Где наш герой?

Где наш герой?

Дипломатор пропал. Дипломатор не смог.

      Одно утро.Солнечные зайчики прыгают по полу-пустой аудитории. Девять утра. На пару почти никто не пришел. Они сидят вместе на первых рядах, внимательно слушая лекцию. Преподаватель был явно не так уж и расстроен тому, что пришли только парочка человек. Самое главное, чтобы наблюдали и следили за, гуляющей по страницам его конспекта, мыслью. Записывать не приходится. Почти. Лишь иногда ручка чиркает что-то на бумаге. В остальное же время где-то под партой их руки сплетаются в маленький замочек. Большой палец Антона медленно проводит лёгкими движениями по чужому, гладя. Как бы говоря: «Я рядом».       — Сходим после пар прогуляться по площади? — пододвигается на лавке чуть ближе, дабы сказать максимально тихо. Тревожить преподавателя, отвлекая от материала, совсем не хочется.       — С тобой — когда угодно и хоть на край света, — улыбается Олегсей, а Антон, смотря в чужие глаза, видя там робость и радость, понимает, насколько же он счастливый человек.       Один вечер.Бегать по крышам гаражей ему никогда не нравилось. В груди разрастается ноющее чувство тревоги. Осколки бутылок и прочее стекло, на которое он может упасть совсем не помогают справится с этим чувством.       Хладнокровный удар стулом. На его лице — улыбка. Поймал. Наконец-то. Спустя пятнадцать минут такой лёгкой пробежки, со стулом за спиной, присесть — лучшее, что может с ним сейчас случится.       — Ну, голубчик, — хочется и самому посмеяться от такого немного глупого обращения. Но он держится. Всё-таки, образ. Да и у них тут не игра, — давай поговорим.       Опирается грудью о спинку стула, кладя руки, сложенные в замок, на верхушку. С интересом слушает, стараясь поддержать беседу, при этом помогая человеку, который явно запутался.       Одна ночь.Полиции, к огромному счастью, не было. Разговор был успешен, однако его не покидало странное чувство, пожирающее его изнутри. Руки по странному дрожали, сердце колотилось чуть быстрее, чем надо, шестое чувство кристалл о том, что что-то явно произошло. И это "что-то" действительно страшное.        Заснуть Антон может только приняв таблетки. Последние три он выпил разом, пусть это и намного больше, чем нужно. Хотя бы отрубит быстрее.       Ещё одно утро. Проклятое, чёртово утро... Утро, с которого начался бесконечный отсчёт серых будней его, уже бессмысленной, жизни. На каждом углу можно было услышать только одну новость: студент выпал из окна. И только тогда, когда Олегсей не берет трубку, только тогда, когда не видит его со вчерашнего дня в онлайне, только тогда, когда он видит список группы, он понимает, кто ушёл из этой жизни.        Ещё один вечер. Маленькие капли стекают по его лицу. Пальцы до боли сжимают красно-чёрную ткань плаща. Плаща, который сразу же отправился в шкаф, на верхнюю полку. Туда, где его никто не достанет. Далеко, под огромное количество вещей. Так, чтобы не напоминал.       Он не достоин. Не достоин носить эту чёртову одежду. Не достоин рисовать каждый вечер маску кроваво-алой помадой. Не достин даже этих слёз. Он не заслужил. Не заслужил, потому что не спас; потому что не заметил, даже тем самым последним утром, в чужих глазах блеск грусти или хотя бы малейшего намёка на нежелание жить; потому что... Потому что не был рядом в трудный момент. Он спасал всех, видел несправедливость во всем мире, но не смог увидеть ничего в глазах человека, которого любил.       И это — только его вина.