Смерти больше нет

Я чувствовала себя невероятно счастливой, защищенной. В один миг я забыла обо всем. Боже, если Рай и правда есть, то я сейчас определенно там. Аро нежно гладил мою спину и что-то мурлыкал на итальянском. Только сейчас я поняла, что это самый сексуальный язык и я обязательно выучу его. В ухе у Аро зазвенел передатчик. Владыка заметно напрягся, но меня из рук не выпустил. — Да, — коротко ответил он. — Аро, мы ждем тебя в тронном зале, - это был Маркус, — есть новости от Кайуса. — Скоро буду, — коротко ответил Аро. Он тяжело вздохнул и я поняла его без слов. Выскользнув из объятий, прикрывая свое обнаженное тело оказавшейся около моих ног туникой. Волшебный миг кончился и я понимала всю абсурдность случившегося. В его глазах была видна вселенская печаль и что-то еще. Приглядевшись я увидела, что в его глазах плескалось… сожаление, граничащее с отчаянием. Черт, черт, черт, сейчас он начнет извиняться, он не знает, как сказать… — Вас ждут, — выдала я из себя. — Изабелль, выслушай меня, — начал Аро, а мое сердце сжалось. Передатчик опять завибрировал и владыка витиевато выругался, секунда и он полностью одет. — Мне надо сейчас идти, — он попробовал подойти ко мне, но я отступила на шаг, — нам надо серьезно поговорить. Дождись меня, я скоро. — Дуновение ветра и он исчез, а я осталась стоять у этого чертового пруда. Так и в жизни у простых людей. Недоглядели, не дослушали, недочувствовали, появились сомнения, нелепая боль, не высказанная обида. Мир был бы проще, если бы мы изначально были честны друг с другом, не скрывали чувства, не боялись оголить душу. В страхе нет правды, во тьме нету света, а в настоящих чувствах не должно быть секретов… POV Аро. Краем глаза я заметил, как брат жестом приказал Деметрию выйти вон, в то время как сам вытаскивал упирающегося Феликса. Видимо брат замечал гораздо больше, чем позволял себе высказать. Дверь потихоньку закрылась, и мы остались одни. — Белль, я, конечно же, люблю… себя, но не до такой же степени, чтобы разговаривать сам с собой. Она обиженно надула губки, но просьбу исполнила. Секунда — и передо мной уже Изабелла. Конечно же, я хотел пропесочить эту негодницу, чтобы больше неповадно было лезть в дела правителей, отчет, видите ли, она принимала, да и еще так реалистично, что даже я поначалу поверил, что на троне я. Эти мысли тут же улетучились как только я взглянул девушке в глаза. Бездонные шоколадные омуты завлекали, затягивали, заставляли забыться. Я не видел больше ничего и никого вокруг. Я увидел, как раскрывается ее душа, словно небесной синевы прекрасный цветок тянет ко мне свои лепестки. Я еще не видел такой чистой, искренней и совершенной души. Что я могу ей дать взамен? У меня руки в крови, даже не по локоть, я убийца, жестокий кровожадный убийца, за что мне небеса послали такое чудо? Я даже не представляю что надо сделать, чтобы такой ангел был рядом. Неожиданно я почувствовал прикосновение к своей щеке. Нежные пальчики ласкали не только мою кожу но проникли под нее заставляя пробудится уже давно мертвую душу. Я перехватил ее руку и притянул к своим губам наслаждаясь чудесным ароматом ее кожи. Запах вскружил мне голову. Господи! Я хочу эту женщину! Я хочу, чтобы она была моя! Чтобы не один мужчина, не то чтоб дотронулся, чтоб посмотреть боялся на мое сокровище! Она моя и точка, восклицательный знак! Нет, не так, тысяча восклицательных знаков! Мысль не совсем зафиксировалась у меня в голове. Я остановил свой взгляд на ее нежных губах, мне захотелось попробовать ее на вкус. Черт! Желание было невероятно сильным , а я был в полшаге до беспамятства. Вдруг я отвлекся на открывающуюся дверь. В зал влетела Хайди. Мы тут же отскочили друг от друга. — Ты свободна, Изабелла, — холодно произнес я, но вдруг сообразив, что был как обычно резок, попытался исправится: — Отправляйся к себе. Я злился на Хайди и всю несправедливость этого мира, что заставила выпустить из рук мое сокровище. Ага, отдам я ее, как же! Держите карман шире! Я же Вольтури, а Вольтури всегда добиваются своего! Я зло посмотрел на Хайди, а та сжалась от страха под моим пристальным взглядом. Радует, что я еще способен вызывать такие чувства у подчиненных. — Мой господин, следов взлома не обнаружено, на территории Вальтеры и, в частности, замка чужаков нет, —девушка низко склонила голову показывая свое почтение. — Ты можешь быль свободна, — коротко сказал я, но потом равнодушно добавил: — Но если в замок проникнет шпион, первой головой падет твоя. — Девушка поклонилась и вышла из зала. Я остался один. Да, если бы только кто знал, что творится сейчас в моем воспаленном мозгу, то точно бы сказали, что я сошел с ума. Наверное так и есть. Стены замка давили на меня, а мне надо было трезво во всем разобраться. Я вышел во внутренний сад и посмотрел на облачное небо. Оно отражало мою душу и мои сомнения. Никогда раньше я не сомневался в своих решениях и поступках. Что же теперь? Я топчусь на месте не решаясь сделать шаг. Я подошел к пруду, водная гладь словно манила к себе, звала, завораживая наигранным спокойствием. Не особо думая, что делаю я разделся и шагнул в воду. Медленно, не спеша я погружался в синеву молчаливых вод и с каждым шагом мои мысли выстраивались в логическую цепочку очищая и успокаивая рассудок. До сих пор не могу понять как так получилось, почему я пошел на поводу у брата? Всегда я думал в первую очередь о силе клана, но если не врать самому себе, не в этот раз. Мне просто стало интересно посмотреть на “властительницу мира”. Да и с братьями произошла кардинальная перемена. Изабелла перевернула все с ног на голову. Она даже с Кайусом нашла общий язык, что очень проблематично. Всего после первого урока он считал ее самой гениальной и любимой ученицей. Он боготворил ее и прощал все выходки Белль, что к слову само по себе было странным, ведь если бы кто-то посмел вытворить хоть процент того, что вытворяла эта чертовка с моим братцем, он бы сразу же оторвал ему голову. Я уже молчу о том что она сделала с Маркусом. Вечно угрюмый и безжизненный правитель словно ожил. Изабелла и его изменила до неузнаваемости. Раньше он был просто одержимым, а теперь, найдя дочь, а именно так он воспринимает Белль, он нашел промежуточный смысл в жизни: заботится, и оберегать ее стало смыслом теперешнего существования правителя. Всегда заносчивая и не преступная элита еще никогда и никого так легко не принимала в свои ряды, они не просто склонили головы перед ней, а признали в Изабелль подругу и сестру, а некоторые и кореша по шуткам над остальными. Каждый был готов умереть за нее. Ненавязчиво, не заискивая перед кем-то, но и не позволяя сесть себе на голову, она заслужила их доверие. От мыслей меня отвлек ставший таким родным запах девушки. Как я не заметил ее приближения? Тем временем она была уже близко, только надо протянуть и взять то чего так хочется. Мой мозг был словно в тумане, здравый рассудок уже давно помахал ручкой и улетучился в неизвестном направлении. Желание, не обузданное первобытное желание овладело мной, и больше не было сил, противится ему. Изабелла была уже рядом, а у меня не хватало силы воли повернуться к ней. — Кажется, я велел тебе отправляться в комнату? — строго спросил я. — Кажется, я снова вас ослушалась, — проговорила моя девочка, а в ее голосе я уловил улыбку, — и не жалею об этом. — Я тоже, — коротко ответив я все-таки повернулся к ней. То, что я увидел заставило меня умереть и воскреснуть. Я увидел рай, рай для таких как я. Я понял, она — это мой причал, она не осудит, не предаст, будет рядом. Я поражался ее силе воли: все-таки она, в отличии от меня, смогла перешагнуть… Но это все было неважно. Меня заполняло тепло, о Боги, она прекрасна. Не удержавшись, я поцеловал мою девочку, мое счастье было безгранично, когда она ответила на поцелуй. Я подхватил хрупкое девичье тело и вынес ее на берег. Я целовал ее тело с жадностью, стараясь не пропустить ни одного миллиметра. Она вся моя, это чудо принадлежит только мне. Ликование и безграничное счастье разлилось по моим венам. Я пытался показать всю свою страсть и нежность, передать всю свою любовь через прикосновения... Моя девочка извивалась от сладостных мук в моих руках. Вдруг я вспомнил, из воспоминаний Розали Кален, что моя девочка еще девственница. Новая волна тепла разлилась по моему телу от осознания того что я ее первый мужчина. — Черт, — выругался я, — первый раз всегда больно, — я хотел подготовить мою девочку, успокоить, — я постараюсь не спешить. Ты должна мне доверится. Она утвердительно качнула головой ничего не сказав. Засунув свое нетерпение куда по дальше я обнял ее за бедра и приподнял немножко. Медленно и аккуратно я начал входить в нее пока не уперся в преграду, моя нетерпеливая девочка попыталась двинуть бедрами в перед, но я удерживал ее в том же положении. Все мои животные желания отошли на второй план, самым главным сейчас был мой личный ангел и его самочувствие. Плавно и не спеша, по потихоньку усиливая напор я вошел в нее. она застонала, но не от удовольствия. По прекрасному лицу скатывались слезинки. Боль овладела моей душой, мой ангел плачет! — Прости, прости, прости, — как в бреду шептал я, — сейчас все пройдет. Я не знал как еще утешить мое солнце. Она успокоилась и медленно качнула головой, начиная двигаться подо мной. Не могу описать то, что я чувствовал двигаясь в нутрии нее. Это было больше чем просто секс, больше чем слияние мужчины и женщины, это не наши тела знакомились друг с другом. Произошло что-то гораздо большее и масштабней, это наши души и сердца соединились в один огромный организм и двигались в унисон, навстречу новой вселенной состоящей из миллиарда разных красок и оттенков. Чувства переполнили меня и словно вулкан, взорвались в невероятном, сшибающем экстазе. Не было ничего прекраснее, чем чувствовать ее обнаженное тело. Мы лежали молча да и к чему слова, если и так все ясно? Я наслаждался ароматом любимой, всплеск адреналина только усилил ее чарующий запах. Не хотелось думать о будущем, если честно, я и не думал, то что произошло здесь и сейчас было самым важным и значительным. Совсем не кстати запищал передатчик в ухе. Ненавижу того кто придумал всю эту фигню! Оказалось, что появились новости от Кайуса. Я встрепенулся. “Война”, — эта мысль выбила из головы всю романтику. Мне надо обезопасить Беллу. Зная эту взбалмошную девчонку, я был уверен, что она окажется в центре событий. Я сомневался сейчас во всем. Мне надо было идти, но я не мог ее оставить. Прекрасное личико моей любимой исказила гримаса боли. Но она моментально взяла себя в руки, а я стоял в полном непонимании происходящего. — Вас ждут, — мне показалось, или слова давались ей с трудом? — Изабелль, выслушай меня, — я видел, что она сделала какие-то свои выводы. Черт, мне надо все ей объяснить. Передатчик опять начал пищать, а я в очередной раз выругался. Только в этот раз, кажется, сделал это в голос. — Мне надо сейчас идти, — я хотел было подойти к ней и поцеловать, но она сделала шаг назад. Меня это задело, но сейчас не время развивать эту тему, это я понимал четко. — Нам надо серьезно поговорить. Дождись меня, я скоро. Надеюсь, что она поняла меня правильно. Я просто влетел в тронный зал. Маркус уже сидел на своем троне, а перед ним находился молодой сильный, уверенный в себе мужчина, с горящими глазами и преданной душой. Я не стал читать его мысли, дав возможность самому все рассказать, да и сделать я смогу это позже. - Кайус, просил передать, что все готово к освобождению Вольтеры. Он собрал армию и ждет условного сигнала. Штурм начнется, когда на западной стене зажгутся факелы, — Александр был краток и говорил только по делу, — и еще, нас поддержал Ярослав. Он выступит вместе с нами против Ра. Это была хорошая новость. То что мы будем не одни вселяло надежду. Теперь пора показать на что способны Вольтури. Марк вял на себя разработку плана, а я ждал с нетерпением окончания этого совещания. И вот я лечу обратно в надежде, что Белла меня ждет, но ее там не оказалось. В отвратительном настроении, медленным человеческим шагом я возвращался в замок. У двери меня остановил Маркус. Неожиданно брат схватил меня за грудки и начал трясти как грушу. — Как ты посмел ее обидеть? — орал на меня Маркус. Он резким движением открыл первую попавшуюся дверь и затолкал меня туда. Это оказалась какая-то кладовая. Со всей дури Маркус ударил меня кулаком в лицо так, что его покрыли трещины. Я немного опомнился и второй удар уже перехватил. — Что происходит? — в недоумении спросил я. — Ты, гребаный эгоистичный придурок, — прошипел Марк, — как ты посмел ее обидеть? Она не одна из твоих шлюх! Не смей больше к ней приближаться, иначе я тебя убью. Кажется он высказав все что хотел и начал успокаиваться. По эмоциональности я уже догадался о ком говорит брат, но решил выяснить все до конца. На разборки времени не было, а говорить внятно он пока не мог, поэтому схватив брата за руку начал читать его мысли. То, что я увидел заставило кровоточить мое мертвое сердце. Я смотрел и меня накрывала волна ярости, но на этот раз я злился на себя. Не знаю по какой причине, но брат не отдернул руку,а дал возможность копаться в своих воспоминаниях. Вот Маркус стучит в дверь моей любимой, а ему никто не отвечает. Он знает, что в комнате кто-то есть, запах еще свежий и из ванной еле слышен шум воды. Тревога в его сознании, он не знает как поступить, еще раз стучит — ответа нет. Из-за двери доносятся шаги, он опять стучит, но никто не открывает. Взволнованный он все-таки решается открыть дверь. Увиденное заставляет его замереть на месте. По середине комнаты на толстом ворсистом ковре свернувшись калачиком лежит Белла и вздрагивает. Он пулей подлетел к девушке, одним рывком поднял с пола, загребая в объятья, присаживается на кровать и пытается успокоить ее. Девушка сначала пыталась вырваться но увидев кто ее держит разрыдалась. Брат успокаивал ее и материл меня. Она ничего не сказала, но ему не нужны были объяснения, он многое видит, все замечает. Черт! Оказывается — это я виноват! Я выпустил руку и начал оседать на пол. — Маркус, — взмолился я, — что мне делать? Я... люблю ее, — я посмотрел в глаза брату, а тот лишь по-отечески улыбнулся и похлопал меня по плечу. — Скажи это ей, — предложил он, — она должна знать о твоих чувствах. Вам надо поговорить и это нельзя откладывать. — Я утвердительно качнул головой и поднялся на ноги. Вот заветная дверь, а я как дурак боюсь войти в нее. Трясущимися руками повернул ручку. Шаг. Второй. И я внутри. Она сидит на подоконнике в одном полотенце и не замечает меня, точнее делает вид. Я решил подойти ближе, но она остановила меня рукой. Я замер. — Белль, нам правда надо поговорить, — начал я. — Не стоит, — отрезала моя девочка, — не глупая, все понимаю. Об этом никто не узнает. У вас все? Удар ниже пояса. Как она только могла подумать о таком? Тем временем моя девочка отвернулась и подошла к огромному зеркалу, за которым скрывалась гардеробная. — Не могли бы вы выйти? — это что-то новенькое, но похоже она не шутила. — мне надо переодеться. — Ну уж нет, ты от меня так не убежишь. Я подлетел к ней и схватил за плечи, останавливая. — А что, если я хочу, чтобы все знали о нас? — я был опьянен этой мыслью. — Если я хочу всегда быть рядом с тобой? Убедившись, что она не собирается вырываться, я опустил свои руки на талию любимой. Она смотрела на меня через зеркало, даже так ее глаза гипнотизировали и затягивали. Я наклонился и поцеловал ее шею. Мой ангел прикрыл газа от удовольствия. Похоже ее также тянет ко мне и она не может с этим ничего поделать. — Ты прекрасна, — в порыве прошептал я. Я почувствовал ее возбуждение, мне понравилось то как я на нее действую. Моя девочка опустила пристыжено глаза, каждым своим движением она покоряла меня и заставляла подчинятся. Я повернул ее головушку обратно к зеркалу. Все еще стоя за ее спиной, одним быстрым движением я сорвал полотенце. Она была прекрасна, я залюбовался своей королевой, в то время как моя красавица стесняясь, попыталась отвернуться. — Не отворачивайся, — взмолился я охрипшим от возбуждения голосом. Я наблюдал, как моя девочка разглядывает себя в зеркале, и меня это возбуждало еще сильнее. Я постарался ее прижать к себе. Чтобы почувствовать ее тело и одновременно начал ласкать, наблюдая за ней. Я старался гладить ее нежно, едва касаясь, пока не услышал стон удовольствия. Я осознал, что смотреть на этот процесс очень эротично, а о том что я сам находился на грани вообще стоит промолчать. Рука обнимающая ее скользнула вниз. Она застонала, мое терпение лопнуло и быстрым движением я перенес ее на кровать. Мое тело совершенно не совещалось с мозгом. Я полностью растворялся в своем ангеле не понимая ничего. — Я люблю тебя, Изабелла, — прошептал я находясь где-то на грани. В следующий миг меня накрыл мощный оргазм, и я забыл обо всем на свете, отдаваясь нереально прекрасным ощущениям.