Цветы

Сяо спускается по лестнице. Ступеньки под его ногами скрипят, но не столь сильно, чтобы разбудить кого-то. На дворе стоит непроглядная ночь. Окна пропускают лунный свет и холодный воздух. Сяо выходит к стойке администрации и видит перед собой Верр Голдет. Он знает, что она не спит. Женщина всегда занята работой в последний день квартала, так как делает отчёты, которые нужно было отправить Нин Гуан. Голдет замечает Сяо только тогда, когда он подходит вплотную к стойке. Она настолько сильно погружена в работу, а шаги Сяо настолько тихие, что женщина не смогла заметить его. Увидев его, она немного удивляется и сразу же освобождает руки от бумаг. Сяо не частый гость у неё. — Добрая ночь, Сяо. Я могу тебе чем-то помочь? — спрашивает с улыбкой она. Женщина всегда волнуется за Сяо. Пусть он и великий адепт, быть может для кого-то страшный, она всегда жалела его и сочувствовала. Женщина видела, как он ужасно чувствует себя во время истребления демонов, но всё равно продолжает выполнять свою работу. Она надеялась, что сможет помочь этому ребёнку. Сяо некоторое время молчит, будто обдумывая свои дальнейшие слова. Его кошачьи глаза смотрят куда-то в пол. Через некоторое время он поднимает свой золотой взгляд и спрашивает: — Где я могу найти лилии? Этот вопрос крайне удивляет Верр Голдет. Лилии? Для чего они могут быть ему нужны? Быть может для какого-то обряда? — Глазурные лилии? — уточняет женщина, опуская голову ниже к Сяо. — Нет, белые, — говорит он сразу. Белые лилии? Чем ему глазурные не подходят? Женщина возвращает исходное положение и выпрямляет спину. Адепту нужны белые лилии… — Рядом с нами белых лилий нет. Можно использовать красители. — Нет, мне нужны именно лилии. Белые. Не перекрашенные, — серьёзно говорит Сяо. Она понимает, что возможно это последний раз, когда она может помочь ему, поэтому решает кардинально подойти к этому вопросу. Думать долго не пришлось. — Вроде как в Мондштаде живёт очень умелый алхимик. Быть может попросишь его? Говорят, что он создаёт предметы, давая им новую жизнь. Цветы должны быть похожи на настоящие, — говорит Голдет. Глаза Сяо, она готова поклясться, в тот момент радостно сверкнули. Верр от такого мягко улыбнулась. — Отлично, спасибо, — получив ответ, он быстро хотел уйти. Она надеялась, что он не будет будить этого алхимика ото сна и просить его сотворить цветы. — Эм… Сяо… Могу ли я спросить для чего тебе цветы? — вдруг говорит она, останавливая его. Тот замолкает на некоторое время. Верр внимательно смотрит на него. Она его обидела этим вопросом? Вот всё было хорошо, а она случайно испортила эту идиллию. Женщина уже было хотела извиниться. Сяо может быть сложно говорить о таком, а она его расспрашивает. Женщина знает, что он не будет грубо ей отвечать, потому что имеет к ней какое-никакое уважение, так как всё-таки она даёт ему жильё. Но она всё равно понимает, что это может оказаться для него неприятным моментом. — Я думаю, что этому человеку будет приятно получить цветы, — тихо говорит он, а кончики его ушей краснеют, но она этого не видит, так как мягкого освещения лампы не хватает. Верр удивлённо раскрывает свой рот, но позже быстро прикрывает его рукой, дабы не показать своих эмоций и не испугать адепта. Он так тихо и осторожно сказал эту фразу, будто сам осуждает себя или боится этого действия. Женщина ликует. В её груди почему-то становится так тепло и легко, с её плеч будто свалился камень. Да, он ничего не уточнял, но она совсем не глупая. Если для него стал так ценен человек, то это уже большой шаг. Женщина не знает, кто это, но она уже благодарна этому человеку. Если он спасёт Сяо, Верр станет легче дышать на этом постоялом дворе. Пусть она и так масштабно мыслит, она понимает, что может ошибаться. Но она предпочитает в это не верить.

***

Утро на постоялом дворе было как всегда шумным. Приезжали и уезжали торговцы, заселялись новые люди. Совсем недавно Голдет отправила бумаги в резиденцию Нин Гуан. Она закончила работу только под утро, но сопроводила в сон её не только усталость, но и радость за Сяо. На постоялом дворе вдруг начали ходить странные разговоры. Все постояльцы так и шумели о чём угодно, только не о делах. — Адепт… Представляешь?.. — говорит где-то сбоку голос. В ответ на эту реплику слышится удивлённый вздох. Люмин не обращает внимание на разговоры в отличии от Паймон. Они спустились на первый этаж, где витает запах вкуснейшей еды. Сегодня они поднялись намного позже, так как решили, что им нужен отдых. Паймон смотрела по сторонам, подозрительно оглядывая каждого болтавшего. — Люмин, ты слышишь это? — вдруг задорно спрашивает Паймон. — Что именно? — отвечает девушка. Паймон вздыхает. — Эх, неужели ты даже не обратила внимание! — возмущается Паймон и в ответ получает вопросительный взгляд. Та подлетает ближе и шепчет ей на ухо, — люди говорят об адепте. Люмин сразу же оживляется, переключая всё внимание на слова Паймон. Если речь идёт о Сяо, то она начинает бояться. Не за себя, конечно, а за него. Она не думает, что разговоры об адепте несут что-то хорошее. Быть может где-то ночью произошло сражение? И что с ним сейчас? А вдруг он ранен? Пусть он и ходит к Бай Чжу с Ци Ци, она всё равно волнуется. — Что ещё они говорили? — спрашивает блондинка. — Паймон не слышала, — разочарованно говорит она. — Быть может спросим у кого-то? Вон, глянь, как раз! Люмин оборачивается и видит, как к ним подходит официантка, чтобы они сделали заказ. Девушка берёт всегда одно и то же, поэтому она не уделяла время для выбора заказа. Путешественница ждёт, когда Паймон закончит заказ, а позже плавно переводит разговор в другое русло. — Извините, а о чём тут все говорят? — спрашивает Люмин. Её золотые глаза задаются таким же вопросом. Девушка сразу же раскрывает глаза. Она опускает голову ниже к столу и опускает свой блокнот. — Путешественница, вы же знаете, что здесь живёт адепт, да? Если я не ошибаюсь, то вы даже сражались вместе? — тихо спрашивает девушка. Последний вопрос был не очень тактичен, но девушке, как одной из главных сплетниц этого постоялого двора, хотелось узнать побольше информации. — Э… Да, — немного потерявшись отвечает Люмин. — Так вот. Сегодня ночью моя подруга не спала и слышала разговор управляющей и адепта. Они говорили достаточно тихо, но она поняла, что адепт хочет отправиться в Мондштадт и подарить цветы, — говорит она, а её глаза постепенно всё больше и больше сияют. — В Монде сейчас проходит фестиваль ветренных цветов. А если человек дарит цветы другому в этот день, то это является символом выражения любви. Я думаю, что тут легко сложить два и два. Люмин ошарашенно смотрит на девушку, что, кажется, вошла во вкус и теперь болтает без умолку. — Вы только представьте! Какая романтика! Какая романтика! Адепт, вечно холодный и нелюдимый, полюбил человека! Ах, как прекрасно! — говорит она и улыбается, закрыв глаза. Кажется она действительно представила себе сахарную сказку. Люмин в один момент отводит взгляд и смотрит в пустоту, прекратив слушать эту бесконечную болтовню. Влю… Бился? Сяо… Влюбился… Любовь… Что? Девушка пытается осознать это. Адепт только недавно вроде как начал привыкать к её компании, но уже смог полюбить кого-то и так открыто сказать об этом другому? Да и кого он вообще мог полюбить? Люмин последнее время с ним часто проводит время, но ни разу не видела никого рядом с ним… У неё в груди появилось какое-то странное чувство. Вроде как радость, а вроде как разочарование… Но почему разочарование? Это же хорошо, что у Сяо появился человек, которого он готов любить и защищать. И Люмин уверена, что он не может ошибиться в своих чувствах, значит, действительно настолько трепетно относится к этому человеку. И вроде от этого так легко… Она может спокойно уйти путешествовать, не переживая за него. Она может спокойно уйти из этого мира, когда их путь закончится. Хотя последнее время она задумывалась о том, что именно этот мир может стать для них новым домом. Если они смогут остановить его от неизбежного конца, то могут остаться здесь. Помимо лёгкости была и тяжесть… Люмин не понимала от чего такие чувства. — Эй, Люмин! — верещит перед ней Паймон, летая то туда, то сюда. Девушка быстро моргает глазами и мотает головой, дабы придти в себя и осознать картину перед собой. — Что? — спрашивает она, когда чуть приходит в себя. — Эта болтушка ушла, а еда уже почти остыла, давай уже поедим! — говорит она, будто не обращая внимание на состояние девушки. Хотя быть может и не замечает. — Да, давай. С этими словами Люмин берёт в руки палочки и начинает медленно есть рис, вкус которого не чувствует, обдумывая ситуацию.

***

Сяо стоит на каменной стене города свободы. Дуют ласковые ветра, вокруг шум и музыка. Очень много людей, а также цветов. Весь город украшен ими. Он осматривается по сторонам и думает, что же ему делать дальше. Стражу он смог пропустить, дабы к нему не было подозрений. Но вот обычные люди… Он не думает, что они могут знать об адептах, но предполагает, что его могут испугаться. За последнее время его карма стала постепенно почему-то покидать его. Он без понятия почему, так как всё так же покорно убивал оскверненных существ. Быть может Люмин? Но как? Обычный человек вроде неё… Странно. Ладно, сейчас это не главное. Он не сможет навредить людям, это отлично. Сяо решает рискнуть и потоком ветра перемещается прямо в центр площади с фонтаном. Он попадает в гущу событий. Теперь слышны звуки лиры какого-то барда издалека. Шум воды из фонтана, бурные разговоры. Адепт оглядывается вокруг и смотрит на всё это с холодными эмоциями, видя перед собой только одну цель. Он недолго думает и подходит к продавщице закусок, от которых очень вкусно пахнет. Вокруг ларька много людей, поэтому Сяо готов некоторое время подождать. — Добрый день, чего желаете? — говорит она с улыбкой, не обращая внимания на его внешний вид в отличии от других людей, что стоят в очереди. — Где я могу найти Альбедо? — спрашивает он мгновенно. Девушка застывает всё с той же улыбкой, а потом встряхивает головой, дабы понять, чего от неё хотят. — А! Альбедо. Спроси у Тимея, он стоит вон там, — она указывает на место, где стоит алхимическая стойка. Сяо переключается на мужчину, что стоит там. И, не дослушав пару слов, отправляется к нему. Мужчина усердно пытается разобраться в чём-то, пока его не отвлекают. — Где я могу найти Альбедо? — его золотой взгляд холодно смотрит на Тимея, пугая. У адепта не было цели запугать человека, он просто знал, что это его пассивная способность. Тот начинает дрожать. И его голос, поддавшись его настроению, говорит: — О-он в-в д-драконьем хребте… Сяо кивает головой и мгновенно исчезает в воздухе, от чего Тимей ловит инфаркт.

***

Нин Гуан перебирает бумаги, общаясь с Гань Юй. Цилинь объясняет ей какие-то моменты в своём отчёте, а женщина внимательно слушает, периодически кивая головой. В дверь заходит женщина со стопкой бумаг среди которых и отчёт из Ван Шу. Она кладёт их на стол и некоторое время стоит и молчит. Нин Гуан через некоторое время решает обратить на это внимание. — Что-то ещё? Ты свободна. Девушки переступает с ноги на ногу, кусает губы. Она делает тихий вздох и закрывает глаза. — Эм… Госпожа Нин Гуан, а… Можно послушать, что написано в отчёте Ван Шу? — говорит она, выпаливая последнии слова, словно в её рот попал горячий чай. Её щёки загорелись красным, будто на них попали свежие ягоды клубники. Нин Гуан понимает, что намечается что-то интересное, поэтому даже откладывает документы и ставит локти на стол, позже опираясь подбородком на свои руки. — С какой стати? Она ещё больше смущается и берёт руки вместе. — По постоялому двору начали ходить слухи… — заинтересованно говорит девушка. Нин Гуан приподнимает бровь. — Подробнее. Ей не очень нравилось, что девушка тянет. У неё вагон работы, а Гань стоило уйти отдыхать ещё час назад, но из-за неё она задерживается. — Говорят, что адепт, который живёт там, влюбился, — говорит она и сама не верит своим словам. У Нин Гуан и Гань Юй отпадает челюсть, а глаза готовы покинуть их лица. — Что за абсурд! Ты в курсе, что распускать слухи об адептах — ужасно? Быстро вышла отсюда, — повышая тон говорит Нин Гуан, а девушка, словно собачка сжимается и быстро вылетает из кабинета. После этого Нин Гуан некоторое время молчит и смотрит в стену, а потом переводит взгляд на отчёт. Её рука резко дёргается к нему. На самом деле любой слух, связанный с Сяо, весьма интересен ей, так как проект Ван Шу был сделан ради его благополучия. И он очень долгое время не приносит каких-либо успехов. Адепт всё так же страдает. Женщина жадно раскрывает конверт и начинает бегать глазами по бумаге. Гань Юй в это время волнительно ждёт, не пытаясь сунуть свой нос, хотя очень хотелось. Сяо был её наставником, а также адептом, поэтому её действительно тоже интересовало его состояние. У неё тоже есть проблемы, но они не имеют такого длинного и толстого корня как у Сяо. А тут подобное заявление… Влюбился? Что?.. Гань Юй всегда видела в нём мягкую сторону, но она не думала, что он всё же сможет принять её. Нин Гуан дочитывает и лист выпадает из её рук. — Госпожа? — взволнованно спрашивает Гань Юй и наклоняется ближе к ней. — Что там? — Она… — вздыхает Нин Гуан, — кажется, была права. Гань Юй прикрывает рот руками и раскрывает глаза от удивления. — К хозяйке постоянного двора ночью подошёл Сяо и спросил, где можно взять белые лилии. Он сказал, что они для человека, — говорит она. — Верр отправила его в Монд, так как там он может их достать, но подслушивающий человек не так расслышал и подумал, что цветы будут подарены по традиции фестиваля. То есть в знак любви. — Но… Пусть Сяо этого и не знает, он же… Скорее всего… Всё равно хочет подарить их из-за подобного?.. Нин Гуан прикрывает глаза. — Я думаю, что да. Да даже если не из-за любви, а дружбы, это уже огромный шаг для него. Он наконец смог хотя бы немного отпустить прошлое и свои нерушимые принципы, — улыбается Нин Гуан. Все члены Цисин волнуются за Сяо как за родного. Все они тут знают о его судьбе, пусть и не осознают в полной мере его боль. Люди всё равно пытаются помочь ему. — А для кого? — вдруг спрашивает Гань Юй. И вправду, а для кого? Они не думают, что Сяо привяжется к обычному человеку так быстро. Тогда кто? Белые лилии. Нин Гуан прикладывает руку ко лбу и усмехается. — Это может быть только один человек. Гань Юй, кажется, тоже догадывается. — Путешественница, так?.. — спрашивает она. Женщина кивает головой. То, как адепт рванул за падающей девушкой в последней битве — всё показало. Быть может это видели далеко не все, но она смогла уловить тот испуганный взгляд и необдуманный рывок. Да и она единственная, с кем Сяо общается так… Часто. Ей давно докладывала об этом Верр Голдет. Она рассказывала, что часто видела этих двоих ночью на балконе или ранним утром за обедом. — Как думаешь, стоит ли включать в план расходы на свадьбу? — говорит серьёзно Нин Гуан. Гань Юй удивляется и вздрагивает. — С-свадьбу? Цилинь была бы рада такому торжеству для Сяо, но ведь ещё не всё подтверждено. Быть может цветы вообще не для этого, быть может слухи ошибочны. Хотя отчёт говорит об обратном… — Ладно, да, ты права, наверное у них нет времени на такое, — вздыхает женщина. Цисин столько лет пытались помочь Сяо, что Нин Гуан уже при малейшем намёке отправляет парня в светлое будущее. Люди, которые знают о том, что сделал и делает Сяо, просто хотят, чтобы он наконец смог отдохнуть и хотя бы немного насладиться этой жизнью. Он один из тех, кто сделал слишком много для Ли Юэ. И настало время для того, чтобы Ли Юэ ему отплачивал.

***

Сяо путается ногами в сугробе перед тем, как выйти к оборванному мосту. Вот же угораздило его попасть на этот драконий хребет. Тут ещё и аура ужасная из-за Дурина. Спустя столько лет это место до сих пор отравлено. Люди в лагере любезно подсказали ему, что некого Альбедо можно найти именно здесь. Забавно, что такой знаменитый человек не был ранее известен ему. Наверное дело в том, что Сяо до этого момента мало на что обращал внимание. В его голове были только битвы. Сяо перемещается потоком ветра на другую сторону обрыва, с лёгкостью приземляясь в пункт назначения. Снег под ногами хрустит. Он осматривается по сторонам, ничего особо не видя, поэтому решает идти вперёд. Через некоторое время он чувствует нарастающее тепло и понимает, что он уже близко. Сяо видит пещеру, откуда и исходит тепло. Видимо, там разведён костёр. Он идёт по дорожке внутрь. Перед ним сразу же появляется парень, стоящий спиной. Видимо, это и есть тот самый Альбедо. Аура у него… Странная. — Ты Альбедо? — спрашивает Сяо. Руки, что недавно что-то писали на доске, останавливаются. Блондинистая макушка оборачивается и видит гостя перед собой. — Да, это я, чем могу быть полезен? — Альбедо откладывает ручку на стол и поправляет свои перчатки, подходя ближе к адепту. Он останавливает свой взгляд на открытой зелёной татуировке, позже смотрит на одежду и отмечает для себя, что этот юноша точно не из этих мест. Позже он наконец поднимает свой взгляд прямо в его золотые глаза. Тогда Альбедо убеждается в своей теории. Он не человек… Скорее всего… Адепт?  — Мне сказали, что ты очень хороший алхимик и можешь создать белые лилии, — отвечает Сяо. Альбедо удивлённо вскидывает бровь. Ему нужны цветы для ритуала? Но, если он не ошибается, в таких случаях подходят только живые цветы. Странно. Да ещё и белые лилии… А хотя стоять. Путешественница же, вроде как, носит одну из подобных на голове. Это как-то связано с ней? — Да, вы пришли по адресу, подождите пару минут, — говорит Альбедо, отварачиваясь. — К слову, могу ли я тоже попросить вас об услуге? Сяо настораживается. Неужели этот алхимик понял, кто он такой? — Если это в границах моих сил и принципов. — Я знаю о том, что адепты могут создавать карманные миры. Бездна также является отдельным миром внутри мира, поэтому, я подумал, что строение двух этих вещей весьма схоже, — увлечённо проговаривает Альбедо, пока ищет нужные склянки. Сяо прокашливается от удивления и раскрывает глаза, чуть ли не спотыкаясь на месте. — С вами всё хорошо? — Да. Адепт невероятно сильно удивлён тому, что его так быстро раскрыли. Кто же этот алхимик? Он помнит чудиков из Кхаенри’ах до падения. Кажется, они там все были сдвинуты на подобных исследованиях. Сяо было не до этого, поэтому он не интересовался зачем и почему они что-либо делают. А быть может… Этот Альбедо тоже оттуда? От него исходит весьма странная аура, не характерная для жителей Тейвата. Да и такие навыки алхимии могут быть только у этих… Как там их… Ну, в общем, да. Ладно, быть может во время этих исследований он больше узнает о причинах гнева Селестии на эту страну, Кхаенри’ах, а также мотивы этого падшего государства. — По рукам. Альбедо улыбается. Во время раздумий Сяо он уже всё подготовил. Он сделал пару движений, а позже взял зелёные искусственные стебли в руки. Появилось бледное золотое сияние и на стебле появился бутон, который мгновенное распустился и тогда адепту показались великолепные белые лилии. Он не мог скрыть своего восхищения и удивления, из-за чего его холодность с лица пропала. Люмин заставляет его всё больше и больше раскрывать себя. — Вот, пожалуйста. По поводу исследований можешь приходить в любой удобный для тебя день, — говорит Альбедо, не задерживаясь на разговоре с адептом. Сяо удивлённо держит в руках белые лилии. Они пахнут невероятно вкусно, пусть и являются искусственными. — Спасибо. — Передавай привет Люмин, — напоследок говорит Альбедо. Якша жутко смущается. Его уже столько раз раскрыли сегодня, вот что за ужас. Ещё и теряет самообладание из-за таких вещей, что за бред. Почему он, невероятно внимательное существо, не может быть настолько проницательным? Стоп. А почему его это вообще волнует? Альбедо, видя это смущение, смеётся, а позже возвращается к своим записям.

***

Сяо телепортируется на постоялый двор. Прогулки по улице ему хватило, поэтому он решил, что в этот раз воспользуется привычным перемещением. Он оказывается на балконе своей комнаты и делает глубокий вдох. Что делать с цветами? Дать лично? Или оставить в комнате? А быть может эти цветы ей вовсе не нужны? Эта ситуация была невероятно сложной для Сяо. Он не думал, что когда-то в его жизни появится человек, что скрасит его одиночество, пусть и не навсегда. А хотелось бы, чтобы это было вечно. Сяо решает спрыгнуть на один этаж ниже, прямо в номер Люмин. Он аккуратно осматривается и понимает, что девушки там нет. А значит, можно действовать. Раз Люмин нет, то он просто оставит цветы у неё. Он заходит внутрь и ищет вазу. У него выходит это достаточно быстро. Стеклянный сосуд мгновенно наполняется водой. Сяо гуляет глазами по комнате в поисках какого-то места для цветов. Выбор падает на подоконник. Ему кажется, что эти лилии будут идеально смотреться ночью в лунном свете. Эти цветы… Напоминают ему её. Она сама светится как луна. Парень не хочет, чтобы его заметили, так как не знает, что сказать Люмин про эту выходку, так как он сам не до конца понимает причину. Он возвращается на балкон и одним высоким прыжком оказывается на своём балконе. Так как гостей парень не ожидал, он спокойно входит свою комнату, но через пару секунд он резко останавливается и вздрагивает от неожиданности. — Ты кто? Что тут забыл? — грубо спрашивает Сяо мужчину, что сидит на стуле за столом и рассматривает какую-то газету свежего выпуска. Видимо он притащил её с собой, потому что Сяо таким не увлекается. Адепт может быть вежливым, но когда к нему вламываются в комнату — нет. Мужчина остаётся всё так же спокоен и поднимает свои золотые глаза, которые выглядят как кор ляпис. Он складывает газету и смотрит прямо в глаза Сяо. — Я Рекс Ляпис. Это моя нынешняя форма — Чжун Ли, — отвечает Моракс. Сяо бесконечно моргает глазами. — Н-но… В-вы… Же… — не может связать слов Сяо, — п-погибли. Этого не может быть, в-вы мне л-лжёте, — каким бы адепт не хотел казаться серьёзным, он всё равно не мог подавить свой шок. Сяо пусть и понимал, что встреча с Мораксом в ближайшее время невозможна, всё равно удивился. — Нет, Сяо. Это я. Я не хочу вдаваться в подробности, но моя смерть была подстроена. Главное, что я тут. Сяо в шоке смотрит на Моракса. Его обманули. Это так неприятно. — Я рад, что вы всё-таки живы, — говорит Сяо. Это было искренне, но всё же был слышен этот грустный осадок. Из-за осознания того, что Моракс погиб, Сяо провёл несколько бессонных ночей. Чжун Ли замечает это и вздыхает. Он дорожил Сяо, но никогда толком не поддерживал его. Якша пережил много страданий, находясь в подчинении прошлой Богини. Он пережил множество ужаса, находясь на службе у Чжун Ли. — Сяо, прости, но так надо было сделать, — честно говорит Чжун Ли. Сяо кивает головой. — Ничего страшного, всё нормально, — он привык к подобным вещам. В конце концов он просто слуга, не более. — Так зачем вы пришли, Моракс? Чжун Ли поднимается из-за стола и подходит к парню. Между ними весьма большая разница в росте. Сяо поднимает свои золотые глаза на него. — Я просто хотел сказать тебе, что ты волен делать то, что хочешь. Война закончена, Сяо, — перешёл на шёпот Чжун Ли. Адепт не понимал его слов. Война затихла только на время. Все знают, что она скоро вспыхнет из-за некоторых людей и не только. — Почему? — Сяо, тебе нужен отдых. Ты сделал уже достаточно для Ли Юэ. Теперь поживи для себя, — улыбается Чжун Ли и вдруг обнимает его. Адепт резко напрягается, а его глаза раскрываются до размера орбит. Сяо не знает что делать, он был в шоке. Зачем Архонт сделал подобное? Почему он заботится о нём? Действительно ли Сяо так дорожат? Якша рискует и обнимает мужчину в ответ. Быть может он действительно прав, решает для себя Сяо. На самом деле Чжун Ли тут по той же причине, из-за которой все работники Ван Шу без умолку говорят. Он тоже услышал это и глубоко надеялся, что это правда.

***

Люмин сильно устала. Она поднимается в свой номер с желанием наконец лечь спать. Новость о том, что Сяо наконец нашёл нужного для себя человека — одновременно расстроила и обрадовала, из-за чего Люмин целый день пыталась разобраться в своих истинных чувствах. Рубя хиличурлов, она так и не пришла к удовлетворяющему для себя варианту. Вроде как хотелось, чтобы Сяо был счастлив. Но… С ней. Она поняла, что ей хочется быть с ним. И, кажется, не как с другом. За последнее время они очень сблизились. Люмин была очень рада тому, что адепт открывается ей и она боялась, что в один момент он передумает. Но этого до сих пор не случилось. Хотя, быть может, это тот самый день. Девушка заходит в комнату. Вокруг темно, только луна отдаёт частичку своего света из окна. Люмин хочет идти в душ, но вдруг при осмотре комнаты видит странную вазу. Она несколько раз жмурит глаза, чтобы убедиться, что это не галлюцинации, и подходит к подоконнику. На нём действительно стоит ваза и в ней букет лилий, которые невероятно красиво плескаются в лунном свете. Тут вдруг в воздухе появляется Паймон и любопытно рассматривает предмет. — Вау! Люмин, может быть их подарил Сяо? — сразу сходу говорит Паймон. Сяо? Да нет… Он точно хотел подарить цветы лично кому-то, а тут ни подписи, ничего. — Бред какой-то, — говорит Люмин и уже не обращает внимание на дальнейшую болтовню Паймон о том, что это сто процентов Сяо. Люмин всё так же смотрит на лилии. Они невероятно красивы. Последний раз такие удивительные она видела дома. Множество лет назад. Пусть многие воспоминания пропадают из её головы, она до сих пор помнит их домашний сад с огромнейшим количеством лилий. Она никогда не видела лилии в Ли Юэ и Монде. Но откуда же их тогда могли взять? Быть может алхимия? Она рассматривала букет долгое количество времени. Хотелось бы найти отправителя, но как это сделать? Люмин прикрывает глаза. — Сяо… — вдруг шепчет она, не зная почему. Ей просто вдруг захотелось произнести его имя. Вдруг справа от неё появляется зелёное свечение, от чего она вздрагивает и отходит чуть назад. Она поворачивает голову и видит перед собой Сяо. Тот облокачивается на стену и смотрит своим кошачьим взглядом на неё. В темноте его глаза светятся золотом, а взгляд будто ждёт её дальнейших действий. Он выглядел совершенно не удивлённым, будто ждал этого призыва. — Зачем звала? Это произошло впервые, — говорит парень, наблюдая за ней. Люмин мгновенно мешкается. На самом деле Сяо был в шоке, когда услышал своё имя. И никак не ожидал подобного. Но, дабы не показать себя влюблённым дураком, он мгновенно собрался. Слышать призыв от неё… Так приятно. — Случайно вышло, — бормочет она. Сяо переводит взгляд на цветы, что совсем недавно сам ставил в вазу. На его лице появляется едва заметная улыбка. — Действительно? Блондинка проследила за этим взглядом и, кажется, в её голове подтвердилась её собственная теория. — Да, извини, можешь идти, — Люмин не знала о чём с ним говорить после получения подарка, поэтому решила, что лучшим решением будет прогнать его и лечь спать. Сегодня адепт, видимо, выпил что-то не то, так как ведёт себя слишком смело. Наверное на него так подействовали слова Чжун Ли. Сяо приближается к ней, а Люмин наоборот делает маленькие шаги обратно. Она не отвечает сейчас за свои действия, как и Сяо. Он вообще не соображает, что делает. Девушка упирается в стену позади и от неожиданности сваливается вниз. Сяо будто в этот момент просыпается и быстро ловит девушку за талию. Люмин медленно сползает дальше по стене, а Сяо убирает руки от её талии, также окончательно садясь на колени. Люмин замечает его замешательство и мгновенно решает перевести разговор в свою пользу. — Ты знаешь, какой сегодня день? — шепчет Люмин. Его лицо невероятно близко, а глаза направлены прямо в её. Люмин немного холодно сидеть на холодном полу с открытым окном, но это сейчас беспокоит её в последнюю очередь. Дыхание Сяо невероятно сбивчивое. И Люмин теперь это слышит и ощущает. Он тоже был смущён. — Нет, — отвечает Сяо, не понимая о чём она. Люмин смеётся. Она так и знала, что Сяо не знает об этом празднике, но слухи всё переврали. — Праздник ветрянных цветов. В этот день дарят цветы тому человеку, в которого ты влюблён, — тихо смеётся Люмин, всё ещё поражаясь тому, насколько Сяо неосведомлён. Лицо Сяо мгновенно краснеет и это заметно даже в темноте, он быстро закрывает своё лицо двумя руками, пытаясь скрыть это. Но Люмин видит это. Парню невероятно стыдно. Он даже не думал признаваться в этом, почему же так неловко… Так, стоп… Признаваться? Сяо только что понял, что действительно любит её. Даже сейчас, когда он жутко смущается, она звонко смеётся. Но если она смеётся, значит никак не удивлена и, судя по всему, не зла на подобные вещи. Хотя, быть может, она думает, что он и вправду не любит её, а это ошибка? Адепт медленно убирает руки со своего лица. Оно всё такое же смущённое. Золотые глаза смотрят в медовые. У парня нет опыта в подобных вещах, но он часто видел, что люди так делают. Сяо приблизился к Люмин, от чего та сильнее прижалась к стене, снова удивившись. Она думала, что они просто закроют эту тему, так как не могла поверить, что её чувства взаимны. Она чувствует его ровное дыхание на своих губах, от чего по телу проходит легкая дрожь. Якша некоторое время смотрит в её глаза. Вокруг тишина и темнота. Такое чувство, будто в этом мире больше ничего нет. Сяо закрывает глаза и наконец-то касается бледных розовых губ. Люмин задерживает дыхание. Она действительно даже не мечтала о таком. Ей всегда казалось, что она просто запомнит встречу с Сяо и проведённые с ним минуты, как сладкий сон, а потом она уйдёт дальше путешествовать, дабы разобраться с братом. Люмин решает для себя, что пусть сейчас будет то, что будет. В прочем, с Сяо они в этом сошлись. Люмин прикрывает глаза и берёт своими ладонями лицо Сяо. Оно прохладное и мягкое. Девушка углубляет поцелуй, чувствуя, что Сяо не сильно смыслит в том, что сейчас делает. В этот момент парень ловит руками её талию и обнимает. В комнате витает запах белых лилий. Альбедо даже над запахом постарался. Сяо не знает, какие чувства его переполняли. По его телу распространилось бесконечное тепло и спокойствие. Стало так радостно от того, что на лице находилась не маска, убивающая его, а её руки. Они одновременно отстранились друг от друга. Дыхание было сбивчивое. Сяо пытался найти ответ в глазах Люмин, всё так же обнимая её. Ранее бледное лицо девушки было охвачено смущением. — Знаешь, если бы я даже знал о том, какой сегодня был день, я бы всё равно подарил эти цветы, — говорит он, улыбаясь. Сяо переносит руку на её щёку и проводит своей перчаткой по ней. Люмин смотрит в его счастливые, впервые за столь долгое время, глаза и не может сдержаться. Из её глаз начинают капать слёзы. Сяо удивляется и пугается. — Люмин? Прости, прости… Что такое? — говорит он, застывая и не зная, что делать. Отодвинуться ли ему? Он слишком быстро обрадовался? Ох, чёрт, какой же он глупый. — Просто… Я впервые вижу тебя таким счастливым… — говорит с улыбкой она и закрывает глаза. — И… Просто… Ты же понимаешь, что мне придётся рано или поздно уйти отсюда. Как… Мы забудем друг о друге? Сяо в двойном шоке смотрит на неё. Она действительно так сильно беспокоится о его счастье и чувствах? Адепту приятно, что о нём кто-то постоянно думает… Пусть эта часть фразы была удивительной, но его больше удивило её беспокойство насчёт того, что они пойдут разными путями. Сяо улыбается и приближается к ней. — Слушай, Люмин, — произносит он, вытирая слёзы с её лица. — У нас уже образовалась необрываемая связь, которую неверотяно сложно разрушить, — шепчет Сяо и легко целует Люмин в губы. Слишком уж ему это понравилось. Та открывает глаза и переводит свой взгляд на него. — Я пойду вместе с тобой, что бы за место это не было. Даже если это бездна или пепельное море, а быть может даже тёмные земли. — Но… — Я разрушил свой контракт с Рекс Ляписом, — говорит он с улыбкой. Люмин смотрит на него и пытается обдумать его слова. Он? Разрушил? Контракт? Сяо, который так сильно был удушен своим контрактом смог перебороть себя? На самом деле у разговора с Чжун Ли было продолжение. Архонт не бросал слов на ветер. Он сам, без согласия Сяо, расторг контракт. Сказав: — Это твоя жизнь. За своё спасение ты уже полностью отплатил мне и Ли Юэ. У Адепта не было выбора. Его просто поставили перед фактом, который был приятен ему. Теперь он действительно может не беспокоиться по поводу долга и всецело помогать Люмин и… быть может… пройти этот долгий путь в этом мире вместе с ней до конца. Люмин ярко улыбается. — Сяо, я люблю тебя, — произносит она, крепко обнимая его за спину. Тот делает также в ответ и кладёт свою голову на её плечо. Вокруг тишина и темнота. Никого нет кроме них двоих. Сяо надеется, что дальше у них будет ещё больше таких вечеров.

***

В это время рядом с Ван Шу появилась не совсем яркая вспышка. — Отлично, а теперь можно пойти и поспать, — произносит женщина. — Я всё же думаю, что не стоило подсматривать, — говорит Гань Юй, до сих пор смущаясь. — Лично я бы не смог спать спокойно, если бы не знал, что уже можно собирать мору на их свадьбу, — произносит Чжун Ли, смотря с улыбкой на Ван Шу.