Озорной лисёнок

В лесу спокойно. Всё потихоньку затихает, и тишина наполняется редкими шорохами. Идя по лесу, можно услышать тихое пение птиц. Солнце садится, и сквозь стволы деревьев можно увидеть прекрасное небо. Свет алого солнца проникает сквозь ветви, сквозь каждый листочек, он освещает каждую травинку прекрасного леса. Осаму недовольно фырчит, блуждая по лесу в поисках Чуи. Совсем скоро стемнеет, а лисёнок всё ещё играет где-то здесь. Дазай уже устал постоянно искать это рыжее чудо в лесу, но рыжик так любит играть на свежем воздухе, что проводит тут большую часть времени. — Чуя! Чуя, Чуя! – шатен слышит шорох кустов, и негромкий топот ножек. Шатен от неожиданности теряет равновесие, когда из-за кустов на него напрыгивает рыжик. Мальчик улыбается, виляя хвостами. Щёчки и кимоно испачканы, волосы растрёпаны. Дазай уже хочет начать отчитывать его, но видя эту очаровательную улыбку, только вздыхает, и поднимается с земли с Чуей на руках. — Чуя, мы же договаривались, чтобы ты не играл в лесу допоздна. – говорит лис, направляясь в сторону их дома. – Знаешь же, что я волнуюсь. — Я просто увидел красивых бабочек, и не заметил, что уже вечер. – отвечает рыжик, слегка дёргая за каштановые волосы. Дазай не обращает на это внимания, позволяя Чуе играть с его волосами. Рыжик и до этого, когда был совсем маленьким, любил дёргать за шоколадные кудри старшего, когда Осаму играл с ним. По человеческим меркам Чуе сейчас четыре года, но он всё равно любит так баловаться, к тому же Осаму совсем не возражает. — Я такими темпами не буду отпускать тебя играть в лесу одного. — Я больше так не буду. Правда не буду! – мальчик заглядывает в карие глаза, полными решимости глазами. Шатен вздыхает и целует ребёнка в лоб. — Ладно, посмотрим. – он проводит рукой по рыжим волосам. Чуя улыбается и обнимает Осаму за шею. Они доходят до небольшого дома, и шатен заходит внутрь, снимает гэта, и направляется в ванну. Чуя любит бегать босиком, поэтому каждый раз после прогулки Дазаю приходится мыть мальчику ножки. А в этот раз Чуя весь был грязный, так что лису придётся мыть его полностью. Дазай наполняет ванну, и снимает с рыжика кимоно. Чуя прыгает на одном месте, протягивая к старшему ручки. Лис улыбается, закатывает рукава кимоно, снимает с лисёнка нижнее бельё, сажает его в офуро, и принимается отмывать. Рыжик стучит ладошками по воде, из-за чего она попадает в лицо шатена. — Чуя, посиди спокойно. Малыш ещё пару раз бьёт ладошками по воде, и Дазай щёлкает его по уху, после чего рыжик успокаивается. Закончив мыть рыжика, Осаму вытаскивает его и заматывает в полотенце. Идёт с ним в предбанник, где есть чистое кимоно и нижнее бельё, и сажает мальчика на стул, принимаясь вытирать. — Щекотно, – рыжик извивается и хихикает. Дазай улыбается и, убрав полотенце, принимается щекотать мальчика. Чуя смеётся, и пытается оттолкнуть от себя руки старшего. Шатену всегда нравилось делать так, чтобы развеселить рыжика, или же просто когда они играли. Осаму всё же убирает руки, пару раз целует малыша в щёчки, и одевает его. Он относит мальчика в комнату, ставит на пол, а сам садится на футон. Он устал, поэтому ему хотелось просто отдохнуть, может почитать, а может подремать. — Осаму, давай поиграем! – Чуя садится к шатену на скрещенные в позе лотоса ноги, хватаясь пальчиками за кимоно. Ах, да, у он ведь живёт с маленьким и энергичным лисёнком, какой тут может быть отдых? — Чуя, я устал, и хочу отдохнуть. Давай ты пока один поиграешь? И вообще, скоро нужно будет ложиться спать, а ты итак сегодня много бегал. Мальчик дуется, и Осаму находит это невероятно милым. Он обнимает рыжика, принимаясь гладить его по голове и слегка щекотать за ушками. Чуя довольно улыбается, прикрыв глаза, всё недовольство тут же прошло. — Ладно, я тогда сам поиграю. Но завтра ты пойдёшь со мной в лес! — Хорошо. – Дазай улыбается, выпуская рыжика из объятий. Лисёнок поднимается с колен лиса, и принимается думать, чем бы можно было заняться. Играть одному не во что, на улицу его не отпустят, а игрушек тут очень мало. Дазай же берёт книгу, которая лежала рядом с футоном, и начинает читать. И тут Чую осеняет, стоит ему увидеть расправленные веером хвосты взрослого. Он подходит к старшему сзади и, усевшись возле девяти белоснежных хвостов, принимается зарываться в них, довольно фыркая. Осаму не обращает на это внимание, продолжая читать. Он знает, что рыжик любит зарываться в его хвосты, или же прятаться в них, когда его уши улавливают какой-то посторонний шум, или когда рядом чужак. Не удивительно, что хвосты Осаму Чуе нравились больше: они были больше по размеру, более пушистые, и их было больше. У самого Чуи было только три хвоста, и он не мог даже полностью накрыться ими. Чуя часто балуется с белоснежными хвостами Дазая, пока не заснёт. В них так хорошо засыпать, тепло, а ещё малыш чувствует себя защищённым. К тому же потом Дазай осторожно переложит его на футон и укроет одеялом. Осаму не сразу замечает, что копошения сзади прекратились. Уши встают торчком, и шатен поворачивает голову, дабы в следующую секунду улыбнуться. Чуя спит, обняв всеми конечностями один из белоснежных хвостов. Маленький рыжий ангелочек. — Устал, маленький. Шатен откладывает книгу, и осторожно обхватывает хвостами крошечное тельце, поднимая его. Он изворачивается, перемещая Чую вперёд, чтобы взять его на руки. Устраивает рыжика удобнее, но не опускает на футон. Малыш начинает ёрзать, и Дазаю приходится начать слегка покачивать лисёнка на руках. Чуя машет ручками, пытаясь найти хвост шатена и, не найдя, начинает тихо хныкать. — Т-ш-ш-ш-ш, всё хорошо. – Осаму ловит одну ручку и невесомо касается её губами. Чуя успокаивается, тихо посапывая на руках лиса. Дазай ещё какое-то время просто сидит, качая на руках своё рыжее чудо, прежде чем положить его на футон и лечь рядом.