Полуночные игры

      Сладкий вкус адреналина на языке и свежий воздух, который до отказа забивал лёгкие. Девушка смеялась, пока бежала по крышам трущобных домов, в которых жили все воры, опасные преступники и нищие, задыхаясь в приступах, но не прекращала быстро перебирать ногами. Смело прыгая через расщелины, она чувствовала порывы ветра в капюшоне и наслаждалась приятной болью в мышцах. Конечно, одежда была отчасти выпачкана в крови, но чувство эйфории, что она выжила после столкновения с адской нечистью, перекрывало все остальные ощущения. Почти сюрреалистичная радость, чувство гордости за себя. Уж слишком ловко она выхватила револьвер из кармана и, вскинув, в секунду выстрелила ровно в голову, при этом уворачиваясь от смертоносных когтей чудища.       Этим выстрелом она спасла жизнь Грею. Одним выстрелом! Нежить уже прижала его земле за горло и хотела было разорвать, но сердце вдруг сделало кульбит и Ирэн, ни о чём не думая, бросилась к нему, выстрелила и спасла! Спасла! Мужчина потирал горло, отчаянно глядя на неё, и короткий кивок головой стал показателем неизмеримой благодарности. Амулет уже находился в её руках, так что натиск монстров был неизбежен, но она стойко справлялась с каждым из них так, что теперь ей любые преграды казались по плечу. Полная луна светила в непривычно чистом для города небе, которое открывало вид на миллионы горящих звёзд. Глубокой ночью было совсем тихо, даже чересчур, но сейчас это не имело никакого значения, только ветер, шумящий в волосах, только свобода, только жизнь. Из-за почти нездоровой радости всё вокруг стало казаться прекраснее, насыщеннее, ярче.       Сзади послышался ответный бег вслед. Это Грей, она знала точно. Опасное место оставалось совсем далеко, но они, невзирая на усталость, всё бежали и бежали, словно сам Чёрт за ними гнался. Пилигрим лишь тихонько посмеивался, насколько позволяла ситуация, теперь зная, что от такой на вид беспомощной и хрупкой девушки теперь можно было ожидать всего, чего угодно. Подумать только, она практически голыми руками справилась с чудищем, со всего размаху зарядив ему ногой по голове! Но также его брала странная злоба, раздражение. Он ведь просил её вести себя аккуратнее, держаться за ним, но, как следствие, безрезультатно. Она будто специально полезла впереди него и в итоге была чуть не убита оравой монстров. Но спаслась, это не могло не радовать.       Наконец, Ирэн свалилась без сил на черепицу, но не переставала хихикать и улыбаться. Грей повторил её действия.       — Это невероятно! — честно призналась она. — Никогда не думала, что расправлюсь с огромной толпой монстров!       Грей согласно улыбнулся ей, выдавая своё одобрение, но в ту же минуту его лицо померкло, будто он осознал её слова.       — Ирэн, ты же помнишь, что я просил тебя не лезть на рожон? — строго, словно родитель, проговорил он, чуть приподняв бровь. — А если бы с тобой что-то случилось?       — Ты бы забрал амулет и передал его мистеру Эвансу. Всё просто, — нахальная улыбка расползлась на её губах, но затем она закатила глаза, стоило ей увидеть его осуждающую ухмылочку. — Да что не так? Можно подумать, ты так хочешь, чтобы я получила свои деньги.       Грей аж растерялся и закусил губу, явно не ожидая такого выпада в свою сторону, но быстро сменил выражение лица на равнодушное, даже немного скучающее. Девушка хмыкнула и достала из кармана старинную подвеску, рассматривая её при лунном свете. Камень красиво сверкнул, отражая на одной из граней бледный диск спутника. Она прошлась пальцами по точёной поверхности, чуть покрытой грязью, что придавало ему по-настоящему старинный вид. Цепочка брякнула обычным металлическим звуком.       — Странно осознавать, что из-за этой безделушки убили того, кого я знала всю свою жизнь, — она неосознанно сжала украшение в ладони и опустила голову, пытаясь сдержать наступающие слёзы, чтобы не разреветься, словно маленькая девочка.       — Мне жаль, — тихо сказал Грей, положив ладонь на плечо напарницы, на что она грустно улыбнулась и провела рукой по лицу, как бы стирая пелену грусти и скорби.       — Нам пора возвращаться, Эванс ждёт, — она показала головой, а затем хитро улыбнулась. — Если, конечно, я не найду человека, который согласится заплатить более высокую цену.       — Знаешь… Я, наверное, заберу её к себе, — протянул он руку к украшению, но внезапно она сорвалась с места и дала стрекоча. — Ирэн! — прокричал было мужчина, чуть усмехаясь.       Он заметил её тоску по владельцу ломбарда, но виду не подал, давая ей чуть прийти в себя. Она не маленькая девочка и обязательно попросит его, если ей нужна будет помощь в этом деликатном деле. Потеря близких воистину очень страшное дело и каждый переживает горе по-разному: в кругу друзей или в одиночестве, за барной стойкой или за чашкой чая. И сейчас, чтобы немного развеяться, она решила немного подразниться, поиграть в игру, правила которой не знал никто. Выкрикнув ещё раз имя напарницы, он закатил глаза и сорвался с места в надежде настигнуть сбежавшую с драгоценностью.       Она бежала невдалеке, ловко перепрыгивая через небольшие препятствия, которые встречались на пути. Ловко пробежав по вершине небольшой крыши, она подпрыгнула, приземлилась на черепицу, скатилась и снова прыгнула на соседний дом, на секунду прерывая погоню, чтобы удовлетворённо посмотреть на то, как Грей бежит за ней в попытке отобрать амулет, но его даже не было видно. Хмыкнув, она уже было развернулась, но тут же увидела его прямо перед собой.       — Какого?!.. — вскрикнула она, но в следующую секунду злополучная вещица перекочевала в его руки.       — Благодарю, мисс, — подмигнул он и убежал, оставив девушку секундно переваривать его внезапное появление.       Прийдя в себя, она нахмурилась и бросилась в погоню, стараясь отобрать подвеску. Знакомый вкус на языке, пьянящий получше, чем стакан любого алкоголя, — адреналин. В крови кипел азарт, но губы растянулись в нахальной улыбке, будто бы она уже вытаскивала вещь из его рук, украшенных незажившими ранами боя и грубыми мозолями от работы на кораблях. Он бежал, иногда оглядываясь по сторонам, словно бы он тоже вор, сбегающий от правосудия.       — Отдай назад, Грей! — крикнула она, но крик этот остался проигнорированным.       Они резвились, словно маленькие дети, которым не нужно ни о чём думать или волноваться. Ускорившись, она оказалась почти вплотную рядом с ним, но мужчина успел изящно развернуться, словно бы в танце, избегая её цепких рук. Одну из них он мягко и резво поцеловал, а затем развернулся и вновь побежал в сумрак ночи, даже не попрощавшись. Всё произошло слишком резко и неожиданно, что Ирэн не сразу пришла в себя, но стоило осознать, что именно сейчас произошло, как щёки начало припекать, что только подогрело её злобу. Рыкнув, она снова погналась за ним. Бег, бег, прыжок, равновесие, снова бег, прыжок, перекат… Они хихикали друг над другом, всё не переставая думать о том, что же будет, когда соперник примет поражение.       Теперь уже она скрылась в тени, сделала все свои движения мягкими и грациозными, но быстрыми. Бесшумно подобралась к ничего не подозревающей жертве, который лишь в непонимании остановился, пытаясь глазами найти исчезнувшую девушку. Какое-то волнение взяло его, стоило только подумать о том, как бедняжка могла нечаянно сорваться, а он, как последний придурок, не услышал её крика, принимая его за крик погони. Серые глаза метались везде, где только могли, но на деле живая и невредимая девушка выуживала подвеску у него из кармана. Быстро и бесшумно.       — Эй, красавчик, — слишком, кажется, томно произнесла она, вертя в руках украшение.       Он вздрогнул, обернулся и на него нашло облегчение — было видно по глазам. Но стоило ему сделать шаг в её сторону, она каким-то невообразимым способом оказалась на другой стороне крыши, словно бы у неё выросли крылья. Звонко хихикнув, она перемахнула через дымоход и скрылась из виду. Он раздражённо рыкнул и почесал щетину.       Эта игра забавляла, пусть и приносила довольно странные эмоции. Кажется, за эту ночь он успел испытать весь спектр эмоций от страха до смеха, от злости до облегчения, от грусти до… Какого-то нового чувства, задатки которого он испытывал только тогда, когда сваливал на постель борделя Мэри. Чертыхнувшись себе под нос, он вальяжно прошёлся до края крыши, чтобы рассмотреть, где же спряталась воровка. Она весело помахала с соседнего дымохода и откинула с головы капюшон, открывая вид на рыжее золото длинных локонов.       Погоня возобновилась. И так прошло… Сколько времени? Наверняка очень много, никто не вёл счёт ни времени, ни маленьким победам. То звонкий девичий, то низкий мужской смех улетал в чистое небо с перемигивающимися звёздами. Но ночь постепенно переходила в утро, горизонт начал постепенно краснеть, первые лучи солнца робко пробивались через линию. Пора бы уже заканчивать.       Оказавшись совсем близко с ней, он наконец-то ухватился за медальон и потянул на себя, призывая Ирэн остановиться. Она повернулась, дёрнула украшение на себя, он же в свою сторону. Это было больше похоже на перетягивание каната на ярмарках, которые устраивались по праздникам.       — Отдай, — капризно сказала она, прикладывая усилия, чтобы забрать вещицу.       — Ну уж нет, малышка, ты уже достаточно заставила меня побегать, — сказал он и неожиданно резко дёрнул девушку на себя.       Спиной она оказалась прижата к его груди и опутана своими же руками, которые цепко держали золотую нить, вперемешку с его. Чертыхнувшись, она хотела было вырваться, но это означало бы сдаться. Мужчина почувствовал её аромат — вино с пряностью, и чуть не застонал от того, насколько опьяняющей она была. Внешностью, характером, запахом…       — И что мне прикажешь с тобой делать, м? — он наклонился к её уху и жарко зашептал, отчего по спине пробежалась целая стайка мурашек. — Может, будешь хорошей девочкой и отдашь мне это украшение?       — А если я буду плохой? — ляпнула она и тут же прикусила язык, понимая, что сейчас ответно флиртовала с ним.       Внезапно он развернул её к себе так грациозно, как в танце. Грудь к груди, тяжёлое дыхание и распахнутые в удивлении голубые глаза девушки стали поводом воспринимать происходящее за что-то романтичное. Даже её ладошка ухватилась за крепкое мужское плечо.       — Тогда ты будешь нравиться мне только больше, — прошептал он, наклонившись опасно близко.       Взгляд глаза в глаза. Прерывистое дыхание, дурманящая близость. Она закусила губу, чуть опустила веки и почувствовала, что от одного взгляда на его губы покраснела, словно девчонка, которая никогда в жизни не находилась в такой опасной близости от мужчины. В голове металось слишком много различного рода мыслей, которые очень хотелось бы отогнать, но ситуация не позволяла такой роскоши. Она дёрнулась, пытаясь высвободиться, но сильные руки удержали её на месте, прижимали к себе невероятно близко. Блики рассветных лучей играли на их лицах, чуть отражались в глазах. Он знал, чего хотелось им обоим, и умело, уверенно подводил к этому.       Она посмотрела на него исподлобья таким невинным и чистым взглядом, что где-то в душе он усмехнулся тому, как сначала она убила монстра со злобой и ненавистью в глазах, а затем смотрела на него так, словно бы это не её рук дело. Непослушная рука сама поднялась с её талии — она даже не заметила. Мягким движением он заправил непослушную рыжую прядку за ушко, погладил его, спустился до щеки и ниже, чуть приподнимая её подбородок.       Первое прикосновение — совсем мягкое, нежное. Губы к губам, взаимное желание. Второе — смелее, напористее, дольше, чем предыдущее. Разум всё больше отходил на второй план. Третье — глубже, настойчивее. Ничем не прикрытая страсть распаляла их, заставляла хвататься за что-то в попытках не свалиться на землю. Крыша. Нахальный ветер трепал волосы, но они не обращали на это внимания. Поцелуи, страстный танец языков, её тонкий стан, беспрестанно льнущий к нему, всё сводило с ума, заставляло хотеть чувствовать больше, глубже, жарче… Слишком сладко было впиваться ногтями в его пальто, зайти дальше, пригладить его бороду, волосы, прижать ближе. Одна рука неосознанно держала украшение, не давая забрать, словно бы где-то внутри ещё остался здравый смысл, который боролся с эмоциями. Горячая ладонь мужчины легла ей на щеку. Самозабвенный поцелуй ввёл в транс, мужчина осторожно разжал ладонь и выпустил подвеску, оставляя её в руке девушки. На секунду он подумал, что сейчас она вновь убежит от него, но внезапно послышался звук удара. Подвеска выпала из рук, не разрывая поцелуя, она обвила ими шею Грея и в ответ почувствовала, что объятия стали крепче.       Опасности всегда сближали людей. А грусть и сочувствие развевались по щелчку пальцев полуночными играми.