Игра на выживание.

Осаму мягко проводит перебинтованной рукой по рыжим, лохматым после сна и бурной ночи прядям, и тяжело вздыхает. Наверное, он в последний раз трогает эти прекрасные волосы, последнюю ночь он прикасался к желанному и любимому им человеку, но от этой мысли не столько грустно и печально, сколько интересно, получится ли у него и сможет ли шатен вернуться в эту теплую кровать, или же уже нет. Даже странно понимать, что лежит на двух чашах весов на данный момент, но Осаму помнит, зачем он тут и для чего вообще прыгнул в эту авантюру. Мафиози мягко поднялся с постели, дабы не разбудить спящего в ней Накахару, обнаженное тело которого едва ли закрывало одеяло, и принялся одеваться, поднимая разбросанную по полу одежду. Все движения мягкие и тихие, чтобы не оказаться услышанным. Через пару минут шатен затянул на шее горчичного цвета галстук и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Он искреннее надеялся, что еще вернется сюда и в тоже время был полон интереса, чем же все закончится. ... Поворот, удар и выстрел. Он знает все едва ли не наизусть, хоть и понятия не имеет, откуда. Возможно, это все побочный ээфект перехода сюда, поэтому ему передалась какая-то часть того, что знал Одасаку. Хотя, вероятно, врят ли. Он бы с радостью воспользовался своей способностью и не дал Андре предвидеть будущее, но тогда может лопнуть и этот мир, из-за чего все будет зря. Пуля насквозь пронает тело, но шатен успевает нажать на курок для выстрела. Все именно так, как и должно было случиться. Правда, жаль, что он не смог вернуться, но это уже не так важно. Руки тут же немеют, а ноги подкашиваются, от чего парень падает на спину, не в силах держаться. Он сделал то, ради чего вообще все это затеял. В его мире Чуя Накахара возненавидел его перед смертью и умер от порчи, а шатен не был рядом. Только вот, пока все время Чуя ненавидел его, шатен же любил своего напарника, хоть и не говорил ему этого. Ода Сакуноске - близкий друг, так же был мертв. Собственно, когда погибли двое последних дорогих людей для Осаму, и без всего пустая жизнь и вовсе потеряла свою цену. До того момента, как он не встретил этого чертового эспера. Человек, что обратился в Детективное Агенство за помощью, оказал ему огромную услугу своей невероятной способностью - он умел создавать ту реальность, которую только хотел, но минус был в том, что при измене хода каких-то вещей могут быть последствия, на вроде смерти или же сущей потери, равной ей. Дазай же не придал этому значения, ведь был в себе уверен, что сможет обмануть это. Суметь обмануть саму способность, что почти невозможно, но ради того мира, что имеет цену и смысл стоило рискнуть. И сейчас, лежа на холодном полу, со свинцовой пулей в груди, он все таки понял, что даже ему не обмануть всю сущность способностей. Это слишком сильная вещь, но он знал, что умирает счастливый, ведь почувствовал тот сладостный вкус и ощутил тот смысл, который искал так давно. Одасаку жив, он был рядом с Чуей, что жив и любит его, а не ненавидит. Врят ли есть еще что-то более важное, дабы умереть счастливым. - Дазай! - раздается крик Накахары, что слышен уже словно за пеленой, которая заложила ему уши. Видимо, он поменялся местами с Одой, лежа на полу, в луже собственной крови, а Чуя прибежал к нему, как когда то он сам бежал на помощь к другу, но не успел. Как иронично. Только вот, ему нечего сказать Чуе, ведь они слишком разные и направить того на пусть истинный он не видел смысла. Голубоглазый не так пуст внутри, как он. Шатен лишь тихо закрывает кофейного цвета глаза, чувствуя, как немеет тело, и мягко улыбается. Он впервые чувствует это.