Смерти больше нет

POV Белла. Я медленно ступала по шелковистому ковру из травы и полевых цветов. Смотря на лица своих врагов я видела неподдельный страх. Все вокруг знали, кто я и что сейчас произойдет. — Амикус Корвинус, — обратилась я к своему предку, в моем голосе звенела сталь, — начнем, пожалуй, с вас и ваших оборотней, — я взмахнула рукой и преграда стоявшая на их пути исчезла. Видимо нарушители решили. Что это их единственный шанс, но я опять взмахнула рукой, и они застыли на месте. — Я так понимаю, что вы отказались решить все миром? — ответа я не ждала. — Тогда приступим… Я подошла к Амикусу. Всматриваясь в черты его лица, читая мысли, я видала душу своего потомка. Изнутри он оказался прогнившим, грязным, тьма окутала его разум. Я понимала — он не исправится, нет ни единого шанса что-то изменить в его судьбе. Мне было жаль, принятое решение упало тяжелым грузом на мое сердце. Отойдя на середину, но, все еще всматриваясь в эти глаза, я выносила первый в жизни вердикт. Сейчас я понимала Александра — безумно сложно быть судьей, а быть палачом еще и больно. — Амикус, — обратилась я. — Ты не раз нарушал закон, зверствовал и предавал, в тебе не осталось ничего человечного. Что ты можешь сказать в свое оправдание? — Иди к черту! — были последние слова оборотня.Я взмахнула рукой. Почувствовав, что свободен, Амикус двинулся на меня. С печалью в сердце и скорбью в душе я приводила первый смертный приговор в действие. Густой туман окутал моего предка с ног до головы, он не мог пошевелиться. Пронзительный крик боли разнесся по всей поляне, а тело Амикуса начало распадаться на куски, превращаясь в пепел. Я не хотела быть жестокой, но, к сожалению, только так можно было убить первого оборотня. — Вы больше не зависите от первородного Альфы, — обратилась я к остальным волкам, — я даю вам шанс покинуть поле боя. — Они не двинулись с места, только один из них развернулся и убежал в лес, я тяжело вздохнула, я не хотела убивать их. Но будет ли у меня выбор? Оказалось, что оборотень убежал лишь для того чтобы принять человеческий облик. Ко мне приближается высокий мускулистый парень, а небесной синевы глаза смотрят на меня с опаской. По напряженным рельефам мышц видно, что он пытается взять себя в руки и расслабится. Я заняла выжидательную позицию. Когда между нами остается шагов десять парень встает на одно колено и склоняет голову, все оборотни проделывают тоже самое. Моему удивлению нет придела. — Не сочтите за грубость, но мы не может уйти, — тихим спокойным голосом ответил мне юноша. Я не видела в нем агрессии и враждебности, поэтому подошла ближе, всматриваясь в его глаза. В мыслях Скота, а именно так звали оборотня, не было и намека сопротивление мне. Он повел своих собратьев на эту бойню только из-за приказа альфы, которому не мог противится. Теперь они признали альфу во мне и ждали новых приказов. А я все смотрела и смотрела в эти глаза. — Каждое существо должно быть свободным и отвечать только за собственные поступки, — не сводя с Скота взгляда высказалась я, — не справедливо, когда нет выбора. Теперь у каждого из вас он есть. — Легкий невесомый туман пополз по поляне, накрывая собою головы оборотней, потом подул легкий ветерок и туман рассеялся. — Теперь вы вольны выбирать, — строго сказала я, — и помните, вы — не проклятье, а равновесие сил, — оборотни еще раз поклонились и устремились в лес. Я же обратила свой взор на Ра Стикса. — Ты хотел моей смерти! Почему? — спросила я правителя Африки. — Ты не должна была достаться Аро! — прокричал Ра. Понимая, что играть больше нет смысла, он решил быть честным. — Я не мог позволить, чтобы Вольтури получили безграничную власть. Конечно, он не рассказал и о половине своих мотивов, но мне это не было нужным. Я знала, о чем он думал и чего хотел — этого было достаточно. — Я не стану тебя убивать, — заявила я, — ты достоин другого наказания, — подойдя в плотную к Ра я крепко обняла его. — Твоя боль будет зависеть от того на сколько черна твоя душа, — закрыв глаза я погрузила свое сознание в невесомость и открыла знания предков. Страшный крик, смертельно раненого животного, находящегося в предсмертной агонии эхом разлетелся по всей поляне. Я сильнее сжала в объятиях вампира не позволяя вырваться из своих рук. Через несколько минут все стихло, только громкое биение сердца разрывало повисшую тишину. На глазах у собравшихся вампиров было и изумление, и шок, и восхищение, и ужас. — Теперь ты человек, но не это будет тебе наказанием, — спокойно прокомментировала свои действия, — всю свою вампирскую жизнь ты не уважал, ни людей, ни себе подобных. Теперь ты будешь бродить по свету совершенно один и никому ненужный. Ты узнаешь о существовании тысячи чувств, но только на смертном одре тебе откроется истинна. Нет, тебе не помогут стать обратно вампиром, если ты попытаешься это сделать — умрешь. Ты потерял право на вечность! В этом мире тебе больше нет места. — Я видела страх в глазах Ра, в первый раз за долгое существование он боялся за свою жизнь. Ему было не комфортно среди бывших сотоварищей. — Если кто-нибудь попытается помочь Стиксу, — обратилась я к толпе, — того ждет смерть, — небрежно взмахнув рукой, я перенесла бывшего владыку подальше отсюда. Дав остальным, второй шанс на исправление я убрала второй купол и мысленно переместила кольцо на руку. Теперь, когда все закончилось, такие силы мне были не нужны. Первым пришел в себя Аро. Он подлетел ко мне, сгреб в охапку и закружил, попутно целуя каждый миллиметр моего лица. — Я больше никогда, слышишь, никогда не оставлю тебя одну, — прошептал мне в ухо правитель Вольтеры. А дальше меня словно знамя победы передавали из рук в руки, на что я только звонко посмеивалась. Пока не попала в руки к Эдварду. Он смотрел мне в глаза не зная что сказать. В его карамельных глазах плескались облегчение и невероятная всепоглощающая любовь. Сейчас между нами не было недомолвок, недосказанностей, но я всеми фибрами своей души чувствовала, как в воздухе витает вопросительный знак и только от меня и моего решения зависит судьба нескольких существ. Словно шепот листвы или шелест травы, до меня долетел ели уловимы звук. На краю опушки стоял мужчина в белом плаще с капюшоном, но мне не надо было видеть его лица, я и так знала кто это. — Я горжусь тобой, дитя, — услышала я, — наконец свершилось… — Мужчину окутала белая дымка, и он растворился в пространстве, обретя долгожданный покой. POV Аро. Я смотрел на свою единственную и больше не видел в ней перепуганную маленькую девочку. Сейчас передо мной стояла королева, богиня, вершительница судеб, которой я готов поклонятся оставшуюся вечность. Мне не хотелось выпускать ее из рук. Я безумно боялся, что если отпущу ее сейчас, то снова потеряю. Мое давно умершее сердце подсказывало мне, что второй раз я не переживу такое. Но судьба зла, Изабеллу буквально вырвал из моих рук Маркус. Он обнимал мою девочку и что-то очень тихо нашептывал ей на ушко. Дальше был Кай, Роуз, Алекс… ее передавали из рук в руки, каждый хотел прикоснуться к этому чуду. Я едва сдерживался, когда ее тела касались чужие руки. Все мое естество кричало: "Мое!". Я уже не говорю о ревности, которая просто сжигала меня изнутри. Мой рассудок затуманился, красная пелена застилала глаза, и если бы не тяжелая рука Марка с одной стороны, и “братские” объятия Кая с другой… Да что тут думать? Оторвал бы всей мужской половине руки и выколол глаза. Вдруг хватка братьев стала сильнее. Я начал оглядываться по сторонам и наконец заметил кто держит в своих руках Изабеллу. — Алек, — шепотом позвал Кай парня, показывая на меня. Тот все понял и быстро применил свой дар. Сзади к нам подошел Ярослав. Он не стал ничего говорить, а просто дотронулся до моей руки своей. Я увидел в его мыслях сочувствие. — Да, не весело тебе придется, — оценив ситуацию высказался Рюрикович. Я и без него знал, что нахожусь в полной…