Не плачь моя скрипка на заре.

      Сгущались сумерки в кромешном мраке и темный лес впускает в сердце неописуемый страх. Высокие деревья закрывали небо даря ощущения ненавистного одиночество, от которого я избавиться просто не в силах. Нет, только не снова. Я один в этой кромешной тьме, где солнце обходит стороной, не даря и маленького луча света. Вокруг меня деревья, словно великаны из другого мира, выстроились в ряд образуя некую алею, но на душе предательски тошно. Даже пестрый ковёр под ногами не внушал спокойствия как обычно. Что-то не так. Почему мне так тревожно? Возможно из-за очередной ссоры родители в доме, из которого я в очередной раз сбежал. Да, я трус. Трус, не горящей своими талантами или необычайной красотой, считая её противоположно, что мне часто говорят.       Холодный ветер, словно меня гонит прочь, несмотря на то, что я в своей школьной форме, забыв накинуть куртку. В моей руке футляр, в котором лежит моя любимая скрипка. Я на ней часто играю на обрыве, где открывается довольно впечатляющий вид на город, который, несмотря на свою алчность, жестокость и несправедливость, смотрелся очаровательным, особенно когда солнце на его фоне медленно погружается за горизонт, как ии моё будущее.       Я вижу. Это солнечный луч ко мне пришел, прогнав весь тот страх, от которого я пытался отчаянно убежать. Да, я ненавижу быть один, однако, среди людей тоже отвратительно. Все как один зажрались до отвала и сидят на своих местах, порабощая труд всех бедных, включая и моих родных. Несмотря на дом, который находится в глубине леса и две машины, мои родители работают в поте лица, а в ответ лишь маленькая горстка купюр, на которых даже особо не разгуляешься. прочем, это сейчас не столь важно. Я бегу на встречу ускользающего света, словно он сможет меня вытащить из этого мира, где я совершенно никому не нужен, несмотря на лестные слова со стороны. Они лишь больше показывают насколько мы, люди, прогнили изнутри. Они знают, что положения моих родителей немаленькое, поэтому пытаются добиться их милости, с помощью единственного ребёнка, который ходит в гимназию, учась в музыкальной школе и задерживается в библиотеке. Нет я вовсе не люблю читать, хотя все нам, как один, твердят, что книга скажет намного большее, если прочитать. Я иногда их читаю, неважно какой язык или насколько она была толстой, я читал. Много читал. Вот только, когда я про это говорил родителям им было на это наплевать, как и на мои блестящие результаты в пении и в игре на столь дивном инструменте, как скрипка. Но стоит получить мне ниже отлично, как разу начинают обливать меня грязью своими гадкими словами, словно пропитанные ядом, как у змеи.       Выбегаю на самый край оврага, видя как большое красное солнце закрывают небеса, я отчаянно тянусь, прекрасно понимая насколько это бесполезно. Таких как я наверняка много, таких как я возможны единицы. Я не умею сочинять стихи, но если довести, то могу спеть о всём, что так сильно наболело. Только будет похоже на крик отчаявшегося человека, потерявшего всякую надежду на спасенья. Мои руки предательски дрожат, но я, пересилив себя, достаю из футляра музыкальный инструмент и располагаю его на своём плече, чуть склонив голову.       Моя грустная печальная, но невероятно красивая мелодия раздалась на обрыве. Я молчу, не смея ей мешать рассказать о всём, что я в не в силах. После она разнеслась по всему лесу, поглощая привычные звуки природа, как журчание реки или гул лесных обитателей. Интересно услышат ли её родители? Хотя, что за глупый до боли вопрос. Это нереально. Они никогда не видели меня больше, чем сын, который должен всё с первого раза делать идеально. Смешно не правда ли? Ведь человеку свойственно делать ошибки, он не робот, а живое существо, которое может принять множества выборов и совершенно неважно правильны или пагубны они…       Мою мелодию решил сдуть ветер, который направлял меня на самый край. Бросив скрипку, я гордой осанкой, что было мне несвойственно шел на встречу своей погибели. Я знаю, что могу в любой момент уйти и тогда наступит то скучное завтра, где мне снова будут говорить насколько я убогий. Старый сценарий уже достал. Я иду назад, беря скрипку в руки, и отряхнув от пыли положил в футляр, не закрывая.       Закрывая свои карие глаза, в которых бледно отражается солнце я прыгаю в бездну, зная, что проиграл всему. Проиграл жизни, своим принципам и самому себе, но за несколько минут, но столкновения тебя это совершенно не волнует. я умер.