Глава 15. Место, называемое домом...
12 февраля 2022 г., 21:00
Жаркий свет у тебя в груди, От меня не из шутки. Знай, я уже в пути, Занят тем не из скуки. Если я не вернусь к утру, Значит, нет мне прощенья. Значит, муза не по нутру, Значит, ждут меня гоненья. Кукрыниксы, «Не беда».
Вместе они добрались до Лондона, откуда уже, благодаря порт-ключу Малфоя, смогли трансгрессировать в Уилтшир. К их удаче, Иволга уже успела добраться до мэнора и предупредить его об их скором приезде. Именно поэтому, едва только они покинули площадку, на которую переместились, их встретил домовой эльф. — Тикки рад возвращению молодого Господина, — едва только тот завидел Драко, как отступил на пару шагов назад, склоняясь перед ним в поклоне, будто бы не решаясь поднять на него взгляд. Поттер же только улыбнулся, посмотрев на Малфоя. Нет, конечно, было ожидаемо, что к такому аристократу будут и обращаться соответствующе, но прозвучало это не много непривычно. Хотя Гарри был готов признать, Слизеринцу это даже очень шло. — Ваши родители ожидают вашего прибытия домой. Гости молодого Господина — уважаемые гости!.. — Позже будешь разглагольствовать, Тикки, — прервал его Драко, только шагнув ближе к Поттеру. Вместе с домовым эльфом, даже в основном именно благодаря ему, они смогли вновь верно трансгрессировать к воротам Малфой-мэнора. Поттер вовремя прикусил себе язык, чтобы не присвистнуть. Выглядел особняк действительно очень внушительно. Вот уж действительно то, что простояло на этих землях очень долго, а простоит еще дольше… Это место буквально дышало историей и минувшими веками. И это ощущение завораживало. Гриффиндорец, если быть до конца откровенным, впервые оказался в подобном месте. Куда ближе ему были квартиры и дома Лондона. Но не отдаленные, будто бы спрятанные от всего остального волшебного мира особняки. Опять же, это вызывало стойкую ассоциацию именно с Драко. И, наверное, только эта мысль и заставляла Поттера быть уверенным в том, что он не зря согласился на эту поездку. Он хотел узнать о Малфое больше, был готов цепляться за любую возможность… — Не переживай. Одного я тебя здесь не оставлю, — Драко прекрасно видел все эти внутренние метания Поттера, они даже были ожидаемы в какой-то степени. И ему оставалось только постараться отвлечь Гарри от этих мыслей. Между тем Тикки уже успел исчезнуть, прихватив с собой все привезенные студентами вещи. В мэноре домовики всегда работали быстро и без лишнего внимания. Поэтому сами они уже спокойно (относительно спокойно) направились в сторону главного входа. Едва только Драко поднялся на первую степень, тяжелая дверь перед ними приветливо отворилась. И, к отдельной радости именно Драко, его родителей за ней не оказалось. Подобная встреча на самом пороге стала бы отдельным испытанием. — Отлично. Идем, вы познакомитесь за ужином, — пока Малфой решил показать Гриффиндорцу мэнор и, что самое важно, комнату. Он бы соврал, если бы сказал, что не помышлял пригласить Поттера к себе и в этом плане. Но так нелепо попасться отцу бы не хотел. Нельзя было забывать об этом: он пригласил своего друга. Просто близкого друга… Потому решил, что отдаст Гарри гостевую комнату, которая ближе других была именно к покоям Драко. Едва только они поднялись на второй этаж и свернули в нужный коридор, как Поттера чуть не сбил с ног ещё один домовой эльф. Он, казалось, бежал, не разбирая дороги, неся стопку белых простыней, во много раз превышающую его собственный рост. И абсолютно не заметил появившихся в коридоре волшебников. — Добби!.. Эльф заметно задрожал, безошибочно узнавая голос одного из хозяев, буквально падая на колени и пряча лицо в собственных ладонях, опущенных на пол. — Добби не знал!.. Добби не знал, что молодой Господин вернулся. Добби не заметил уважаемого гостя! — его голос дрожал не менее испуганно, чем сам эльф выглядел. Тот казался бледнее даже тех простыней, которые сейчас разлетелись по полу вокруг них. — Всё нормально, мне и самому стоило бы смотреть, куда я иду, — Поттер только немного неловко улыбнулся, опускаясь на колено, помогая эльфу собрать упавшие и разлетевшиеся в разные стороны простыни. Казалось, своими действиями он Добби напугал чуть ли не сильнее, чем сама эта встреча. Эльф только мельком посмотрел на Малфоя, неподдельно опасаясь его реакции, но после также сразу опуская взгляд. Но Драко и сам выглядел теперь больше растерянным, нежели раздраженным или разозлившимся. Поттер всегда поражал его своим поведением, а теперь и таким отношением… Гарри поднял на него взгляд. Взгляд абсолютно искренних изумрудных глаз, в которых сейчас читалась самая чистая надежда на…милость? По отношению к тому из них? — Ничего ведь страшного не случилось? — Поттер передал Добби уже собранную стопку ткани, после вновь поднимаясь на ноги. — И вот как с тобой…? — Со мной легко и просто, — он улыбнулся Малфою, чуть подтолкнув его в плечо, призывая не задерживаться здесь и приобнимая. — Будь аккуратнее в следующий раз, Добби, — сказал он уже напоследок, когда домовой эльф остался позади. — Ваши предки гордятся Гарри Поттером… И Драко, и Гарри резко обернулись, услышав эти слова. Но Добби и след простыл, словно бы эльф и не появлялся в этом коридоре. Словно бы этот голос принадлежал и не ему вовсе. Словно сказанное просто должно было прозвучать, и не важно, чьими устами. — Твои предки? — Малфой посмотрел на Гриффиндорца с ожиданием расшифровки этого послания, но тот только качнул головой, отгоняя от себя нахлынувшую задумчивость. А после уже более осознанно посмотрел на Драко. — Не думаю, что это может что-то значить… Идем уже? Если Малфой и хотел что-то добавить, то сейчас предпочел смолчать. Отчасти потому что каждый имел право на свои секреты и скелетов в шкафу. И просто потому что был уверен в том, что Гарри поделился бы с ним, если бы счёл это необходимым. — В том крыле, — Драко указал себе за спину, — покои моих родителей. Оно защищено чарами, поэтому лучше и самому не пытаться пройти туда. Наши комнаты здесь. Малфой открыл одну из крайних дверей, пропуская Поттера вперед себя. Эта комната была одной из немногих по-настоящему светлых и теплых в этом особняке — ещё одна из причин, почему именно она доставалась гостю. В конце концов, думал Драко, даже жестоко было бы с его стороны Гриффиндорцу, привыкшему к теплу, так с ходу давать ощутить то, как холодно может быть в этих каменных стенах. Почти также, как и в комнатах Слизерина… Но это были уже второстепенные сравнения. Эта спальня не была самой большой, но в действительности дарила ощущение уюта и комфорта, даже с непривычки. Около левой стены стояла большая кровать с аккуратно привязанным к столбцам пологом, аккуратно застеленная темно-бордовым покрывалом. Ровно напротив неё, у небольшого камина, полукругом стояли аккуратные кресла. А около высокого окна стоял резной стол. Очевидно, что домовики уже побывали здесь, привнося в комнату более привычные для Гриффиндорца оттенки. Да и чемодан Поттера уже ждал его здесь. Драко с неподдельным любопытством наблюдал за реакцией его дорогого гостя на новую обстановку. И мысленно только выдохнул, увидев улыбку Гриффиндорца. Он неподдельно волновался за то, сможет ли в достаточной мере сделать пребывание Гарри в мэноре комфортным. Но пока всё складывалось неплохо. — А твоя комната? — Поттер посмотрел на него, оглянувшись через плечо. А Малфой заметил знакомый хитрый блеск в изумрудных глазах. — Дверь напротив… Не заблудишься ведь? — Драко и сам не заметил, как и на его губах растянулась похожая улыбка. — Как знать. Может, иногда будет лучше сразу остаться с тобой? — Может, может, — Слизеринец прошел в комнату, давая двери за своей спиной спокойно закрыться. — Оставить тебя с вещами? — Я не против твоей компании, — Гриффиндорец только пожал плечами, стягивая шарф львиного факультета, складывая его и оставляя на спинке кресла. — Больше ни о чем не хочешь меня предупредить? В духе, аккуратнее, здесь у стен есть глаза и уши, никаких поцелуев по неприметным углам, потому что портреты не умеют держать языки за зубами? Малфой засмеялся. — Никаких поцелуев по углам, Поттер! — Гарри же, наоборот, шагнул только ближе к нему, пока Драко не столкнулся спиной с закрытой дверью. — Совсем-совсем? — Абсолютно. — Сам в это веришь? — последние его слова звучали уже на грани шепота. Малфой даже не был уверен, не послышался ли ему этот вопрос. Поттер вновь был непозволительно близко. Настолько, что способность трезво мыслить постепенно покидала Слизеринца, а взгляд вновь и вновь непроизвольно опускался на его губы, изогнутые в самоуверенной улыбке. Драко и сам хотел бы проклясть себя за такую слабость перед ним, но рядом с таким уверенным в себе Гриффиндорцем был готов согласиться с чем угодно. — Не особо… Он уже сдался. И признавал собственную капитуляцию, порывисто прижимаясь к его губам за столь желанным поцелуем.***
Ужин в мэноре начался почти в гнетущей тишине, также как и знакомство изначально ограничилось лишь парой крайне сухих фраз. И самым теплым моментом Драко мог назвать лишь объятия матери, которая искреннее скучала по сыну и даже не пыталась скрывать этот факт. А у младшего Малфоя это вызывало лишь понимающую улыбку. Он ощущал себя птенцом, который на какое-то время смог вернуться под крыло матери из свободного полета. — Драко упоминал вас в нескольких своих письмах, мистер Поттер. Лорд Малфой смотрел на новоиспеченного друга своего сына с долей неприкрытого любопытства, словно бы пытаясь найти какой-то невысказанный и непонятный для присутствующих подвох. Быть может, как и присуще было в светском обществе, в котором рос и воспитывался Драко, он пытался найти выгоду и преимущество в общении с Поттером. Отчасти ему казалось, что это почти основополагающая деталь. Но всё же пока не спешил высказывать свое мнение на этот счет. Продолжал наблюдать. Фамилия «Поттер» ему была незнакома, спешить с выводами было неразумно. — Мне лестно узнать об этом, сер. Но, пожалуйста, просто Гарри, — Драко же буквально кожей чувствовал то напряжение, которое испытывал на себе Гарри. Взгляд его отца в действительности порой был крайне тяжелым и, чего уж скрывать, мало приятным. Но, стоило отметить, что в целом Поттер справлялся очень неплохо. Он оставался спокойным внешне, а этого было достаточно. В конце концов, Драко тоже был здесь. Откровенный допрос отцу он не позволит устроить. — Не хотите рассказать нам о себе, Гарри? — подключилась уже Нарцисса. Она заведомо была настроена на это знакомство положительно, просто из солидарности с сыном. Но, тем не менее, это не умаляло её согласия с супругом в вопросе любопытства. Поттер если и несколько растерялся от этого вопроса, то постарался не подать вида. Словно бы не знал, что именно стоило бы сказать или с чего правильнее начать. — Гарри долгое время прожил в Лондоне, — Драко чуть наклонился вперед, смотря на Поттера, подсказывая относительно нейтральную тему. — Можно сказать, что только перед поступлением в Хогвартс, я и увидел его магическую сторону, — Гарри благодарно улыбнулся блондину, уже куда спокойнее посмотрев его Нарциссу и Люциуса. — Мне еще непривычен этот мир, поэтому даже не знаю, что в моей жизни могло бы оказаться для вас достаточно интересным. — Вы маглорожденный? — Насколько мне известно, нет… Если вы в действительности считаете это важным показателем чего-бы-то-ни-было, — в этот момент даже Драко удивленно поднял глаза. Первое впечатление о Поттере сейчас оказалось в корне ошибочным. Не сказать, что эта деталь в сущности что-то меняла, но от этого не становилась менее неожиданной. Сейчас взгляд изумрудных глаз непривычно обжигал холодом и отстраненностью. Малфой же, с трудом сдержав дрожь, внезапно понял, что они никогда этой темы не касались. Но, похоже, что сам Поттер от разговоров о чистоте крови был явно не в восторге… Стоит ли вообще когда-то возвращаться к этому вопросу? Неужели на своем факультет Гарри никогда не слышал отзывов о слизеринцах, как о ярых приверженцах подобной чистоты? Эту позицию неодобряли крайне многие. И лишь единицы знали, что далеко не все семьи змеиного факультета в целом держались за эту старую и неоднозначную позицию. — И какого же мнения ваша семья о том, что вы провели всю свою жизнь среди магглов? — с искренним удивлением и непониманием спросила Нарцисса, и Драко не успел прервать её вопрос. — Если быть честным, не знаю… Думаю, они тоже не были бы в восторге, — Поттер пожал плечами, словно его и вовсе не касался этот вопрос. Нарцисса заметила его слабо дрожащие руки, которые с каждой секундой только сильнее сжимали резные серебряные приборы. И поняла, что неосознанно задела очень глубокую рану, которая едва ли когда-то заживет до конца… Продолжать этот разговор она уже не решилась.***
После ужина Поттер вернулся в выделенную ему гостевую комнату, уже не в первый раз осматривая её буквально от потолка до пола. Ему правда было даже приятно находиться здесь… И ещё куда приятнее оказались мысли о том, что это были старания именно Драко для него. Поттер улыбнулся. Холодный слизеринский принц мог быть крайне милым в подобных мелочах, не таких уж очевидных на первый взгляд. Едва ли что-то в действительности могло заставить его пожалеть об этой поездке. Гарри, вне всяческих сомнений, скучал по крестному и хотел бы успеть увидеться и с ним до возвращения в Хогвартс. Но и не менее сильным было его желание сблизиться с Малфоем. Банально не хотелось упускать такую возможность. Ведь здесь, в мэноре, они фактически были освобождены от всего, что могло бы отвлечь их друг от друга. Пусть и не на очень долгий срок. У него даже проскользнула абсолютно безумная идея когда-нибудь утянуть Драко в Лондон, немагический Лондон. Но, мысленно побоялся Поттер, аристократическое сердечко могло бы просто не выдержать такого испытания. Гриффиндорец поймал себя на том, что уже какое-то время следит за слабым колыханием огня в камине. И только качнул головой, отгоняя от себя эту излишнюю задумчивость. Время уже было позднее, да и проспать половину следующего дня не хотелось… Но едва только он погасил огонь и успел отложить в сторону волшебную палочку, как дверь его комнаты практически бесшумно приоткрылась, пропуская гостя. Неожиданного, но всегда желанного. — Только не говори мне, что собрался спать! — в полумраке Поттер не сразу заметил на Слизеринце уличную и, вероятно, теплую мантию, уже хорошо знакомые перчатки на руках. Тот явно не намеревался этой ночью задерживаться в особняке. И, как и обещал, точно не планировал оставлять Поттера одного на слишком долгое время. — Даже боюсь поинтересоваться, что ты хочешь мне предложить, — Гриффиндорец же ответил привычной неоднозначной улыбкой и немного двусмысленной фразой, заставив Драко только с небольшой долей наигранности закатить глаза. — Одевайся, у нас не так много времени, — Малфой прошёл через всю комнату, выглядывая в окно. Уже окончательно стемнело, а высокий лес, окружавший мэнор, только усиливал эту темноту. Даже, казалось, один только этот вид отдавался морозной дрожью по коже. Насколько обманчивым было это впечатление…? — Мы торопимся? — спорить, тем не менее, Гарри не стал. Он быстро накинул на плечи теплую мантию, небрежно застегивая её на пару верхних пуговиц. — Не то чтобы сильно… но и снова пробыть в лесу до утра не получится. — Идём в лес? — Драко посмотрел на него так, словно бы на миг искренне засомневался в интеллектуальных способностях Гриффиндорца. Но последующая улыбка быстро стерла это глупое впечатление. И правда… как будто чего-то подобного не стоило ожидать от Вейла. — Быстрее было бы спуститься с балкона, но ты тяжеловат, чтобы так тебя таскать, — уже знакомо подхватив Поттера под руку, Малфой потянул к выходу из комнаты, а уже после в самый конец этого коридора. Там была расположена очередная темная лестница, вновь ведущая на первый этаж. И в таком огромном особняке… Гарри даже не удивился, увидев очередную тайную и абсолютно неприметную на первый взгляд дверь в каменной стене. Что-то подобное было ожидаемо. Даже на миг показалось, что Гарри точно разочаровался бы, направились бы они просто к главному входу в мэнор. На фоне яркой листвы выделялись темные ивы, окружающие, как уже и догадался Поттер, еще одно небольшое озерцо. Эта картина показалась настолько знакомой, что Гриффиндорец не сдержал понимающей улыбки. Чувство было настолько близким к приятной и теплой ностальгии, что по коже пробежалась волна мурашек. Видимо, желание быть ближе к воде было для Драко, как для Вейлы, характерной чертой. В отличие от небольшого водопада в Запретном Лесу, это озеро было спокойным, словно бы навсегда застывшим в одном мгновении. — Извини… — Драко как-то неожиданно сник плечами. Сейчас он даже не собирался поддаваться моменту и перекидываться в привычный для посещения этого места облик. В этот раз он пришел сюда не один. И, возможно, совсем по другим причинам, нежели когда-то давно. — Понятие семьи у нас в особом приоритете, мне стоило предупредить тебя о подобных вопросах. — Ты не обязан извиняться передо мной, — Поттер только качнул головой, подходя ближе к Слизеринцу и осторожно приобнимая его за плечи. — Ничего ужасного не случилось. В конце концов, прошлое — это прошлое, каким бы сложным оно не было… Наверное, только сейчас Драко позволил себе расслабиться. И его глаза вновь блеснули топленым золотом в полумраке. Но сейчас он твердо решил держать свою сущность под контролем. Малфой аккуратно развернулся в руках Гарри, какое-то время внимательно смотря в такие же яркие глаза напротив. Он мог поклясться, что видел в них искры магии, скрытой и еще незнакомой. Но это было всего лишь ощущением, верно?.. В конечном итоге, он тихо выдохнул, наконец позволив себе улыбнуться. Этот разговор не ушел на тропинку мрачных тем. И его, в целом, не хотелось уводить в эту степь. У них в распоряжении была часть этой ночи, пока еще лишь часть. — Это озеро столько раз исцеляло меня, десятки ран затягивались, не оставляя шрамов… — Малфой уже за обе руки потянул Поттера за собой, ближе к озеру, будто бы хотел попросить взглянуть на их отражение. Но и остановил Гриффиндорца только от того, чтобы ступить в холодную воду. Каждая капля в этом озере была пропитана чарами Вейл, Гарри не стоило бы так рисковать: первородная магия может быть опасной для волшебника, тем более, в таких количествах. — Думаю, воспоминания похожи на шрамы. Мы иногда обращаем на них внимание, иногда просто рассматриваем. А иногда настолько зацикливаемся на них, что не замечаем жизни вокруг нас, стремясь лишь скрыть их от чужих глаз. Лишь бы только никто не увидел… Кто-то, наоборот, находит способы их преобразить. Но наши воспоминания — не раны, Гарри. И они перестают болеть. А как относится к шрамам — каждый решает сам.
