Двум смертям не бывать

      19 июля 1998 года       — Друг…       Легенда оглянулся. Герой стоял у выхода на крышу и приглашающе улыбался. Отчего-то сердце Легенды стиснула непонятная тоска; внезапно нахлынуло предчувствие беды, неотвратимой и страшной.       — В чем дело? — он медленно подлетел к нему.       — Да так, — Герой не глядя набрал комбинацию на панели. — Хотел поговорить с тобой, пока ты не улетел. Видишь ли… А, ладно, о таком не поговоришь так просто.       — О чем ты? — Легенда первым ступил за двери. — Что-то произошло?       — Нет, — Герой усмехнулся и отвернулся в сторону. — Пока…       Его что-то беспокоило. Легенда слишком хорошо знал своего друга, так что вид волнующегося Героя встревожил его.       — Красивый город — Нью-Йорк, — Герой подошел к перилам. Сильный порыв ветра растрепал его золотистые волосы, но он не спешил поправлять их. — Посмотришь вот так на открывающийся вид и сразу гордость переполняет. Мы создаем этот мир, делаем его лучше… По крайней мере, я продолжаю убеждать себя в этом.       — Мне не нравится, как ты это говоришь, — нахмурился Легенда и скрестил руки на груди.       — Мы все четверо так близки, — он словно не услышал и так и продолжил смотреть вдаль, отрешенно любуясь на затянутые туманом улицы. — Наша команда — просто образец идеального распределения ролей. Я — командир, Бекка — истинный лидер и мозг, ты и Дэвид — как две руки, крушащие и созидающие под нашим руководством. Никаких возражений и конфликтов, вы все так четко следуете приказам, что дрожь берет.       — Ты точно в порядке?       — Нет, — слабо улыбнулся Герой. — Прежде чем я продолжу, пообещай мне…       — Я не собираюсь ничего обещать тебе, пока ты не расскажешь в чем дело! — Легенда начал злиться.       — Пообещай…       — Я не собираюсь…       — …если со мной что-то случиться, ты не дашь команде умереть.       Легенда подлетел к Герою, схватил его за плечи и резко встряхнул. Он не сопротивлялся и мужчину это рассердило.       — Думаешь «вот ты тряпка», «что с тобой вообще происходит», да? — Герой озвучил все его мысли вслух. — Слушай, я…       — Хватит! — Легенда снова встряхнул его.       — Страшно видеть своего командира таким? — Герой мягко отстранил его от себя. — Я открыл ящик Пандоры. Все еще не понимаешь? Недавняя зачистка подпольного черного рынка. Все эти изобретения… Понимаешь, я не смог удержаться. Когда видишь работы человека, мыслящего как ты, руки сами тянутся прикоснуться, познать, прочувствовать…       — Мы все уничтожили. Эйдолон лично позаботился об этом.       Герой тихо засмеялся и рассеяно зачесал растрепавшиеся волосы.       — Никто не мешал мне побродить по рынку до того как прошла зачистка. Там была одна коробка, такая черная, невзрачная, с сенсорным замком. Ну, вы подумали, что он сенсорный, а я сразу понял… Это был не замок, а сканер. Точнее… Черт подери, даже не знаю как назвать эту штуку. Э-э-э… Короче, я получил воспоминание о смерти.       — Это могло быть устройство, влияющее на психику…       — Я знаю, о чем говорю, — Герой раздраженно перебил его. — Эта штука показала мне секунду до моей смерти.       — Слушай, это могло быть что угодно, например, устройство, играющее с твоим воображением…       — Нет, — тихо произнес Герой и посмотрел другу в глаза. — Я слышал, как кричал Дэвид. Я даже не представлял, что он может так громко выражать свои эмоции. Это невозможно придумать. А в остальном… я даже не знаю когда. Кто знает, может в этот день мы умрем все вместе и я зря подготавливаю тебя сейчас.       Легенда перестал парить и тяжело опустился на крышу.       — Ты увидел что-то еще?       — Нет, было темно. Вроде дождь, но я не уверен. Ах, да, грудь просто разрывало от боли, не вдохнуть.       — Левиафан?       Герой неуверенно покачал головой и вновь отвернулся к панораме Нью-Йорка. «Ему же всегда нравились городские пейзажи», — отрешенно подумал Легенда. Он подошел к нему и встал рядом, опираясь локтями на перила.       — Закурить бы, — внезапно произнес Герой.       — И это говорит икона здорового образа жизни? — усмехнулся Легенда. — Не ляпни такого при малышах. Ты же знаешь, они восхищаются тобой.       — Да, — неловко улыбнулся мужчина. — Не хотелось бы подавать дурной пример. Хотя я никогда в жизни не курил. Просто…       — Тема сложная.       — Ага.       Они простояли так еще минут десять, пока их не отвлек тихий звон на браслете Героя. Он молча показал Легенде экран и, дождавшись мрачного кивка, погасил его. Бегемот. Слова излишни.       — Мама знает? М-м… Эйдолон?       — Пока что нет. Решил тебе первому рассказать.       — Я… Ценю это, но все же, расскажи ей. Может, она проанализирует твое «предчувствие».       Легкое движение плечом — попытка в безразличие. Где-то недалеко загудели двигатели вертолета — транспорт для нелетающего на дальние расстояния кейпа. Легенда положил ему ладонь на предплечье, прощаясь, но Герой резко схватил его за запястье другой рукой.       — Прошу, не дай Дэвиду замкнуться в себе. Мы оба знаем его и оба понимаем, как сильно он ко мне привязан. Поклянись, что не дашь ему уничтожать самого себя. Бекка справится, у нее просто нет времени на самоистязание, у тебя есть Артур. Не теряйся, я все знаю про вас. А вот Дэвид… Ты знаешь, когда-нибудь его одержимость спасением человечества прикончит его. У него нет близких, которые бы поддержали его, так что поклянись.       — Брось, может я вообще не доживу…       — Пожалуйста, поклянись, что не оставишь его.       Его глаза горели мольбой. Легенда, скрепя сердце, поклялся.       Он все еще не верил, что Герой в самом деле увидел свою смерть.

***

      15 сентября 2000 года       Крик Эйдолона выдернул его из оцепенения. Он по-прежнему стоял с Героем на руках, бережно придерживая его голову. Бурая кровь вперемешку с внутренностями вытекала из разорванной грудной клетки мужчины, марая зеленый балахон.       — Я не смог… Моих сил не хватило.       Сибирь сбежала. Александрию сейчас освобождали от удерживающей пены и ей требовалась медицинская помощь. Легенда подошел к Эйдолону и замер, увидев, что мужчина плачет: как ребенок, навзрыд и захлебываясь. Сильнейший из кейпов сейчас беспомощно стоял с мертвым другом на руках, отчаянно ища силу, способную хоть как-то исправить произошедшее.       — Дэвид.       Эйдолон резко вскинул голову и сильнее прижал к себе тело Героя.       — Оставь. Александрии нужна твоя помощь…       — Его нет, Легенда. Он только что умер. Если бы Сибирь сбежала раньше, я мог бы успеть.       Не смог бы, — внезапно осознал Легенда. Герой в самом деле погиб так, как было «предсказано».       Он никогда не верил в это «пророчество». Может, стоило, но как принять такое смелое заявление? Доктор Мама сказала, что никак не может ни подтвердить, ни опровергнуть заявление Героя, но все же порекомендовала ему быть осторожнее с Левиафаном. В конце концов, все, кто был в курсе, убедили себя в том, что это было не видение смерти, а навязанный образ, берущий страхи из глубины бессознательного. В последнее время, даже Героя стал отпускать его фатализм, но вот… Спустя год и два месяца.       Год и два месяца! Легенде захотелось рассмеяться. Нелогичная и неправильная реакция…       — Если бы ты узнал чуть больше… Темнота и дождь… Идиот, на что ты надеялся?       Он обхватил голову руками, наклонился и сдавленно застонал. Пророчества так часто не исполняются, так почему сейчас оно вдруг сработало?! Чья злая воля решила повернуть все так?       Подошли офицеры СКП вместе с медиками и неуверенно остановились неподалеку. Легенда подошел к Эйдолону и они вместе уложили разорванное почти напополам тело на носилки. Силы каждого из них хватило бы, чтобы без усилий поднять бетонную плиту, но сейчас они работали вместе.       Почти ритуальное погребение.       Легенда отошел назад, по щиколотку увязая в грязи. Ему не хотелось использовать силы, да и сам он порядком вымотался за эту короткую, но жестокую схватку. Холодный ливень жестоко хлестал по открытым частям тела, но Легенда не торопился переходить в бесплотную форму. "Герою было еще холоднее", — отрешенно подумал он, отказываясь от любезного предложения СКПшника с зонтом.       Эйдолон потянулся поправить маску и замер, увидев измазанные кровью руки. Он словно только сейчас заметил это.       — Легенда, — обратился он, когда люди отошли на приличное расстояние. — Я… уйду из Нью-Йорка. Может, Чикаго, может, Хьюстон. Не могу видеть этот город, в нем все…       — Такое… Геройское, — закончил за него Легенда.       — Да.       — Он в самом деле любил этот город.       Эйдолон кивнул и слегка взмахнул рукой. Кровь Героя медленно начала исчезать, не оставляя даже намека на пятна. Отчего-то, Легенде захотелось остановить Эйдолона, не дать стереть кровь до конца, но он сдержал порыв.       — У меня две просьбы.       — Я слушаю.       — Не говори со мной о нем, — Эйдолон подлетел и повернулся в сторону фургона с Александрией. — И не пытайся лезть мне в душу. Я чувствую, что ты хочешь сделать. Пожалуйста… Не надо.       Он в мгновение ока пересек сотни метров, разделявшие их и Александрию, оставив Легенду растерянно смотреть вслед. Ему никогда не исполнить клятву, данную Герою. В самом деле, на что он надеялся, ставя перед ним такую задачу? Он лучше всех знал Эйдолона и точно знал, что никому не под силу помочь ему.       Какое глупое и отчаянное желание — помочь другим даже после смерти. Легенда грустно усмехнулся.       В этом был весь Герой.