А я, всего лишь, наступил ему на ногу...

- Ай! Не трогайте меня. Я же случайно! - я нёсся по школьному коридору, следом за мной бежал блондин, на пару классов старше меня. - Стоять, тупая малявка! Как ты посмел оскорбить Принца? - мы случайно встретились в холле. Ну как встретились, я просто наступил ему на ногу. Вот и всё, а он... - Расступись! Отойдите, пожалуйста! Извините. Маньяк! За мной гонится маньяк! - растолкав толпу, я добрался-таки до лестницы. И теперь, добежав до третьего этажа, немного оторвался от него. Ну, всё. Спасён. Тут уже дело за малым, на этом этаже почти никого не бывает, так что спрятаться в вечно открытой подсобке не составит труда. Но как только я добежал до нужной двери, из-за угла вынырнула светлая шевелюра. Так как я был уже почти у цели, мне не оставалось ничего другого, как забежать внутрь. Через мгновенье старшеклассник влетел в крохотное помещение следом. В комнатке было темно и очень душно, окон, как и полагается, не было. Я спиной чувствовал, что во что-то упираюсь. Места для отступления не было. Старшеклассник опёрся о стену над моей головой одной рукой, а второй закрыл дверь на щеколду. Кажется, у меня проблемы. - Значит так, слушай мои условия. Ты же не хочешь ещё раз расстроить Принца, и лишиться головы? - шеей я ощутил острый предмет, любезно приставленный так названым принцем. Мотаю головой, жить, как-никак хочется. Предположительно лезвие, исчезло. А ухо обдало горячим дыханием. - Сейчас в кабинете напротив идёт педсовет. Через минут 15 он закончится, и учителя всей школы окажутся в коридоре. Поэтому, ты ведёшь себя хорошо и не шумишь, тогда никто не узнает о нашей маленькой тайне. Я молча замер. Ситуация крайне напрягает. Что делать не знаю. Вдруг чувствую, как по шее влажной дорожкой прошёлся язык и, остановившись на ключице, заменился укусом-поцелуем. Чужие руки уже начали расстёгивать ремень моих школьных брюк. Что-то здесь, и правда, жарко, мне даже дышать уже трудно. Слышу звук расстёгивающейся молнии и резко вздрагиваю от холодного прикосновения к животу. Как у него могут быть такие холодные пальцы? Штаны заскользили вниз по худым ногам. Он одной рукой полез под мою рубашку и, остановившись у груди, холодными пальцами погладил бусинку соска. Не выдержав, судорожно выдыхаю, поспешно затыкая себе рот рукой. - Какой чувствительный мальчик, - шипит он, второй рукой поглаживая мою плоть через тонкую ткань белья. Дрожь проходит по моему телу, принося какую-то слабость. Не устояв на ногах, опрокидываюсь на него. - Как ваше имя? - лбом утыкаюсь ему в плечо. Он скользнул рукой под резинку трусов и мягко сжал мою плоть, поочерёдно опуская пальцы на неё. Не ожидая такого, тихонько застонал. Снова затыкаю себе рот рукой, тем самым обнимая его. - Зачем тебе? - кажется, или он улыбается? - Нажаловаться хочешь? - Это не имеет смысла. Если уж ваши желания превыше чувства самосохранения, и вас не волнует педсовет за стенкой, то, даже зная ваше имя, я ничего не сделаю. - прикрываю глаза расслабляясь. Всё-таки опираться о тёплое тело удобнее, чем стоять в напряжении. Отвлечённый в глубокие царские думы, он даёт мне передых. Даже только-только появившаяся эрекция уходит. - Тогда зачем? - видимо мысленный процесс прекратился, движения рукой возобновились. Вздрагиваю. Что-то мне совсем душно стало. - Ну, надо же мне знать имя той сволочи, что так нагло забирает мою чистоту и невинность. К тому же, после такого, вы просто обязаны на мне жениться, а я должен знать имя жениха. – хоть я и говорю спокойно, но слова даются очень тяжело. Возбуждение растёт, дыхание сбивается. - Ого как разошёлся. Но у нас мало времени, поэтому потом знакомиться будем. А пока называй меня семпай. И не успел я ответить, как мой новый семпай опустился на колени, и, стянув с меня бельё, дотронулся языком до уже порядком возбужденного члена, будто пробуя на вкус. Я не смог сдержать тихого стона. Черт, как же приятно. Он уже взял в рот головку, и теперь посасывал как конфету. У меня колени затряслись, я такого никогда ещё не испытывал. И теперь, чтобы не упасть, я одной рукой держался о стену, а второй с усилием затыкал себе рот. Всё же перспектива быть застуканными учителями не радовала. Не знаю, сколько времени уже прошло, я потерял ощущения реальности. После того как семпай взял мою плоть до основания, я не чувствовал уже ничего, кроме горячего рта и шустрого язычка. Сложно сказать, это я такой не опытный в подобного рода вещах, или он делает подобное далёко не первый раз, но было действительно хорошо, даже слишком. Я уже и забыл, как правильно дышать, хватаю горячий воздух ртом и судорожно, рвано выдыхаю. Сердце колотится как бешеное. Ноги не перестают дрожать, того гляди норовят согнуться. Сдерживать рвущиеся наружу стоны, становилось всё сложнее. Вдруг послышался шум и голоса людей. - Педсовет закончился. То ли мы процедуру затянули, то ли я время не рассчитал. - констатирует шепотом факты семпай, оторвавшись от своего занятия. Моя эрекция болезненно запульсировала, а по телу побежали судороги напряжения. Он, будто не замечая этого, встал с колен. И наклонившись к моему лицу, стал шептать ещё тише. - Но мы же закончим начатое? Они сейчас уйдут. Правда есть ещё одно «но», в виде технички, которая сейчас пойдёт мыть кабинеты, – он рукой стал поглаживать мой ноющий член. Боль поутихла, но вот его неразборчивую речь теперь я слышал с трудом. - А для этого что ей будет нужно? Правильно, швабра. А где она? А вот она. – И я чуть не упал из-за движения за спиной. Осознание того, что с минуты на минуту должна прийти уборщица, добавила в кровь ещё больше адреналина. Шаги за дверью притихли, но пара учителей всё ещё обсуждала что-то в коридоре. Прошептав: «Ты главное не шуми, и всё закончится хорошо», семпай вернулся в положение сидя. Экстремальность ситуации почему-то заводила сильнее. Желание кончить всё нарастало. Казалось, что воздух раскалился до невообразимого состояния. Комок в горле и судорожные короткие вдохи, не давали нормально набрать кислорода. Голова кружилась, но всё равно из-за двери слышались голоса. Было такое чувство, что они всё громче и громче. Почему-то на глаза навернулись слёзы. Вдруг в глазах засверкало, поплыли разноцветные круги, и меня с головой накрыла волна оргазма. Невообразимое наслаждение. Кажется, я даже застонал вслух, но уже было не до того. Дышать стало легче. Напряжение ушло, оставив за собой дикую слабость. Ноги подкосились, и я упал на семпая. Хорошо, тот хоть вовремя подхватить успел. - Ты чего? Всё хорошо? - в его голосе слышалась тревога. Он уже встал и аккуратно прижимал меня к себе. Я же и звука произнести не мог. Безмерное наслаждение всё ещё гуляло по телу, и меня время от времени пробивало на дрожь. Глаза сами закрывались. И теперь прижавшись к тёплому телу, я почти что засыпал. Но всю эту блаженную картину прервало шуршание ручки и громкие ругательства технички, по поводу запертой двери. - Держись за стену, - шепнул семпай и, отпустив меня, он стал одевать мою нижнюю часть тела. Когда ремень был застёгнут, а в замке повернулся ключ, он уже с облегчением выдохнул и обнимал меня за плечи. Тем самым придерживая. Как только первые лучи света проникли внутрь, я случайно заметил в уголке рта у семпая белую капельку. Быстро среагировав, я смахнул её пальцем. Случайно мой палец соскользнул и оказался у него во рту. Я сильно покраснел. Семпай сначала удивился, но, увидев мой румянец, широченно улыбнулся. - Какого черта вы здесь делаете?! – какой у технички громкий и противный голос. Я дёрнулся, и прижался к семпаю. - Мы в прятки играли, а потом дверь случайно закрылась. - Врёт и не краснеет. Хотя, может, и краснеет, но этого всё равно из-за чёлки не видно. - Дети малые что ли, в прятки играть? Ану брысь отсюда, а не то к завучу за ухо отведу. И мы благополучно свалили. Ещё бы немножко и точно спалились бы. Уже в холле, чуть отойдя от пережитого, мы начали разговаривать. - Вы так и не назвали своего имени, семпай. И вот ещё, откуда вы так подробно знаете, кто, куда и во сколько придёт? Неужели вы всё специально подстроили? - Да, делать мне больше нечего, кроме как за техничками следить и жаб всяких выслеживать. Я гений! А гений всегда всё знает. - И всё же ваше имя. - Бельфегор. А что, ты ещё не передумал по поводу свадьбы с Принцем? - Какой такой свадьбы? Ничего не знаю. Я пошёл. - Что?! А ну иди сюда, напоминать буду. Я с криками выбежал из школы. Следом за мной, улыбаясь «во все 32» нёсся семпай, крича что-то про «препарирование неверных лягушат, уходящих от прямых обязанностей». Охранник глядя на нас, только у виска покрутил.