Кружка с чаем

Ты в слезах выходишь с балкона в комнату. Твоя подруга специально закрыла окно шторами, но она явно не подозревала, что ты будешь так рад этому. Темно. Источника света нет, поэтому чтобы не наткнуться на что-нибудь, ты включаешь фонарик на телефоне. Положив его на нижний ярус двухэтажной кровати, ты садишься рядом. Глубоко дыша, насколько позволяют слёзы, ты вдыхаешь запах человека, спящего на этой постели. Сейчас он (а) гуляет с вашей общей подругой, которая как раз и позаботилась о шторах. Взяв телефон в руки, ты находишь нужный плейлист в приложении с музыкой. Отыскав там песню, подходящую под настроение, ты врубаешь её на полную, наплевав на людей в коридоре. Сейчас тебе вообще плевать на всё, кроме любимого человека. Подпевая, ты постоянно всхлипываешь. Когда тебе становится трудно дышать, ты встаёшь с кровати, включаешь свет в ванной комнате и заходишь туда, не закрывая дверь, чтобы слышать музыку. Умывшись под холодной водой, ты возвращаешься в комнату и садишься на кровать, вновь подпевая. Через несколько песен слёзы забирают все силы и ты ложишься, чтобы хоть немного отдохнуть. Но вместо отдыха ты плачешь лишь сильнее, ведь запах твоей любви здесь чувствуется сильнее. Лёжа среди его (её) вещей, ты водишь рукой по валяющимся рядом книгам, одна из которых — твоя. Когда ты немного успокаиваешься, ты берёшь телефон и кладёшь его под матрас второго яруса, на котором спишь ты сам. Он держится за счёт металлических балок кровати. Встав, ты дотягиваешься до плюшевой игрушки, которую тебе он (а) и подарил. Прижимая её к груди, ты садишься на корточки около своей тумбочки и достаёшь оттуда тетрадку со стихами и ручку. Обычную шариковую ручку, с синими чернилами. Но с ней есть особенные воспоминания, делающие эту ручку любимой. С трудом найдя такое место на кровати, где тебе было бы удобно сидеть, нормально падал свет и не придётся двигать вещи хозяина (хозяйки), ты кладёшь ногу на ногу, а поверх — тетрадь. Игрушка лежит справа от тебя и ты часто бросаешь на неё взгляд. В тетради исписано всего несколько листов, но ты гордишься этими стихами и считаешь, что не зря купил эту тетрадь. Открыв чистую страницу, которая оказалась правой, ты отступаешь строчку, чтобы потом написать название. Первое четверостишие само выливается на бумагу. Во время его написания текст в двух местах размылся от упавших слёз, но слова всё равно можно понять. Вторая часть идёт уже не так гладко. Придумать рифму к слову «извиниться» нетрудно, но сделать так, чтобы она подходила по смыслу — сложно. Здесь слёз уже больше. Некоторые капли расползлись и задели другую строчку, но совсем немного. Поэтому вместо трёх непонятных пятен их стало пять. Положив ручку рядом с собой, ты берёшь тетрадь в обе руки и начинаешь читать своё стихотворение, которое в душе тебе стыдно так называть. «Пожалуйста, прости меня. В душе того я не хотела. Я не хотела обидеть тебя, Но остановить себя не успела. Правда, я очень сожалению! Могу лишь извиниться, Большее я вряд ли сумею. Таким уж я родился.» Вторая часть тебе критически не нравится, но сейчас ты ничего сделать не можешь. Надеясь, что завтра ты будешь чувствовать себя и свои чувства с эмоциями лучше, ты низом футболки промокаешь лист тетради, пытаясь не дать слёзам пропитаться. Закрыв тетрадь, опять идёшь в ванную и опять умываешься. После чего берёшь с балкона свои кроссовки и надеваешь их прямо там. Момент, когда ты начал плакать, смотря на тёмное небо, кажется таким же далёким, как и звёзды, хотя был от силы двенадцать минут назад. Достав из тумбочки кофту, ты надеваешь её. Мысленно ругаешь себя за слабость, ведь сам предложил остальным взять по шкафу, а самому хранить вещи в этой тумбочке. Достав наушники, ты подключаешь их к телефону. Когда музыка перешла в них, ты надеваешь рюкзак который так и остался валяться на твоей постели. Взяв в левую руку игрушку и тетрадь, ты с размытой от слёз картинкой мира, закрываешь дверь свободной рукой дверь в комнату и идёшь следить за своим объектом любви. Трудно, когда он (а) не рядом, ведь почти все стихи, рассказы и рисунки посвящены ему (ей).