I need you to hope

      — Проектор фантомной зоны, — слова Лекса эхом пронеслись в голове Лены.       Нет, нет, нет.       Лене хотелось кричать. Но в другом помещении Крепости, где происходила драка, творилось слишком много всего, ее попросту никто не слышал. Она не успела туда добежать. Все, что оставалось — смотреть камеры, пока сердцебиение гулом отдавалось в ушах. Лена знала, что ее никто не услышит, но это не помешало ей пытаться.       Супергерл может услышать, — подумала она. — Нужно попробовать.       — Кара! Кара, берегись! — Лютор кричала так громко, как только могла.       Не Кара. Не Кара, — непрерывно крутилось в голове.       Лена видела происходящее, словно в замедленной съемке. Алекс вынула пистолет и начала с ним возиться, целясь в Лекса, который держал проектор, нацеленным на Супергерл. Лена молилась, чтобы рефлексы Алекс работали достаточно быстро. Достаточно быстрыми, чтобы сделать ее брата снова смертным. Лене было все равно, что с ним будет дальше. Она уже однажды убила его. Он больше не был ее братом. Слишком много боли Лекс ей причинил. Теперь у нее есть настоящая семья. Теперь у нее есть Кара.       Лена увидела, как Алекс нажала на курок в тот момент, когда Лекс запустил проектор фантомной зоны.       — Нет! — закричала она, наблюдая, как Кара растворяется в воздухе.       Лена всхлипнула. Почему она пообещала Каре оставаться здесь? Она не была дурой и прекрасно знала, что ее присутствие там не повлияло бы на бой, но, возможно, ей удалось бы отвлечь Лекса. Возможно, она могла бы кричать громче. Возможно, Кара услышала бы ее.       Возможно, возможно… — эхом отзывалось в ее голове.       Лютор проснулась. Ее подушка была мокрой от слез, а простыня — от пота.       Еще один кошмар, — вздрогнула она.       Прошло четыре дня с тех пор, как Лекс отправил Кару в фантомную зону. Поначалу Лена и вовсе не могла уснуть. Затем начались кошмары.       Лена вздохнула и перевела взгляд на будильник. Шесть сорок утра. Обычно она уже вставала в это время, собираясь на работу. Но сегодня она ощущала, что ей совершенно плевать на деловые встречи. Последние три дня она едва ли держалась. Она даже допустила несколько ошибок, которые, к счастью, Джесс обнаружила перед отправкой конфиденциальных файлов.       Лютор снова вздохнула, благодаря Бога за Джесс. Она перевернулась, прячась от утреннего света, просачивающегося сквозь занавески, и схватила подушку, лежавшую рядом с собой, чтобы заменить ту, на которой спала и которая была мокрой от слез. Кислотный дождь.       Холодная подушка слабо пахла духами Кары после ночи кино марафона, который они устроили несколько дней назад. Лена закрыла глаза и попыталась снова заснуть.       Кара. Кара. Кара.       Спустя пять часов Лену разбудил резкий стук в дверь. Честно говоря, она не хотела вставать и смотреть в лицо реальности, но когда стук не прекратился, Лютор решила, что в любом случае, хуже не будет. Она схватила свой телефон и заметила три пропущенных звонка от Джесс. На дворе стоял полдень, а утром она забыла позвонить и сказать, что заболела. Лена вздохнула и сунула телефон в штаны пижамы, улыбнувшись, когда вспомнила, что Кара подарила ей их на день рождения.       Такому трудоголику, как ты будет удобно носить телефон при себе все время, — рассмеялась Кара, когда Лена открыла подарок.       Вся пижама была усыпана рисунками розовых кроликов.       Прежде чем она успела добраться до двери, раздался еще один стук.       — Алекс?       — Хэй, я могу войти? — с усталым видом спросила женщина.       У Лены участилось сердцебиение. У них появились новости о Каре? Она проспала что-то новое?       Лютор попыталась скрыть панику и придержала дверь для Алекс, внезапно ощутив себя совершенно проснувшейся.       — Без обид, но ты ужасно выглядишь, — сказала Дэнверс, следуя за Леной к кухонному островку и усаживая на стул.       — Алекс, ты нашла Кару? Она.? Ты.? — выпалила Лена на одном дыхании срывающимся голосом.       Ей нравилась Алекс, она уважала ее еще с тех пор, как узнала о ДЭО и делила с ней лабораторию.       Однако напряжение в комнате вызывало ощущение нехватки воздуха. Лене нужно было знать, есть ли какие-нибудь новости. Хорошие или плохие. Она должна была подготовиться к худшему.       — Прости, Лена, но новостей нет, — ответила Алекс. — Сделай глубокий вдох. Ты выглядишь так, будто на грани панической атаки.       Дэнверс подошла к девушке и схватилась за ее запястья.       — Лена, смотри на меня.       Лютор сделала, как ей велели, но дыхание лишь учащалось. Она проспала половину дня. Она знала, что, если бы упустила что-то важное о Каре, то никогда не смогла бы себя простить. Но Алекс… Она сказала, что новостей нет.       Лена попыталась повторить эти слова про себя, чтобы успокоиться, но почему-то ее мозг, казалось, отказывался верить голосу в голове. Девушка ощутила пальцы Алекс на своем запястье, с силой надавливающие на точку пульса. Она снова перевела взгляд на ее лицо. Ее добрые карие глаза, форму носа и цвет волос. Алекс выглядела не так, как обычно.       — Ты и сама не так уж хорошо выглядишь, — наконец, ответила Лена, когда почувствовала, что тревога понемногу утихает.       — Ты в порядке? — спросила Алекс.       Теперь ее пальцы нежно поглаживали внутреннюю сторону ладоней Лены.       — Пока что, — ответила девушка, глядя на их руки. — Откуда ты знаешь?       Алекс разорвала контакт и повернулась, чтобы взять стакан у раковины и наполнить ее водой.       — Кара… У нее было много панических атак, — она передала воду Лене. — Она просыпалась посреди ночи, а так как мы жили в одной комнате…       — Кошмары о фантомной зоне? — догадалась Лена.       Ну, я застряла в фантомной зоне, проигрывая в голове гибель моей планеты на протяжении многих лет, — слова Кары эхом отозвались в сознании.       На лице Лены отразилась боль при этих воспоминаниях.       — Ага, — ответила Алекс.       — Спасибо, — сказала Лена и сделала глоток холодной воды.       Внезапно ее желудок издал урчание, но она благополучно проигнорировала это.       — Так новостей нет? — снова повторила Лютор.       — Нет. На самом деле, я просто пришла проверить, как ты, — сказала Алекс, тоже беря стакан воды.       — Тебе позвонила Джесс, не так ли? — Лена засмеялась.       И хотя в ее груди зияла громадная дыра, может быть, глубоко в душе, она оценила, что есть кто-то, кто действительно заботится о ней. Кто-то, кто готов был быть с ней рядом.       — Звонила, — усмехнулась Алекс и последовала за девушкой к дивану, расположенному в центре гостиной.       — Я в порядке, Алекс, — сказала Лена, делая еще один глоток воды, чтобы скрыть, что на самом деле она совершенно не была в порядке.       Дэнверс прищурилась и склонила голову набок. Лена буквально ощутила, как она изучает ее.       — Правда?       Лена вздохнула и поставила стакан на журнальный столик.       — Что меня выдало? Пижамные штаны с кроликами, которые подарила твоя сестра и которые я ношу несколько дней? Мои растрепанные волосы? Мои непревзойденные носки?       — Все выше перечисленное? — Алекс поджала губы, пытаясь скрыть улыбку.       — Зато честно, — ответила Лена, когда поняла, что действительно выглядит ужасно.       Если бы мать могла видеть ее сейчас. Острая боль разнеслась по грудной клетке, и девушка тут же отбросила мысли о своей семье. Ей нужно было беспокоиться о настоящей семье, которая теперь у нее появилась.       — Лена… — обратилась к ней Алекс и потянулась к одной из рук Лютор, которая в данный момент бессознательно шарпала пушистые носки. — Я знаю, Лена.       Лютор встретилась с ней взглядом, чтобы понять, что та имеет в виду. Взгляд Алекс был мягким, искренним и открытым. Лена недоуменно нахмурила брови.       — Знаешь что?       — Я знаю, что ты тоже любишь Кару, — улыбнулась девушка.       Любит Кару? Конечно, она любит Кару. Но почему Алекс так смотрит? Лена не могла точно определить этот взгляд. Жалость, возможно? Намек? Мягкая улыбка на губах Дэнверс, нежный огонек в глазах…       — Конечно, я люблю Кару, она… — Лютор замолчала.       Ее лучшая подруга? Это те слова, которые она искала? Если да, то почему просто не сказала их? Почему замолчала? Лена знала, что Кара — ее человек, и, конечно, любила ее. Но… Почему она не могла просто сказать, что Кара ее лучшая подруга? Было что-то большее?       Кара была одной из немногих, кому Лена действительно доверяла во всей своей жизни. И не так давно это доверие было подорвано. Но в тот момент, когда она смотрела, как Лекс угрожает Алекс раскрыть личность Кары перед Келли и, как напрямую угрожает самой Келли, Лена ощутила тошнотворный позыв. Тогда это дало ей некоторую ясность и понимание, почему Супергерл ранее скрывала от нее свою настоящую личность.       В то время как недоверие Супергерл все еще ранило Лену, она поняла, что Кара, — ее Кара, — боролась за добро в людях и за то, что правильно; боролась с невероятно опасными инопланетянами и раз за разом рисковала своей жизнью ради безопасности других. Даже ее.       В этот момент Лена вспомнила тот день, когда Супергерл упала с неба в битве с Рейн. В тот день она могла потерять Кару. Слеза скатилась по ее щеке. Четыре дня назад она потеряла их обоих.       — Я люблю ее, — прошептала Лютор и тут же разрыдалась.       В этот момент она достигла предела. И тогда ощутила, как Алекс обнимает ее.       Она любила Кару. Она любила Кару!       Теперь Лена знала это, но не могла избавиться от мысли, что уже слишком поздно. Супергерл исчезла. Ее Кара ушла. На мгновение она погрузилась в жалость к самой себе, потому что ее жизнь была слишком несправедливой. Она потеряла мать, когда ей было четыре года. Затем потеряла отца. Лилиан никогда не любила ее. Лекс… Лекс манипулировал ею в течение многих лет, подвергал эмоциональному насилию. И, наконец, Лена нашла кого-то, кто любил ее такой, какой она была, кого-то, кто смог увидеть в ней хорошее. Кого-то, кто даже после всего случившегося доверял ей больше, чем ей доверяли за всю жизнь. Кара первой увидела, что Лена хотела лишь помогать людям. А теперь она потеряла ее, и это казалось таким несправедливым. Разве она не была хорошей? Разве не заслужила хорошего?       — Шш, Лена, — прошептала ей в волосы Алекс. — Все в порядке. Все будет в порядке.       Рыдания Лены эхом разносились по квартире, которая была слишком тихой.       — Ты действительно веришь в это, Алекс? — сквозь всхлипы спросила девушка.       Дэнверс не ответила. И пока Лена ждала, она ощутила, как Алекс крепче сжимает ее в объятиях. И вот тогда она поняла, что не только ей нужно утешение, но и Алекс. Она тоже нуждается в том, чтобы отпустить тяжелый груз.       — Не знаю, не знаю, — всхлипнула ей в плечо Дэнверс. — Что, если она никогда не вернется? Как долго мы сможем пытаться? Пытаться искать ее?       Лена обняла Алекс и притянула ближе, укладывая ее голову себе на колени и нежно поглаживая по волосам. Слезы все еще струились по ее щекам, но сейчас она пыталась быть сильной ради Дэнверс.       — Прошло всего четыре дня, — сказала она. — У нас есть время.       Но факт в том, что Лена не знала, верит ли сама собственным словам. Что, если они не смогут определить местонахождение Кары в ближайшие дни или недели? Она понимала, что им не удастся искать Дэнверс вечность. И каждая секунда, которая проходила безрезультатно, была секундой, которую Кара проводила в агонии. Или того хуже.       Лена вздрогнула. Кто знает, какие существа бродят там. А отсутствие света желтого солнца в фантомной зоне, оставляет Кару без сил, которые так необходимы, чтобы защитить себя. У Лены заболела душа. Она бездумно провела пальцами по волосам Алекс.       — Что, если нет никакой надежды, Лена? — голос Алекс дрожал.       Лена старалась не думать об этом. Старалась не думать, что никогда больше не увидит Кару, никогда больше не обнимет ее. Никогда не получит шанса сказать, что любит ее. И на секунду она почувствовала, как вся надежда выходит из нее. Ее сердце разбилось вдребезги от этих мыслей. Но вместе с этим, она знала, что Кара, которая сейчас далеко-далеко от них, будет изо всех сил бороться за свою жизнь. А еще Лена знала, что, сколько бы времени на это не ушло, в голове обязательно будет повторяться мантра: «Мне нужно, чтобы ты надеялась. Надейся. Надейся, что снова увидишь лица тех, кого любишь».