Ближе чем звезды

R Более чем обычно шампанского и слегка кружится голова, тонешь в каком-то обилии обнимающих рук и целующих воздух губ. Ничего такого, подруги, подруги подруг и так до бесконечности. Все чрезвычайно предупредительные - жаждущие внимания от нее. Скажут потом, я с этой Богиней на короткой ноге. Этакая штучка. Своих из них двое, две светлые макушки, с которыми удалось сродниться. - Рената, ты сама не своя, проблемы? Актриса благодарно улыбнулась. У нее они конечно случаются. - Нет, ничего нового, Свет. С Леней мы не ладим, такие разные люди – о чем я думала… - О дочери. Он неплохой мужик и такой серьезный, тебе очень идет. Толку от этих природой одаренных и вообще… Под вообще понималось многое. Света только догадывалась, тактично плюя на подобную блажь. С кем не бывает, с Богемой бывает чаще. - Наверно… Певицу не видела долгий месяц, Наташа иногда приносила в клювике. Отменяли концерты, выставляли обоюдные претензии. По заявлениям, клялись, что не будут иметь больше ничего общего, с зарвавшейся и невыносимой… Она немного болезненно выслушивала. Где-то в груди негодовала – кто они такие, чтобы так о Земфире? Гений обречен быть сложным, ему и самому от подобного, плохо. Актриса помнила взгляд, злой и затравленный, как у попавшегося на флажках волчонка. Не злилась, не обижалась уже. Просто знала, Земфира должна извиниться первой – если нет, уважать она Ренату не будет. - Или никак… Света подняла голову от телефона. - Что прости? - Давай выпьем. Так хочется праздника! Z Она взяла себя в руки или как смешно говорила Рената, в обшлага. Та вообще шутила много и занятно, вызывая искренний смех и искры в глазах. Ей нравилось улавливать настроение, умиляло, как она пугалась любого проявления старости, как будто кто-то мог конкурировать… Земфира повидала много красавиц, они приходили под руку с бизнесменами, женственными певцами и просто в одиночку. Одинаковые локоны ниспадали на ровные спины, большие глаза и тонкие носы идеально подходили к пухлым губам. А ей все казалось, что на выходе их непременно спутают… Уйдет шифрующийся под брутального мачо певец не с Машей, а с Анжелой, миллионер подхватит под руку чью-то чужую Катю, оставшаяся не растеряется и запрыгнет в Maybach к кому-то зазевавшемуся (но какая разница). Земфира ловила в своей квартире фантомные запахи тяжелых духов, остатки принесенного шампанского, тонкую перчатку (где же вторая?). Аккуратно положила вещь в карман, пытаясь собраться с мыслями. Вернулась, выпила совсем немного для храбрости… Как перед первым концертом в Москве, когда сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки. Вместительный загородный дом с обилием охраны. Настя сказала, Литвинова празднует день рождения, в узком «стотысячном» кругу. Охрана расступилась, не удосужившись заглянуть в список. Кто-то радостно улыбнулся, сквозь зубы выпустив. - С ума сошел, это же Земфира! Она кивнула с улыбкой, такой непрофессионализм, а приятно. Только сейчас подумала, что снова выглядит не в антураж. Узкие черные брюки и футболка, без намека на лоск. Да и зачем отвлекать внимание, если есть голос. А если нет? Перед домом расставлены несколько столов, какая-то джазовая группа на постаменте. Не стала вникать, пройдя в тени мимо. Стало неловко, от осознания – тебя здесь не ждали, красться как воришка совсем не вариант. Широкими шагами к входу. Чтобы почувствовать ее сразу, по запаху и непередаваемому голосу. Черное (все равно праздничное) платье с каким-то невообразимым вырезом, летящие руки (интересно, лишала ли она кого-то зрения, ненароком?). Лица вокруг чем-то и смутно знакомые, мелькали наверно в светской и полу хронике. Кто-то здоровается и даже жмет неприятно руку, не забыть натянуть улыбку. - Здравствуйте, нет, выступать не буду. Поздравлю Ренату и поблагодарю за совместный фильм. Литвинова ее не видит, окруженная стайкой подруг. Земфира уже пожалела о своем появлении и каком-то журналисте, прилипшем слева. Нырнула от него в коридор, желая выхватить толику кислорода и наугад ища уборную. - Эй, - светловолосая девочка за руку с молодой и слегка нахмуренной девушкой. - Уля, мама сказала - спать! – по всей видимости, няня – простите Земфира, она такая непоседа. И все-то меня знают, может, как жить мне, тоже знают. - Ничего, - замахала головой певица, хитро улыбнувшись – Эй, я уже видела тебя и даже знаю, что ты увлекаешься футболом. Малышка удивленно раскрыла глаза. - А как насчет баскетбола? Я в нем немного разбираюсь, - она присела на корточки, ища сходство между актрисой и ребенком. Необычайно похожи. - Не играла, - пожала плечами, - но тренер говорит, я та-лант-ли-вая! - Ну, мне мой тренер, тоже так говорил! Девочка насупила носик. - Ладно, мир! – расхохоталась Земфира – такие вопросы нужно решать в честной схватке, сыграем как-нибудь? - Да! - Ульяна, ты почему не в кровати? Голос сзади она узнала сразу, обернувшись с улыбкой и встретившись глазами. - Земфира? – нелепый вопрос застыл в воздухе. - Все ещё. - Лиза, можете попить чаю, я уложу Ульяну. Рука девочки перекачивала в ладонь матери, они проводили взглядом спускающуюся фигуру няни. - Пойдем с нами. Детская была на втором этаже. Нежно-голубые цвета с вкрапления звезд на потолке. Певица застыла у входа, наблюдая, как Рената укладывает и накрывает ребенка одеялом. Видно, что обе привыкли к этому, соблюдая какой-то устоявшийся ритуал. Плюшевый динозавр был бережно положен слева, но чуть дальше, чем розовый слон. Фаворитизм. - Закрой, пожалуйста, дверь, она чутко спит. - Я не сплю, - возмутилась маленькая копия Ренаты, - она (тычок пальцем в стоящую фигуру) сказала, что мы будем играть… - Играть завтра, - Земфира показательно зевнула, - сегодня мама сказала спать. - Сказку, - насупилась чуточку угрожающе Уля. - У нас проблемы с воспитанием, - с улыбкой и нисколько не жалея о проблемах, улыбнулась актриса, - я без очков. - Я могу. Они на минуту встретились взглядами, осознанными и извиняющимися. Земфира почувствовала волну теплоты, исходящую от этой невообразимо красивой женщины. - Сказку! Обе вздрогнули, и певица протянула руку за книгой, почувствовав, как от секундного касания ударило током и мурашки прошлись по телу. - А может я тебе спою? Не дождавшись ответа, певица припомнила старую татарскую колыбельную с красивой, витиеватой мелодией. Они сидели у подножья кровати, блондинка в дорогом вечернем платье с вдруг слезящимися от неизвестных причин глазами и оттаявшая впервые за долгое время, Земфира. Песня закончилась, когда Уля засопела, а Рената опустила голову на ее плечо. - Прости… - Я скучала по тебе, - Литвинова понимала, что в любой момент кто-то может войти и это породит уйму слухов. Снова. – Так хорошо. Певица кивнула. Обе попросили у себя, еще хотя бы пять минут этого волшебного чувства, когда можно было представить... R - Рената, я конечно не знаток светского этикета, но тебе нужно к гостям, - Земфира сплела их пальцы на полу, разбивая сердце и складывая его по кусочкам. В ней что-то изменилось за этот месяц, что-то важное и требующее выхода. Что-то чувствующееся в подрагивающих пальцах, изменившемся, настороженном и внимательном взгляде. Если бы это был кто-то другой, она бы подумала о влюбленности… Но Земфира. Неприступный гений, не позволяющий дотронуться до себя по-настоящему близко. Скрывающийся за улыбками, молчанием, односложными ответами сквозь тебя. - Я не хочу… - она искренне не хотела, вдруг устав от всех тех, кому была рада час назад. - Эй, - она пародировала звонкий голосок Ульяны, - я знаю, что ты это любишь. Ласковый толчок плечом в ее сторону. И это совсем новое в их отношениях, раньше напоминавших хождение по минному полю. Рената тихо засмеялась. - Люблю, - глядя прямо в глаза и смешавшись от двоякости сказанного. Обе вдруг замолчали. - Приезжай ко мне, пожалуйста, еще, еды совсем не осталось. - Я тебе только за этим не нужна… - Рената улыбалась, все еще не отпуская сплетенных пальцев, спрятанных в пушистом ковре. - Точно! – Земфира осторожно высвободила руки, порывшись в карманах и выудив еще позавчера приобретенную коробочку, - С днем рождения и спасибо тебе за все… Темный бархат прятал перстень с зеленым камнем, самодовольно подбирающимся к глазам певицы. - Чтобы ты меня вспоминала. Рената с улыбкой надела кольцо на руку, цокнув от удовольствия. - Очень красиво, но что же мне подарить тебе? Земфира засмеялась вопросу. - Рената, ты как всегда. День рождения у тебя! Мне пора, я отвлекаю тебя от гостей, - певица неохотно поднялась, бросив взгляд на мирно сопящую Ульяну, - она очень крутой ребенок! - Все-таки, тебе нужно что-то подарить, идем со мной, - интимность, вдруг появившаяся в голосе, заставила Земфиру вздрогнуть, что не укрылось от внимания Ренаты. Ее небольшой кабинет был совсем рядом и вмещал минимум нужной мебели. Дверь с щелчком закрылась. Рената выключила свет, впервые так настойчиво беря инициативу. Чувствовала, что Земфира не оттолкнет, изголодавшись по этим странным отношениям. Темнота, царившая в комнате, была рассчитана на певицу, часто слишком напряженную и взвинченную. Земфиру, выхватывающую руки и не готовую подпускать ее слишком близко, будто убежит с ее сердцем наперевес. Литвинова подтолкнула певицу к столу, пользуясь преимуществом шпилек и несколько возвышаясь. Провела бесстыже языком по уху, прошептав что-то нарочно пошлое и вяжущее чувства узлом. Земфира застонала, откинув голову, предоставляя больший простор для губ актрисы. Слишком растянутая футболка летит в сторону и ладони сжимают твердые соски, чуть сильнее и больнее – так, как она любит. - Рената… - Даже не думай меня останавливать, - легкий толчок в сторону стола, с которого летят свежие эскизы. Ногти царапают кожу на животе, удовлетворенно считая ребра, ее фетиш с почти невесомыми телами был полностью удовлетворен. - Джинсы, ну что за неудобная одежда. Я подарю тебе черное до колен платье, - Литвинова разобралась с ремнем, дергая неугодную одежду ниже. - Постой, пожалуйста, - Земфира смеется осторожно, перехватывая руки и притягивая заведенную актрису к себе, - Рената. Короткая шутливая борьба прерывается укусами, наглыми поглаживаниями и хитрыми маневрами Литвиновой, сумевшей стянуть брюки вместе с бельем. Победно засопев, актриса опустилась на колени, языком вырисовывая дорожку и не давая себя остановить. Очень нежно проводит языком по влажным губам, разводя их в стороны и целуя так, как если бы это был самый первый опыт – осторожно кружа вокруг, слегка задевая чувствительную точку и снова возвращаясь. Она угадала, чувствительная певица едва не подпрыгнула. - Блядь, Рената… - руки Земфиры осторожно зарылись в волосы, порываясь то поднять, то прижать как можно ближе. - Расслабься, пожалуйста, - почти мурлыча от восторга, актриса протолкнула язык ниже и глубже, опьяненная следами возбуждения и приглушенными звуками, доносящимися из до крови прикушенных губ. - Рената, пожалуйста… - немного сбитая с толку и растерянная певица, схватила ее за плечи, - давай же. - Скажи! – Литвинова медленно снимала с пальцев многочисленные кольца, нагибаясь к шее Земфиры и целуя ключицы. От нескольких очень тихо пророненных в сторону Ренаты слов, актриса покраснела и почти бросила любовницу на пол. Прекрасно зная, что эти длинные шпильки и платье в пол очень не подходят для таких игрищ… Или… Каблучок цокнул прямо перед ее лицом. - Разведи ноги и не смей двигаться… Платье с шорохом упало. Z Она задохнулась от ощущений, когда голое тело актрисы так совершено правильно легло сверху. Так задумано, влажно и подходяще, как удачно легшие части мозаики. Прикусила губы, с которых норовили вылететь слова о любви. Ошарашенная, вдруг понявшая, что именно с этим чувством покупала кольцо, ехала в дом ее мужа, без приглашения появлялась на празднике и укладывала ее дочь спать. - Рената… - в сотый раз за вечер, имя как мантра. И выгнувшееся слишком податливое, будто чужое тело, раскрывающееся навстречу ее пальцам. - Ещё…