Медленно поехавшая крыша

  Когда Бельфегор в очередной раз похитил его, несясь на крыльях ветра, Тсуна готовился к худшему. Возможно даже, к последнему худшему в его внезапно сократившейся жизни. По-быстрому бросив неудачника под ноги капитану, его высочество куда-то ускакало, весело ишишикая. — О, Савада. Как раз вовремя. — Вовремя для чего? «Очень сложно опоздать на собственную смерть. На похоронах, правда, уже не побываю…» — Нужно кое о чём позаботиться. Занзас заболел. — А я причём? Вызовите врача! Страх постепенно снимал оковы оцепенения, потому Тсуна позволил себе повысить голос. Убивать его в этот раз не собирались — и на том был благодарен. — Вызвали. Потому теперь нужно позаботиться кое о чём. Внезапно на голову Тсуны что-то упало, отчего он пискнул и подпрыгнул, чувствуя, как инфаркт подбирался к его юному, но много всего испытавшему сердцу. С опаской Тсуна снял с головы своей нечто. Нечто маленькое, размером с котёнка, но телом человеческим. Тсуна ошарашенно смотрел на увиденное, не веря своим глазам. Так и застыл с открытым ртом. — Занзас чихнул, и появилось это. «Что за фигню мне впаривают?!» Желание побиться головой о близстоящую стенку у Тсуны возникало нередко с самого появления мафии и Реборна в частности в его жизни, но сейчас это желание было сильно как никогда. Сонный мини-Занзас тем временем свернулся калачиком в его ладонях и мирно посапывал. — Мы, отряд убийц, как-то не очень в плане заботы о детях, потому это теперь твоя головная боль, — сообщил Скуало, выставляя Тсуну за порог и запирая дверь. «Я вообще подросток… Какие дети? Почему Занзас?» В обитель Варии Тсуна не рвался. Вот совсем не стремился попасть, тем более грубым способом, когда его там совсем не ждали. Пришлось смириться и пойти домой. Маленький Занзас не пугал, скорее умилял. Хотя не было у него кошачьих ушек и хвостика, образ жизни его более чем напоминал кошачий: он только и делал, что ел и спал… Вернее жрал и дрых, порой делая подлости. Если коты своих хозяев из вредности царапали, Занзас стрелял. Требуемый алкоголь Тсуна благополучно поменял на молочко, а есть прихотливому чуду давал всё то, что ел сам. Делая вид, что это то, что он желал, Занзас съедал всё подчистую — проглот. Толком поспать Занзас не дал, то и дело нарочито действуя на нервы, из-за чего Тсуна едва не проспал. Пришлось наспех собираться в школу, пожертвовав возможностью вкусно позавтракать. Наскоро смахнув мусор со стола, дабы мама не ругалась, Тсуна замер, вслушиваясь. Казалось ему, что услышал он что. Ничего. Сделал шаг, как из мусорного ведра послышалось настойчивое: — Мусор! — Это всё потому, что ты ночью себя плохо вёл. Выберешься сам! Не стал помогать Тсуна, слишком спеша, несмотря на то, что видел тщетность попыток малыша выбраться. «Ничего, за такое время не помрёт». Страшное ждало по возвращению. Нет, не ожидаемый бедлам и описанное из вредности белья. Выкинутый мусор. И тишина в комнате. Занзаса нигде в комнате не было. — Мама! — то ли звал он Нану, то ли кричал в панике: мало ли что с ним Вария сделает за проваленную навязанную миссию. — А, Тсу-кун, что случилось? — У меня пропал… — не смог он озвучить, что конкретно у него пропало, так как сам не знал, как можно было логично обозвать мини-Занзаса. Только что пробежавшего мимо, спасающегося от Ламбо и И-Пин, которых не отпугивали злосчастные пульки. — Я у тебя нашла такую интересную заводную игрушку, детям она так нравится. Где ты её приобрёл? — Мама, это не детская игрушка… — А что это? «Самому знать хотелось бы». — Это… ш-школьный проект. Да, именно! И дети могут его испортить. Тсуна поспешил спасти малыша. Успел как раз в тот момент, когда получивший пульку прямёхонько в нос Ламбо собирался взорвать к чертям «плохую игрушку» гранатой. И тут Занзас чихнул… Со свистом вылетел Занзас поменьше. — О, так это матрёшка! — осенило Нану. «Это кошмар…» — понял Тсуна. Схватив второго Занзаса, выбежал на улицу. Одного, что побольше, так и держал в руках, второй уютно устроился в кармашке. Что есть сил бежал Тсуна в отель, где в последний раз видел Варию: Скуало должен был об этом узнать. Узнать сразу, пока ситуация не вышла из-под контроля. — Мусор! Мусор! Мусор! — голосил «старшенький», пуляя неистово в Тсуну. Больно попал в глаз. — Занзас, прекрати! Иначе я тебя опять в мусорку отправлю! Странно было кричать на Занзаса. Пусть и миниатюрного. Ещё и угрожать ему. Тсуна взмолился, чтобы настоящий Занзас об этом никогда не узнал. «Лишь бы память у них была не одна на двоих… троих». Вбежал в номер, не стучась. — Скуало, он размножается! — только и успел произнести, прежде чем оцепенеть. На него смотрело множество Занзасов разной степени миниатюрности. — Мусор? — выглянул, любопытствуя, карманный Занзас. — Пожалуйста, скажите, что я сплю… Я очень хочу проснуться. — Врой! А мы-то как хотим! — огрызнулся Скуало. Ему больше всех не нравилось обилие Занзасов, потому что эти маленькие сволочи первым делом научились метать стаканы. Раздался дружный чих — Занзасов стало ещё больше. Тсуна обречённо упал на мягкое место: ноги отказывались держать. Худший кошмар в его жизни, который он представить не мог, сбывался. Офицеры Варии тоже были не в восторге. Один Луссурия звонко высказал восторг: — Смотрите! Этот пока самый маленький! — держал он на подушечке пальца Занзаса размером с букашку. — Интересно, он сможет дочихаться до размера микроба? — задался вопросом Маммон. — Может, не стоит. Потом ещё залезет в бутерброд. Не хочу есть бутерброд с кишащими в нём микробами-боссами. — А что? Белок же, — присоединился к рассматриванию мелкоты Скуало. — Быть может, Занзас на самом деле питательный и полезный. — Вот ты попробуешь и скажешь, если он изнутри не сделает из тебя решето. — Никому не позволю есть босса! — взревел Леви-А-Тан., будоража своим голосом всех мини-Занзасов разом. — Мусор… — прозвучало страшнее, чем в любом фильме ужасов. И почему-то малыши уставились на Тсуну, а не на нарушителя спокойствия. — Спасите… — последнее, что успел произнести Тсуна, утопая под копошащейся горой Занзасов. — Может, ему помочь? — предположил Бел. Не хотелось потом получать нагоняя от Девятого за неубережённого мальчишку. — Может, — согласился Скуало, не торопясь на выручку. — С другой стороны, если он так легко помрёт, то нафиг он Вонголе сдался? — И то верно, — кивнул Луссурия. — Однако какая нелепая смерть, — сухо отметил Маммон. Внезапно Занзасы лопнули, превращаясь в радужные пузыри, плавно поднимающиеся к потолку и лопающиеся, соприкасаясь с сухой побелкой. Из доселе запертых комнат вышел Верде, объявляя: — Лечение Занзаса завершено. Экспериментальное лекарство подействовало. Обошлось без побочных эффектов. — А это по-твоему что?! — хором воскликнули все, даже Тсуна, тыча пальцем в остатки пузыриков. — Мыльные пузыри. Не знал, что серьёзные убийцы любят подобное. Прежде чем профессионалы в вопросе лишения жизни занялись своим непосредственной работой, недобро глядя на Верде, из той же комнаты вышел Занзас. Нормальных размеров. Грозно зыркнул на Тсуну, явно не ожидая его в своих покоях увидеть. Последующая потеря сознания паренька никого не удивила. — Оно и к лучшему. Подумает, что это был сон. — А может, подарим ему фотографию на память? — показал Бел на редкий запечатлённый кадр с мелкими Занзасами. — Пусть ему икается. — Бедный мальчик, — искренне посочувствовал Луссурия. — Как же не повезло ему, что мы такие плохие и безумные.