Keeping It Together

Сэм открывает дверь бункера, и его приветствует звук бьющегося стекла и гремящая музыка.  — Дин? Джек?! — Он бесцеремонно бросает продукты и спускается по лестнице перепрыгивая через ступеньку. Дерьмо. Он не должен был оставлять Джека наедине с Дином. Это длилось максимум час, но все же. Какофония приводит Сэма к пещере Дина. Он не проходит через дверной проем, остановленный сценой перед ним. По полу разбросаны осколки стекла. По стене капает янтарная жидкость — судя по запаху, виски. Дин прислонился к противоположной стене, одна пустая бутылка зажата в его руке, а другая опрокинулась у его ног.  — Дин, какого хрена. — Он едва слышит собственный голос из-за мрачной музыки, исходящей из динамиков телевизора на полной громкости. Дин смотрит на него рассеянным взглядом, глаза налиты кровью и измучены.  — Чего ты хочешь? Дин явно истощен — а это подвиг для человека с его уровнем устойчивости к алкоголю. По крайней мере, Джека нигде не видно. Может быть, ему удалось проспать погром. Сэм входит в комнату, чтобы выдернуть дополнительный шнур из динамиков. Музыка переключается на жесткие, но значительно менее громкие динамики телефона Дина.  — Иисус Христос, Дин, сейчас 8 утра, — говорит Сэм. Он, должно быть, не спал всю ночь, напиваясь до такого состояния. Сэм улавливает несколько строк песни — Больше не буду видеть сны о мертвых, словно смерти самой по себе не стало. Больше не буду кричать вороной о парне, о теле в саду, — и вздыхает. Конечно, речь идет о Касе. Он проводит рукой по лицу, прежде чем повернуться к брату.  — Хорошо, тебе пора в кровать. Он пересекает комнату, чтобы помочь Дину подняться с места, где он соскользнул на пол, с неопрятным видом в своем халате и вчерашней одежде.  — Я не могу спать. Не хочу… не хочу просыпаться. Сны… — невнятно бормочет он, прижимая к себе полупустую бутылку, как будто это что-то драгоценное.  — Я знаю. Сэм наклоняется перед Дином и осторожно вынимает бутылку из его рук. — Но тебе нужно отдохнуть, ладно? Дин смотрит на него слезящимися глазами и хватает его за рубашку.  — Я даже не сказал ему, Сэмми. Никогда, бл-л-ять … Я никогда… — он замолкает, жалобно фыркая. Грудь у Сэма поднимается боль от сочувствия и горя, он отлично понимает своего брата даже в его нетрезвом состоянии.  — Я знаю. Я знаю Дин, — мягко говорит Сэм. У него нет слов, чтобы это исправить. Одной рукой он обнимает Дина за талию, а другой за плечи, поднимая его на ноги с кряхтением.  — Дай, я с-самподу, — слабо протестует Дин. Сэм делает несколько утомительных шагов, таща Дина за собой.  — Давай, попробуй идти со мной, — говорит он. Дин неустойчиво ставит ногу вперед.  — Хорошо, вот так. Теперь другая нога. Сэму удается вывести его в коридор, где они начинают спотыкаться в сторону комнаты Дина. Через минуту Дин практически теряет сознание, а Сэм остается фыркать под мертвым грузом. Джек смотрит на них выглядывая из дверного проема, когда они проходят мимо его комнаты. Значит, не спит.  — Сэм? Тебе нужна помощь? — неуверенно спрашивает он. Сэм немного рад, что Дин в настоящее время слишком не в себе, чтобы огрызаться на ребенка.  — Не волнуйся, я справлюсь.  — Ты уверен?  — А… Ну, вообще-то, не мог бы ты убрать продукты? Они у входной двери. Я приготовлю тебе завтрак, как только закончу с этим. — Он наклоняет голову к Дину, который теперь пускает слюни ему на плечо. Джек кивает и исчезает в другом конце коридора.  — Хорошо. Почти всё, — фыркает Сэм, прежде чем дотащить Дина до конца пути в его комнату. Он просыпается, когда Сэм опускает его на кровать.  — Что-о проис-сход' ит? Сэм? — Он слепо вертится.  — Я здесь. Ты в порядке, Дин. Через мгновение Дин замирает, вероятно, снова засыпая. Сэм накрывает брата одеялом и поворачивается, чтобы уйти, но его останавливает рука схватившая его за запястье.  — Подожди, подожди, я должен тебе кое что сказать… — Дин смотрит на Сэма с мрачным, скорбным выражением лица, которое может сделать только пьяный человек. — Сэмми, послушай. Никогда… никогда не влюбляйся в мертвого человека. Учитывая все обстоятельства, это довольно бессмысленное заявление. Но чувство, стоящее за словами Дина, заставляет Сэма думать о Джессике с болью. Болью в груди, притупленной с течением времени. Он надеется, время притупит и боль Дина.  — Ты помни это, Сэмми, — ругается Дин, опуская веки и освобождая руку от руки Сэма.  — Хорошо, Дин. Хорошо. Сэм тихонько закрывает дверь, уходя. Он прислоняется к ней, давая себе мгновение перед тем, как ему придется убирать беспорядок в пещере Дина. Он чувствует себя выжатым и истощенным. Он скучает по полуфункциональному Дину. Он скучает по Касу. Он очень, очень скучает по своей маме. Не то чтобы она вообще так часто появлялась, но… было просто лучше, когда он знал, что она жива и здорова.  — Сэм? Я принес продукты. Сэм открывает глаза и видит стоящего перед ним Джека, озабоченного и невинного, совсем не похожего на своего отца.  — Хорошо. Спасибо, Джек. Хочешь узнать, как приготовить яичницу-болтунью? — Ему удается слабая улыбка. Джек кивает, слабо улыбаясь. Когда или точнее… Если Дин переживет это, Сэм сможет позволить себе грустить. На данный момент он должен быть тем, кто держит их всех вместе.