В чате
3 апреля 2021 г., 17:33
Ганнибал является создателем одноимённой группы, участниками которой являются Уилл, Джек, Алана, Зеллер и Прайс. Уилл нагло просил дать ему админку, но Ганнибал записал целое пятиминутное голосовое, суть которого заключалась в том, что Уилл, проще говоря, кикнет его при любом удобном раскладе.
Уилл всегда в чате оставался канонично пассивным. Но, чёрт возьми, засрать чат мемными фото собак (своих или чужих) — это всегда пожалуйста. Даже в разгар срача он умудрялся сохранять безразличие к внутренним сетевым тёркам и преспокойненько кидал картиночки с Уинстоном в ботинках и в галстуке под оры и угрозы Джека «Доктор, забаньте его!». На аватарке у Грэма тоже ожидаемо стоял пёс. Он менял фотографию профиля всего трижды, но Ганнибал всегда успевал поставить лайк и написать комментарий под его фото первым. Обычно это были упреки поставить настоящее лицо Уилла, которые тот, морща рожу, удалял и на всякий случай проверял, в чёрном списке у него доктор или нет. Если нет, он туда полетел бы сиюминутно.
На аватарке у Джека стояло какое-то эстетично оформленное блюдо; У Зеллера и Прайса стояли парные аватарки, где они к краю фото делали пальцами половину сердечка, и если кусочки соединить вместе, выходили двое мужчин, делающих жопу; у Аланы светилось смешное фото в хрюшку пьяной Марго; у Ганнибала — своё собственное (трезвое). И Уилл готов был поставить все свои спиннинги на то, что Лектер даже не подозревает, что под его фотографиями, где он как и обычно стоит в привычном костюме-тройке, набираются сотни-тысячи отзывов, которые скорее не отзывы, а сборище потеющих смайликов и эмодзи с беременными женщинами. Грэм решил забавы ради слиться с толпой и по приколу отправил ему в комментарии изображение собаки с «No horny», но буквально через 2 секунды ему пришло оповещение об ответе на его комментарий. Там было всесердечное «Благодарю» от Ганнибала.
Зеллер то и дело кидал в групповой чат ссылки на смешные видео. Прайс остроумно их комментировал и подливал хохмичного масла в огонь, смеша своего друга до белокурых голозадых ангелов у ворот. Джек отправлял ржущие смайлики, которые еле откапывал. Алана загружала гребаные голосовые со своим хохотом, чем глушила бедного Ганнибала, у которого не всегда при себе были наушники. Вероятно, именно из-за крови, хлынувшей из ушей, он несколько минут не писал ничего. А Уилл что? А Уилл ничего. Иногда он слал вопросительные знаки, мол, а в чём смех? И в ответ ему однажды пришла гифка от шутников с рандомными людьми, хлопающими себя по лбу. Мужчина не опять, а снова не допёр в чем прикол GIF и спросил: «А где звук?». И Ганнибал такой: «Так я не оглох…».
***
— Доктор, зацените! — красовалось лаконичной надписью над ссылкой на лайфхаки для готовки. Ганнибал незамедлительно настрочил хренову лекцию, что эта дичь не сработает и попросил проверить в следующий раз источники на достоверность. — Ты что, уже чекнул лайфхаки?.. — спросил Уилл, внезапно проснувшийся от вибрирующего телефона. — Уилл. Мне, по-твоему, делать нечего? — почему-то вечно учтивый доктор решил написать ему не в присущей ему вежливой форме, а в слегка хамоватой. От сообщения веяло некой обидой. — А ну быстро кинул мне фото своей кухни. — Ты предлагаешь мне встать с постели и спуститься на кухню в такое время? — Ты не в постели. Включай камеру, — это превратилось в разоблачающую игру. Джек начал спамить чат орущими эмодзи раньше времени. Ганнибал подозрительно молчал. Спустя несколько минут поступил запрос о видеозвонке — как понятно, от Лектера. И это был первый раз, когда Уилл с радостью его принял. Взъерошенные кудри строили забавные башни на сонной башке профайлера. По его заспанной, но хитроумной мине было понятно, что он готов пожертвовать даже своим редким сном ради того, чтобы вывести чопорного психиатра на чистую воду. Но, к его удивлению, Ганнибал действительно был в пижаме и шёл куда-то. Кадры хаотично менялись, давая понять, что он спускается по лестнице. Уилл, уж было, хотел попросить об отбое операции, но заметил, что мужчина снимал кухню не целиком. — Покажи стол, — голос Грэма звучал властно. Даже у Джека, сидящего на кухне и пьющего чай, питье чуть не пошло носом от такого тембра. — Да ради бога, — кадр резко сменился. Стол был чист. — Не верю. Поверни камеру на плиту! — Может, достаточно? Я хочу спать. Улыбка Уилла дрогнула и зловеще расплылась, едва не разрывая щеки. Его выражение лица предзнаменовало часовые удушья от смеха. — Давай-давай. Иначе ты проиграл. Ганнибал устало вздохнул и медленно перенёс фокус на… — АХАХАХАХА! — Грэм разразился истерическим хохотом, — ЭТО ЧТО ЗА БОМЖАТНИК?! Там был тупо срач. Доктор с возмущённым лицом смотрел на экран, где Уилл давился смехом, чуть ли не до пузырчатых соплей, и убийственно пожелал ему поберечь язык, пока он ещё не в глотке. Заметив, что на докторе была лишь верхняя часть пижамы, а низ был парадный, словно он собирался на юбилей уважаемого человека, Джек стал молиться, лишь бы у них не стало на одного восстребованного профайлера меньше. Но чего уж скрывать? За Кроуфорда тоже не помешало бы свечу поставить. И за Алану, что булькающим лагающим смешком, который, скорее, пугал, сползала с кровати лужей и растеклась по полу. Не хватало лишь Марго с совком, которая перелила бы Алану в прежнее положение. За Зеллера и Прайса можно вообще ничего не делать — они в любом случае сдохнут первыми.***
Уилл прислал в чат номер и попросил Ганнибала добавить его в чат. — Кто это? — подобный вопрос был очевиден. — Не важно. Добавь девочку. Жалко что ли? Ганнибал послушно сделал требуемое и великодушно поприветствовал молодую девушку с миловидной аватаркой, на которой торчал кот, высунувший язык. — Всем добрый вечер. Спасибо, что пригласили меня. — Пустяк, — заторможенно написал Уилл, промахиваясь по всем буквам. — Кем будете, юная леди? — Эбигейл. — Эбигейл, какая приятная встреча! — факт того, что Лектер и мисс Хобс знакомы, всегда будет смущать и настораживать одного очень нестабильного собачника. — Короче, Зеллер, Прайс, пишите хрень поменьше. Доктор, мой дорогой, вы лучше вообще молчите. Лектер такому раскладу оказался не очень доволен. — Уилл, мои сообщения не несут провокационного или агрессивного характера. — Тогда почему я ловлю с них припадки? — Извини, но это уже твои проблемы… Уилл исключил Ганнибала из чёрного списка, отправил ему в личку фак и закрыл обратно. (Подобно человеку, который кинул другому человеку в комнату бомбу и захлопнул дверь). Эбигейл рассмеялась и, мать вашу, кинула фото, казалось бы, пхекающего Уилла, где его максимально приближенное лицо было размазано (как обычно дрожал или дёргался) и на котором он, вредно прищурив глазки и скривив рот, походил на заблюренного типа из банальных мемов со смешными надписями. Мужчина на это никак не отреагировал — похрен, абсолютно. Ганнибал закидал текстовыми улыбками согруппников, мгновенно поменяв настроение с хмурого на многоожидающее, и Уилл спросил, нет ли у Эбигейл чего-то похожего на Ганнибала. Мало ли. — Когда-нибудь наступит тот самый день, когда Уилл перестанет меня публично позорить. — Не сегодня, — написал Уилл и убедил пасующую из великого уважения к доктору Эбигейл докончить начатое. — Не робей. Ищи, да посмешнее! Перед глазами толпы без пяти минут умнейших людей Балтимора предстало фото, где Ганнибал выглядел так, словно сожрал кило лимонов и успел пожалеть об этом. Иронии этому фото добавляло то, что он стоял в костюме и держал над кренившийся бокал с едва не льющимся через край вином и косил глаза на кого-то, кто, видимо, говорил что-то неприемлемое. А-ля тот самый момент с Ди Каприо, но не совсем. Каждый участник чата готов был поклясться, что Лектер мог бы стать звездой смешнявых нарезок, но ему слишком дорог тот статус, который у него имеется на сегодняшний день. — Я думал, будет хуже. Спасибо, — кажется, кое у кого отлегло. — Ладно, всё равно смешно, — написал провокатор всего этого и для пущего эффекта поделился со всеми довольным, до предела сытым Уинстоном, который весело волок пузо по полу. — А почему чат называется «Ганнибал»? — спросила Эбигейл. И тут многие задумались. — Я не знаю, — ответил администратор, в честь которого группа и носила название. — Давай спросим у нашего блохастого друга. — Уинстон не блохастый, — сердито напечатал Уилл, вдавливая пальцы в сенсорный экран. — Я про тебя, Уилл. — А-а-а, тогда простите. Джек с каменным лицом отошёл сделать себе бутерброд. Тут в ход пошли Зеллер и Прайс. — Здравствуй, милая! Меня зовут Зеллер. А человек, делающий половину сердечка на моей аватарке, — это Прайс. Знакомы будем. — Здравствуйте. Очень приятно. — А мне-то как! — даже сквозь облачка сообщений можно было прочувствовать, насколько он был взбудоражен. — Короче, почему «Ганнибал», да? А потому что Уилл от отчаяния без конца переименовывал беседу. Мы даже забыли, что там было до этого. (Аватаркой группы также являлось фото Ганнибала). — От отчаяния? — Да, да. Вряд ли это уже секрет, так что расскажу… — можно даже ощутить, как Зеллер делает мощный вдох перед тем, как разбомбить сучий чат. — Я, Прайс и Уилл параллельно общаемся втроем. Ну, знаешь, крысим, ржем над всеми. Уилл, честно, не такая гниль как мы, но для доктора он всегда найдет парочку нереально ржачных ласковых. — Спасибо, друг! — выплюнул Уилл, демонстративно выделив слова жирным шрифтом. — Ты ещё сообщения мои перешли. — Да насрать, старик! Ты и так жидко обосрался. Даже Лектер решил встрять: — Я обо всём прекрасно знаю, Уилл. Тем не менее, освежите мне память, — и ублюдский смайлик в виде двоеточия с «лыбящейся» скобкой. — В общем, Грэм вечно путал чаты и писал всякую дичь про доктора там, где он есть. Это смешно, это эпично, это пугающе. — Ого! Серьёзно? — А то. Дай-ка вспомнить хотя бы один пример. Прайс, дружище, подмасти. — Он выделил слово «Трюфель» жирным курсивом и сказал, что это Ганнибал. Эбигейл от такого заявления свалилась со стула на колесиках. — Любопытно: он имел в виду, что я жирный или курсив? — спокойно напечатал Ганнибал, изрядно привыкший к выходкам кудрявого гремлина. — И то, и то, — без особой интриги отозвался Уилл. — А я тебя любил… — А я тебя — нет… Джек, вернувшийся обратно, спросил, не пропустил ли он ничего, но, судя по нахлынувшей тишине и по писакам, сидящим по разным углам, что-то все же произошло. — Лектер, кинь Уиллу нюдсы, чтобы он осознал неправдивость своих слов. — Не могу, Зеллер, я у него в чс. — А-а, тогда скинь мне. — Скинь в чат, — Алана, добрый вечер, вышла из тумана. — Охренели?! Тут же ребёнок, — злобно написал профайлер. Эбигейл переслала Аланово «Скинь в чат» и сопроводила сообщение котиком с блестящими глазками. — Боюсь, тогда умрут Уилл и моя мужская гордость. — Горит сарай — гори и хата. Доктор, кидай, — не понятно, то ли Уилл смирился со своей судьбой, то ли, воспользовавшись ситуацией, решил нагло поглазеть. Больше в этот вечер Ганнибал в чат не писал ничего.
