С вашего позволения

Я оглядываю комнату в десятый раз за ночь, время перевалило за четыре утра, до привычной рутины в виде завтрака, водных процедур, «поцелуй-боже-я-опаздываю» осталось всего ничего. Каких-то три часа, что они вообще значат в масштабах ночи, которая кажется бесконечной, а от того и ожидаемо некомфортной? Пока ворочалась помяла постель так, что простыня вылезла из-под матраса. Нос немного заложило. Не знаю как дождаться утра, чтобы можно было как-то более спокойно мешать тебе спать, скинув все на неожиданную бодрость в шесть утра или вроде того. Ты сопишь под боком, полностью обернувшись в голубое одеяло, и я до сих пор не понимаю, как ты не задохнулся от жары, потому что судя по термометру в комнате, градус повысился Хорошо, что ты крепко спишь, иначе я бы чувствовала себя помимо странного ещё и жутко виноватой. Когда, уединившись в мыслях, я сажусь (наконец-то) на край постели в одной майке и засунув ноги в тапочки (захотелось попить кофе), ты отчего-то просыпаешься, и я надеюсь, что это быстрое пробуждение, которое закинет тебя обратно в сон. Наблюдаю за тем, как меняется твоё лицо и как ты лениво и очень сонно открываешь глаза В комнате уже достаточно светло, чтобы ясно видеть тебя. — Милая? Скомкано «угукаю», ты окончательно разлепляешь глаза и смачно зеваешь. — С тобой все хорошо? Почему ты не спишь? — Не знаю — Плохой сон? Не успевают мои плечи слегка озябнуть из-за щелки, откуда постоянно дует ветер, как ты обнимаешь меня сзади, сплетая собственные руки на моем животе и укладывая голову мне на плечо. Приятно. Прикладываю голову к тебе. Люблю. — Нет, — зеваю, — Просто не спится. — И который час, м? — Около…пяти утра уже, по моему? Ты выдаешь что-то вроде «вау» и «ты точно в порядке?», стараясь говорить как только можно разборчиво в пять утра, а я как-то ловлю взглядом бардак на столе. Попробовать уснуть снова или заняться делами? Ты тянешь меня к себе, я ложусь на свое мятое, не остывшее место сбоку, опираясь на твою руку. Ею ты глядишь мне волосы с левой стороны, и я пытаюсь просто осознать насколько ты обо мне заботишься, потому что ты работаешь больше меня, у тебя один выходной и- — Что я могу сделать чтобы ты уснула? — зеваешь, продолжая гладить — Давай просто поговорим? Немного За окном светает. Комната, до этого выглядевшая голубой, холодной и неестественной, постепенно прогревается, освещается. Из зелёных занавесок просачиваются первые лучи рассвета. Ты перестаёшь гладить меня, потому что заснул раньше; я накрываю тебя одеялом, и, погладив по голове, всё же надеваю тапочки и спускаюсь, чтобы заварить кофе, а утром обязательно скажу, что ты — моя лучшая колыбельная.