Часть 1
2 апреля 2021 г., 23:23
Сэмми, ты, маленький засранец! Я же сказал тебе сидеть в машине! Надо было тебя в ней запереть. Ты не только спугнул оборотня, из-за чего отцу теперь придётся искать эту тварь бог знает где… Ты ещё и… Запёкшаяся кровь на рассечённой брови выглядит почти чёрной, от неё ресницы на одном глазу слиплись в иголки. Чёрт, братишка, вся левая сторона твоего лица в порезах. И даже отсюда, из этой тюрьмы со светло-голубыми стенами, где я заперт, пока врачи работают над твоими ранами, даже сквозь окно в операционную я вижу на твоём плече лоскуты отодранной кожи. Мой маленький Сэмми, ты такой бледный. Такой худенький и слабый, лежишь на операционном столе с закрытыми глазами. Твоё дыхание медленное и рваное. Я устало тру глаза и смотрю на тебя вновь. Не волнуйся, братишка, врачи тебя подлатают. Всё будет хорошо. Я здесь. Я рядом. Как бы мне хотелось, чтобы ты мог слышать меня, Сэмми.
.
.
.
Проспав три или четыре часа — Дин уже потерял счёт времени — Сэм медленно открывает глаза. Его взгляд всё ещё затуманен после глубокого сна, вызванного убойной дозой обезболивающего.
Медикаменты путают сознание, и всё будто в какой-то дымке. Первое, на что обращает внимание Сэм, это серая клетчатая рубашка и тёмно-русый затылок.
— Дин? — слабо спрашивает он.
Человек в рубашке резко оборачивается. Теперь Сэму понятно, что тот сидел на краю его больничной постели. Фокус зрения меняется, и теперь Сэм отчётливо видит перед собой лишь широко раскрытые зелёные глаза, мокрые от слёз.
— Сэмми!
Хриплый шёпот Дина отдаётся эхом в голове. Брат хватает его и прижимает к своей груди: ухо Сэма находится прямо напротив сердца брата, и он слышит, как гулко и быстро оно стучит. Плечо, где были наложены свежие швы пронзила резкая боль.
— Больно, Дин, — выдыхает Сэм. Тот молниеносно отдёргивает свою ладонь с его плеча и кладёт её чуть ниже, всё же не желая выпускать братишку из объятий.
Дин пытался себя сдерживать, но радость от того, что Сэмми, пусть ранен, но жив и наконец-то очнулся, слишком переполняла его. И прежде чем Дин успел осознать, что делает, его губы стали осыпать поцелуями бледные щёки Сэма. Пальцы, опасаясь снова сделать больно, максимально бережно и нежно оглаживали лицо брата.
Сэм ещё не мог чётко видеть, но определённо всё чувствовал. Тёплые объятия старшего брата успокаивали и дарили чувство защищённости. Биение его сердца было для Сэма словно колыбельная. Лицо покалывала щетина Дина, но даже это казалось чем-то приятным. Ладонь с грубоватой кожей ласкала лицо до трогательного нежно, едва касаясь. Поцелуи Дина, которыми он осыпал его лицо становились медленнее, мягче, а потом… Сэм мог поклясться, что ощутил, как сухие солёные губы надолго прижались к самому уголку его губ. Дин целовал это местечко снова и снова, то боязливо отстраняясь на секунду, то прижимаясь губами вновь, мягко и нежно, удерживаясь всего в шаге от того, чтобы совершить нечто неправильное.
В объятиях старшего брата Сэм снова умиротворённо заснул, под влиянием лекарств погрузившись в яркие необычные сны.
.
.
.
Дин отпил содовой и снова бросил взгляд на Сэма. Тот сидел на больничной койке, всего в футе от кресла, на котором, поставив ногу на сидение и положив локоть на согнутое колено, расположился сам Дин. Сейчас Сэм выглядел уже намного лучше. По крайней мере его лицо отмыли от крови, а с щёк пропала болезненная бледнота. Одну ногу Сэм подвернул под себя, другую свесил с койки и болтал ей, уплетая пиццу, которую Дину удалось пронести в больницу. Старший Винчестер улыбнулся.
— Ешь, тигр. Нужно набираться сил, — произнёс он лидерским тоном, который включал всегда, когда присматривал за Сэмом в отсутствие отца. — Тебе лучше? — спросил он, снова отпивая из банки с содовой. — Вчера тебя так накачали лекарствами, ты как будто под наркотой был.
— Да, мне стало намного лучше, Дин. А не в себе я был, наверное, из-за обезболивающих. Мне снились странные сны. И ты тоже в них был. — Сэм резко замолчал, осознав, что признаться в этом Дину было, возможно, не лучшей идеей.
Дин похолодел. Но единственным признаком его внезапного страха были лишь добела сжавшие жестяную банку пальцы.
— Правда? — хрипло спросил он и прочистил горло. — И что я… Эм… Что я делал… в твоём сне?
— Да ничего, — буднично ответил Сэм, состроив невинное лицо. — Ничего особенного.
— Ладно, — всё ещё напряжённо произнёс Дин.
Они встретились взглядами и пару секунд просто смотрели друг на друга. А потом Сэм как ни в чём не бывало вернулся к поеданию пиццы.
