Мёртвый Марш

— Жерар, погляди, - два брата, обыкновенные деревенские мужики с неказистой внешностью, курили у крыльца дома своего почившего отца после похорон. Внимание одного из них привлёк некто в тёмно-зелёном плаще на пегой кобыле, направляющийся прямо к ним. Стремена его лошади были необычной формы, словно не предназначенные для обычной человеческой стопы. - Сто лет никого не было, а тут вот те раз и гости. — И чё? Граф какой-нибудь или этот...как их там. Пи...Перегри..., - Виктор, второй брат, на секунду задумался. — Пилигрим? — Он самый. А ты где таких слов понабрался? — Да дочка моя недавно из этой своей академии приехала на лето. Она ж у меня необыкновенная вся, в колдуньи пошла. А маги, они ж вечно книжки свои смотрят, учёные они все. Ну и говорит, мол, давай я тебя, батенька, читать тоже научу. Я спросил сначала её, на кой мне это, а она сказала, что так в деревне самым умным буду, все советоваться со мной станут. И научился, а слово это в этом...в романе одном вычитал. — Извините, - окликнул их приезжий. Теперь, когда он был достаточно близко, а ветер скинул с него капюшон, они смогли его разглядеть. Это был худощавый сатир, достаточно молодо выглядевший. Его кудрявые тёмно-русые волосы развевались на ветру, а карие глаза выражали абсолютное спокойствие, - Морис-кузнец здесь живёт? — Помер он уже три ночи как. Чего хотел, козлик? Сатир спешился и, достав из портсигара на поясе самокрутку и огниво из седельной сумки, закурил. Выглядеть он стал достаточно грустным. — Понимаете, - сказал рогатый, - Мы с ним работали лет двадцать назад. Я как раз возвращался с одних очень важных переговоров и решил его навестить. Выходит, вы его дети, да? — Так и выходит. Ну, коль приехал, проходи в дом. Чаю выпьем, помянем папку. Мужчина кивнул, постучал копытами по крыльцу, стряхивая с них грязную землю, и зашёл в дом. Снаружи он выглядел бедно и понуро, с обветшалой крышей и прогнившей дверью, но внутренний интерьер даже немного впечатлил иноземца. Обои, которые в этой стране считались неслыханной роскошью, разрисованная красками печь, диван и кресла в эльфийском стиле и огромная карта мира на треть стены напротив входной двери. И всё это только спальня. На кухне же был дорогой чайник, резной обеденный стол и дворфийская газовая плитка, которые вошли в массы только года два назад. — Занятная штука. Батя когда в Горнокрай к своему другу ездил привёз такую. Ручку поворачиваешь, огнивом чиркаешь и огонь уже горит. Мне б такую, - сказал Жерар, поставив на неё чайник. — Горный край, ты хотел сказать? - Сатир посмотрел на карту мира. Леритония, королевство людей, находилось на самом юге континента Атиферна, южнее был только Хальтерун, на севере которого и находились земли дворфов, разделяя континент с Республикой риммеров - расой человекоподобных ирбисов. Государства имели лишь морскую границу. Удивительно, на что только не пойдут ради одной встречи. — Да какая разница? - вмешался в разговор Виктор, севший рядом с полукозлом, - Так какие у вас дела были и как с отцом познакомились? — Ну, это очень долгая история. В общем, лет так тридцать назад я жил в городе Сцилла. Это в Землях Наслаждения, вернее, если подняться на север от Леритонии или переплыть Срединное Море... — Знаем мы про эти ваши земли и про наслаждения тоже, в книжках читал про то, как вы там развлекаетесь на родине - прервал его Виктор и, уловив на себе недоумевающий взгляд брата, продолжил - Пьёте без остановок да с козами в амбарах спите. Потому вы с рогами и рождаетесь. — Ну, - сатир, почесав бороду, ухмыльнулся, - Было б так, я, может, и не уехал оттуда никогда. Но сейчас не об этом. Так вот, когда я там жил, я служил рулевым во флоте. Из-за работы у меня возникли некоторого рода проблемы с семьёй и Морис, отец ваш, вытащил меня из моего затяжного пьянства. Через некоторое время мы с ним организовали небольшую группу наёмников. Он у нас по броне мастер был, так ковал, как самые старые эльфийские мастера не умеют. Проработали с ним пару лет, но когда мы были в этой деревне на очередном задании, он встретил тут вашу мать. Через некоторое время он мне заявил, мол, влюбился и остаться хочет. Годы-то прошли, гильдия разрослась, название даже приобрели. А сегодня... В распахнутую дверь неожиданно кто-то зашёл. Жерар, до этого спокойно сидевший, вскочил, надел на гостя капюшон, шикнул что-то вроде "Сиди тихо" и вышел, закрыв кухонную дверь. В это время, словно назло, два соседских ребёнка решили поспорить друг с другом прямо под окнами, перебивая разговор мужчины с кем-то ещё. Чужеземец смог разобрать только пару слов и голос зашедшего показался ему не шибко радушным и слишком уж низким. Они разговаривали не менее десяти минут, во время которых наёмник смотрел в окно: то на доярку, то на деда, который виллами гнал парочку подальше от сеновала. Наконец Жерар вернулся и вид его уже не выражал никакого гостеприимства. — Прости, козлик, но долго ты здесь оставаться не сможешь. Староста деревни заходил, сказал, что сборщик налогов через несколько часов приедет. Дери горбатым хером этого Адриана и всех его мятежников! — А что такое? У вас теперь ночевать гостям нельзя или что? — А ты не в курсе? Вернулся наш прынц с неделю назад с огромным войском, да сказал, мол, я король законный, дядя мой трон у меня отнял после смерти папки, а все, кто не человек - те помёт гусиный, заняли они Вассерштадт и теперь армию собирают, чтобы столицу забрать. И хрен они клали на то, что здесь много других народов живёт. Так что лучше в таверне отдохни пока, да поезжай скорее отсюда, а то рожки да ножки останутся. Иностранец сильно удивился такому раскладу событий. Его не было в Леритонии всего три месяца, а за это время в стране начался мятеж считающих, что люди - высшая раса? Интересно, какие новости ещё принесёт эта неделя... — Ну, раз так, то я не буду задерживаться. Хотелось бы, конечно, посетить могилу вашего отца, но не думаю, что успею. Спасибо за то, что не прогнали. Жаль, что чай так и не попили. Сатир поднялся, посмотрел на детей своего бывшего коллеги и направился к выходу. И всё же они очень сильно были похожи на своего отца. Пожав на прощание руки, он вышел на улицу, взял лошадь за поводья и направился к таверне. К счастью, в деревнях всё находится достаточно близко, и потому путь занял всего лишь пару минут. Вновь стряхнув грязь с копыт, рогатый зашёл в таверну с неказистым, но при этом недостаточно необычным названием “Таверна”. Внутреннее содержание же её было вполне типичным для подобных заведений: дешёвые деревянные столы и стулья, бард, играющий незамысловатую песню про идущую гражданскую войну, да молодняк, весело проводящий время. Немного осмотревшись, рогатый заприметил мрачного вида странника в походном плаще. Коротко стриженные русые волосы были зачёсаны на бок, огромное количество шрамов расположились на лице, а карие глаза уже с минуту смотрели в одну точку, в то время как подошедший к нему юноша, выглядевший лет на десять моложе парня со шрамами, был его полной противоположностью – лёгкая улыбка на лице, длинные, почти до плеч, светлые волосы и бледная, как снег, кожа. Это был гиан – уроженец континента Йокен, что находился на западе. — Извиняюсь, - окликнул их сатир, - Вы не против, если я подсяду? Парень оглянул иноземца и кивнул. Тавернщик, представитель расы режан – расы-ближайших родственников эльфов, но имеющих с другими длинноухими большие отличия: красноватый оттенок кожи и более мускулистое телосложение, поставил две кружки пива на стол. — Тяжело тебе, наверное, сейчас. Как и ему. – произнёс путник, показав на своего компаньона — Тех, кто не человек, нынче не особо любят. — Пусть думают, что хотят, всё равно их мятеж ни к чему хорошему не приведёт. Я Менелай Краси. — Ну, Менелай, за встречу, - парни подняли кружки, - Я... — Обманщик ты и оружейник твой, - вдруг вмешался в разговор один из членов сидящей рядом компании, - Говорил, что сестру спасёшь, а сам вернулся с её головой. Ещё и деньги потребовал. Гнида. — Сколько я говорил тебе, Батист. Её никак нельзя было спасти. Банши не похищала твою сестру. Она и стала ей. — Не может быть такого! – Местный встал, - Банши просто так не становятся! Да какой из тебя охотник? Якшаешься с каким-то мусором, а на своих соплеменников плевать! Да король Адриан с них три шкуры сдерёт! И с тебя, за помощь им, тоже! — Я крайне признателен вашему комплименту, - подал голос гиан, - Но я бы советовал тебе молчать. Кто знает: может, тебе резко станет плохо от твоих же слов? Блеклые глаза бледнокожего сверкнули, и Батист, даже не успев сказать ни слова, свалился на колени, выпустив из своего желудка всё, что было съедено за последние пару дней. Блондин тоже схватился за голову: видно, что он только что потратил магическую энергию и запас у него был не то что бы большой. Менелай напрягся: сейчас что-то будет. Подготовившись, он встал и сжал кулаки. — Он ещё и сраный колдун! Мужики, давите падаль! Один из компании людей улыбнулся и, подойдя к Краси, замахнулся. Не успел его кулак даже приблизиться к цели, как был остановлен собеседником сатира. Недолго думая, он взял противника в захват и толкнул в соседний стол. Рогатый тоже не засиживался на месте и, увернувшись от удара второго парня, со всей силы ударил его копытом в живот. Остальные посетители столпились возле участников драки, подбадривая их. Видимо, такое времяпрепровождение тут считается обыденностью. Не успел иностранец начать замахиваться перед новым ударом, как вмешался тавернщик: встав между двумя участниками поединка, он отодвинул их друг от друга. Все замерли: никто не хотел иметь дело с таким громилой, каким являлось большинство режан. — Чтоб все сейчас вышли и разошлись в разные стороны, понятно? Менелай кивнул и, взглянув на охотника и его напарника, вышел на улицу, направившись развязывать лошадь. К нему подошёл его новый знакомый. — Далеко направляешься? — В Торбруг, а что? — Поехали втроём. На дорогах сейчас небезопасно, особенно тебе. Нам как раз по пути. — Ну...как хочешь, на самом деле. Я никогда не против компании. Иноземец сел на свою кобылу и, дождавшись, когда на своих рыжего и вороного коней сядут его новые спутники, поскакал по указанию путевой таблички возле въезда в деревню. На старом кленовом столбе было указано, что до столицы менее двух часов езды. — Как звать-то? – через пару минут молчания спросил сатир. — Андре Леруа. – парень, почти не следя за дорогой, на ходу засыпал какие-то травы в керамический сосуд, - А этот хвост за нами – Энрике де Паретт. — Приятно познакомиться, - Энрике неловко улыбнулся. Он что-то записывал в небольшую книжку. — Видел, как ты использовал Пение. Повезло, наверное, с таким даром родиться. — Не сказал бы...- гиан поставил точку и положил книгу в седельную сумку, - Из-за этого мне пришлось покинуть родной дом. — О как. Печально. Так кто вы такие? – Менелай вопросительно приподнял брови. — Я из Сумеречного Ордена, - Андре откатил рукав и показал татуировку: шесть волнистых линий шли от предплечья, изображая около кисти охотника головы чудовищ, - Истребляю нечисть, драконидов – не путай с драконами, они вымерли, и прочие ошибки природы. — А я его оруженосец. И ученик по совместительству. – продолжил за своего учителя парень. — О чём жалеет даже мастер Хироко, - с насмешкой ответил сумеречный, - Ну а ты, рогатый? Чем занимаешься? — Слыхал про Потерянных? — Шайка головорезов, которая разрослась до здоровой гильдии? Да, доводилось пересекаться. — Мы никогда не были головорезами. Это скорее к Трём Печатям. В общем, да, мы гильдия. Но мы не берёмся за те задания, что запрещены законом. Я бы назвал нас воинами по найму. — Что я бы не сказал о тех, с кем виделся. За свои двадцать шесть лет жизни наиболее пьющих...воинов, как ты сказал, не встречал. — Что поделать? – Сатир улыбнулся, - Профессиональная привычка. Как ещё не пить после того, как тебя отправляют защищать очередного чиновника от покушения, а тебе приходится чуть ли не нянчиться с ним? Нервы сдают. — Ну да, куда мне, вечно рискующему потерять какую-нибудь конечность, душу или всё сразу, до благородных алкоголиков? – шутливо проговорил Леруа. — Не принижай нас. Я ведь привёл самый безобидный пример. Как-то раз, когда мы только открыли свой первый штаб, моих людей наняли, чтобы отбить нападение стаи вервольфов в небольшой деревне под Вассерштадтом. Вернулся только один. И словил волчий недуг, от чего не выдержал и повесился. Потому что ваш Орден предал большее значение каким-то раскопкам. — А вам не кажется этот спор бессмысленным? – резко встрял Энрике, - Простите, мастер Андре и мессер Краси, но вы слишком взвелись. Остыньте оба. И наше, и ваше дело, одинаково важно. Вы сейчас похожи на спорящего плотника и стражника, которые не могут решить, кто наиболее полезен. — И чего ты на него жалуешься, Андре? – Менелай показал рукой на гиана, - Парень-то смышлёный. — Ага. Ещё дотошный до жути. — Это неправда! — Научишься веселиться – может, изменю своё мнение. Спустя ещё огромное количество минут разговора почти ни о чём, рассказов из жизни и двух распитых фляжек ржаной водки, троица домчалась до столицы Леритонии. Каменные стены города возвышались над бескрайним полем, не держа под своим прикрытием лишь портовый район города, примыкающего к реке Торбург, названной в честь города. Столица встретила путников как подобает: на входе в город пьяный в стельку стражник до последнего отказывался записывать в журнал Менелая и Энрике, естественно, упомянув несколько расистских оскорблений, широко используемых некоторыми гражданами "Самой открытой к иностранцам стране", после, когда одни из трёх ворот в город были открыты, прямо под ними гостей встретила мёртвая кошка, от вида которой молодой оруженосец сморщил лицо, а толпа попрошаек окружила их чуть ли не моментально, не давая проехать коням. — Видало это государство и лучшие дни. – Сказал сатир, сворачивая с Торгового проспекта в сторону переулка Алехандра, - До смерти прошлого короля, Томаса. Ты, наверное, ещё юнцом был, но я помню это время во всех деталях. Тогда его детей, Джерлинд и Адриана, отправили учиться к эльфам в Терланир...Кстати, Энрике, надеюсь, что эльфы для тебя – не больная тема? — Нет, всё в порядке, - ответил гиан, - Мне повезло родиться не в семье рабов. — Ладно, значит, продолжаю. В общем, власть на это время взял на себя Михаэль, их дядя. Тогда беспорядки были ужасные: народ был ошарашен тем, что линию наследования, видите ли, прервали. Хотя фамилия один хрен Тауврёст, разницы я не вижу. Ну а дальше все знают. Переулок, в который они заехали, был застроен трёхэтажными зданиями из светло-серого камня. Первые этажи, как правило, занимали небольшие лавочки. Почти везде, кроме нескольких из них. К одному из таких домов Менелай и компания как раз и подъехали. Привязав к коновязи своих скакунов, троица уже готовилась выйти, как сатир внезапно остановился у входной двери. — Где же моё гостеприимство? Добро пожаловать в главный штаб Потерянных! Сатир раскрыл двери и пропустил гостей вперёд. Выполненный в классическом человеческом стиле коридор вёл в несколько мест: к двум небольшим кабинетам слева, чуть правее от них и ближе к входу местной "комнатой отдыха", как её обычно называли, хотя на деле это было обычное помещение с кучей столов, доской объявлений с заданиями и барной стойкой, да лестницей в противоположном от кабинетов конце. — Если нужен ночлег – внизу находятся казармы, выбирайте кровать и падайте на любую...Шутка. Они уже заняты все. Для вас будут гостевые покои этажом вы... — Босс! – прервала Краси вышедшая из кабинета девушка. Как могли судить Андре и Энрике, представительница какого-то малого народа. Внешне она была похожа на сатира, но белая кожа, прямые рога и небольшой хвост говорили о том, что её раса, видимо, была каким-то этносом или просто дальним родственником этого вида. — Что такое, Ромейн? — Нам нужно поговорить. Это важно. Менелай кивнул и, стряхнув грязь с копыт на пороге, направился в сторону своего почти постоянного местонахождения. Помещение для себя лидер гильдии, как его в шутку называли некоторые её члены, Голова, выбрал достаточно скромное: небольшая комнатка, обыкновенный дубовый стол с двумя ящиками, два стеллажа с книгами да шкаф, в котором хранились разные бумаги и парочка бутылок с разным алкоголем. — Я слушаю, - он отодвинул стул для Ромейн и, после того, как сел сам, сложил руки перед собой. — Происходит что-то очень странное, босс, - эредарка, так называлась её раса, достала из своей сумки несколько писем, - В Раккари исчезла целая деревня. Вернее, её население. Мужчины, женщины, дети, старики – все. Они будто отвлеклись от своих дел и ушли в неизвестном направлении. — Интересно, - Голова задумался, - ракку, конечно, странные ребята, но не думаю, что лисы решили мигрировать. Следы сражения или что-то такое было? — В этом и самое главное. Нигде и капли крови нет. Помимо того, - она открыла ещё один конверт, - на главной улице Лагарто появился очень странный мужчина. Глаза безумные, весь изранен, орал что-то про Коллекционера. — Коллекционера, говоришь? Эльфа, который почти две тысячи лет назад грозился стать богом, но был убит всего через год? Обычный городской сумасшедший, начитавшийся сказок про злодея, которого побеждает добрый герой и его армия, вот и всё. — Я тоже так подумала. Пока ещё один такой же не появился в Оскопине. И в Иггрелоне. И в Хассдиче тоже. Почти одновременно четыре разных человека в разных точках мира упоминали одного и того же человека. Наши немного разузнали о них. Почти все так или иначе связаны с Бесцветными. Не находите чем-то необычным, босс? — Бесцветные? — Пару лет назад объявились. Кучка некромантов, объединившихся в какую-то всемирную секту. Вроде почти ничего особо крупного не провернули, но этот случай заставляет задуматься. А ведь действительно. С чего бы это, скорее всего, незнакомым друг с другом гражданам разных стран начать упоминать погибшую много лет назад персону? Как подумал Менелай, это однозначно связано с Бесцветными, иначе это очень глупое совпадение. Но это же и настораживало: неужто у толпы фанатиков появилась какая-то цель? Может, и к пропаже жителей той деревни они тоже причастны? — Коллекционер, значит...Меня брат им в детстве пугал. Говорил, что придёт его призрак и утащит в своё царство мёртвых, где непослушные дети работают на него до конца дней своих и даже после. Хорошие истории он мне на ночь рассказывал. В общем, найди кого-нибудь, кто сможет выяснить про Бесцветных побольше и, если получится, того, кто сможет к ним влиться. У Беллоны актёрский талант, она идеально подойдёт. Ром, это всё? — Да, - эредарка кивнула и, как только её начальник начал тянуться к дверной ручке, окликнула его, - Босс! Рада, что вы вернулись пораньше. Без вас здесь был полный бардак. — Я тоже рад. Пойду расположу гостей, - сатир вышел в коридор, но ни Андре, ни Энрике, не наблюдалось. Зато наблюдался Досифей – ещё один член гильдии, тоже сатир, местный бармен, как стало модно называть представителей его профессии, - А где... — Умчались, сказав, что должны съездить в соседний квартал за наградой и обязательно вернутся позже, - пожал плечами Досифей. *** Бескрайние поля Земель Наслаждений ублажали своим видом неспокойный ум Менелая. Он так давно не был дома, так давно не ходил копытами по родной земле, что уже начал забывать – каково это. Вдалеке стояли две фигуры: девушка-гиана и мальчишка той же расы, ещё маленький, лет пяти от роду. Они звали Краси с собой, куда-то вдаль. И чем дольше они это делали, тем сильнее их очертания становились похожи на обгоревшие тела, а белый цвет одежды менялся на кроваво-красный. Даже когда они уже походили на трупы, которые словно кто-то невидимый дёргал за привязанные к конечностям нити, они не переставали звать. Потерянный открыл глаза и осмотрелся. Он у себя, в спальной комнате. Третий день как вернулся в Торбург. Рядом лежала, перебирая свои волосы, рыженькая девица. Всё хорошо. — Что такое, козлик? – девушка приподнялась, чем спустила с себя одеяло, после чего приблизилась к лицу иноземца, - Плохой сон? — Да, - стараясь максимально не показывать, что он обеспокоен своим кошмаром, рогатый поцеловал свою собеседницу, - Не бери в голову, Фелиция. Там бред полный. — Простите, голубки! – совершенно неожиданно дверь в спальню открыл Андре. Он был чем-то очень сильно взволнован, как и стоявший за ним Энрике — Ситуация срочная. — В самое время! – одеваясь, улыбнулся Менелай, - Долго же вы забирали награду! — Сейчас не время для шуток, - с улицы донеслось множество криков, били, казалось, во все колокола в округе, слышались команды стражникам, -- На город напали. — Шутишь? – влетевшее через крышу ядро, приземлившееся прямо в полу перед кроватью, ответило на вопрос, - Кто? — Адриан. Принц-мятежник всё-таки решился взять столицу.