Смерти больше нет

Поставив меня на пол Аро тяжело вздохнул. На его лице появилась загадочная ухмылка. Долгим пронзающим на сквозь взглядом он сканировал мое состояние. Потом, неожиданно подхватил на руки и перенес в комнату. Я же не замечала ничего во круг. В это мгновение Аро был моим солнцем, светилом вокруг которого крутится моя планета, маяком, что освещает мой жизненный путь, единственной звездой на огромном небосводе. Родные руки высвободили меня из объятий. Я взглянула в глаза Аро не понимая происходящего. Смотря мне в глаза и не отпуская руку, Вольтури медленно опустился на одно колено. — Изабелла-Мария Корвинус, я люблю тебя больше жизни, — моя душа взлетела до небес, а сердце ушло в пятки и начало громко выбивать чечетку, — я не представляю своего существования без тебя. Ты словно яркий метеор ворвалась в мою вечность, освещая все вокруг ярким светом. Ты подарила мне смысл существования в одно мгновение став для меня путеводной звездой. Мое небьющееся сердце принадлежит только тебе, и только ты можешь делать с ним все что угодно. Если ты проживешь сто лет — я хочу прожить на день меньше, чтобы ни дня не жить без тебя... Если ты будешь прыгать с моста — я не прыгну за тобой — я поймаю тебя под мостом... И пусть все слышат, о чем ты говоришь, но только я услышу, о чем ты молчишь. Я никогда не думал, что можно знать кого-то так хорошо и в тоже время чувствовать, что в этом человеке еще столько не разгаданного. Я хочу быть с тобой оставшуюся вечность, хочу слышать твой смех, видеть твои глаза, чувствовать твою улыбку. Я никогда не думал, что простое “Я люблю тебя” каждый день будет звучать по-новому, но каждый раз заставляя трепетать сердце. Я буду любить тебя вечно, оберегать и заботится, если понадобится, я сделаю все что угодно, стану тем, кем ты захочешь, лишь бы видеть твой счастливый взгляд. Моя вечность не имеет никакого смысла, если в ней не будет тебя. Забери мою жизнь в эту секунду, если не хочешь быть рядом, ибо существование без тебя равноценно смерти, или будь рядом, и я открою заново для тебя весь мир. Всем сердцем, всей душой я люблю тебя, Изабелла. Окажи мне великую честь, стань моей женой. Он смотрел на меня с надеждой, а я не могла произнести ни слова. Слезы градом стекали по моим щекам, сильная эмоция давила на мое сознание. Я таяла, плавилась, словно шоколад на палящем солнце, смотря в эти манящие глаза, не замечая ничего вокруг. Я тысячу раз умерла и столько же раз воскресла. Мысли, люди, эмоции, мир вокруг исчезли, оставляя в моем сознании только эти кроваво-красные глаза. Аро достал из кармана бархатную коробочку и протянул мне. Боже, я так много хотела сказать ему! Мне хотелось описать то, что я сейчас чувствую; прошептать, как сильно я люблю его; объяснить, что кроме него мне никто не нужен, что я живу, дышу только им одним. — Да, — вместо этого, еле слышно, дрожащим от волнения голосом, прошептала я. Неподдельная радость и облегчение проявились на лице правителя. Неописуемое, безмерное счастье растеклось теплой волной по всей комнате, заполняя каждую щель, добираясь в самые темные уголки, наши эмоции совпадали, мы оба словно светились изнутри. Медленно поднявшись, Аро открыл коробочку и достал оттуда невероятной красоты старинное колечко. Одев его на безымянный палец, он страстно поцеловал меня. Я утонула, захлебнулась в чувствах вложенных в этот поцелуй. В этот миг мне открылись все тайны мира, я очутилась на вершине блаженства, перенеслась в рай, в наш счастливый уголок, все вокруг окрасилось в яркие краски, засверкало, заискрилось миллионами вспыхнувших звезд, унося меня в неизведанные глубины. После того как Аро сделал мне предложение, мир вокруг сошел с ума. Организаторами свадьбы стали Розали, Джейн, Хайди и Дидима. Выбор украшений, платья, приглашения гостей — все это взяли на себя подруги. Меня не подпускали к этому действию, аргументируя тем, что стрессы мне противопоказаны. В целом замок стал напоминать дорогую психиатрическую клинику, а его жители VIP-пациентов. Везде, куда не сунься, лежали пакеты с украшениями, а тронный зал начал напоминать склад огромного магазина. Я терялась в страшных догадках, но даже мои постоянные истерики и слезные упрашивания не приблизили к желаемому. Напрягал еще и Алек. Парень ходил за мной по пятам, не выпуская из виду ни на секунду, постоянно спрашивая о самочувствии, а идиотская влюбленная улыбка не сползала с его лица. Ни мои попытки поговорить и образумить, ни злое рычание Аро, ни мудрые разговоры с Марком не избавили меня от его преследования. Каждое утро, он, на пару с Кешей, словно два часовых, караулили меня возле комнаты, а потом весь день преследовали будто маньяки. Только спустя месяц Марк откопал в архивах упоминание о таком случае. Однажды, в древние временна вампир влюбился в еще не рожденного младенца, тогда это событие сочли уникальным. Похоже, наш Ал, повторил участь этого бедолаги, но в этой истории был один весомый плюс, больше никто не сомневался в том, что у нас будет девочка. Подготовка к свадьбе была завершена. Все приглашения разосланы, гости съехалось со всех концов Земли. С самого утра меня умасливали, пудрили, красили…. Благодаря умелым рукам Роуз, вместо моих непослушных локонов появилась сложная прическа. Сплетенные в косы волосы преобразовались вниз спадающий каскад из цветов, где-то переплетаясь между собой, а где-то образуя замысловатые узоры. Венцом творения была белоснежная фата, струящаяся по моим плечам, словно водопад. Когда Роуз закончила с прической, Джен принесла подвенечное платье. С первого взгляда я влюбилась в это произведение искусства. Она словно говорило: ”Я из другой эпохи”. Смотря на этот шедевр, невольно погружаешься во временна королей, рыцарей сердца, турниров. Это платье было на сквозь пропитано другим временем, нравами и красотой. Белоснежный корсет выгодно подчеркивал грудь, придавал стройность и элегантность, без чопорных излишеств и ненужных украшений, он словно кричал о своей идеальной красоте. Юбки платья извивались по всему телу, эмитируя собой еще не раскрывшийся бутон нежной, бархатной на ощупь розы. Невольно хотелось дотронуться, проверить на ощупь хрупкость ткани, ощутить на своих пальцах нежность касания. Поглядеть в зеркало мне позволили только тогда, когда я была полностью готова. Я не могла отвести глаз от своего отражения, на меня смотрела невероятной красоты девушка. Розовые щеки и горящие глаза, будто последние мазки искусного художника, делали образ завершённым, идеальным. В дверь постучали, в следующую секунду в комнату вошли Марк и Дидима. Маркус держал в руках внушительных размеров бархатную коробочку. — Это семейное украшение, — будто извиняясь, произнес правитель, — оно очень старинное. Но мы посоветовались и немножко переделали его специально для тебя, — он протянул коробочку мне. Взяв реликвию, я провела пальцами по бархату ища замок. Нажала на застежку, крышечка открылась, внутри лежало колье и сережки. У меня закрались подозрения, что Марк сильно слукавил, когда сказал, что украшение немножко переделали. В который раз за этот день — подозреваю, что не в последний — я впала в немой ступор. Колье напоминало веточку усеянную маленькими розочками, которые были усыпаны бриллиантами, словно капельки утренней росы, драгоценные камни переливались всеми цветами радуги. Я невольно правила пальцами, словно поглаживая, это чудо. — Марк, посмотри, пожалуйста, все ли готово в низу? — попросила мужа Дидима. Прежде чем уйти, Маркус подошел и приобнял меня. — Ты сегодня невероятно прекрасна, доченька, — прошептал он мне на ухо, — ты ведь не против, если я буду так тебя называть? Слова комом застряли в горле. Меня переполняли чувства. Поэтому я только утвердительно качнула головой. Поцеловав меня в висок мужчина вышел из комнаты. Как только за ним закрылась дверь, ко мне подлетела Диди и обняла. — Так, хватит, а то испортите мой шедевр! — в один голос прокричали Роуз и Джейн. Похоже, сегодня девушки были на одной волне. Розали забрала украшения и ловко одела их на меня, теперь образ был завершён. Неумолимо приближалось время моего выхода, но мне почему-то хотелось забиться в самый дальний и темный уголок, чтобы никто меня не нашел. Паника подступала все ближе и ближе. Внизу послышались первые аккорды, музыка словно текла спокойной рекой заполняя своим звучанием все вокруг. Возле двери нас ждал Маркус и, оценив мое состояние, он неуверенно взглянул на девочек. — Думаете справиться? — Должна, — неуверенно прокомментировала мое состояние Джейн. — Пора, — скомандовала Розали. — Сначала иду я, потом Джейн. Ты считаешь до десяти, и идешь следом. Белла, ты слышишь меня? — я лишь утвердительно качнула головой. Я должна, обязана, справится, там, за дубовыми дверями, меня ждет моя жизнь. Маркус протянул мне руку, давая возможность опереться. — Помни, я рядом, — заботливо прошептал правитель. Музыка сменила свой темп, раздались первые аккорды свадебного марша. Пора. Перед нами открылись двери тронного зала. На трясущихся ногах я вошла во внутрь. Если бы не Маркус, то… даже представить боюсь. Зал было не узнать. Теплые бежевые оттенки сменили некогда мрачные краски. На один короткий миг взгляд потерялся в разнообразии белых цветов, гирляндами свисающих со всех неподвижных предметов и стен. Газовые ленты переплетались в замысловатые узоры, дополняя собой букеты. Я заметалась глазами по рядам стульев обтянутых белоснежным атласом. Там где раньше стояли троны правителей, теперь возвышалась арка, обрамлённая водопадом из цветов и струящихся лент. И тут я увидела его. Он ждал меня возле арки, серьезный, величественный, смотрящий сквозь… весь мир перестал существовать для меня, я больше никого не видела, кроме Аро. Если бы не крепко держащий меня Марк, то я бы бросилась, сломя голову, навстречу любимому. Не вероятных усилий стоило мне двигаться медленно, в такт музыке. Наконец мы дошли! Аро протянул руку. Маркус нежно накрыл его перевернутую ладонь моей. Дальше мы обменялись традиционными клятвами. Пришло время произнести главные слова. Я поняла, что плачу. — Да! — выдохнула я едва слышным шепотом. Его ответ прозвучал громко и победно. — Да! Священник (а им оказался… Кайус) объявил нас мужем и женой. Аро бережно, как бутон нежнейшего хрупкого цветка, взял в ладони мое лицо. Я смотрела на него сквозь застилающую глаза пелену, пытаясь осознать невероятное — этот удивительный человек теперь мой. Аро склонил голову, и нежно ели касаясь начал целовать меня. Его поцелуй был наполнен, пропитан любовью и нежностью. Я утонула в своих ощущениях. Он начал поцелуй, ему и заканчивать. Вот он нехотя убрал ладони с моего лица и отстранился глядя в мои глаза. Улыбка, победная улыбка коснулась лица Аро. Меня же переполняло безграничное счастье. Счастье от того, что этот удивительный мужчина теперь принадлежал только мне. Сидящие в зале гости взорвали тишину шквалом аплодисментов. Аро, обняв меня, развернулся к нашим друзьям и родным. Торжественная церемония плавно перетекла в банкетную часть и танцы. Заиграла музыка, Аро притянул меня к себе, приглашая на первый танец…. Партнеры менялись, а я все кружилась, утопая с головой в текучих аккордах, я танцевала с Марком, Каем, Ярославом… Но больше всего на свете мне хотелось танцевать с Аро. Когда, едва началась новая мелодия, ко мне подошел Алек. Не прошло и минуты, как нашу пару разбил появившийся из неоткуда Аро. Моему счастью не было придела, истинное счастье оказаться в родных руках… Спустя шесть месяцев… Мой живот рос невероятно быстро. Через шесть месяцев я была похожа на огромного гиппопотама, а мой живот словно жил отдельно от тела. Я становилась раздражительней, постоянно чего-то требовала. Честно говоря, мне даже иногда было жалко Аро. Ему, бедному, приходилось не только исполнять мои желания, но и подрабатывать нештатным психологом. Другой мужчина на его месте давно бы уже наплевал на мои капризы и убежал бы куда глаза глядят. Но Аро у меня стойкий, он в полной мере возложил на себя все обязанности, которые на него навалились. Ближе к намеченному сроку к нам приехал Карлайл. Вместе с Аро и Марком мужчины оборудовали родовую комнату со всем необходимым и не только. Я проснулась от резкой боли в низу живота. Невольный вскрик вырвался из моих губ. Боль прошила тело острой иголкой, кольнув до самого сердца, но тут же отступила. Я снова попыталась уснуть, но через двадцать минут все повторилось. — Карлайл! — диким от волнения голосом, прокричала я на весь замок. Через несколько минут вампир был в моей комнате, а вместе с ним добрая половина жителей замка. Я попыталась, поднятся, но от этого движения что-то произошло, по моим ногам потекла какая-то жидкость. — Она рожает, — первым опомнился… Алек, — ей надо в родовую! Схватки усиливались, но я наотрез отказалась двигаться. — Где Аро? Мать вашу! — мои злость и боль перемешались, образуя взрывоопасную смесь, — Я спрашиваю еще раз! Где носит его чертову задницу? — Милая, его сейчас нет в замке, — попыталась образумить меня Роуз, — за ним послали, но и нам надо спешить. — Я не двинусь с места, пока сюда не придет этот кретин. А-а-а-а, — схватки учащались, а вместе с ними возрастал мой гнев. — Я отказываюсь рожать (гениальная мысль, сама удивляюсь) до тех пор, пока здесь не появится Аро. Когда первый шок от услышанного прошел, Карлайл, как самый смелый, двинулся ко мне. — Стоять на месте, — истерично завизжала я, — а то подорву всех! — Не надо никого взрывать, — услышала я родной голос, в комнату вошел взъерошенный Аро, — я здесь, рядом, все будет хорошо. Я тут же оттаяла, чувствуя как родные руки обнимают и успокаивают меня. Аро аккуратно приобняв подхватил меня и понес в родовую. В его руках я чувствовала себя полностью защищенной, когда он был рядом — все страхи и сомнения улетучивались. Роды были тяжелыми. Я измучила и себя, и ребенка, и Карлайла. Но больше всего досталось Аро. Вы даже не представляете, сколько нового о себе узнал правитель! И только когда я услышала, плач младенца, когда увидела драгоценный сверток на руках у светящегося радостью супруга, ко мне пришло осознание того что я самый счастливый человек в мире. — Кто? — слабым голосом спросила я. Аро присел рядом со мной, показывая мне личико младенца. — Алисия, — прошептал муж, и нежно поцеловал меня в висок. В это же время, не далеко от Вольтерры, на невысоком холме, с которого открывался прекрасный вид на сам город и в частности на замок, стояли двое мужчин в белых одеяниях. Один из них смотрел с грустью и затаенной горечью на прекрасный старинный город, а в глазах у второго плескалась надежда. — Ты уверен, что мы поступаем, правильно скрывая от нее всю правду? — задумавшись, спросил тот, что моложе. — Ты смеешь сомневаться в нем? — спросил второй. Повисло минутное молчание, во время которого каждый думал о своем. С сотворения мира они, стражи, никогда не сомневались в правильности решений “Владыки”. Словно невидимые хранители, высшая сила, подчиняющаяся только закону мироздания, стояли на страже человечества, оберегая хрупкое равновесие, поддерживая баланс. Никто и никогда не видел их, но все догадывались о существовании. Именно им предстоит принять на себя последний удар, именно от их умения и мастерства однажды будет зависеть, погрузится Земля в темноту или останется ярко сиять на горизонте. Только они знали, какая цена будет оплачена за спасение человечества, но на войне никогда не обходится без жертв. Выбирать, кому жить, а кому умереть предстоит тоже им. Судьба поиздевалась над девочкой, которую они так ревностно и самоотверженно охраняли, она не оставила Изабеллу в покое, а только дала маленькую передышку, что бы зализать раны и восстановить потраченные силы. Но скоро на плечи хрупкой девушки сваляться гораздо большие переживания. — Ты же знаешь, что нет. Я всегда слепо следовал его указаниям, не смотря ни на что и вопреки всему, но сокрытие правды — не лучший выход. — Гавриил, отбрось сомнения, — задумчиво произнес собеседник, — предначертанного не изменить. Он всего лишь дал ей возможность побыть немного счастливой. Поверь, это самое малое, что он мог сделать. Неведение — роскошь, нам не доступная, но Отец преподнес этот великий дар ей. — Я всегда восхищался силой твоей веры Михаил, — мужчина снял капюшон и посмотрел на облачное небо, которое готовилось разразиться дождем. Эти двое знали, что наш мир гораздо сложнее и многогранней, чем думают люди, на много загадочней, чем считают вампиры и оборотни. Они видели, как призрачная защита земли истощается, как природа увядает, как приближается сумрак. — Мы хранители, Гавриил, мы его десница, мы меч правосудия в его руке и нет прощения тому, кто усомнится. — Но когда он ей скажет? — не унимался Гавриил. — Кода придет время… Еще несколько минут мужчины стояли молча, любуясь красотами Вольтеры, а потом их окутал белый густой туман и они исчезли. Небо окончательно затянусь грозовыми облаками, громовые раскаты разрывали небосвод, и только избранные знали, что то не гром гремел. Там где-то высоко-высоко, первый страж трубил в огромный рог, оповещая о начале конца…