь не выпить весь чай.       Джерард улыбнулся уголком рта. Потом отставил чашку. Отбросив плед, вскочил в дивана. Нацепил еще не до конца высохшую толстовку.       Он махнул Фрэнку рукой на прощание и исчез.       Фрэнк остался один грустно смотреть на оставленный недопитый чай в чашке.       На выходных он встретил Джерарда в супермаркете. Тот катил тележку, в которой лежали пакет картошки, упаковка моркови, бутылка молока и пачка муки. Фрэнк и сам не знал, зачем он посмотрел в его корзину и изучил её содержимое. Может, хоть чуточку приблизиться, узнать, что он ест? «Или что готовит ему его "зайка"», — пронеслось в голове.       Джерард стоял рядом с аппаратом, где можно проверить цену, и безнадежно пытался пробить штрих-код упаковки (в форме сердечка!) голубики. Он повернулся, наверное, в поисках продавца, но заметил Фрэнка. Отчего-то порозовел и тут же положил голубику в тележку.       — Привет, — сказал он.       — Да, — отозвался Фрэнк. — То есть, привет.       — Как дела? Спина не болит? А то в пятницу, мне показалось, ты перетрудился.       — Нет, все хорошо, — ответил Фрэнк. Хотя спина болела. И, не знай он о «зайках», то напросился бы на массажик.       — Ты врешь, но ладно, — ответил Джерард. Фрэнк промолчал, но с красноречивым выражением лица. А Джерард продолжил: — Ты облокотился на тележку, постоянно меняешь позу, один раз поморщился. И это за ту минуту, что мы смотрим друг на друга. Тебе нужна помощь?       — Думаю, мне нужно просто полежать. Но и есть мне тоже что-то надо. Поэтому я здесь. Обещаю, как только окажусь дома, пришлю тебе фотоотчет, как я выполняю лежание лежа.       Фрэнк был рад, что вызвал у Джерарда улыбку. Фрэнк понадеялся, что «зайка» ничего не скажет по поводу сэлфи незнакомого ей парня, отправленного ее… эээ… «зайчонку»?

***

       Так вышло, что Фрэнк с Джердадом уходили последними из клуба. Фрэнк, задержавшись в душе, зашел в раздевалку. Джерард все еще был там, листал что-то в смартфоне, закусив губу. Лицо было несчастным.       Потом он вздохнул со словами «Ну что ж» и нажал пальцем на экран. Его волосы были мокрыми, капли стекали на надетую футболку. Он откинулся головой о стенку.       — Все в порядке? — спросил Фрэнк.       — Я устал, — произнес Джерард.       — От фитнеса и клиентов, которые не умеют правильно поднять гирю? — улыбнулся Фрэнк, присаживаясь рядом.       — Нет. И я не имею права уставать, Но моя жизнь требует чего-то… не знаю… разрядки, отдыха… а я не могу позволить. И так неправильно, что я вообще об этом думаю.       Фрэнк посмотрел на Джерарда. Похоже, «зайка» на него наседает. Да бросать такую нужно!       — Джерард, — произнес Фрэнк и коснулся плеча тренера. Джерард резко повернулся в сторону Фрэнка. Посмотрел на него зелеными печальными глазами, а потом поцеловал. Так смело, страстно и грубо, что сознание Фрэнка куда-то уплыло.       — О, черт, — прошептал Фрэнк, оторвавшись. Он стянул с себя только что надетую толстовку и забрался Джерарду на колени, чтобы продолжить этот внезапный неаккуратный, но такой горячий поцелуй. Чтобы закончить этот вечер, касаясь Джерарда не только губами. Фрэнк засунул руки под футболку своего тренера, поглаживая грудь, живот, талию, заводя ладони за спину. Потом он опустился ниже и, проведя ладонями под кромкой пояса джинсов, добрался до застежки и расстегнул пуговицу.       И вдруг Джерард отстранился.       — Что ж я делаю? — произнес он.       — Если ты считаешь, что неэтично и некрасиво делать это на рабочем месте, то мы можем переместиться ко мне или тебе. Хотя мне плевать, — с придыханием проговорил Фрэнк.       — Нет, Фрэнк, — Джерард отпихнул Фрэнка, руками заставляя слезть с коленей. — Это отвратительно. Это просто никуда не годится.       Джерард вскочил со скамьи, схватил с вешалки джинсовую куртку. Он был повернут ко Фрэнку спиной, но тот обратил внимание, что Джерард провел большим пальцем у глаза, будто бы вытирая слезу.       А потом выскочил из раздевалки.       Фрэнк опустился на пол. Отвратительно… что? Целоваться с ним отвратительно? Хотеть его — не годится?       Фрэнку стало ужасно обидно. Он медленно натянул на себя толстовку. Ноги его больше не будет в этом клубе.

***

      Джейкоб Эверетт делал успехи, постоянно спрашивая совета у коллег и флиртуя с покупательницами. Серьезно, кое-кому он даже называл имя своего аккаунта в Инстаграм. И Фрэнку было пофиг. Пусть он хоть станет начальником этой компании. Фрэнк будет просто делать свое дело, ни на кого не смотреть, никому не соответствовать. Зачем? Если один хороший человек считает его отвратительным?       Ему больше не хотелось быть похожим на Апполона. Потому что последние недели он ходил в спортзал только ради тренера, хотел, чтобы он видел его успехи, а не коллеги или, прости Господи, Джейкоб Эверетт.       Вот и тем вечером в супермаркете он тащил тележку, нагруженную газировкой и замороженной пиццей. И наткнулся на Джерарда.       — Фрэнк, — протянул тот с растерянным лицом. — Ты пропустил уже два занятия.       — Я не считал, — пробурчал Фрэнк, толкая тележку.       — Прости меня, — сказал Джерард. И этот тон, такой искренний и жалостливый, заставил Фрэнка остановиться, хотя он приказывал себе засунуть жалость и влюбленность куда поглубже. — Я вовсе не хотел сказать, что ты нежеланный. Это все относилось ко мне. И, извини меня, но сейчас кое-что прозвучит очень эгоистично. Ты не мог бы вернуться?       Фрэнк усмехнулся от такой наглости, а Джерард продолжил:       — Кларисса меня уволит. От меня уже отказывался клиент, потому что вначале работы мне приходилось часто отлучаться, и, если сейчас ты сделаешь то же самое, я останусь без средств. А в моем случае найти что-то подобное сложно. Кларисса пошла мне навстречу, а я так ее подвел. И вот теперь унижаюсь перед человеком, с которым повел себя плохо.       Фрэнк не ответил и покатил свою тележку дальше вдоль стеллажей.       Он не собирался возвращаться в фитнес-клуб. Но, если вдруг человека уволят только за то, что он отказался целоваться со своим клиентом… Блин, Фрэнк! Да поразмысли ты. У него же девушка есть. Которая звонит ему на работу, между прочим, и приходит, судя по тому, сколько раз Джерарда вызывали на ресепшн. Наверное, очень ревнивая. Конечно, он посчитал произошедшую страсть отвратительной!       Поэтому в следующую пятницу Фрэнк появился в дверях тренажерного зала. Джерард уж было хотел улыбнуться, но тут же спрятал свою радость.       — Разомнешься? — спросил он. — Ты пропустил две тренировки и наелся различных пицц. На дорожке позанимаешься в два раза дольше.       — Джерард, — внезапно около них двоих возникла уже ранее виденная Фрэнком девушка в очках. — Ну там уже просто истерика…       — Фрэнк, — Джерард глянул на подопечного. Тот кивнул. Но, как только Джерард удалился, последовал за ним. Что там за «зайка» такая, которая пришла устраивать скандал к своему бойфрэнду на работу?       К изумлению Фрэнка, девушка и Джерард скрылись в детской комнате. Сперва опешив, Фрэнк все же, приоткрыл дверь и заглянул.       — Зайка, ну почему ты плачешь? — Джерард сидел на корточках и держал за плечи маленькую, лет четырех, девчушку в цветном платьице. — Мы же договорились.       — Я вдруг так заскучала по тебе, папа, — тоненько протянула девочка, пока Джерард вытирал платочком ее лицо и нос.       — Иди-ка сюда, — Джерард взял девочку на руки, прижал к себе и повернулся лицом прямо ко Фрэнку.       — Почему ты не рассказал, что у тебя есть дочь? — спросил Фрэнк, сидя в кресле в маленькой квартирке.       Джерард сидел на диване, который, к слову, был и его постелью, потому что единственную спальную комнату занимала малютка-зайка Бэндит.       — Потому что… — Джерард замялся. — Не принимай на свой счет, но все отношения… все — это как-то громко. Две попытки отношений закончились провалом только потому, что я рассказал про дочь. Я не знаю, почему мне попались именно такие люди, но что было, то было. И я решил, что, то ли расскажу в последний момент, то ли вообще больше не буду заводить никаких отношений.       — Поэтому ты сбежал тогда из раздевалки? Из-за нее?       — Именно, — Джерард кивнул несколько раз. — Я тогда внезапно подумал, что хочу улететь от своих проблем хоть на несколько минут. Но потом быстро остыл. Подумал, я заставляю ждать свою дочь ради секса. Позор мне, как отцу и вообще человеку. Стыдно до сих пор.       Они помолчали с минуту. Фрэнк, опустив голову, считал чаинки в своей чашке. Тонкое стекло в деревянной раме пропускало звуки задворок, на которые выходило окно в этой гостиной: работала какая-то техника, хлопали двери. Выход магазина, куда грузовиками приводили продукцию, находился именно там.       Где-то на кухне журчала стиральная машинка. И вдруг прекратила свою работу, преобразовав помещение, в котором, казалось, этот звук был всегда. Джерард поднялся и направился за бельем.       Со смешным розовым тазиком с диснеевскими принцессами (что не оставляло сомнений, кто выбирал эту вещь), он подошел к заранее разложенной за диваном металлической сушилке.       Детские колготы, носочки, пижамка, платьица, брючки-кофточки цветными флажками украсили гостиную.       — Понимаешь, я не справляюсь, — сказал Джерард. В обнимку с тазиком он вернулся на диван. — Я постоянно в этом в фитнес-клубе, по двенадцать часов бывает. Меня долго никто не принимал на работу, лишь только услышав про дочь. Только Кларисса, которая сама в одиночку вырастила сына, пошла мне навстречу. Но с условием, что я не буду вредить репутации тренеров клуба и соблюдать распорядок. А Бэндит… Бэндит приходится забирать из детского сада, потому что она постоянно плачет. Она не может далеко от меня. И что делать с этим, я тоже не знаю. У меня нет средств на специалистов. Зачастую я не вожу свой «Бьюик», потому что не трачусь на бензин, чтобы купить дочке голубику, которую она очень любит.       Фрэнк молчал. Джерард не жаловался, ему просто хотелось выговориться, рассказать хоть кому-то о своих проблемах.       — Даже за такую маленькую квартирку нужно немало платить, а еще я пытаюсь копить и откладывать на первый взнос хоть на какой-нибудь самый маленький домик. Я хотел уехать жить в небольшой, более дешевый городок. Но моя профессия там почти не востребована. Ужасно, что больше я ничего не умею. А еще я боюсь, Фрэнк. Очень боюсь, что однажды придет комиссия из органов опеки и отберет у меня Бэндит.       — Папа? — прозвучал нежный голосок. Бэндит терла глазик кулачком одной руки, а в другой держала за ухо игрушечного щенка.       — Малышка, ты почему не спишь? — спросил Джерард.       — Кто это? — спросила девочка, поворачиваясь в сторону Фрэнка.       — Это Фрэнк, ты видела его в клубе. Он наш друг.       Джерард отложил тазик и поднялся.       — Пойдем, зайка, уложу тебя в кровать, — произнес он, направляясь к дочери.       — Вообще-то… там под кроватью монстрик.       — Я прогоню.       — Пусть прогонит Фрэнк. За тебя я волнуюсь.       Фрэнк улыбнулся. Он отставил чашку с чаем на некогда лакированный, а ныне облезший журнальный столик. Потом смелым шагом прошел в детскую. Посмотрев несколько секунд под кровать, Фрэнк сделал вердикт:       — Это дружелюбный монстрик. Он потерялся. Ты знаешь, у монстриков есть выходы под каждую кровать в мире, и он заплутал.       — Как ты с ним говорил? — недоверчиво произнесла Бэндит.       — Мысленно.       — А ты рассказал монстрику, как попасть домой?       — Конечно.       — А он будет меня еще навещать?       — Обязательно. У него есть детеныш, и он возьмет его с собой.       — Ура, — улыбнулась малышка. — Можно теперь спать?       — Нужно.       Джерард тут же подхватил дочурку и уложил в постель.       — Все, теперь уходи, а то монстрик не придет, — сказала Бэндит, закрывая глазки.       Фрэнк и Джерард вернулись в гостиную. Фрэнк Вытащил смартфон. Несколько кликов, и на сайте компании, в которой он работал, оформлен заказ на один из товаров — детского музыкального «монстрика», обучающего нотам и простым песенкам.       — Прости, Фрэнк, — произнес Джерард. — За то, что тебе пришлось меня выслушать. Я не надеюсь, что ты захочешь…       Фрэнк оторвал взгляд от телефона и посмотрел Джерарду в глаза.

***

      Субботнее утро началось с того, что во Фрэнка полетел игрушечный зайка. Он перевернулся на спину и приоткрыл глаза.       — Фрэнк! — раздался звонкий голос Бэндит. — Вставай! Мне нужно, чтобы кто-то отвез меня к кинотеатру! Молли и Дерек меня ждут!       Какие Молли? Какие Дереки? Фрэнк еще обитал в полусне.       — Ну Фрэнк!       Фрэнк потер глаза. Он поднял руку и опустил рядом с собой. Пусто.       — Папу попроси, — промычал он.       — Он же в школе. Ты спросонья ничего не помнишь. Сегодня соревнования по футболу! Первый матч школьной команды в этом сезоне. А наш папочка, как тренер, еще не проиграл ни одной игры. Кстати, игра в три, и мы обещали там быть. Все.       Потерев лицо еще раз и основательнее, Фрэнк поднялся, зевая. Но так и остался сидеть в кровати.       — Папа, — раздался тоненький голосок. Маленький мальчик в зеленом кигуруми в виде динозаврика несмело заглянул в комнату. — Сегодня в библиотеке день стихов, ты помнишь? Я должен рассказать про рыбку.       Молли, Дерек, кинотеатр, футбол и день стихов. Что еще? Звякнул мобильник. Фрэнк взял с тумбочки аппарат. Почти десять утра. Куда всех понесло в такую рань? Да, для субботы — это рань.       «Карнеги-Холл хочет эти рояли СЕГОДНЯ».       Джейкоб Эверетт, который за семь лет закончил несколько курсов и набрался опыта, стал незаменимым помощником нового начальника отдела продаж. Которого сейчас очень озадачил.       «Узнай на складе, я буду через пару часов», — написал Фрэнк в ответ и поднялся.       — Вы завтракали? — спросил он у детей.       — Да! — выкрикнула Бэндит.       — Нет, — тихо и грустно ответил голодный Майлз.       — Бэндит, зайка, сделай брату вафли. Я буду через пару минут, только в душ загляну.       Сонный Фрэнк еще даже не успел вступить в прохладную душевую кабину, как услышал звонкий треск разбивающегося фарфора, а затем — вой сына. Испугавшись, что малыш поранился, Фрэнк стремглав бросился на первый этаж.       — Динозаврик, ты порезался? — Бэндит, перепачканная жидким тестом, на корточках сидела возле брата, разглядывая его ладошки. Майлз отрицательно покачал головой. — Ну тогда чего плачешь?       — Это папина любимая кружка, — всхлипывая, произнес мальчик. — Он теперь не будет меня любить?       — Солнышко, — Фрэнк подбежал к детям и присел рядом с ними. — Да пусть ты, Бэндит и Джерард перебьете всю посуду на этой кухне, я всегда… не плачь, это пустяки… всегда вас буду любить.