Бесконечная головная боль

Неделю спустя.       Марина спала, как убитая. Двое суток она провела на работе. Сначала у неё была ночная смена, а затем, на следующий день, случилось ЧП в городе. Массовый пожар двух жилых домов. Всех пострадавших привезли в Склиф, и ей пришлось задержаться ещё на целые сутки.       Их работа это жилье в больнице. Она, Олег, все их коллеги проводят все своё время в больнице. К сожалению, это так. Они выбрали эту профессию, и не жалуются.       Олег уже давно не спал, он то выспался, всего лишь двенадцать часов пробыл на работе, в отличие от Марины. Он приехал, как только ему позвонила Нина и сказала ему, что в городе ЧП, нужны все врачи.       — Мамуль, все хорошо, — глаза Марины тяжело открываются и она слышит разговор Брагина из соседней комнаты. Вот нужно было ему разбудить его, а ведь так ещё хотелось полежать и поспать в тёплой и уютной кровати. Так, стоп. Мамуль? Олег никогда не говорил ей про маму. Скрывал? А её он тоже скрывает? Может стесняется? — У нас все отлично… Нет, я не встречался с ней. А что я ей скажу? Уже все решено. Мам, — девушка слышит, как мужчина переживает и нервничает. В смысле «у нас»? Он все-таки рассказал ей про Марину? Нет-нет, этого не может быть, он же не мог с ней не посоветоваться. — Это её жизнь, она уже взрослая, пусть сама решает. Хватит её опекать, — разговор длился ещё пару минут, и Марина окончательно проснулась. Про кого он говорил со своей мамой? Про какую-то девушку, и судя по разговору, она является его сестрой.       Выходит на кухню, где уже стоял Олег, готовя завтрк у плиты. Девушка подходит к нему сзади, обнимая Брагина со спины. Он от неожиданности дёрнулся, обернулся к девушке.       — Проснулась? — спрашивает у неё Олег, касаясь губами уголок ее губ. Как же он счастлив просто вот так целовать её, стоять рядом с ней, смотреть на неё спросони, когда они еще оба лежат в кровати. Он был счастлив рядом с ней. — Время ещё мало, могла бы ещё поспать. Я тебя разбудил? — в голове чувствуется тревога, он переживает за неё. Очень уже сильно любит эту девушку.       — Нет, — врет ему Марина, спать хотелось ужасно, прижимается к мужчине сильнее. С ним было тепло и спокойно, она была полной дурой, когда в её голове появилась мысль о том, чтобы расстаться с ним. — Просто разговор твой услышала… С мамой… — злость брала вверх, ей было обидно, что он ей ничего не говорил.       — Да, прости, — целует он её в лоб, пытаясь уберечь от всех проблем. Брагин хочет, чтобы она была счастлива, чтобы ей было хорошо. — Я должен был тебе сказать, но… Но не успел…       — Ну конечно… У нас же так мало времени… — в голосе Марины был слышен сарказм и злость, и Брагин тяжело вздыхает. Сейчас главное быть спокойным и успокоить девушку.       — Мариш, родная, — подходит он к ней, взяв нежную руку, потирая её тыльную сторону. — Не психуй, все хорошо… Слышишь? Ничего же страшного не произошло? Нет… Ну чего ты такая нервная? — он подходит к ней ещё ближе, обнимая. Главное, чтобы бы она была спокойна, лишние нервы сейчас не к чему.       — Не знаю… Гормоны видимо шалят, — отвечает ему Марина. Они успели съездить на приём к Покровской, и та прописала Марине курс гормонов. Это было необходимо, если Марина решилась на ребенка. Ну а последствия гормонов всем известны. Бывает, что голова кружится, тошнота иногда настигает, перемены настроения. Олег все терпит, ему даже это нравится. Он ждëт не дождется, когда все эти симптомы будут связаны с новой жизнью.       — Ну а ты не нервничай, успокойся… Хочешь я тебе чай сделаю? С ромашкой… — мужчина всеми силами пытается помочь девушке, ему больно смотреть, как та страдает, переживает, что у них ничего не получится. Знает, как ей тяжело пить гормоны.       — Хочу… — признаётся девушка, сев за стол, но взгляд от Олега не отводит. — А ты полежишь со мной? — смотрит на него такими детскими глазами. Будто ей лет пять, а не все тридцать четыре. Ребенок. Чистый ребенок.       — Ну конечно, малыш, — подходит он к ней, ставя кружку с чаем на стол, проводя рукой по её щеке, а она ластится к нему, будто маленький котенок. — Ты ж моя хорошая, — садится напротив неё, прижимает к себе. — Пей чай и пойдём полежим. Не выспалась?       — М-м, — качает головой из стороны в сторону в знак отрицания. — Спать хочу, — жалуется она, прижимаясь к мужчине все сильнее и сильнее. Не хотелось ему говорить, что она устала, что она не выспалась. Знает же, что он будет опекать ее, как ребенка.       — Пойдем, — Брагин встаёт со стула и протягивает ей руку. — Вот обязательно нужно было врать.? — тихий вопрос задаёт сам себе Олег, но Марина замечает его и произвольно улыбается.       — Пойдём, ты поспишь, отдохнешь… Нужно силы восстановить. Пошли, — берет её за руку и ведёт в спальню.       Марина снимает с себя короткий домашний халат и ложиться на кровать рядом с Олегом. Прижимается к Брагина, положив на его грудь голову. Он готов любоваться ей сутки напролёт. Он ещё никого красивее её не видел.       — Спи, малыш, — целует он её в макушку, вдыхая родной запах. — У нас всë-ë будет хорошо, — шепчет шатен ей на ушко, а та уже засыпает.       Через некоторое время Олег тоже закрывает глаза и засыпает. Но сон его длится не долго. Буквально через минут сорок сквозь сон он слышит тихие всхлипы девушки. Открыв глаза, он видит что девушка содрагается между всхлипами, прижимаясь к мужчине.       Олегу больно смотреть на Марину, которая так мучается. Он, как врач, знает, что нельзя резко будить человека, когда ему сниться кошмар. Он аккуратно убирает её выпавшие локоны за ушко, и целует её в макушку. Марина продолжает плакать и не просыпается.       — Маленькая, — шепчет он ей, прижимая к себе. — Я рядышком, — продолжает её целовать. — Мариш, успокойся, я рядом, все хорошо, — его слова ее успокаивают и она снова засыпает, крепко прижимается к мужчине, он ее опора, поддержка, её любовь. Она верит, что они все пройдут вместе, и Олег сказал ей, что все будет хорошо, и она ему верит.       Во время сна Марина все также была прижата к Олегу. Она спала ещё часа два, а Олег просто лежал рядом, поглаживая её по голове. Было так спокойно рядом с ней. Хотелось так долго лежать, рядом с ней.       Через некоторое время она открывает глаза и видит, что Олег рядом, он никуда не ушёл. Все это время лежал с ней. Она непроизвольно улыбается и целует его в уголок губ. Он сильнее обнимает её целует в ответ.       — Олег, — поднимает голову, посмотрев в его карие глаза. — Пойдём погуляем? Не могу дома сидеть… Здесь стены давят…       — Конечно, конечно, моя хорошая… Пойдём, — отвечает он ей, встав с кровати, направляется на кухню. Знает, что Марина будет собираться очень долго.       Олег делает все, чтобы Марине стало легче. Он хочет, чтобы девушка забыла о всех проблемах. В последнее время на неё много всего навалилось. Сначала Хаев, потом смерть отца, теперь бесплодность. За что ей это все? Что же она такого сделала?

***

      Марина была в ванной, стоя у зеркала, красилась. Олег всегда утверждал ее, что она и так красивая, без всей этой косметики. Но она не могла выйти из дома без макияжа. Несмотря на все проблемы, она хотела выглядеть красивой. Она была счастлива. Просто из-за того что, Олег рядом. Это было её мечтой, чтобы мужчина любил её, а она его. Одно только не сбудется… Ребенка у них никогда не будет.       Олег же в это время находился на кухне, пока Марина собиралась, он пил кофе. Недолго продлилось его удовольствие, на его телефон поступил звонок от Нины. Мужчина, как чувствовал, что что-то сегодня пойдет не так. Вот так каждый раз, только они хотят побыть вдвоём, только для себя, как сразу что-нибудь случается.       — Да, Нинуль. Че случилось? Что-то срочное? — глупый вопрос, он же знал, что Нина сегодня на работе, и звонит она не потому что соскучилась, и хочет узнать, как у него дела. В отделении ЧП, и им срочно нужно приехать, это было очевидно.       — Михалыч, вы дома? — странный вопрос. Где же они еще могут быть после суток на работе. — Тут массовая инфекция, мы не справляемся, сможет приехать?       — Ну конечно, Нин, — очень не хотелось ехать на работу, да и Маринку туда тащить не хочется. Она и так не выспалась. Так еще и работать опять придётся. — Скоро будем, — отвечает он ей и бросает трубку.       Олег заходит в ванную комнату, где стояла Марина. Она стояла у раковины, облокотившись на неё, пытаясь восстановить дыхание. Глаза были закрыты, а кожный покров был довольно бледный.       — Марина! — мужчина подрывается к ней, кладёт руки на её плечи. Страх берёт вверх, он очень переживает за свою возлюбленную. — Что такое? Плохо?       — Все хорошо, — она открывает глаза и поворачивается к нему лицом, которое до сих пор было нездорово-белого цвета. — Просто голова немного закружилась…       — Давай присядешь… — говорит он и ведёт её к дивану, ухаживает на мягкий диван. — Водички дать? Сейчас как? В глазах темнеет? Душно? Может окно открыть? — его вопросы не заканчиваются, он садиться рядом с ней, взяв запястье Марины в руку, проверяет пульс.       — Олег, — она слегка улыбается. Ей приятна его забота, но иногда он её смешит, а иногда даже раздражает. — Все хорошо, — успокаивает она его, положив свою руку на его плечо. — Сейчас посижу и все пройдет…       — Мариш, — он успокаивается и берёт её руку в свои, подносит к губам и целует. — Там Нина звонила, наша помощь требуется… Прости, давай потом погуляем? Я поеду на работу, а ты оставайся дома, отдохни, хорошо?       — Я с тобой поеду! — сразу же встает с дивана Нарочинская, голова больше не кружилась и она спокойно встала и пошла одеваться. — И это не обсуждается! — резко отвечает она ему, повернувшись к мужчине лицом.       — Ты уверена? Ты работать можешь? — его вопросы не заканчиваются, они и не закончатся, пока он сам на все сто процентов не будет уверен, что ей хорошо.       — Олег, все прекрасно, поехали быстрее на работу.

***

      Через полчаса они уже были в больнице. Пара быстро забежала в отделение, расписались в журнале и пошли в ординаторскую, чтобы переодеться. Олег же бегом побежал к себе в кабинет.       — Нина, — у поста появляется Нарочинская, резкая одышка даёт понять, что она спешила, чтобы помочь больным. — Я готова, куда мне?       — Марин, там в противошоковом Куликову помощь нужна, давай туда, — направляет её Нина и она, буквально через минут, оказывается в нужном месте.       Марина оценила всю ситуацию. Поступили пять пациентов с одинаковыми симптомами. Диарея, боли в животе, интоксикационный синдром, слабость, разбитость, тошнота. В общем все указывало на дизентерию. Они взяли все анализы и все подтвердилось. В Склифосовском был полный балаган. Все бегали от одного пациента к другому. Пытались каждому помочь, но им становилось всё хуже и хуже.       Главный вопрос у врачей был один, откуда же появилась в городе дизентерия. Но ответа они найти не могли. Врачи спрашивали что в последнее время ели, что пили. Может воду из-под крана пили. Но у всех был один ответ. Все ели молочные продукты от одного производителя, и покупали они все это в одном магазине, который находился не далеко от дома Марины и Олега. Нарочинскую успокаивало только одно, они с Олегом никогда там ничего не покупали.

***

      — Оле-ег, — в кабинет к Брагина заглядывает Марина. На её лице отображались усталость. — Можно?       — Конечно, — мужчина встает из-за стола и подходит к ней, садится рядышком на диван, обнимая девушку за плечи. — Как у вас там?       — Сложно все… — Нарочинская тяжело выдыхает и берёт руку Олега в свою, вырисовывая пальцем произвольные узоры. — Семь человек, симптомы у всех одинаковые. Выяснили, что это из-за молочной продукции, все они куплены в одном магазине и от одного производителя.       — Состояния как? — спрашивает Олег у Марины, замечая уже её состояние. Она выглядела уставшей, замотанной. Небось, ни на минутку не присела.       — Трое в реанимации, один тяжёлый, остальные более-менее нормально, но все равно работы много… Ты представляешь, — садится она поудобнее, смотря в глаза собеседнику. — Они все покупали эту продукцию в магазине, который около нашего дома находится… Слава Богу, мы там никогда ничего не покупаем…       — Это который на углу? — с тревожностью в голове спрашивает Брагин, тело которого в миг напряглось.       — Д-да… — отвечает ему Марина, понимает на что он намекает. — Только не говори, что…       — Да, — качает он головой. — Я там тебе йогурт покупал вчера… — они оба понимают, что их ждет. Либо все будет хорошо, либо Марина подхватила инфекцию, которая ей сейчас совсем не нужна.       — Нет… — она почти плачет. Что с ней в последнее время так много всего происходит то? — Олег, я не хочу… Пожалуйста, нет, — одинокая слеза скатилась по её щеке. От этой одной слезинки и до истерики недалеко, но она пытается держаться. Сейчас вся терапия пойдёт коту под хвост.       — Маленькая моя, — он крепко-крепко обнимает её, пытаясь уберечь от всех проблем. — Все будет хорошо, не переживай… — шепчет он ей на ушко. — Давай анализы пойдём сдадим?       — Х-хорошо, — соглашается блондинка и они выходят из кабинета, закрыв его на ключ.       Они прошли в процедурный кабинет и Марина сразу же села на стул, а Брагин взял у Марины все анализы и отправил их лабораторию, предупредив работников, чтобы их сделали побыстрее.       Пара вернулась в кабинет, но просидели там не долго, Марину срочно вызвали в реанимацию, и она убежала туда. У пациента остановилось сердце и Марина вместе с анестезиологами проводили все реанимационные действия. Но все было тщетно

***

      Нарочинская вернулась в ординаторскую, где никого не было. Тяжело. И всегда будет тяжело. Пациенты умирают, и это часть их профессии, от этого никуда не денешься. К сожалению, врачи — не Боги. Они не всегда могут вылечить пациента. Сложнее всего сейчас будет выйти и сказать родным, что из сына, мужа, брата, коллеги…любимого, больше нет. Не все принимают тот факт, что врачи не виноваты. Идут в суд, пытаясь доказать что была ошибка, на которую даже не намека то и не было.       Марина легла на диван, укрывшись пледом. Нет сил сейчас с кем-либо разговаривать, нужно сначала самой переварить всю информацию. Нужно подготовится к этому разговору.       — Мариш? — из мыслей её выводит голос Олега, разносившийся где-то над ухом, тихий и родной голос. — Что произошло?       — Умер… Я не смогла… — отвечает она ему, подняв голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Так тяжело сейчас. Что-то все на меня навалилось в последнее время…       — Малыш, — он присаживается рядом и обнимает девушку. — Ну ошибки не было. Ты же знаешь, что лейтальность при таком диагнозе чаще всего бывает. Ну не переживай.       — Спасибо тебе, что ты рядом… — Марина прикасается губами к его виску, выражает свою благодарность.       — Я всегда буду рядом, не переживай. Ты у меня самая лучшая… — отвечает ей коротким поцелуем. — Из лаборатории мне позвонят, так что мы может с тобой ехать домой. Или ты хочешь здесь остаться?       — Нет, поехали, — встаёт она с дивана, на кинув на себя медицинский халат. — Только с родственниками переговорю, надо же им сказать, что… Его больше нет…       — Хорошо, — мужчина встаёт напротив Нарочинской, время уже было много, скоро ночь.       В ординаторской никого не было. Было пусто и тихо, тишина давала на обоих, и Марина была готова вот-вот заплакать.       Олег коснулся большим пальцем её нежно лица, смотрел ей в голубые глаза. Ещё никогда его не пленили чьи-то глаза. Только глаза блондинки давали ему понять, что это именно та женщина, с которой он готов быть всегда, несмотря ни на что.       Девушка слегка наклоняется к мужчине, слегка вытягивает свои губы. Её руки находились у него её плечах. Она чувствовала спокойствие с ним. Они касаются губ друг друга, суть приоткрыв рты. Марина закрывается ладошками в его мягкую шевелюру, массируя кожу головы. Брагин же в свою очередь обнял её со спины, прижимая к себе ближе, чтобы она никуда не убежала.       Тихий стон Марины заносится по всей ординаторской, но его слышит только Олег и больше никто. Они одни, и никто не посмеет нарушить из идиллию.       — Все, все Олег, — улыбаясь отстраняется от него блондинка. — Мы же на работе, — напоминает она ему, легонько касаясь своих губ. — Кто-то может зайти, и заметить нас.       — Господи, — обнимает он её, вдыхая аромат её шампуня. — Какая же ты у меня девочка ещё… Малышка прям.       — Я пойду поговорю, и домой можем ехать. Хорошо?       — Да, иди…       Марина переговорила с родственниками, разговор прошёл довольно хорошо. Марине было тяжело, но её поняли, и приняли тот факт, что папы и мужа больше нет. Марина помнит, как ей когда-то сказали, что больше нет мамы, через три года сказали, что нет папы. Если ей когда-то скажут, что больше нет её любимого она не переживет.       Девушка возвращается в ординаторскую, где её ждал Олег. Он сидел на диване, прикрыв глаза. Тоже устал. Марине было его просто жалко будить, села рядом с ним, положив голову ему на грудь.       — Маринка, — тут же проснулся он, встав с дивана. Девушка лежала на нём, выглядела спокойной и уставшей. — Поехали домой, ты устала… Нужно поспать. — Олег накинул на себя куртку и протянул Марине её пальто.       — Ты заснул, не хотела тебя будить. Легла рядом. — объясняет ему Марина, забрав элемент своей одежды из его рук.       — Все в порядке, не переживай, — отвечает ей Олег, протягивает руку, чтобы помочь встать. — Поехали домой.       Дома они оказались через час. На дорогах были пробки, все-таки вечер пятница и люди едут с работы. Всю дорогу их не покидали мысли о анализах Марины. Впервые Олег решил зайти в тот магазин, чтобы побыстрее вернуться домой и не делать целый круг. В следующий раз он пройдет мимо, и даже в сторону его не посмотрит.       — Мариш, — Олег выходит из ванной комнаты и подходит к Марине, та сидела на диване, читала какой-то журнал. — Ложись спать, тебе нужно отдохнуть…       — Когда из лаборатории позвонят? — спрашивает она у Брагина, отложив журнал в сторону. — Не могу ждать… — почти плачет девушка.       — Маленькая, позвонят. Как только, я тебе сразу все скажу, хорошо? — прижимает он её к себе, хочет защитить от всех проблем. — Пойдем спать… Завтра новый день, все будет хорошо.

***

      На часах. время было уже три часа ночи. Пара сладко спали. Но Олег резко проснулся, когда услышал, что на его телефон звонят. Резко открыв глаза, берёт телефон и выходит из спальни, чтобы не разбудить Марину.       — Да, — сонным голос отвечает Олег. — Да ты че… Блять, — ругается Олег, сжимая кулак. — Хорошо, я все понял.