down in the forest

pyrokinesis — 5

Светло-зелёные шторы закрывали дыру на месте окна. Пол был усыпан осколками. «Зачем нам плотные стёкла?», — спросил однажды Серёжа, с его вечной улыбкой на лице. Они не вписывались в интерьер. — Тебя нет… Это всё ты. Ты виноват в этом. Тебя не существует, — твёрдо говорил Сергей, весь дрожа. Олег держал его руку так, будто в ней заключался весь мир. Он спокойно отвечал другу. — Я здесь, Серёж… Я всегда рядом. Всё будет хорошо. Мы справимся. После выхода из больницы Серёжа не хотел возвращаться во дворец. Он вообще не хотел вспоминать, что он миллионер. Из этого скромного дома у леса он только отправлял деньги родному детдому. И помогал тем, кто нуждался. Солнце мирно пробивалось сквозь зелёные шторы и плавилось на осколках старого окна. Каждое утро здесь было солнечно. Сергей не хотел домик у моря, как в сказках, а Олегу было безразлично: он просто хотел домик, в котором есть Серёжа. Он помогал другу, ведь тот в этом так нуждался. — Это не я… Это всё ты… Я же знаю, что тебя нет, ты погиб, — уже неуверенно бормотал Разумовский. Олег всё ещё казался спокойным, хотя это и было ой как далеко от истины. — Это не ты, Серёж, ты хороший человек. Но я всегда буду с тобой, здесь, я тебе помогу. Чувствуешь, — он сильнее сжал руку, — я жив. Я рядом. Уже очень давно. Всегда. Всегда. Видимо, это последнее слово эхом отозвалось где-то под рыжими волосами. За окном чирикали воробьи. Каждый день они были счастливы в этом лесном раю. И будут дальше. Просто приступ, ведь Серёжу никто, по сути, и не лечил. — Давай уберём осколки, — рыжий встал, улыбнулся, открыл шторы. Он всегда делал вид, будто ничего и не происходило три минуты назад. Будто его не колбасит, как синичку на морозе. Олег неподвижно позволил ему навести порядок, выплеснуть энергию в мирное русло. — Завтра надо в город сгонять, за едой, — сказал Серёжа. Волков только кивнул. Заиграла ABBA. Как бы Сергей ни плевался на то, что не он разработал, пользоваться Алисой было очень удобно. Уборка окончена. Олег так и не сдвинулся с места. — Посмотри в окно, — сказал Серёжа, — Иди сюда. Олег подошёл. Было солнце. А вчера был ветер. Они постояли пару минут. — И всё же, — только не это, — Это не по-настоящему. Я здесь только из-за полиции. Тебя нет. Ты умер тогда, разве не так? — Сергей уже кричал, — Это не может быть правдой! Ты не Олег, и это ты во всём виноват! Олег подумал о том, что убьёт Рубинштейна завтра же. Найдёт и убьёт. В него полетел горшок. Хорошая была орхидея. Сергей продолжал материться и кричать, твёрдо и спокойно. Олег уже сам бы поверил, что его не существует, не будь он непробиваем, как танк. «I gotta bulletproof heart, you gotta hollow point smile», — запело на рандоме. Сергей улыбнулся. И отвернулся. И заплакал. — Серёж. Всё будет в порядке. Однажды. Я рядом. Я не погиб. Мы вместе в этом лесном домике, — Олег не знал, что ещё сказать. Он никогда не знал, что сказать, но это всегда работало. Ведь он — Олег Волков. А это — его Серёжа. — Прости, — парень продолжал плакать и трястись. — Стой где стоишь, — попросил он, почувствовав, что Волк собирается подойти. — Я не хотел всего этого говорить и делать. Теперь нам нужен ремонт, — Серёга даже засмеялся. Всегда он тему переводит. — Ну и что, — улыбнулся в ответ брюнет. В доме разгром, ну и что? — Я люблю тебя, — сказал Серёжа. — И я тебя. Разумовский резко повернулся. — Такого больше не повторится, — посмотрел он в глаза другу. Олег выдохнул. — Конечно, — улыбнулся он. Где Разумовский нашёл то, что было у него в руках, никто так и не понял. Олег не сразу это заметил. По его телу разливалось тепло. «Я люблю тебя», — слышал он слова Серёжи и думал то же самое. Разумовский выстрелил ровно пять раз. «Теперь тебя не существует», — подытожил он.