вдоль.

— Я? Дазай хмурится и вздыхает, прикрыв глаза. — Только если с тобой. — Вот и хорошо. Чуя оттягивает край одеяла и хлопает по простыне. — Подзываешь, как пса, — говорит Дазай и ложится рядом. — Прости. Чуя укрывается одеялом до самого носа и прикрывает глаза. — Ты после секса слишком добрый и бесхарактерный, — обнимает того. — Просто я устал, — недовольно фырчит и кладет руки под подушку. — Ладно. На этот раз поверю. — Что ты там навыдумывал, рыба? Он привстает и смотрит на того. — Ничего особенного, — изображая, будто спит. Наказама упирается руками в чужие плечи и тресет того. — Отвечай. Дазай быстро сгребает Чую в объятия и утыкается тому в макушку. — Дазай! Скажи! Он дергает и машет кулаками. — Ты любишь меня. И давно. Просто не понял еще, рыжая колючка. Омега перестала дергаться и задумчиво посмотрела в окно. — Хорошо. Дазай чмокает того в макушку и сильнее прижимает к себе. Чуя прикрывает глаза и укладывает голову на чужое плечо Осаму гладит его по спине и медленно проваливается в сон. Накахара тихо засопел в чужое плечо. Дазай во сне сильно прижимает к себе Чую, а пальцы судорожно сжимаются на его рубашке. Чуя проснулся рано и долго вглядывался в обеспокоенное лицо спящего Дазая. Дазай отчего-то слабо хмурится и все ближе жмется к Чуе, хотя в принципе в комнате было довольно-таки тепло. Накахара не двигается и продолжает всматриваться в чужое лицо. Осаму тяжело выдыхает и медленно открывает глаза. — Доброе утро. — Доброе, — растирая заспанные глаза и зевая, прикрыв рот кулаком. — Тебе снился кошмар? — Что? — Дазай удивленно уставляется на Чую. — Откуда ты?.. Ты телепат? — настороженно спрашивает парень. — Нет, просто кое-кто меня чуть не задушил в своих панических обьятиях. Дазай было раскрывает рот, но закрывает, а потом открывает, а потом закрывает… Он все-таки захлопывает рот и молчит. — Что тебе снилось? — он привстает на локтях и смотрит в чужие глаза, но в пояснице резко стреляет, заставляя лечь обратно. Шатен смотрит в чужие голубые глаза и быстро встает с кровати, будто его не спрашивали. — Таааак, — потягиваясь, — я в душ. Могу позже помочь и тебе дойти. Или со мной сходишь? Рыжий хмурится и смотрит на того. С одной стороны принимать душ одному в таком состоянии опасно, а с другой принимать душ с Дазаем не менее опасно. — Что? Боишься, что снова начну приставать? — Не боюсь я. Идем. Дазай тянет Чую за руку, а когда тот шипит, поднимает на руки. В глазах неприятно темнеет от боли, и рыжий хватается за чужие плечи. Дазай усмихается и важно шагает к ванной. — Я тебя задушу.