Решил Джерард что в пьесе он сыграет

Решил Джерард, что в пьесе он сыграет, Возьмёт сценарий, выучит слова. Ведь так уверен он что круто "пострадает", Передавая драму и эмоции сполна. Садится дома он у кресла мягкость И локти подпирает, встряхива сюжет. Бумага, кажется, промокла насквозь, И дрожь в руках отчетливый дает ответ. И так волнуется, ведь знает – будет больно, Сюжет ведь не из легких, никак нет. Там Питер Пэн парит так пышно, вольно, Герой-мечтатель, не желающий взрослеть. Джерард уже всё смело себе представляет: Вот сцена, декорации и зала слышен свист, А он, герой, на сцене не стоит – летает, А после, отыграв, его зовут ещё на бис. О, как же хочется ему сыграть в героя, Почувствовать геройство, просто поиграв. На миг бы улететь от грозного прибоя, "Неуверенный маяк" – он так его назвал. А маяком считал себя Джерард по жизни, Плывущим в тёмном море, может и буйком, Которого раскачивали волны этой жизни, Сбивая с ног, он поднимается, а вновь прибой. Нелепо жить, когда ты не уверен, сложно! Ты ищешь что-то, потеряв фонарь во тьме. Тебе не по себе, а жить то нужно, точно! И корчишся, как рыба, сохнущая в корабле. Поэтому так важно стать героем для себя, Чтобы увидеть все свои победы первым. И вновь быть рыбой, брошеной в моря, Дышать свободно, и себе быть верным. Когда он улыбнулся, дочитав весь текст, Слеза из глаз упала ему прямо на колени. Сыграю я, о, жизнь, и не скажу я "нет", А ты, давай, прибереги наград полные жмени. А следующий день горит искрой неутомимой, Пришел на репетицию и повторил слова, Когда потом, еще й не очень скромно, Пират на сцене появляется, гремят его слова. Джерард, держа свой скромный текст в руках, Бросает взгляд на юного пирата. Из парнем этим они долго будут "на ножах", И Питэр победит его как надо! Но это злой пират? Да это ж чудо молодое, Что знает он, что мыслит во стихах? На сцене ты впервые, а играешь ты в ковбоя, Ведь молоко ещё осталось на губах. С такими мыслями Джерард уже на сцене, Сейчас придётся ему фразою блестнуть, Но в памяти из слов остались лишь их тени, Как горько стало, может быть всплакнуть? "Я Питэр Пэн, я..." – заново он начинает, И видит как тот юноша в терпении всё ждет. Он не высмеивает, шуткой тоже не стреляет, Но сердце его почему-то горячей всё жжёт. И кое-как закончив говорить свои он строки, Теперь же ждёт, когда Пират начнёт, А вот его глаза – цвета лесной природы, Может от них он вдохновение возьмёт? И смотрит в те глаза – ну вовсе не пират ты! За ним он видит нежное, но честное лицо. Там губы алые, глаза – букет из роз и мяты, Подобного ему Джерард не встретил никого. Забудь и ты слова, один я не желаю гибнуть, – Так думает Джерард, победу предвкуша. Но тот блестяще выучил весь текст, и, вникнув, Так хорошо закончил, что вскружилась голова. И вот пиратский юноша, довольный своей ролью, Всем произносит благодарности слова. Он улыбается, а у Джерарда в сердце больно, О зависти в душе его пошла молва. И вот когда он выступив, пришел домой, А день прошел не слишком и прелестно, Новые чувства резко хлынули толпой, Они ему, мне кажется, совсем уж неизвестны. И долго думал он, ну что такого было? Я Питэр Пэна должен был сыграть! А сердце так предательськи заныло, Когда улыбку юноши он начал вспоминать. И как-то на душе так стало мягко, Как будто он пирата знает с малых лет. Его глаза сверкают, словно листья мяты, И только сердце даст отчетливый ответ! Ну всё, Пират, ты не маши так злобно крюком, Это ведь сцена, Питэр Пэн же твой судья! А нет, малыш, дрожать ты будешь под испугом, И скоро вознесется над тобой моя рука! Та даже если вознесется, я летать смогу, И быстро испарившись, ты меня не сыщешь, И спрятавшись, я в спину нож тебе впущу, Так точно, что ты даше звука не услышишь. И вот тот день гремит, надежды в небеса пускает, Джерард на сцене, и он полностью готов к победе! А перед ним Пират, он силою, умом не уступает, Он победит мальца, убьет, отправит душу в небо! Но ты ж постой Пират, гляди, вот крови ты боишься, Убийцей я не буду, печень тебе не проткну. Я смелый взгляд в глаза тебе пущу, ты убедишься, Моя победа вот грядёт, хоть я и глазом не моргнул. Пират, тоесть юноша, старается играть злодея, Его глаза пылают люто, смотрят строго. А Питэр, тоесть Джерард, схватив врага сильнее, Толкает за борт, у пасть чудища морского. И вот она, победа светиться в глазах Джерарда, Про юность и про радость воспевая в песне. А в сердце, там внутри стучит, гримит вся правда, "Ты выграл бой, проткнув крючком мне сердце..." И дверь нашел, оставшись там навеки.