Кино

" - Сходим в следующий раз в кино все вместе?" Странно, что он вообще согласился на это. Нет никакого желания идти куда-либо, где ему придется смотреть на неприятную рожу Дазая и слушать очередную порцию насмешек. Он никогда не отличался особой остротой ума и постоянно нес какую-то чушь. Как только Огай вообще мог допустить этого идиота до места правой руки босса Портовой Мафии? Но нос утереть ему хотелось и именно поэтому он все-таки согласился. По крайней мере Накаджима, по поведению, имел хоть какие-то манеры и казался милым, в отличие от его "бойфренда"... Рыжик опускает голову и выдыхает. Сложно признать то, что его бывший напарник и, по совместительству, человек, который был любимым ему. Они могли ненавидеть друг друга, желать убить, впиваться зубами в глотки, как две собаки, но так же сильно умели и любить друг друга. Две противоположности, что дополняли друг друга и босс это видел. Правда, пожалуй, это единственное нормальное решение, которое он принял, потому что в последующих действиях он оказался неправ. А сейчас, не смотря на то, какими бурными были их отношения, как жестоко они распались из-за измены Осаму с Сакуноске и прочими ссорами, им придется сидеть в одном зале, возможно даже в одном зрительном ряду. Ему как минимум противно находиться с человеком, который так жестоко его предал, изменил, а сейчас делает вид, словно между ними ничего и не было никогда. Боль прошла и затихла, на какое-то время, но стоит только вновь встретить его рожу, как сердце щемит и становится противно. Он издевается над ним, его чувствами, их прошлым... - Идиот, - шипит он, идя вперед, в сторону зрительного зала. Дабы не быть одиночкой и не выглядеть лишний раз, как идиот, рыжеволосый решил взять с собой кого-нибудь, в качестве компании и вызвался для этого Рюноске. Как только он услышал, что там будет Дазай, то глаза тут же загорелись в предвкушении и он стал рваться в кино с ними. Собственно, Чуе это даже на руку и один он сидеть не будет. - Ты так активно бесишься с моих слов, - хихикает Осаму и ускоряет шаг, дабы не отхватить пинка под зад. Он знает своего бывшего напарника вдоль и поперек, так что понимает, какие действия могут последовать на его слова. - Еще слово и я тебя прикончу, идиот! - сжимает парень руки в кулаки и отворачивает глаза в сторону. Странно, но Рюноске было не так противно, как ему. Он же нашел общий язык с Накаджимой и теперь оба обсуждали предстоящий фильм. С одной стороны можно даже позавидовать такой хладнокровности к ситуации, но он просто старается вести себя достаточно культурно, зная, что шатен, от которого он жаждет признания и похвалу, может услышать и увидеть его. Держать в руках себя очень важно, только вот, такая напущенность и вранье больше бесит и Чуя знает, что Осаму не обратит на него внимание. - Неужели тебя это задевает, а? Чу-у-у-у-я. Рыжеволосый в ответ лишь недовольно фыркает и уходит как можно быстрее в зрительный зал. По билетам, их места должны находиться достаточно далеко от экрана и высоко, так что все будет отлично видно. Правда, как только он увидел, где же именно им предстоит сидеть, руки сами сжались в кулаки. Дазай находится через одно место от него и может спокойно отпустить шутку во время просмотра, что обязательно разозлит обладателя Арахабаки и испортит остальным сеанс. Нужно держать себя в руках. Выдохнув, парень сел на положенное ему место и откинулся на спину, пусто глядя в экран. Присутствие того само по себе бесит и выводит из себя, но приходится терпеть. Нужно сосредоточиться на фильме, иначе из-за этого идиота он испортит себе вечер. люди вокруг быстро садятся на свои места и спокойно ждут начала, изредка переговариваясь. Будет не очень приятно нарушить покой просмотра кино таким культурным и адекватным людям. Придется перетерпеть все, что ему вывалит на уши этот идиот и потом уже, вне зала, вывалить все, что накопилось. Шатен о чем-то оживленно болтал с Накаджимой, что сидел с лева от него, и пускал ядовитые фразочки в сторону Акутагавы, когда тот пытался донести до него, что тоже хочет поговорить и достоин этого. Жалкое зрелище. Он разводит вокруг себя круг людей, что жаждут чувств и взаимности, но, как только он втирается в доверие, тут же рушит чужие чувства к чертям. Чуе ли не знать об этом. Правда, он никогда не скажет об этом, будет сидеть, скрестив руки на груди, от чего сразу ясно, что он обижен и злится, но врят ли что-то скажет. Это их дело, верить этому ублюдку или нет. По среди сеанса послышался шорох со стороны, где сидел Дазай, а после он встал со своего места. Чуя поднял глаза на того, дабы бросить осуждающий взгляд, какого же черта он шляется туда-сюда и мешает ему смотреть, но передумал. Дазай, проходя мимо того, словно специально задел его плечо рукой и ушел прочь из зала. Словно знак или что-то вроде того, чтобы его бывший напарник повелся. Странное поведение и довольно глупое. Но он повелся. Встав с места обладатель Арахабаки вышел из зала следом за тем. Искать шатена долго не пришлось. Тот зашел в туалет и остановился там. Не заходил ни в одну из кабинок, не пользовался раковиной или еще чем-то, для чего сюда можно было прийти. - Ну и нахрена ты пришел сюда? - проговорил Накахара, держа руки в карманах брюк. - А ты понял меня, раз пришел сюда, - усмехается тот, стоя спиной к собеседнику, и медленно повернулся, улыбаясь уголками рта. - Говори уже, - отводит глаза в сторону Чуя и морщит нос. В этом месте воняет больше не от туалетов и остального, а скорее от его собеседника. Он ему противен. - А тебя легко заставить ревновать. Парень поднял глаза на того, но было уже поздно. Осаму быстрым шагом сокращает между ними расстояние и останавливается, когда нижний оказывается прижатым к стене спиной. - Ты чего творишь, выродок?! - рычит рыжеволосый, поднимая лицо и оскалившись, словно собака, но было поздно. Губы тут же накрываются чужими, делая из этого полу-вялый поцелуй. Странная ситуация, словно они в чертовом попсовом комиксе про тупую любовь. Только вот, Чуя в подобное не верит. По туалету разносится звонкий удар. Дазай отошел от него, держась рукой за щеку, и опустил голову, от чего каштанового цвета волосы тут же закрыли лицо. - Ублюдок! Думаешь, я так легко прощу тебя за то, что ты сделал?! - Разве я просил прощения? - тихо усмехается тот и медленно поднимает голову. Даже не смотря на то, что тяжелая рука бывшего напарника так сильно и больно прилетела по лицу, он все равно улыбается и старается показывать, что ничуть не расстроен. Чертов лицемер. - Ненавижу тебя! - Я скучал, - ухмыляется тот и подходит снова, протягивая руки к родному телу, по которому так сильно соскучился за все долгое время, но тот его ни в какую принимать не собирался. Голубоглазый поставил ступню на торс того, не желая касаться противника руками, и грозно проговорил: - Убирайся, пока я не прикончил тебя. Не надейся на мое прощение после того, что ты сделал. - Неужели я так тебе противен? - перебинтованные руки принялись поглаживать чужую ногу, слегка задирая пальцами штаны. Тот толкнул бывшего напарника в живот, дабы увеличить между ними расстояние и поспешил прочь, выходя из туалета. В его представлениях их разговор должен был нести в себе иной посыл и хоть какой-то смысл, а не пустой бред, из-за которого на сердце снова станет больно и снова нахлынут те воспоминания, каких не хотелось бы.