Я вернулся

Не нужно было сюда возвращаться. Пока какие-то молодчики толпой обступили Коби и забрасывали того вопросами о службе, Хельмеппо искал любые способы побега. Казалось бы, он прожил здесь всю свою жизнь, но сейчас эти стены казались настолько чужими и отталкивающими, будто это какое-то совершенно незнакомое место. - Ты так вырос, - сияющая Рика висела у Коби на плечах и слезать явно не собиралась, - И ты тоже! – крикнула она в сторону капитан-лейтенанта. - Да, я знаю, - безучастно откликнулся Хельмеппо и по стенке начал двигаться к двери. Нужно зайти в свою комнату, уж там он всегда чувствовал себя в безопасности. - Ты куда? – Коби вырвался из толпы и подошёл к товарищу. Он выглядел встревоженным. - Посмотрю, как изменилась моя комната. Ты чего такой бледный, призрака увидел? - Нет, - Коби помедлил, - Всё в порядке? - Да, все отлично, - притворно-бодро ответил капитан-лейтенант и добавил тише, - Просто не нравится, как на меня смотрят. Это была правда: старожилы базы не то чтобы неприятно смотрели на Хельмеппо. Они вообще старались на него не смотреть, прятали глаза, делали вид, будто его не существует. Только Рика проявляла искреннее внимание, но, похоже, что и она получила инструкции молчать в тряпочку. И даже не скажешь ничего против, Хельмеппо это заслужил. - Ты же понимаешь, что это не из-за тебя, - напряжённо проговорил Коби, - Это из-за инцидента. - Как будто я одним инцидентом выделяюсь, - буркнул Хельмеппо. Ребята незаметно вышли из кабинета и направились в сторону его комнаты. - Нет, - помотал головой капитан, - Но ты же не хочешь, чтобы тебя вспоминали по событиям двухлетней давности? - Лучше уж по ним, - Хельмеппо скрипнул зубами. Вспоминать его могли не только по событиям двухлетней давности. По событиям пятилетней давности тоже. Но эти суки решили вообще ничего не говорить. Комнату ребята не нашли. Как они выяснили позже, её почти сразу переделали под кладовку и завалили самым разным хламом. Хельмеппо воспринял это на удивление нормально, хоть и поругался, что придётся спать в казарме. Затем он сказал, что хочет один погулять по базе и, несмотря на протест Коби, вышел. - Почему он не хочет ни с кем разговаривать? – Рика выглядела расстроенной. - Представь, что ты возвращаешься туда, где тебя все недолюбливают, - подавленно произнёс Коби, садясь рядом с ней. - Кто его недолюбливает? Я уже давно не злюсь! - Ты не злишься, а другие не такие, - Коби вздохнул, и уронил голову в ладони, - Не надо было ему приезжать. Ещё и так мало времени с инцидента прошло. - Да ладно, не кисни! – приободрила его Рика, - Вы же только первый день здесь. Немного погуляет, повспоминает и оправится! Однозначно! - Думаешь? – Коби посмотрел на неё, она хлопнула его по макушке. - Гарантирую. А Хельмеппо в это время гулял по двору перед позорным столбом. Случайные люди, проходящие мимо, старались побыстрее отойти от капитан-лейтенанта и убежать по своим делам. Хельмеппо чувствовал себя невидимкой. Он снова посмотрел на столб. Да уж, вроде два года прошло, а Ророноа Зоро будто только вчера здесь висел. И дёрнул же черт его сюда привязать, жил бы себе прежней спокойной жизнью, тешил себя иллюзиями, что мир вертится вокруг него, а отец его любит. Нет же, надо было выпендриваться! Капитан-лейтенант злобно ударил по столбу. Не помогло. Надо сходить на крышу, оттуда прекрасный вид. Был когда-то. Возвращаясь внутрь, Хельмеппо заметил груду камней, среди которых можно было рассмотреть лицо его отца. И почему эти обломки до сих пор не убрали? Капитан-лейтенанту показалось, что Морган смотрит на него из камней своими каменными глазами. По коже пробежали мурашки. Даже остатки его каменной статуи не желают видеть сына рядом. Хельмеппо поспешил зайти обратно. С крыши вид открывался не такой крутой, каким казался раньше. После чудес Гранд Лайна и Нового Мира все казалось обычным. Хельмеппо вспомнил, как бегал тут, будучи совсем ребёнком, и как его то и дело пытались отсюда согнать, мол, упадет-разобьется. Дураки. Отец не запрещал, значит, можно! Тут и падать-то некуда, метров десять от силы. И площадка для игр просто отличная. Пространство ровное, никто не мешает, ветер заглушает все крики, гоняй себе, да молоти палкой невидимых врагов. Капитан-лейтенант улыбнулся: были же времена, когда все было хорошо. А потом пришёл Мугивара и поволок его с этой крыши в пучину Преисподней. Проклятый Мугивара. Если бы не он… - Вот ты где! – на крышу выскочила Рика, - Я тебя обыскалась. Пошли на кухню, я покажу, как научилась готовить. - Не хочу, - попытался возразить Хельмеппо, но выбора девочка не дала, схватив его за руку и потащив вниз. На кухне собралась куча народа, многих из которых Хельмеппо даже не знал. Юнги, солдаты, офицеры… Старожилов тоже было достаточно, их можно было узнать не только по знакомым лицам, но и по тому, как они эти лица старательно отводили, общаясь, в основном, с Коби и друг с другом. Коби взахлёб делился впечатлениями обо всем на свете, и в ответ получал все больше вопросов. Они расспрашивали его, как там в Новом Мире, тяжело ли служится в звании капитана, как хватало смелости на все те подвиги, о которых кричали газеты. И каждый счёл своим долгом заметить, что они его чуть ли не с пелёнок воспитали, так что его победы и их заслуга тоже. Хельмеппо раздражённо отвернулся: они всего-то давали поручения из разряда «принеси-подай-пошел-в-бездну-не-мешай», он был для них лишь мальчиком на побегушках. А тут стал знаменитым благодаря своей храбрости и доброте, и сразу зашевелились. Тупые люди. - Будешь? – из размышлений капитан-лейтенанта выдернула Рика, протянув ему миску супа, - Сама готовила. - Прости, аппетита нет, - Хельмеппо отодвинулся, - Много тут изменилось после нашего отъезда? Ну, помимо того, что мою комнату переделали. - Не особо, я не знаю, я тут только год работаю, - пожала плечами Рика, - А у вас там что? - Коби не рассказывал? - Рассказывал, - согласилась девочка, - Но я хочу послушать, что ты расскажешь. - Но я от Коби ни на шаг не отхожу, за ним ведь глаз да глаз нужен, - Хельмеппо улыбнулся, - Так что расскажу то же, что и он. - А как насчёт инцидента? – внезапно спросила Рика. Хельмеппо побледнел, - Коби же там не было, он только всех спас. - Ты… - капитан-лейтенант почувствовал, что начинается колотун. Если сейчас никуда не выйти, то лицо Рики раскрасит не самый красивый фонарь. - Да, мне сказали о нем не спрашивать, но это лучше, чем просто отводить глаза и делать вид, что инцидента не было. Не хочу быть, как взрослые, которые ведут себя, как дети. - Тебе сказали не расспрашивать, - процедил Хельмеппо, губы плохо его слушались, - Так и не расспрашивай. - Но вдруг журналисты соврали? – не унималась Рика. - Не соврали. Закрыли тему, - уняв нервы, Хельмеппо опустился на стул и взял-таки предложенный суп. - Некоторые взрослые глупее детей, - пробурчала Рика, пока капитан-лейтенант опустошал миску. - Как мама? – Хельмеппо перевёл разговор в более мирное русло. Некоторое время они общались на отвлеченные темы, а потом Рику позвали готовить ужин. Коби уже устал говорить, поэтому решил со всеми прощаться, пообещав продолжить завтра. Он с трудом пробился к Хельмеппо и повис у него на плече. - Последний раз я столько говорил, - он задумался, - Никогда. Даже журналисты не такие настойчивые. - Ты не был здесь два года, за два года и наговорился, - капитан-лейтенант сбросил его с себя, - Поздно уже, пойду курить. - Я с тобой! - Нет. – твёрдо обрубил Хельмеппо и вышел во двор. Коби его «нет» не остановило, поэтому он стоял и вдыхал табачный дым, стоя с другом под тёмным небом. Начало заметно холодать. - Похоже, завтра будет дождь, - заметил капитан. - Ага, надо было выбирать время прибытия осмотрительнее. - Да, прости. - За что? - Ну это же была моя идея, - Коби понизил тон, - Приехать сюда. - Идея твоя, - согласился капитан-лейтенант, - А извиняешься за что? - За все, - Коби опустил голову, - Ты только начал приходить в себя, а я… - А ты? Хельмеппо понимал, что сейчас опять нужно будет вертеться, аки уж на сковороде, убеждая Коби, что тот не виноват в том, что Хельмеппо сейчас некомфортно в родном городе. Ну да, именно Коби предложил съездить на выходные в Шеллзтаун, потому что хотел, чтобы Хельмеппо развеялся после тяжёлых событий. Кто мог знать, что люди тут будут рады видеть только Коби? Хотя это было очевидно. Хельмеппо знали далеко не с лучшей стороны. - И почему я решил, что отвезти тебя домой будет хорошей идеей? - Ну, технически, это хорошая идея. С точки зрения психологии, - капитан-лейтенант вспомнил последний прочитанный учебник, - Но дело уже во мне. И кое в чем ещё. - В чем? – Коби с надеждой поднял глаза, - Скажи, я помогу! - Ты тут не поможешь. Видишь ли, - Хельмеппо старался правильно выбирать слова, - Я всю жизнь думал, что отец любит меня, - главное не сказать лишнего, - А потом он внезапно заявил, что даже человеком меня не считает. - Ох, - Коби погрустнел, - Ты никогда не говорил. - Я хотел, да все находились другие поводы начать ругаться, - Хельмеппо проигнорировал его взгляд и продолжил, - А потом Мугивара, побег, бунт… - Ты пытался меня убить, - подхватил Коби, вспоминая это, как какую-то детскую игру. А тогда Хельмеппо был на самом деле серьёзен. - Хе-хе, да, - усмехнулся капитан-лейтенант, радуясь, что Коби не стал развивать тему с Морганом, - Потом удар в нос, и вот я уже мальчик на побегушках без надежды на светлое будущее. И те люди, которыми я командовал всю жизнь, стали командовать мной. В один момент все перевернулось с ног на уши. Вот мне и неловко сейчас. Но это все на моей совести. Понимаешь? - Не понимаю. - Мне трудно находиться в месте, в котором меня не то что калекой, - Коби попытался возразить, но Хельмеппо быстро его перебил, - И человеком-то считают с трудом. Люди, которые стараются не вспоминать, как я ими помыкал, только потому, что прошло два года и я пережил, что пережил, - капитан-лейтенант не стал произносить слово «инцидент», - Чувствую себя от этого крайне неудобно. Словно в палате для душевнобольных. - Да, - согласился капитан, - Будто проще игнорировать полностью, чем вспоминать что-то помимо инцидента. - Ну, помимо инцидента, в принципе, и вспоминать особо нечего, - Хельмеппо пожал плечами, - Так что, с одной стороны, я их даже понимаю. - Да как это можно понимать?! Тебя бросил отец, ты прошёл через ад, а все, что ты получаешь вместо поддержки, это игру в невидимок! - В каком-то смысле, я это заслужил. Они имеют право меня недолюбливать. - Нет не имеют! - Имеют. А то, что это мне не нравится, уже мои проблемы. – Хельмеппо закрыл тему и бросил окурок в пепельницу, - Короче, разберусь. Думаю, завтра дышаться будет уже легче. - Ты ни в чем её виноват, - продолжал бурчать Коби, - Это все Морган, почему всех собак повесили на тебя? - Так я же его сын, - помедлив, сказал Хельмеппо. - И что дальше? - Ну, родная кровь, все такое. Ты же не знаешь, каким я был до знакомства с тобой. А я не был хорошим человеком. - Люди меняются, - настаивал Коби, - А дети не должны отвечать за грехи своих родителей. - Я и не отвечаю за его грехи. Я отвечаю за свои и за… - Хельмеппо резко замолчал, поняв, что сболтнул лишнего. Только бы Коби не услышал последние слова. - За свои и…, - поздно, услышал, - За чьи ещё? - Моей внутренней божественной сучности, - заключил капитан-лейтенант, желая шуткой заговорить зубы. - Понял, - Коби тоже решил не развивать эту тему. Если Хельмеппо-сан захочет, то сам расскажет, - Но сравнивать тебя с Морганом я никому не позволю. - А кто сравнивал? - Много кто, ты просто не слышал. Говорили, что ты очень на него внешне похож. - Вот как, - Хельмеппо задумался, - А раньше не сравнивали. В любом случае, таким же, как он, я не буду. - И никогда не был, - заключил Коби, - Ты никогда не был таким уродом. - Не говори о нем так. - Да мы даже когда только познакомились, ты сам взял пистолет в руки, а не велел это сделать кому-то из солдат, пока Морган стоял за спиной огромного отряда! - Хотел произвести на него впечатление, - пожал плечами Хельмеппо, отводя взгляд. - Но ты не струсил. - Ты тоже. Ты готов был принять пулю, несмотря на то, что тогда бы всем твоим мечтам пришёл конец, - капитан-лейтенант вспомнил тот день. Все до последней детали, пока его не вырубили, - И это при том, что ты не знал, что я блефую. - Не переводи на меня. – строго сказал Коби. - Буду переводить. Ты уже тогда был на две головы выше меня и по духу и по силе. А я как был всего лишь сыном Моргана, которому подчинялись, потому что боялись гнева капитана, так и остался. - Ты говоришь чепуху, - сдался Коби. Очередной тупик. - Ну и ладно. Поздно уже, пора спать. Спокойной ночи. - И тебе. Коби снова остался один. Ну почему Хельмеппо-сан так себя ведёт? Почему не признает, что его отец ужасный человек? И как люди вообще смеют их сравнивать? Морган отвратителен и жесток, а Хельмеппо-сан добр и заботлив. Они совершенно разные, как можно сравнивать? Коби намеренно упускал тот факт, что ничего не знал о жизни друга до их знакомства, ему это было не важно. Даже если Хельмеппо-сан и был плохим человеком, он нашёл в себе силы измениться, а не сидеть и жаловаться, как все плохо. Черт, да Морган его в заложники взял ради собственной выгоды, а Хельмеппо все ещё вспоминает его без ненависти! Почему он держится за него? Морган остался в прошлом, последний раз они виделись во время его побега с корабля Гарпа, но Хельмеппо-сан будто все ещё скучает по нему. Как можно скучать по человеку, который хотел тебя убить? Ответить Коби не мог. После инцидента Хельмеппо закрылся от него за тысячей дверей, открыть которые не позволял. Даже, когда они разговаривали об этом, он говорил поверхностно и односложно. Коби не знал, что делать. Что он твёрдо знал, так это то, что не сдастся. Он поможет Хельмеппо снова открыться и жить прежней жизнью, а не притворяться. Он больше не бросит его. Никогда.

***

Спать Хельмеппо решил у себя в комнате. Ну и что, что там теперь кладовка? Кроватью он не пользовался давно, а на пол можно и какую-нибудь тряпку постелить. Разговор с Коби оставил у него неприятный осадок: Хельмеппо всего-то хотел убедить его, что ему нормально, что люди вокруг игнорируют его существование. Ну точнее, не совсем нормально, но ожидаемо. Хельмеппо смирится. А потом внезапно они заговорили про отца. Коби его терпеть не может. Придурок. «Нельзя нас сравнивать… Да откуда ж ты знаешь?!» - раздражённо думал капитан-лейтенант. Да он всю жизнь равнялся на отца и восхищался им. Морган всего добился своими силами и умудрялся в одиночку держать немаленькую по меркам Ист Блю базу, ещё и весь город в придачу. Разве слабый человек на такое способен? Да, отец часто перегибал палку, но такими ведь и должны быть дозорные, разве нет? Иначе делать им здесь нечего, раздавят и съедят. Вон, главнокомандующий Сакадзуки тоже жёсткий и беспринципный, но именно поэтому он и главнокомандующий! Сенгоку оказался слишком мягким и к чему это привело? Кукует теперь на должности инспектора под началом более молодого и сильного дозорного. Сравнивать его с отцом нельзя, как же… Да, его отец не идеален, да, жесток, но он по-прежнему его отец. И Хельмеппо его любит. Даже несмотря на… Капитан-лейтенант почувствовал слабость. Он старался не вспоминать об этом, никому ничего не рассказывал. Поэтому все считали, что Морган куда-то пропал. Но они виделись. И совсем не так давно. Но даже если и Морган ненавидит сына, то это не значит, что сын станет ненавидеть его! Как Коби это не понимает? Хельмеппо опустился на колени и закрыл лицо руками. Очки с шумом упали на пол. Да, он должен ненавидеть отца. За все, что он натворил, за все, что он сделал с другими. За то, что сделал с самим Хельмеппо. Для многих то, что Морган сотворил, было непростительно. Но только не для Хельмеппо. «Это из-за неё, да? Это она была причиной?» Капитан-лейтенант судорожно перебирал мысль за мыслью, пытаясь понять, почему Морган хочет, чтобы он умер. Должно же быть какое-то основание. Хельмеппо всю жизнь был примерным сыном, слушался, старался равняться на него, так почему отец так сильно желал его смерти? Это не могло получиться на ровном месте: двадцать лет молчать и делать вид, что все хорошо, а в один прекрасный день сказать, что сын ему противен. В голову приходила только одна идея: она. Что-то случилось в тот день. Но именно тогда маленький Хельмеппо играл на улице и не видел, как это произошло. И теперь узнать это не представляется возможным. Вечно Хельмеппо оказывается на окраине событий, вечно узнает обо всем последним. Надо будет пройтись по городу и все обдумать. А на ночь глядя думать вредно. С таким умозаключением Хельмеппо устроился среди ящиков и попытался заснуть.

***

Всё следующее утро Хельмеппо провел в раздумьях, что-то чиркая и зачеркивая в блокноте. Коби то и дело пытался заглянуть ему через плечо, так что в итоге капитан-лейтенант просто вышел из кабинета и пошёл к себе в кладовку-комнату. Но его местоположение быстро раскрыли и совместными усилиями Рики и Коби вытащили на свет Божий. Коби попытался извиниться за вечер, Хельмеппо быстро извинил. Затем Коби позвали показать несколько приёмов рукопашного боя для новобранцев. Он настоял, чтобы Хельмеппо пошёл с ним, хоть тот и протестовал. Спустя несколько часов, в течении которых Коби успел сразиться с большинством юнцов, которые смотрели на него, как на живую легенду, их, наконец, отпустили по своим делам. Хельмеппо был этому несравненно рад: он уже решил, что будет сегодня делать, а его непростительно отвлекли. - Куда ты? – спросил Коби, когда капитан-лейтенант быстро засобирался. - Да ничего особенного, - неохотно ответил Хельмеппо, потому что знал, что Коби обязательно за ним увяжется, - Просто схожу домой. - Домой? – Коби удивился, - Но ведь твой дом здесь. - Не здесь. Я пойду один. - Почему? - Потому. И только попробуй увязаться следом. Зарою. – жёстко сказал Хельмеппо и вышел за дверь. По дороге он купил тюльпанов. Лучшие цветы. Они ей всегда нравились. Красные, как кровь. Они сильно контрастировали с серым небом над головой. Да уж, погода с утра не задалась, не дай Бог, ещё и дождь пойдёт. По дороге Хельмеппо старался не смотреть на прохожих, они на него тоже. Некоторые шептались, показывая на него своим детям и говоря что-то явно не лестное. Уроды. Но Хельмеппо не стал подходить и ругаться. Они знали его таким, каким он был до встречи с Коби, так что они могут злиться. Он не нуждался в их одобрении. Когда Хельмеппо был совсем маленьким, его семья жила за городом на берегу моря. Папа, мама и сын. Сейчас их небольшой домик был в полуразрушенном состоянии. Хельмеппо вышел на берег и посмотрел на него: заколоченная дверь и окна. Рядом простенькая могилка с камнем вместо надгробия: «Здесь покоится Прекраснейшая из всех женщин. Моя любимая жена Хелена. Светлая память, родная». Отец сам написал это найденной в кладовке краской. Хорошо, что надпись не стерлась до конца. - Привет, мам, - тихо произнёс Хельмеппо, садясь напротив могилы, - Вот я и вернулся. Он положил цветы. Странная традиция: разве мертвецам это нужно? Они давно в другом мире и не смогут принять их. Может, когда цветы вянут, их души соединяются с теми, кому их дарили? Есть ли у цветов души? Будь мама с ним, он бы непременно спросил. А она бы обязательно рассказала об этом сказку. Но она умерла, когда Хельмеппо было четыре года. - Прости, что так долго не приходил. Отец не хотел, чтобы тебя навещал кто-то, кроме него. Но сейчас… - Хельмеппо вздохнул, - Сейчас я уже вообще не понимаю, что с отцом такое. Хельмеппо не помнил, как выглядит мама. Помнил только, что она всегда улыбалась. Только повзрослев, Хельмеппо понял, что это дурной знак. Если человек постоянно улыбается, то с ним не все в порядке. Но мама этого никогда не показывала. А Хельмеппо был слишком мал, чтобы это распознать. - Почему ты умерла? – капитан-лейтенант коснулся камня, провел по надписи, - Всё же было так хорошо, папа любил тебя, я тоже, и ты нас любила. Так почему, мам? Отец обижал тебя? Сейчас я в это поверю. – Хельмеппо опустил голову, - Он на такое способен. Когда мама умерла, Морган избавился от всех вещей, связанных с ней. Подарки, игрушки, одежда, купленная ей посуда. Он также вместе с Хельмеппо переехал на базу в центре города, а дом заколотил, чтобы никто больше сюда не въехал. Хельмеппо был против, но кто будет слушать четырехлетку? Переехав, отец с головой погрузился в работу, сосредоточившись на собственной карьере. Хельмеппо он предоставил самому себе, только запретил ходить на мамину могилу. Это совсем не нравилось мальчику, но ослушаться он не мог. Мама всегда говорила, что папу надо слушать. - Он стал сам не свой после твоей смерти. Ну, по крайней мере, я думал, что стал. Но теперь мне кажется, что он был таким всегда. Ты знала это? Ты знала, что он не такой добрый, каким был при тебе? Поэтому ты умерла? Ответа не было. Последнее, что Хельмеппо помнил о маме, что в тот вечер она ответила ему: «И я тебя, милый», когда мальчик сказал, что любит её. Если она его любила, то почему решила покинуть этот мир? И почему сделала это сразу, как сказала, что любит сына? - Ты знала, что будешь делать утром, когда говорила мне про любовь? Ты уже была готова? Ветер усилился. С неба упало несколько капель. Будет шторм. - Он ненавидит меня. Он ненавидел меня всегда, мам. Но почему он признался в этом только через двадцать лет? Почему не попытался убить меня ни разу за все это время? – Хельмеппо сглотнул. Нельзя плакать, - Даже тогда он хотел убить меня не собственными руками! Начался дождь. В шуме моря расслышать шёпот Хельмеппо не представлялось возможным. - Но он добился своего. Сейчас я и сам не против свести счёты с жизнью, - капли струились по лицу капитан-лейтенанта, но он их не вытирал, - Я хочу к тебе, я хочу быть с тобой, - он прижался мокрым лбом к камню и произнёс одними губами, - Мне тебя не хватает… Дождь влил уже на полную. Хельмеппо решил зайти в дом и переждать там. Разломать доски было несложно, они сгнили за столько лет. Зайдя внутрь, он закрыл глаза. Самым первым воспоминанием, связанным с этим домом было именно то утро.

***

- Мама? Что случилось? Тебе плохо? – удивлённо спросил мальчик, вернувшись с улицы. - Она перепутала крысиный яд и сахар. - послышался пустой голос отца. На руках он держал маму. Мама, казалось, спала, но как-то слишком жутко. - Ты ведь поможешь ей? Мам! Это я, мам! Проснись! - Не прикасайся к ней! – отец оттолкнул мальчика в сторону, - Ничего уже не сделать. - Почему? – мальчик начал плакать. - Она умерла. - строго сказал отец, кладя маму на кровать. Её руки безвольно повисли по краям, - Она не проснётся. - Нет! - мальчик заплакал ещё громче и кинулся к маме. Отец не успел его остановить, - Проснись, мам, проснись! Все будет в порядке, папа тебе поможет! Пожалуйста, проснись! - Отойди от неё! – отец за шиворот отволок мальчика от мамы, - Она умерла, ты слышишь? - Она проснётся! Мама проснётся! Мама не проснулась.

***

Хельмеппо опустился на скамейку. Все, что принадлежало этому дому, осталось в нем, поэтому мебель была на месте. Хельмеппо чувствовал себя опустошенным. Он думал, что от встречи с мамой ему станет легче, но стало только хуже. Почему она ушла так рано? Может, если бы она была жива, ничего этого не случилось. Морган бы не стал жестоким капитаном, Хельмеппо бы не вырос тварью, которую ненавидят все в городе, и не стал бы связываться с Ророноа Зоро. Размышляя о том, чего бы не случилось, Хельмеппо просидел до самой темноты. Шторм даже не думал заканчиваться, а ветер то и дело грозил сорвать дверь с проржавевших петель. Капитан-лейтенант нашёл старую свечку и зажёг её. Её пламя гипнотизировало и он просидел так ещё около часа. Возвращаться не хотелось. Несмотря на то, что тут было холодно и темно, здесь он чувствовал себя в безопасности. Он жил здесь во времена, когда их семья была счастлива, поэтому хотел задержаться тут на подольше. Коби думал, что позволив Хельмеппо вернуться домой, поможет ему развеяться, и капитан-лейтенант его в этом поддерживал. Но сейчас он сомневался, может ли вообще назвать Шеллзтаун домом. Здесь все было для него чужим, и теперь он это понимал. В городе, который он считал своим, ему никогда ничего не принадлежало. Всё это было собственностью его отца, а Хельмеппо лишь этим пользовался. Всю жизнь он просидел на отцовской шее, а когда появилась возможность себя проявить, большее, что он смог сделать, это припугнуть Коби пистолетом. И то, его после этого быстро уложили. А потом он стал таким же мальчиком на побегушках, которыми считал подчинявшихся ему людей. Этот город никогда не принадлежал ему. Он всегда был здесь чужаком. Поэтому неудивительно, что город не принимает его. Он ничего не сделал для этого. Но с другой стороны, а сейчас разве что-то изменилось? Хельмеппо слез с отцовской шеи, но перелез на другую: на шею Коби. Всё, что он делал, это выполнял его приказы, никогда не действовал самостоятельно и не забывал хвалить своего капитана, потому что льстецов все любят. Хельмеппо чувствовал себя жалким: он никто для этого мира. Он может только брать, но ничего не даёт взамен. Паразит, живущий за счёт других. Один раз Хельмеппо попытался что-то сделать без указки Коби и это привело к катастрофе, обвинить в которой можно было только себя. После этого он утерял любую надежду стать полноценным человеком. Всё, что он мог делать, - это продолжать жить своей ничего не значащей жизнью и притворяться, что все как обычно. Хоть его тело и выжило в инциденте благодаря Коби, но, казалось, что он сам там и умер, а тело доживает отведённый ему срок. Сколько раз его посещали мысли сократить этот срок самому. Но каждый раз что-то будто мешало. Скорее всего, тот факт, что Хельмеппо трус, не способный даже избавить этот мир от своего никчемного существования. Он даже на такое не мог решиться. Жалкое ничтожество.

***

Прошло какое-то время. Шторм за заколоченным окном утихал. Свечка почти догорела. Но, погруженный в свои мысли Хельмеппо этого не заметил, просидев в одном положении ещё долго. Когда он пришёл в себя, из-за досок уже пробивался утренний свет. Он вскочил: что, уже утро? Он тут всю ночь провел? Вот дерьмо! И как теперь объяснять Коби свое отсутствие? Хельмеппо выбежал за дверь. Солнце было высоко. Проклятье! Коби его наверняка обыскался. Капитан-лейтенант пустился бежать в город. Ну ничего, извинится, позволит поговорить на всякие темы, на какие Коби только захочет, и он его простит. - Ты не ночевал на базе, - без укора заметил капитан, когда запыхавшийся Хельмеппо вбежал на базу. - Потерял счёт времени дома, извини. - В следующий раз бери с собой Ден-Ден-Муши, не заставляй волноваться почём зря. - Ладно. – раз Коби попросил об этом, значит он послушал Хельмеппо и не пошел за ним домой. Огромное спасибо ему за это. - Ты в порядке? Выглядишь помятым. - Просто не спал ночью. Думал. - О чем? – в глазах Коби появился интерес. - Да обо всем. О маме, - когда Хельмеппо упомянул про маму, Коби встрепенулся, - об отце, о временах, когда нам было хорошо. Не бери в голову. - Ладно, - по выражению лица Коби можно было понять, что он готов устроить допрос с пристрастием, но отчаянно держится, - Пойдём завтракать? - А там что-нибудь осталось? - Не знаю, но можно попросить Рику. - Звучит, как план, - и ребята выдвинулись на кухню. Ночь осталась позади. Но ничего, что могло бы помочь, Хельмеппо себе не надумал, только больше закрылся в себе. Ничего, справится как-нибудь. Главное, жить той жизнью, какой он жил до инцидента, а там все само образуется. Хельмеппо верил в это. Больше ему верить было не во что.